Dreamlike

Три месяца назад

О том, что Лю Фейлон пропал с радаров, Асами Рюичи узнал случайно, в один из обычных, ничего не предвещающих рабочих дней, и звонок от своего гонконгского информатора воспринял как рутинный и деловой. Возможно, он и не подозревал бы об этом, если бы не досадный случай, заставивший вновь обратить внимание даже не на политику Взлетающего Дракона и его компании, а на него самого. С того момента, когда Асами и Фейлон в последний раз пересекались лично, прошло почти пять лет. И хотя они по-прежнему считались конкурентами, соперничество их оставалось только номинальным. Были ли тому виной воспоминания о последней размолвке или нежелание ворошить прошлое, но вступать в открытые конфликты они больше не пытались, предпочитая поддерживать молчаливый нейтралитет. Даже подконтрольные им территории в Гонконге располагались практически впритык — и, с недавних пор, без каких-либо последствий. Единственной их попыткой хоть как-то работать вместе было поддержание взаимной прозрачности в действиях. Не потому, что они параноидально подозревали друг друга, а потому, что так было легче отслеживать обстановку. Благо, общих врагов у них имелось предостаточно. То и дело на горизонте появлялся брутальный мачо, желающий захапать себе кусок чужой территории. И если в Гонконге возникали проблемы, это было верным знаком, что нужно собраться и ждать угрозы. А так как более-менее лояльные друг другу группировки всегда старались кучковаться вместе, по иерархическому принципу, подобная тактика никогда не подводила. В остальном у Фейлона было по горло своих проблем. Благодаря стремительно развивающимся портам прибрежных городов Гонконг постепенно терял свою значимость как транспортный хаб, и, пользуясь этим, соперники из материкового Китая давно наступали «Байше» на пятки. Сейчас Дракон старался удержаться на плаву благодаря подпольному обороту его фармацевтических компаний и периодическим попыткам экспортировать оружие, по старой памяти, но сохранять преимущество становилось всё сложней. Одной из таких тёмных лошадок, создающих проблемы, была «Цзинь Мао»*, одна из безликих и довольно многочисленных группировок материкового Китая. Асами запомнил её название только потому, что она, как и «Байше», специализировались на производстве синтетики. Но в последние годы их активность, как и многих других группировок в Китае, резко пошла вверх, а значимость Гонконга, наоборот, ослабла достаточно, чтобы конкуренты с материка наводнили чёрный рынок. Так что, в любом случае, отвлекаться на Японию у Фейлона просто не было ни резона, ни времени. Асами помнил об этом фоном, сосредоточившись на ведении дел в Японии и не слишком придавая значение новостям из-за границы. И сам не заметил, как всё начало выходить из-под контроля. Помнится, тогда он был за рулём, по пути на встречу с очередным токийским чиновником. По традиции, он предпочитал начинать окучивание с верхов, чтобы использовать эти связи впоследствии. Ему практически всегда поддавались, стоило только поманить их перспективами власти и лёгких денег, а где-то играть на более низменных инстинктах, таких как желание совокупляться или страх смерти. Человеческая натура слаба. Он и сам регулярно подтверждал это. Такаба Акихито, легкомысленное блондинистое воплощение греха, продолжал жить с ним и, хоть адреналин первых месяцев давно выветрился, заменившись на глубинное, стабильное удовлетворение, их взаимодействие по-прежнему высекало искру. Хотя с годами Такаба повзрослел и превратился из фактической мечты педофила в её более возмужавшую версию (правда, такую же безбашенную). Неиссякаемая авантюрность вкупе с энергичностью в конце концов дали свои плоды, и к своим двадцати восьми годам он обрёл долгожданную