Dreamlike

Ресторан, куда Фейлон привез Асами, и вправду оказался неплохим. Там предоставлялись отдельные комнаты, одна из которых, с панорамным видом, пришлась очень кстати. Благодаря двум угловым диванам за их столиком можно было расположиться как душе угодно, и Асами невольно оценил предусмотрительность Дракона. Учитывая, какие конфиденциальные моменты планировалось обсуждать, в общем зале им пришлось бы неловко. Погрузившись в изучение меню, а затем — и в дегустацию блюд, Асами постарался не слишком фиксироваться на Фейлоне, который уселся по его левую руку. С того момента, как они вышли из машины, он не чувствовал, что дистанция между ними сколько-нибудь уменьшилась. Словно что-то невидимое тянуло их друг к другу, отзываясь легкой щекоткой в груди, а ладонь Асами, кажется, всё ещё хранила тепло его прикосновения. Именно здесь, во время беседы, в которой деловые разговоры перемежались поглощением еды, а то и неприкрытым флиртом, Асами наконец удалось вникнуть в их совместные планы и понять, над чем работал каждый из них. Груз, получением которого они занимались недавно, должен был стать их общей финансовой подушкой, но до сей поры Асами так и не озвучил конкретно, куда хотел бы вложить эти деньги — кроме того, что был не против взять Фейлона в долю. Зато раньше они, оказывается, разговаривали о том, что из-за популярности синтетики им впору менять квалификацию. Это касалось и Фейлона: ведь сейчас он, так же, как и в реальной жизни, занимался торговлей оружием и только начинал первые по-настоящему самостоятельные шаги. — Ты говорил серьезно тогда? Про золотого тельца, нафталин и закидывание таблеточками? — спросил Дракон после некоторого молчания, задумчиво поглаживая кончиками пальцев ножку бокала с белым вином. Сытная трапеза явно активизировала его мыслительный процесс. Асами вопросительно взглянул на Фейлона. Увы, он не мог вспомнить весь диалог в деталях и при погружении получил скорее самое общее, а то и фрагментарное впечатление о предыдущих событиях. А чем больше времени проходило, тем больше те выветривались из головы. — Я понимаю, что ты не хочешь отказываться от привычных способов зарабатывания денег раз и навсегда, — тут же продолжил Фейлон. Кажется, он был только рад, что его не перебивают. Возможно, им действительно редко удавалось поговорить откровенно и не слишком торопясь. — Я понимаю, как ты работаешь с людьми, и, в общем-то, не против. Делай, что считаешь более важным. Та же задумка с сотовой связью… Я буду только рад, если эта идея взлетит. Но ты же не зря заводил тот разговор, верно? Я же вижу, какую политику ты продвигаешь, как относишься ко всему новому… Ты правда думаешь, что за синтетикой будущее? Асами чуть усмехнулся. — Не томи. Что, если я скажу «да»? Встав со своего диванчика, Фейлон пересел ближе к Асами, и теперь они сидели бок о бок. — Извини, если мои предыдущие намерения сбивали тебя с толку, — начал он, невольно хмурясь и сосредоточенно покусывая губу. Легкомысленная атмосфера понемногу выветривалась, постепенно сменяясь на деловую. Становилось ясно, насколько Дракона беспокоило то, о чем он говорит. — Я просто обрадовался, что ты согласился уделить мне внимание, а чем мы будем заниматься, решить не успел. Полагаю, и ты тоже. Возможно, ты предложил мне первое, что пришло в голову, лишь бы я почувствовал себя причастным к чему-то важному. — Это не так, — тут же вставил Асами. Фейлон быстро взглянул на него. — Хорошо, если я не прав… Но, кажется, я нашел способ наладить нашу совместную работу. Фейлон сделал паузу, а потом, немного поколебавшись, коснулся колена Асами ладонью. — Это может быть довольно тяжело для тебя — вести наши совместные дела и одновременно работать с отцом, — продолжил он, не отнимая руки. Некоторая фривольность жеста не вязалась с его серьезным тоном. — Мне хотелось бы не отвлекать тебя, а работать в унисон. Как минимум подготавливать почву для твоих идей или развивать их. Идти вглубь параллельно, а не в разные стороны. Поэтому если ты действительно не станешь отказываться от своих слов, я займусь фармацевтикой и всеми смежными операциями, которыми традиционно занимались триады. И помогу тебе чем смогу, как только разберусь с Арбатовыми. Главное, дай мне знать, что не против. Якудза медленно кивнул, осмысливая сказанное Драконом. Он не был удивлен