финансовую независимость и открыл собственное дело, связанное с обработкой цифровых изображений. Но фотографией заниматься продолжал, чтобы не потерять форму. И тут из ленивых дум Асами вырвал звонок, который заставил выветриться из головы и мысли о текущей работе, и уютно греющее осознание собственной значимости в масштабах личного фронта. — Клиент сорвался, Асами-сама! — голос его переговорщика, Хамасаки-сана, звучал необычно взволнованно. — Сделки не будет! Именно тогда пришлось взяться за ниточки этого гордиева узла всерьёз, стараясь не поддаваться соблазну разрубить его к чёртовой матери. Начиналось всё с малого, незначимого настолько, что оно и не запоминалось: стычки между распространителями. Потом градус стал повышаться: провокации, конфликты, разбитые головы, парочка ножевых с привлечением полиции. Махач в подконтрольных «Байше» клубах и барах, где также традиционно распространяли таблетки и заветные пакетики с порошком. Всё, как и полагается: с переворачиванием столов, битьём морд, попытками насиловать работающих там девчонок. И всё это на территориях, граничащих с зоной ответственности Асами Рюичи. Там, где местная шпана ходила по струнке даже в самых злачных местах, не смея покушаться на зазевавшихся туристов. Долгое время Асами закрывал на это глаза. Фейлон уже взрослый мальчик. У него, как и у любого другого, были свои внутренние проблемы, и Асами был уверен, что Дракон в состоянии решить их. А потом, около месяца спустя, группа молодых вооружённых альфа-самцов, никем не удерживаемая и неизвестно кем управляемая, возникла на территории «Байше» словно из ниоткуда, с улюлюканьем пересекла её и, будучи в совершеннейшей эйфории от собственной безнаказанности, разбила стекло в ресторане, в котором, по стечению обстоятельств, находился Хамасаки-сан с потенциальным высокопоставленным клиентом, готовым вот-вот подписать контракт. И это в месте, которое много месяцев подряд считалось безопасным, в том числе благодаря их с Драконом общим усилиям. Пришлось пролить некоторое количество крови, усмиряя наглецов, а потом — пока не возбудилась полиция — извиняться за досадный инцидент. Ведь перед этим клиента уверяли в том, что у Асами всё схвачено — несмотря на то, что сделка велась под носом у его многочисленных гонконгских конкурентов. Но это не помогло. Политик, которого так долго и упорно обрабатывал и Асами, и его команда переговорщиков, соскочил с крючка под надуманным предлогом, а потом и вовсе свёл на нет всякое общение, ссылаясь на занятость. Сделка была сорвана. И, главное, сам Фейлон никак не отреагировал на это. Складывалось такое впечатление, что он, весьма щепетильный к вопросам дисциплины и порядка, внезапно самоустранился из жизни Гонконга, к которому всегда так неровно дышал. Или просто вычеркнул Асами Рюичи из списка своих деловых приоритетов. Тут уж точно было на что обижаться — то ли на косвенное желание Дракона напакостить таким образом, то ли за его политику невмешательства. На следующий же день Асами принялся выяснять, в чём дело, и немало удивился, обнаружив, что зловредные вторженцы принадлежали именно к недавним знакомцам Фейлона — «Цзинь Мао». Что могло произойти? Ведь он не давал Фейлону причин для злопамятности; всё шло как нельзя более стабильно и тихо — в кои-то веки. И вот теперь… — Быть может, вам это покажется интересным, Асами-сама! — Молодой человек, назначенный информатором, исполнял свои обязанности недавно, грозное начальство в лице Асами знал только по слухам и поэтому волновался, пытаясь выслужиться. Сформулировать всё в одном предложении у него получалось плохо, да и не должно было. — За неделю до вашей сделки глава «Цзинь Мао» пригласил Лю Фейлона на примирительный ужин! Кто-то из наших даже видел, как его машина подъезжает к банкетному залу «Ройял Плаза». Асами хмыкнул. Видимо, поля деятельности «Байше» и «Цзинь Мао» стали пересекаться уже непозволительно плотно, раз те окрепли до такой степени, что попытались не просто конкурировать с Фейлоном, а проявили собственную инициативу. Сначала они активно конфликтовали, наступая друг другу на пятки, а потом… А потом произошла эта безобразная провокация, прохлопать которую было можно только мягкосердечному сопляку, совершенно не имеющему опыта в руководстве триадой и отслеживании происходящего у себя под носом. Но Фейлон был отнюдь не сопляком. Задумчивый, немного томный мальчик, которого он впервые встретил в отеле, давно превратился в жёсткого, хладнокровного и местами совершенно равнодушного к проявлениям чужих эмоций мужчину, который уверенно управлял человеческим ресурсом «Байше», не слушая чьих-либо предложений о взаимном сотрудничестве. Может ли такое быть, что он наконец решил изменить своему одиночеству и принять во внимание аргументы пришельцев? Вдруг всё это, и срыв сделки в том числе, происходило с ведома Фейлона? — Похоже, мне стоит разузнать об этом самостоятельно, — вздохнул якудза и вынул из кармана телефон. В первую очередь он набрал номер личного сотового Фейлона, но тут его практически сразу ждала неудача. Трубку упорно не брали, хотя гудки непрерывно шли. В течение целого дня, с промежутками в три часа, он терпеливо пробовал дозвониться на сотовый телефон. Потом оставил сообщение на автоответчике домашнего телефона. Потом поручил дозвон своей секретарше, но с тем же безуспешным результатом. Обслуживающий персонал в доме Дракона не мог сообщить ничего внятного, кроме того, что господин Лю отсутствует. А отсутствовал он часто. Учитывая специфику рода занятий лидера «Байше», он практически никогда не засиживался на месте. Интересно, было ли это нарочное избирательное игнорирование, или так неудачно, раз за разом, складывались обстоятельства? Ведь обычно Фейлон не отличался уклончивостью и отвечал так быстро, как мог. Следующим шагом Асами, уже изрядно заинтересованный в происходящем, набрал номер офиса Дракона в Высокой Башне — его знали все те, кто сотрудничал с «Байше». Обычно после нескольких гудков откликался его помощник, который соединял всех звонящих со стационарным телефоном, стоящим в кабинете Дракона. Но сейчас он попал на автоматическую АТС, которая заставила его прослушать приветствие, инструкцию по набору дюжины комбинаций цифр для разных нужд, но живого, человеческого голоса на линии он так и не услышал. Куда делись все сотрудники из плоти и крови, когда они так нужны? Асами уже собирался сбрасывать вызов, но на очередном круге на звонок ответили. Судя по безапелляционным интонациям, это был явно не секретарь, не помощник Дракона — просто единственный доступный человек в цепочке перенаправлений. — Хон слушает. С кем имею честь? Асами быстро перебрал в голове список высших административных должностей в «Байше». Хон Кван Хо, второе лицо в компании после Фейлона, прочно сидел на месте благодаря своему опыту и исключительно крепкой хватке, был столь же неприятным человеком, несмотря на все свои управленческие таланты. Но, возможно, он был осведомлён гораздо лучше, чем роботизированный женский голос, повторяющий одни и те же фразы. — Меня зовут Асами Рюичи, — отрекомендовался якудза после приветствия. — Уверен, вы знаете, кто я. Я хотел бы услышать Лю Фейло… — Конечно, я знаю, кто вы. И догадываюсь, почему вы звоните. По поводу инцидента, который произошёл в вашем ресторане, верно? — Верно, — не стал отпираться Асами, попутно отмечая, как быстро Хон взял быка за рога, услышав о попытке соединения с начальством. — Но не только это. — Готов вас