его выбору: в конце концов, именно фармацевтика и фармакология, в том числе подпольные, стали отраслью, которая действительно выстрелила в будущем и на которой Фейлон сосредоточился в своей реальной жизни, развивая наследие легальных компаний отца. Но то, как он подал это… Даже в период их позднейшего общения, когда им довелось объединять силы против общего врага, Фейлон все еще предпочитал задирать нос и начинать диалог с претензий — видимо, чтобы как-то скомпенсировать уязвленное самолюбие и боясь показаться слишком лояльным. Но сейчас, в почти идеальных условиях, когда их не разделяли годы вражды и недопониманий, он мог позволить себе говорить то, что чувствует, и так, как хочется. Он смотрел мягко, немного задумчиво, слегка улыбаясь, и в этом взгляде не было издевки, гнева или желания во что бы то ни стало переиграть Асами или причинить ему боль, как в прошлом. — Сейчас, — сказал Фейлон тем временем. — Одну секунду. Он немного отстранился, поднёс к уху мобильный телефон и что-то вполголоса проговорил на кантонском. Тут же — не прошло и минуты — в зале, где они сидели, материализовался водитель Фейлона и бесшумно протянул ему папку с документами, которую тот принял, коротко поблагодарив. — Хорошо, что они таки пригодились, — проговорил он себе под нос, вновь придвигаясь ближе. — Смотри. Фейлон подвинул к Асами один из документов, положив его между полупустыми тарелками и столовыми приборами. Больше всего он напоминал сильно увеличенный сегмент кадастровой карты Гонконга — с границами территорий и обозначенными на них сооружениями. — Сначала у этого участка не было конкретного предназначения, — быстро прокомментировал Дракон, легко постучав аккуратно подпиленным ногтем по бумаге. — На самом деле, став арендатором, ты вправе распоряжаться им как угодно. Но учитывая здания, находящиеся на нем, и также район в целом… Не вижу причин, почему бы тут не могло располагаться что-то промышленное. Например, небольшой цех по производству лекарств или еще чего бы то ни было. Скрытый от посторонних глаз. — Но откуда у тебя это всё? — только и смог сказать Асами. Фейлон беззаботно пожал плечом. — Давние подарки отца. Я всего лишь попытался грамотно ими распорядиться. К тому же Арбатовы уже поделились задатком с моим боссом, а тот — со мной. Плюс, по моей информации, на счета скоро поступит первая прибыль от нашей общей «финансовой подушки». Поэтому я решил, что могу позволить дать тебе маленькую фору. Ты же всё-таки на моей территории. Асами усмехнулся. Несмотря на обманчиво юную внешность Дракона, его внутренняя зрелость, а с нею — и самоуверенность и конкурентоспособность, никуда не делись — просто обрели дружественные формы. Оба они — и Фейлон, и Лю Тайрен — во многом хотели от него противоположного. Но, в отличие от своего приемного отца, проявляя щедрость, Фейлон руководствовался куда менее корыстными мотивами, и это во многом спасало ситуацию. — Спасибо, — наконец сказал Асами. — Я ценю твоё желание помочь. Правда, это было… неожиданно. Твой отец точно не будет против, если узнает, что ты отдаешь эту землю мне? — Так как все мы работаем вместе, по итогу я ничего не теряю, — пожал плечом Фейлон. — Да и это всего лишь капля в море на фоне общих выгод. Ты же подумаешь над моим предложением? Асами чуть улыбнулся. — Конечно, Фейлон. Дракон остро взглянул на него, и на мгновение Асами захотелось поежиться. К счастью, Дракон предпринял только одну попытку его просканировать. — Жаль, что я не могу в полной мере помочь тебе и с поручением отца. Сложно просчитывать его действия, не работая с ним напрямую, — сказал он после недолгой паузы. — Но в какой-то степени я могу повлиять на твои переговоры с японцами. На то, как они воспримут «Байше». И наше сотрудничество. Асами представил, как Фейлон стоит рядом с ним на деловой встрече и излагает свои аргументы: одетый со сдержанной изысканностью, острый на язык, местами даже излишне жесткий в суждениях — на контрасте с непозволительно юным видом. И как все деловые размышления наставников при виде него ожидаемо перетекают в горизонтальную плоскость, целиком состоящую из циничных предположений и грязных сплетен. «Не пытайтесь действовать без подготовки, — прозвучал в его голове предупреждающий голос Янь Лисиня. — Пока от вас требуется привыкать к своим ощущениям и запоминать, что происходит вокруг.» Верно, он был волен осматриваться и практиковаться во взаимодействиях сколь ему угодно, но пока не мог без опаски для себя и Фейлона менять окружающее его пространство сна. Кто знает, что произойдет, если он проявит излишнюю самостоятельность? Смогут ли они и дальше синхронизироваться так плотно, если он пойдет наперекор готовому сюжету? В идеале, он хотел бы рискнуть, поэкспериментировать «во благо науки», но так, чтобы это не отразилось на Драконе в негативном ключе. Сейчас было сложно представить, что всё это — идиллическая обстановка, свежесть юности и наполеоновские планы — существовало только в их общем воображении, а в реальности Фейлон был на волосок от смерти. Да и Асами своей безрассудной сделкой с «Гипносом» подвергал риску не только свою жизнь, но и жизни Фейлона, Тао, а за ними — и Акихито, который тоже от него зависел… — Тебе нужно быть осторожным. Ты не представляешь, с каким противодействием можешь столкнуться, — наконец сказал Асами. — Поверь мне, я знаю, на что способна кучка враждебно настроенных стариков, к тому же высокопоставленных, — глуховато проговорил Фейлон, сводя брови. — Они могут быть очень… изобретательны в своих желаниях. Впрочем, главное сейчас — не моя репутация, а чтобы и тебя, и идеи отца восприняли серьезно. Поэтому в этот раз я не хотел бы прятаться за твоим плечом, будто делаю что-то постыдное. Понимаешь меня? Он помолчал, еще какое-то время напряжённо обдумывая свои слова. — Я не собираюсь делать что-то наперекор тебе, если что. Если у тебя иное мнение, ты имеешь полное право сказать об этом. — Нет-нет, всё нормально, — поспешил уверить якудза. — Не то чтобы я против. Просто… нужно действительно многое обдумать. И сегодняшнюю встречу — тоже. Дракон кивнул. Уставившись на тарелку перед собой, Асами чувствовал, как Фейлон неспешно рассматривает его, пытаясь считать его настрой и спланировать собственные действия. — Не переживай, — сказал он. — Я не требую от тебя ответов прямо сейчас. Но если тебе понадобится моя помощь… ты будешь знать, как я намерен действовать. И Асами… Якудза вопросительно взглянул на него. — Я правда хочу, чтобы у тебя все получилось. У вас обоих, — сказал Фейлон, и от его интонаций Асами вновь испытал нехарактерное для него желание смутиться. Он хотел поблагодарить Дракона за доверие, но, как назло, не смог подобрать нужных слов. Фейлон выжидательно смотрел на него какое-то время, а потом мягко качнул головой — он и так все понимал. Асами отпил еще вина, методично опустошая бокал, чтобы в рекордно короткие сроки дойти до кондиции. Опьянеть по-настоящему у него все равно не получится, но легкий хмель дарил приятное чувство готовности к приключениям. Это состояние казалось куда лучше неловкости, грозившей стать его вечным спутником в общении с Фейлоном. Главное при этом — не спиться. — У тебя есть какие-то планы на остаток дня? — спросил Дракон через какое-то время, явно продолжая обдумывать то, что не успел озвучить. — Думаю, нет, — сказал Асами. — Во всяком случае, пока не появились. — Тогда как насчет того, чтобы помочь мне скоротать время? Во второй половине дня у меня встреча в Коулуне, а до этого четыре с лишним свободных часа. Так что если мы оба не заняты… Асами помолчал немного. Торопиться ему вроде как некуда. Маловероятно, что Лю Тайрен примется снабжать его ценными указаниями прямо сейчас, а менее важными сделками можно заняться и позже. Ну, разве что он проснётся в процессе их общения… но это у него все равно не получится контролировать. Поэтому он решил рискнуть. — Я не против, — философски вздохнул он. — Ты ведь все равно угрожал мне культурной программой. Это она и есть, или грядет что-то более масштабное? — Ну, для более масштабного у нас слишком плотный график. Но что-нибудь незначительное, как у простых смертных, думаю, мы осилим. Прогулка… — Можно. — Или кино… — продолжал накидывать варианты Фейлон. — Я слышал, недавно объявляли о премьере «Чункинского экспресса». Ближайший «Ю-Эй»*, кстати, буквально у нас под носом, минут десять пешком… — Можно, — опять согласился Асами, и Дракон немного недоверчиво улыбнулся. — Тогда решено, — сказал он, промокнув губы салфеткой. — Сейчас я узнаю, что там с расписанием. Им повезло — премьера «Экспресса» оказалась в самом разгаре. Причем до начала очередного