уверить, что в наши намерения не входило ни начинать, ни эскалировать конфликт, — тут же ответил Хон, проигнорировав вторую половину его предложения. — «Байше» готова рассмотреть варианты устраивающей вас компенсации в знак того, что мы сожалеем о понесённых вами потерях. Звучало чертовски убедительно. Просто чудеса сговорчивости от «Змея». Интересно, ему можно указать бесконечное количество нулей в сумме неустойки? — Прекрасно, но я бы хотел поговорить непосредственно с самим господином Лю по этому поводу, — отвечал якудза. — Дело в том, что я уже второй день безуспешно пытаюсь до него дозвониться… — Вам не предложат других альтернатив. У господина Лю сейчас ряд встреч, критичных для «Байше», и пока он не проведёт их, он не сможет переговорить с вами. — А когда сможет? — спросил Асами, не скрывая скептицизма. — В нерабочее время у него столь же плотно забитый график? Или дело в каких-то личных недопониманиях, о которых я не знаю? — Он свяжется с вами, когда освободится, — отрезал Хон, пресекая и провокацию, и иронизирование. — И даже если нет, я сам приложу все усилия к тому, чтобы этот вопрос был решён полюбовно. Вас ведь устроит такой вариант? — Да, конечно, — ответил Асами. В этом смысле он даже не кривил душой. Выгода, баланс и соблюдение договоров — на этих трех столпах давно базировались мир и благодать, которые позволяли сотрудничать самым непримиримым врагам, каким в своё время был и «Белый змей». — Тогда я жду вашего решения о компенсации. Можете связываться прямо со мной, если господин Лю не перезвонит вам. — Хорошо, — ответил Асами. Он уже понимал, что здесь творится что-то не то. — Спасибо за уделённое время, господин Хон. Вы мне очень помогли. Конечно же, Фейлон не перезвонил. То он был на встрече, не терпящей отлагательств, то на деловом ужине, то в командировке. При этом поймать самого главу «Байше» на месте было так же трудно, как и сотворить из воздуха горстку снега в разгар июльской жары. Дракон продолжал фонтанировать бурной деятельностью (со слов его подчинённых) и не отвечал на звонки. Но почему? Меж тем то, что творилось на территориях «Байше», можно было описать одной фразой: постепенно нарастающий хаос. Полиция медлила только потому, что на местах находились подконтрольные триадам люди и нужная информация замалчивалась, отчёты не продвигались наверх. Но обстановка между группировками, лояльными «Байше», и самоуверенными пришельцами с материка накалялась буквально с каждым днём. Что же случилось неделю назад в банкетном зале? Ведь именно с этого дня между ними словно бы воздвиглась невидимая стена из информационного мусора, и достучаться до Фейлона стало невозможно. Судя по происходящему, предполагаемый договор между «Цзинь Мао» и «Байше» так и не был заключён. Если «Цзинь Мао» и планировала демонстрировать что-то в отношении Фейлона, то явно не лояльность и не готовность к сотрудничеству, как бы это ни подавалось изначально. Но тогда куда делся сам глава «Байше»? Почему скрылся с глаз и не разруливал возникшие проблемы? Для него, с его-то опытом, текущие стычки были бы совершенно пустячными. Хватило бы лишь пары указаний нужным людям, в том числе и в полиции, и десятка специально обученных, умеющих заниматься «ручным трудом» людей, и на его территории вновь воцарилась бы тишь да гладь. Разъяснение пришло уже со следующим звонком информатора. — Мы выяснили, что происходило в «Ройял плаза», Асами-сама. Лю Фейлону стало плохо во время переговоров. Именно поэтому заключение договора между ними пришлось отложить, хотя «Цзинь Мао» планировали склонить «Байше» к сотрудничеству… — В смысле «плохо»? — прервал его Асами. — До какой степени? — Он потерял сознание у всех на глазах, за бокалом вина. Даже пришлось вызвать