сеанса можно было втиснуть небольшую пешую прогулку, убив этим двух зайцев, а после у них даже осталось бы свободное время, что позволило бы Фейлону не опоздать на встречу. Оплатив счет, они спустились на первый этаж, и Дракон отошел к машине, чтобы договориться с водителем о времени и месте, где тот должен будет их забрать. — Ну что, готов? — спросил Асами, когда Фейлон вернулся к нему. Дракон кивнул. При всём спокойствии, которое он старался транслировать, глаза его лучились нетерпением. Асами поймал себя на мысли, что при взгляде на Фейлона внутри него тоже начинает зарождаться отраженная радость. При этом Дракон, казалось бы, не делал ничего особенного — просто шел рядом, периодически обгоняя его на несколько шагов и начиная идти спиной вперед, но чувствовалось, что настроение у него скакнуло наверх. Несложно догадаться, почему. Якудза невольно подумалось, что Фейлон сейчас, будучи в возрасте Акихито, вёл себя очень похоже на него. Даже не так: в этот момент и он, и Акихито не слишком отличались друг от друга своей эмоциональностью, хотя между ними, казалось, была огромная пропасть буквально во всём: и во внешности, и в воспитании, и в характерах. — Осторожней, споткнешься, — не удержался Асами. — Ты не за того меня принимаешь, — парировал Фейлон, легко взлетая на бордюр спиной вперед, проходя его по всей длине и так же ловко спрыгивая на асфальт. Асами не был уверен, что они впервые прогуливаются вместе, но, вполне возможно, это их первый визит в кинотеатр. И совершенно точно его первое свидание с Фейлоном — происходящее не по порядку, как обычно делается, не во время конфетно-букетного периода, а уже сильно после того, как они стали любовниками в этой версии событий. Впрочем, что-то подсказывало ему, что несоблюдение хронологии совершенно им не мешало. — Мороженое моего детства вон там, погоди! — воскликнул Дракон, и Асами, к счастью, не успел окончательно проникнуться своим новым статусом. Фейлон указывал на белый фургончик с красной надписью «Мистер Софти»** неподалеку, на противоположной стороне. От него по всей улице разносилась характерная мелодия вальса, напоминающая классические мотивы из музыкальных шкатулок. — Вкусное? — спросил он. — Раньше казалось, что да. Пару раз я объедался им так, что едва не заболел. Сейчас это своего рода раритет, можно сказать. Символ эпохи. Хочешь, я и тебе возьму? Асами кивнул, и Фейлон уже шел к фургончику, ища в кармане мелочь. С его приближением девчонки, стоящие перед ним в очереди, начали оглядываться и восхищенно перешептываться. К счастью, ему не пришлось долго ждать, и через несколько минут он возвращался уже с двумя большими вафельными рожками, обернутыми в бумагу. — Вот, ванильное и ванильное, на выбор, — пояснил он со смешком. — Не в канун Нового года других вкусов просто нет. Еще есть апельсиновый шербет, но я не смог унести всё. Идем на скамейку? Асами последовал за ним, под скопление деревьев, где располагалось что-то вроде зоны отдыха рядом с одним из торговых центров. Улица, по которой они шли, изгибалась то влево, то вправо и была на удивление малолюдной, хоть и почти полностью застроенной высотками; мимо проезжали редкие автомобили и мотоциклисты, готовые влиться в основные транспортные потоки совсем рядом. До сеанса оставалось еще достаточно времени, чтобы съесть мороженое и послушать, как Фейлон рассказывает историю бренда, одно упоминание о котором вгоняло в ностальгию подавляющее большинство гонконгцев. — Это не слишком китайская традиция, как ты видишь, — заметил он, медленно вертя рожок в пальцах. — Но всё моё детство ассоциируется именно с этой мелодией и вкусом. У нас была одна компания по производству молочки. И когда один из ее работников попал в Лондон, он увидел на улице детей, которые осаждали такой же фургончик. В общем, он привёз в Гонконг первый похожий фургон под Новый год. Тогда ещё так совпало, что люди наконец смогли себе это позволить… Асами откусывал стремительно тающее мороженое и рассеянно кивал. Сейчас Фейлон казался максимально человечным и непохожим на себя привычного. И чем дольше Асами разглядывал его, тем острее становилось щемящее чувство, которое сложно поддавалось описанию, но было неразрывно связано с их общим трагичным прошлым. Вся обстановка была слишком реальной, чтобы не переносить его в воспоминания тех