скорую. Асами почувствовал, как начинает хмуриться, словно не по своей воле. Он помнил, что глава «Байше» с трудом переносил крепкий алкоголь и ему до сих пор было достаточно лишь пары стаканов того же виски, чтобы прийти в невменяемое состояние. Конечно, можно было списать реакцию Фейлона на индивидуальную непереносимость, но его внутреннее чутьё подсказывало, что проблема крылась не в этом. — А потом? — уточнил Асами, уже представляя красочный эпизод, как медики приводят в чувство перепившего главу криминальной группировки. Фейлону пришлось бы приложить немало усилий, чтобы этот постыдный эпизод не подхватили и не растиражировали СМИ. — Переговоры продолжились? Что он сделал, когда пришёл в себя? — Мы не знаем о том, что он делал, когда очнулся и очнулся ли, — немного смутившись, добавил информатор. — В «Ройял Плаза» мы смогли узнать только то, что бригаде скорой помощи пришлось забрать его с собой. И вот тут, на этой фразе, Асами окончательно убедился, что всё, кажется, гораздо хуже, чем предполагалось, и требовалось действовать быстро, надеясь, что он ещё не опоздал. Но как получить нужный результат и одновременно не испортить всё, передавив? Впрочем, загубленные деловые отношения — отнюдь не самое худшее, чем всё могло закончиться, и он старался не думать об этом. С некоторым трудом отстранившись от привычных паттернов мышления, он быстро понял, что, сконцентрировавшись на «Байше», упустил из виду второго по важности человека, близкого к Дракону. Тао уже давно был не мальчиком, а подающим надежды подростком. К этому моменту ему исполнилось шестнадцать лет. Видный и крепкий, он имел все шансы на голову перерасти своего наставника. И, хотя он всё так же продолжал близко общаться с Фейлоном и ловить каждое его слово, Дракон отказывался видеть в нём полноценного преемника и посвящать его в дела «Байше». Видимо, собственного печального опыта ему хватило с головой. Напротив, он старался сделать так, чтобы Тао жил обычной жизнью: с упором на встречи с друзьями, хобби, отдых, саморазвитие. Более чем полдня парень пропадал в школе и на спортивных секциях, не вникая в мутные дела триад. Но от этого он не переставал быть самым близким Фейлону человеком. Вот к кому надо было обращаться в первую очередь! Дав поручение проследить за ним, Асами пролистнул свой ежедневник на несколько недель вперёд и нашёл телефон авиакомпании, чартерными рейсами которой он частенько летал. Похоже, чтобы решить эту проблему, ему нужно самому приехать в Гонконг. И он выяснит, в чём там дело, даже если ему придётся поставить всех на уши. Асами прибыл в Гонконг уже через два дня, спешно переведя взаимодействие с ключевыми клиентами в виртуальную плоскость. Отель, где он традиционно останавливался, предлагал ему всё тот же номер «люкс», предоставляемый по первому требованию. Несмотря на то, что Асами постоянно жил в Токио, Гонконг рисковал стать местом, где он будет вынужден приобрести квартиру или дом — потому, что слишком часто бывает тут по работе и в целом по необходимости. По пути из аэропорта к отелю он сидел на заднем пассажирском, и, как и обычно, день, даже такой занятой, не мог пройти без телефонного отчёта. Сейчас большую его часть занимала именно информация о Фейлоне, хотя — кто бы мог подумать! — еще месяц назад он даже не задумывался бы об этом. Считал бы, что всё идёт своим чередом, и случись ему заинтересоваться происходящим в Гонконге, Дракон так же будет на месте — показательно гордый и самостоятельный, на публику всегда старающийся демонстрировать благополучие. И ведь из-за этих уловок Фейлону почти удалось притупить его бдительность. — Мы проанализировали обычный распорядок дня юного Тао и выяснили, что в нём наметились изменения, — тем временем проговорил информатор, и Асами поплотнее прижал телефон к уху. «Мерседес» затормозил на светофоре, и якудза задумчиво вслушивался в его монотонное дребезжание. Проезжую часть перед ним в обе стороны пересекала бурлящая толпа. — Вместо учёбы вот уже полторы недели как он тратит почти всё свободное время на один и тот же маршрут. Небольшая частная больница, куда ни Тао, ни сам Фейлон не были склонны часто наведываться. А вот сейчас… — Я так и думал. Адрес! — потребовал Асами, одновременно делая знак водителю, что нужно внезапно перестроиться. Он приехал в больницу буквально сразу же. Не стал выжидать положенное время (как часто делают, чтобы не выглядеть слишком заинтересованным. Ведь за это впоследствии приходится оправдываться) и просто приехал в приёмное отделение. И, как ни странно, Лю Фейлон действительно был зарегистрирован там под своим настоящим именем, не озаботившись конфиденциальностью. Быть может, не считал нужным. А, может, просто не успел. И сейчас он шёл по ярко освещённому больничному коридору, рассеянно жмурясь на отражения люминесцентных ламп на гладкой плитке пола. «…Ну хорошо. А что ты скажешь в своё оправдание, если это рядовое похмелье, и глава «Байше» решил устроить себе внеочередной отдых, спрятавшись ото всех в больнице?» — ехидно спрашивал внутренний голос. «Я разозлюсь, — невозмутимо отвечал Асами. Алгоритм действий его уже был давно испытан, просчитан и исправно работал даже в таких непредвиденных ситуациях. — Выскажу ему всё за то, что он разводит бардак на своей территории, забывая, кем является». «А если это что-либо более серьёзное? Зачем ты приехал? С чего засуетился так?» «Я забочусь о происходящем вокруг и о себе — в первую очередь. Мне в любом случае нужно выяснить, почему он себе такое позволяет и почему при этом с ним невозможно связаться». «Ладно, ладно. К тебе не придраться. А что ты скажешь вот этому без пяти минут молодому человеку? Надеюсь, не одну из твоих отговорок? Он имеет полное право знать, что ты тут делаешь». Асами остановился и огляделся. В своих раздумиях он на автомате дошёл почти до конца коридора, который заканчивался закрытыми дверями отделения интенсивной терапии. На одном из кожаных кресел напротив, ссутулившись, сидел воспитанник Фейлона, Тао. Рядом с ним стояла сумка с книгами и закрытый лэптоп, в который он, впрочем, и не пытался смотреть: слишком измученным выглядел. Тао даже не особо удивился, увидев его, — только устало нахмурился. Видно, в красках представил степень головной боли, которую ему предстояло испытать, разгребая последствия так некстати произошедшего «несчастного случая». — Вы могли бы просто связаться со мной, если недовольны предложенной вами суммой, — тускло проговорил он. — Мог бы. Но я здесь не из-за денег. Видя, как недоумение, беспокойство и крайняя издёрганность сменяют друг друга во взгляде Тао, Асами нахмурился и переступил с ноги на ногу, с рекордной скоростью подбирая слова. — Как он? — проговорил он, отбросив добрый десяток вариантов, и добавил: — Что случилось? Тао глубоко вздохнул, собираясь с духом. — Не притворяйтесь, что совсем ничего не знаете, иначе бы вы не были здесь. Так же думаете, что он перепил или передознулся? Асами уселся рядом с ним, уставившись в стену напротив. — Я решил не делать поспешных выводов, пока не услышу правду от тебя. Тао помолчал. — Он изначально не собирался с ними сотрудничать, хотя его пытались уговаривать, как-то смягчить, — наконец сказал он и облизнул губы. — Даже наши. Как-то раз я слышал обрывок телефонного разговора Фейлона-сама и кого-то из администрации. Так вот, он занимал очень жёсткую позицию по этому поводу и говорил… Смысл был таким, что со своими унизительными условиями выскочки, подобные «Цзинь Мао», могут сразу идти в известное место. Что это его регион и именно он заказывает здесь музыку. Асами фыркнул. Видимо, Дракона конкретно довели, если он изменил своему всегдашнему политесу. Ну, или нужно быть очень самоуверенным, чтобы не вырыть себе могилу такими действиями. — Ты не сказал, как он, — осторожно напомнил Асами, не слишком надеясь на искренний ответ. У Тао были все причины, чтобы не делиться с ним подобной информацией. — Не приходит в себя, — с явным трудом проговорил тот. — Несмотря на все усилия реаниматологов. Как ни старался Асами воспринимать подобные вещи отстранённо, эти слова всё равно подействовали на него. Будто громадный невидимый пресс опустился ему на макушку, распространяя ощущение отвратной тягостности по всему телу и ещё больше — в сердце. И только спустя несколько долгих минут он вновь обрёл способность говорить спокойно. — Что показала экспертиза? Тао скептически глянул на него — почти как сам Фейлон, когда их переговоры заходили в тупик. — Если бы кто-то делал её по горячим следам!.. Нужно было ещё дождаться скорой, а её, как я понял, вызвали не сразу. Сперва, когда его везли в больницу, предполагали алкогольное отравление. Хотя он выпил всего полбокала шампанского, как потом выяснилось. Это ведь не та доза, от которой падают в глубокий обморок, правда? Асами вздохнул. — Не думаю. — Потом, когда ему стало хуже, начали списывать всё на индивидуальную непереносимость алкоголя, — продолжал Тао. — Они ещё долго придерживались этой версии, хотя большая часть симптомов и не совпадала. Потом, когда взяли анализы, начали списывать всё на передоз чем-то неустановленным. А всё потому, что в лаборатории не могут чётко распознать, что это за вещество. Оно не похоже на… ну, что там обычно находят в таких случаях. Снотворные. Морфин. Клонидин*. «Взрослеет мальчик, — невольно подумалось Асами. — Сам разбирается в терминологии, пытается докопаться до истины. А Фейлон по-прежнему городит вокруг него манежики». — То есть, ты полагаешь, что ему что-то подсыпали в бокал, — почти утвердительно предположил он. Тао сжал кулаки. — А на что это похоже? Очевидно же, что его хотели вывести из игры, а не проводить переговоры. Видели, что он не настроен прогибаться под них. Дядюшка Хон при этом склонен сидеть и вообще ничего не делать, лишь бы никто не узнал, что с Фейлоном-сама что-то случилось. Он говорит, формально «Цзинь Мао» ничего не предъявить. Ведь они предложили нам сотрудничество. А то, что в скором времени они захватят рынок, всего лишь результат конкуренции. Голос его предательски дрогнул и сорвался. Они помолчали, и несколько секунд мрачной тишины показались Асами растянутыми в вечность, словно в непосредственной близи от чёрной дыры. А потом ему внезапно подумалось, отчего Хон предпочёл сразу откупиться от него и признать вину, чем притворяться, что не при делах. Выгодно ли ему было, чтобы Асами обращал внимание на их внутренние дела? Официально «Байше» аккумулировала силы, но противодействия пришельцам не оказывала. Кто знает, какую стратегию выбрал бы старый лис, чтобы подольше задержаться на позиции лидера, пока Фейлон находится на грани жизни и смерти. Быть может, такое состояние Дракона было для него выгодней прежнего. Хорошим оправданием для того, чтобы поменять политику клана под благовидным предлогом. Конкуренция. Всякое бывает… — А если я скажу тебе, что готов помочь? Тао поражённо уставился на Асами и тут же отвёл взгляд, вспоминая о прежней сдержанности. Для него такая щедрость от бывшего врага должна была быть и в самом деле неслыханной. — Ну, во-первых, если мы узнаем, что за вещество использовали «Цзинь Мао», мы получим шанс быстрее разобраться, что происходит с Фейлоном, — терпеливо пояснил