времён, когда они только встретились. А ведь поведи он себя немного по-другому, подобные простые и искренние разговоры могли бы случиться между ними на самом деле. Асами потянулся к Фейлону и погладил его по щеке. Он и сам не знал, почему решил это сделать — то ли чтобы заглушить укоры совести, то ли в попытке утешить тогда, когда утешать было вроде бы не за что. Дракон так и замер, поспешно проглатывая очередной кусочек мороженого, и Асами тут же застыл на мгновение, не зная, как объяснить ему столь внезапный порыв. — Я… — начал он и осекся. Не дожидаясь ответа, Фейлон положил руку на его колено и повёл ладонью вверх, касаясь внутренней поверхности бедра кончиками пальцев. — Всё нормально, — проговорил он с лёгкой улыбкой. — Я тоже не могу контролировать руки, когда ты рядом. Якудза усмехнулся. Чтобы привыкнуть к их здешнему статусу, требовалось… время. Даже ему. Он почёл за лучшее просто дать Фейлону проявлять инициативу, что тот и делал, подвинувшись к нему ещё ближе. Асами так и чувствовал на себе его теплый, слегка расфокусированный взгляд. Время, казалось, замедлило свой ход, оставляя их наедине со сладким ванильным ароматом — праздничным и немного детским. — Твою мать! — вдруг совсем не куртуазно воскликнул Фейлон, враз отстраняясь от него и резко отводя руку в сторону. — Рюичи, на тебя капает рожок! Асами вынырнул из наваждения. На лацкане его пиджака и на брюках действительно красовалось несколько крупных белых пятен. Видя, как Дракон без колебаний отправляет протекшего виновника в урну, Асами начал поспешно доедать свою порцию — мороженое оказалось действительно неплохим, и ему не хотелось его выбрасывать. Напряженно наблюдая за тем, как он всухомятку хрустит вафлей, Фейлон вытащил из кармана носовой платок и тут же принялся оттирать с ткани молочные потеки. — Это была плохая идея, — бормотал он. — Я не планировал заставлять тебя переодеваться в разгар рабочего дня… Асами в лёгком ступоре наблюдал за происходящим. Подобные ситуации казались ему слишком мелкими, чтобы возмущаться или расстраиваться всерьез. Но то, как Фейлон хлопотал над ним, было, пожалуй, даже приятно. — У меня нет срочных встреч на сегодня, — сказал он примирительно. — И если они вдруг случатся, это всего лишь пара капель в незаметном месте. Не переживай. — «Пара капель»? В «незаметном месте»? Рюичи, нам срочно нужно замыть это, пока пятна не высохли! Якудза вздохнул. По его мнению, костюм прекрасно дожил бы до конца дня, даже будучи слегка липковат. Но Фейлон был настроен так решительно, что он не стал возражать. До «Пасифик-Плейс», торгового центра, где находился кинотеатр, они добрались вдвое быстрее, чем планировалось. — По идее, там не должно быть много народу, — размышлял Фейлон вслух, заглядывая в незаметную дверь с характерным человечком на ней. — Еще слишком рано до начала сеанса. Давай скорее! В уборной было обнадеживающе пусто. Из кабинок пахло ароматизатором и хлорированной свежестью, и Фейлон, стараясь не морщиться, принялся за дело. Он открыл воду в одной из раковин и вооружился жидким мылом и носовым платком. — Тебе нужна моя одежда, ботинки и мой мотоцикл? — поинтересовался Асами как можно невозмутимей. — Сними только верхнюю часть, пожалуйста, — последовал сдержанный ответ, и якудза ничего не оставалось, кроме как снять пиджак и вручить его Фейлону. С пиджаком тот разобрался быстро, а вот с брюками, которые были всё ещё на владельце, предсказуемо возникли проблемы. Впрочем, Дракон был не из тех, кто пасует перед трудностями. Поэтому, сев на корточки у раковины, он поманил рукой Асами к себе, стараясь сохранять нейтральное выражение лица. — Только без комментариев, я тебя умоляю, — попросил он. Асами встал перед ним, выдвинув «пострадавшую» ногу вперед, и многозначительно кашлянул. И действительно. Надо признать, не отпустить шутку по этому поводу было крайне сложно — слишком уж двусмысленным выглядело то, чем они собирались заниматься. Фейлон намочил кончик носового платка жидким мылом и на пробу втёр в ткань. Потом втёр ещё. И ещё. Поскрёб кончиком ногтя. — Кажется, придётся намочить тебя немного, иначе пятна не отойдут, — предупредил он, старательно избегая взгляда якудза. — Делай всё, что считаешь нужным, — искренне ответил Асами. Как он ни пытался отвлекаться, несколько минут беспрестанных прикосновений