якудза. — Во-вторых, даже если мы не докажем, что это дело рук «Цзинь Мао», у нас и так есть повод выдворить их из Гонконга: мне не нравится, что эти красавчики хозяйничают на моей с Фейлоном территории. Тао хохотнул. — Вы хотели сказать «на территории Фейлона-сама и вашей»? — Для меня разница между этими фразами невелика, — невозмутимо пояснил Асами. — А зря. Большая часть Гонконга принадлежала Фейлону-сама и его отцу задолго до того, как сюда пришли вы. Они помолчали. — Впрочем, я должен сказать спасибо, что вы решили нам помочь, — произнёс Тао через какое-то время. — Вы ведь могли быть и не на нашей стороне. — Не мог бы. Меня устраивало, как Фейлон вёл дела, и я не хочу, чтобы это изменилось. Особенно таким способом. — И сколько я буду должен вам за эту маленькую услугу? — спросил Тао, коротко вздохнув. Асами криво усмехнулся. У Дракона прекрасно получалось демонизировать конкурентов, а у Тао — впитывать и перенимать его отношение. Впрочем, если он и преувеличивал, то совсем немного. — Не переживай, — сказал якудза. — Мы с Фейлоном ещё сочтёмся, когда он придёт в себя. Я ведь приехал сюда убедиться, что он действовал не с подачи «Цзинь Мао». А теперь, когда ясно, что он пострадал в первую очередь, самое логичное — помочь вам, чтобы не наживать себе лишних бед. Это ведь не только ваша проблема. Она общая. Тут их разговор прервался: двери реанимационного отделения открылись, и Тао немедленно встрепенулся и поднялся на ноги. Асами проводил взглядом группу медсестёр, вышедших в коридор. — Извини, что отвлёк, — сказал он. — Ты, наверное, пришёл навестить Фейлона. Тао всё так же сдержанно кивнул. Якудза не мог винить его ни за эту недоверчивую скованность, ни за сумрачность. — Ты не против, если я зайду с тобой? — неожиданно для себя спросил Асами. Он не хотел и не собирался мешать им, но что-то настойчивое, свербящее внутри, требовало убедиться в происходящем своими глазами. Тао помедлил, но в конце концов мотнул головой. Как ни опасался он за жизнь своего наставника, к счастью, слова Асами показались ему достаточно убедительными, чтобы обуздать паранойю. — Нет. Если уж вы нам помогаете… Якудза встал и последовал за ним, стараясь выглядеть максимально расслабленно и не делать резких движений. Он и так видел, насколько сложно было для Тао решиться подпустить его к Фейлону в подобном уязвимом положении. В реанимационный блок они вошли вместе; Асами остановился чуть дальше к двери из нежелания нервировать Тао. Но тот сам отошёл в сторону, хотя далось это ему не без усилий. — Как видите, это не профанация, — вздохнул он и уселся на стул рядом с койкой своего наставника. — Даже в мыслях не было так думать, — укоризненно сказал Асами, понимая, что лукавит. В течение нескольких минут он молча рассматривал лежащего Фейлона, стараясь запомнить детали: плотно сомкнутые веки, нетуго заплетённую косу, спускающуюся на плечо, провода капельниц у сгиба локтя, светло-зелёную больничную робу, бледное лицо, наполовину закрытое кислородной маской. — Будем считать, что мы договорились? Думаю, и Фейлон не был бы против, если бы ты принял мою помощь. Тао без улыбки взглянул на него, нервно теребя край простыни. В холодном свете ламп синяки под его глазами сделались ещё черней. — Если честно, я до сих пор не уверен, что поступаю правильно. Но знаете... Окружающим я не доверяю гораздо сильнее. — Ну, вот и хорошо. Будем считать это многообещающим началом, — ответил Асами, разворачиваясь в сторону выхода. — Я свяжусь с тобой, как только что-то обнаружу. Оказавшись в коридоре, он привычно заглянул внутрь себя в ожидании очередной порции каверзных вопросов, но, как ни странно, услышал только тишину. Он уже знал, что на верном пути и что именно надо предпринять.