к одному и тому же месту не прошли даром. По коже Асами пробегали предательские мурашки, и интенсивность ощущений только усиливалась. Он невольно задержал дыхание, когда пальцы Фейлона скользнули по внутренней стороне бедра. — Всё нормально? — неуверенно спросил Фейлон. — Всё прекрасно, продолжай, — хрипловато ответил якудза. — У тебя хорошо получается. — Чего только не сделаешь в отчаянии. Как бы не стало ещё хуже, чем было… — с усмешкой пробормотал тот, безуспешно пытаясь сосредоточиться на ликвидации пятна. Асами чувствовал, как вода, которую Фейлон продолжал добавлять в попытке выполоскать остатки мороженого и мыло, тонкой струйкой начинала течь по направлению к колену и дальше. Следующая станция — носок. Асами представил это и едва не фыркнул. Это становилось по-настоящему забавным. Он уже дважды щеголял в мокрой одежде, и оба эти раза имели отношение к Фейлону. — Знаешь, было бы проще, если бы я снял брюки… — Что?! — Фейлон резко выпрямился, заливаясь краской. — Ты с ума сошел? Мы в общественном месте! — Можно было бы уединиться в кабинке, если кто-то зайдёт, — невозмутимо парировал Асами. — Даже не думай! — Фейлон попытался придать голосу строгость, но вышло не слишком убедительно. — Я почти закончил. Влажная ткань брюк холодила кожу, но от близости Дракона Асами бросало в жар. Он старался не думать, что если податься всего на несколько сантиметров вперед, он может вжаться членом в губы Фейлона, и тот не скажет «нет». Он даже позволил себе легкую улыбку, наблюдая, как Фейлон сосредоточенно промакивает воду туалетной бумагой, то и дело бросая на него настороженные взгляды. — Не старайся слишком сильно, — посоветовал якудза. — Всё равно почти ничего не заметно. — Ну конечно! Я испоганил тебе всю брючину… — сокрушенно пробормотал Дракон и поднялся с корточек. Кажется, он тоже понял, что его попытки полностью высушить ткань тщетны. — Извини, пожалуйста. Асами бережно заправил ему за ухо длинную прядку волос, вновь выбившуюся из чёлки, и задержал пальцы на его щеке чуть дольше положенного. — Тебе не за что извиняться. Ты старался сделать как лучше. И вообще знаешь, сколько порнофильмов начинается с этой сцены? Дракон одарил его красноречиво-укоризненным взглядом. На его щеках стал проявляться румянец, который он так старался сдерживать, а уши приобрели нежно-лососевый цвет. — Я же тебя просил, — тихо проговорил он. Асами почти виновато вздохнул. Смущение Фейлона настолько завораживало его, что он не мог полностью удержаться от провокаций. Любой другой посчитал бы, что эпизод с мороженым и туалетом был подстроен специально, чтобы развести его на секс в публичном месте, но якудза подозревал, что еще немного — и Фейлон всерьез начнет чувствовать себя виноватым, если его не отвлечь. — Давай посмотрим, что здесь продают, помимо попкорна? — предложил он. Не то чтобы Асами действительно надеялся найти что-то изысканное среди ассортимента стандартных снэков и напитков в кинотеатрах, но они и правда довольно долго стояли у витрин. Фейлон придирчиво разглядывал лежащие перед ними рыбные шарики, кунжутное печенье и разнообразные цукаты, будто ухватившись за возможность не встречаться с Асами взглядом. Он больше не краснел так явственно, но якудза видел, как сильно он стискивает пальцы в кулаке, чтобы оставаться невозмутимым: до синих полумесяцев. — Возьмешь орешков? — шепнул Асами ему на ухо ради эксперимента и увидел, как кожа на его шее, рядом с волосами, явственно покрылась пупырышками. Фейлон мотнул головой. — Банку лимонного чая, — произнес он, не мигая. — И всё? Дракон кивнул. Асами был уверен, что он выбрал первый попавшийся продукт, лишь бы быстрее уйти от витрины — и от его присутствия рядом. Прямо у них над головами щелкнул и включился громкоговоритель, извещающий о начале сеанса: на кантонском и на английском. Фейлон взглянул на часы у него на запястье. — Может быть, лучше всё-таки вернуться домой и переодеться? — предложил он, помявшись. Асами покачал головой. — Не стоит. Давай лучше посмотрим фильм. К тому же ты так старательно всё отчистил, что мне нечего бояться. Пойдем. Когда они вошли в зал, на экране уже вовсю мелькали анонсы будущих фильмов. — Места в самом конце, — негромко шепнул Фейлон, первым проходя вперед. Несмотря на то, какой простор для испорченных мыслей создавала эта ситуация, Асами не мог не признать, что сверху открывался отличный обзор, и, случись что, это давало им определенное тактическое преимущество. Дракон не собирался изменять своим профессиональным привычкам, даже идя развлекаться. За всё это время Асами не видел «Чункинский экспресс» с момента его выхода, только слышал отзывы о нём — и то в самом общем смысле. Впрочем, не важно. Он готов был воспринять любой образчик гонконгского кинематографа — лишь бы это помогло ему сблизиться с Драконом. Но, как оказалось, в итоге ему было совсем не до кино. Точнее, он, конечно, читал субтитры, честно пытался уловить сюжетную линию и привыкнуть к динамичной операторской работе. Но большую часть времени его взгляд был прикован к Фейлону. Что в начале фильма, что полчаса спустя, когда история одних героев сменилась второй, Дракон не улыбался даже в моменты откровенных дурачеств. Судя по тому, как он посерьезнел, сюжет оказался сюрпризом и для него самого. Асами не ожидал, что расхваленный критиками фильм окажется об одиночестве, переживании расставания и о безответной любви, хотя там хватало и элементов комедии, и криминальной драмы. Пытаясь справиться с собой, герои разговаривали с мокрыми полотенцами, мягкими игрушками, поглощали просроченную еду, влюблялись в первых встречных, а порой занимались неприкрытым сталкингом. Он вновь перевёл взгляд на Фейлона, который распахнутыми глазами смотрел на экран, провалившись в собственные мысли, и внутри всколыхнулось знакомое чувство вины. Умом Асами понимал, что сейчас всё по-другому, что отношения между ними только начинаются. Было похоже, что в этой реальности многие события, сделавшие их врагами, попросту не произошли. Но он не мог перестать воспринимать реакцию Дракона через призму своего опыта. Он осознавал, что эта идиллия существует лишь в сознании настоящего Фейлона, который сейчас лежит рядом с ним, опутанный проводами капельниц и экспериментального оборудования «Гипноса». И которому пришлось пройти через всё, о чем Асами старался не думать, делая вид, что прошлое осталось в прошлом. Ничего не говоря, Асами накрыл руку Фейлона своей, и тот на мгновение замер, а потом медленно повернул голову, встречаясь с ним взглядом. В темноте его глаза казались особенно глубокими и уязвимыми, почти затягивающими. Асами склонился к Фейлону, погладил его по щеке и накрыл его губы своими, целуя осторожно, почти невесомо. Тот среагировал не сразу, словно не веря происходящему, но когда ответил — в этом было столько затаенной нежности, что у якудза перехватило дыхание. Асами скользнул ладонью по его шее, мимолетно огладив чувствительное местечко за ухом, и Фейлон тихо, едва слышно застонал. Он невольно отзеркалил ласку, зарываясь пальцами в волосы на затылке Асами, и от этого незамысловатого прикосновения по спине словно пробежал электрический разряд, а в районе паха всё ярче разгорался жар, который он безуспешно пытался погасить последние полчаса. Боковым зрением Асами видел, как на экране появляются титры, но это было неважно. Казалось, весь мир сузился до этого темного зала, до лихорадочного румянца на скулах Фейлона, до их смешавшегося разгоряченного дыхания. Зачаровывала даже не голая физиологичность момента, а то, как Дракон отзывался на его прикосновения, как таял в его руках. А потом в зале начал зажигаться свет, и они поспешно отстранились друг от друга. Фейлон выглядел немного растерянным, его губы припухли самым аппетитным образом, волосы растрепались. Асами подозревал, что и сам не слишком презентабелен. Он поправил галстук, сбившийся набок, и встал с сиденья — вслед за Фейлоном. Они покидали зал одними из последних, пережидая образовавшийся мини-затор у самого выхода. Фейлон шел впереди него, и Асами не мог отвести взгляд от его идеально выпрямленной спины. Он думал не столько о том, как относится к нему Дракон, сколько о собственной готовности справляться с наступающим хаосом. Было что-то пугающе неизбежное в том, как легко рушились его внутренние барьеры рядом с Фейлоном. Акихито действовал на него похожим образом, приведя в совершенный дисбаланс механизмы его самоконтроля. Асами самонадеянно считал, что начал привыкать к этому в последние годы. И совершенно не думал, что подобное может случиться еще раз, уже по отношению к Фейлону. Запрещенный прием, удар под дых. В фойе было довольно людно — последние зрители неспешно расходились, обсуждая фильм. Асами мягко потянул Фейлона за руку в сторону более тихого, слабо освещенного коридора. Едва они оказались вдали от любопытных глаз, как якудза притянул Дракона к себе и вновь поцеловал — медленно, глубоко, вкладывая в этот поцелуй все чувства, которые раньше старался не показывать. — Нам нужно срочно придумать что-нибудь, пока я не затащил тебя в ближайшую кабинку, — хрипло выдохнул он. — Машина… — прошептал Фейлон, глядя на него затуманенными глазами. — Она тонирована. Асами понимающе усмехнулся. — А водитель? — Это не проблема. Дракон быстро привел в порядок волосы и одежду. Хотя щеки его все еще горели, в остальном он выглядел почти невозмутимо. Они вышли к «мерседесу», где их уже ждал водитель, готовый открыть им дверцу. Фейлон что-то негромко сказал ему по-кантонски, тот понятливо кивнул, и они распрощались после короткого разговора. Как только тот отошел на достаточное расстояние, Дракон скользнул на заднее сиденье, увлекая Асами за собой. Их пальцы переплелись; Фейлон повернулся к нему как раз тогда, когда Асами наклонился навстречу — и они опять начали жадно целоваться еще до того, как заговорили друг с другом. Наконец оторвавшись от его губ, Дракон выдохнул, соскользнул с сиденья между раздвинутых ног Асами и потянул вниз молнию на ширинке его брюк. В горле якудза пересохло. Выждав тот символический промежуток времени, в который Асами мог бы ответить отказом, Фейлон повёл кончиками пальцев поверх туго натянутой ткани боксеров, а потом, прихватив краешек резинки, потянул ее вниз. Часть оголившейся кожи он тут же накрыл губами, и Асами вздрогнул, ощущая, как жадный до исследований язычок касается основания его члена, все еще почти полностью прикрытого бельем. Он потянулся к лицу Фейлона, чтобы погладить его по щеке и заодно помочь придержать волосы, лезущие в глаза, но Дракон тут же перехватил его ладонь и прижал к сиденью. Фейлон приспустил его боксеры вниз, и Асами услышал тихий вздох восхищения. Дракон накрыл губами его ноющие яйца, неторопливо посасывая каждое, а потом заскользил языком по стволу снизу вверх. Он почти благоговейно слизнул с головки каплю смазки, подался вперед и в несколько движений взял в рот до самого горла. Асами даже не успел сориентироваться, проконтролировать себя — только понимал, что ладонь его уже зарылась в волосы Дракона, ни на дюйм не давая ему отстраниться от своего паха. А Фейлон только того и ждал: прогнулся в груди и шее и совершенно расслабился, закрыв глаза. Асами тут же надавил ему на затылок и принялся вбиваться в податливый рот — резче и глубже с каждым разом, так, чтобы припухшие влажные губы смыкались у самого лобка. Дракон не сопротивлялся — лишь тихонько постанывал, когда Асами ухватывал его за волосы. Словно бы насильно подчиняясь чужой воле, он расслаблялся и почти обмякал; глаза его закатывались. Когда же якудза оттягивал его голову назад, он восстанавливал дыхание и вновь впускал член в горло, прося еще. От этой покорности, от этих стонов, то требовательных, то умоляющих, отдающихся рокочущей вибрацией до самых яиц, у Асами отказывал последний самоконтроль. В одну из таких мучительно-сладких итераций он замер, удерживая голову Фейлона у своего паха, и коротко, почти просяще застонал. Ощущения зашкаливали. Дракон, полностью уткнувшийся лицом в его лобок, рефлекторно дернулся в попытке сделать вдох, после чего еще плотнее прильнул к нему, и якудза ничего не оставалось, кроме как излиться в жадный рот, буквально выдаивающий его до конца. Фейлон отодвинулся от него — ровно настолько, чтобы перевести дух, но не упустил ни капли. На щеках его виднелись влажные дорожки от слез, а в уголке рта поблескивала вязкая струйка слюны, но он даже не замечал этого, с энтузиазмом принимая член. Асами растекся по сиденью, практически утеряв способность двигаться на несколько секунд. — С тобой всё хорошо? — спросил Фейлон, с нежностью глядя на него. Асами покивал. — Как ты сам? — Нормально. Мне нравится, когда ты меня контролируешь. Даже немножко сносит башню. — Если хочешь, мы всегда можем развить эту тему, — на пробу предложил Асами. Дракон, входящий в состояние сабспейса от его члена во рту, вызывал в нем слишком много ошеломляющих ощущений и провокационных идей, чтобы можно было открыто отмахиваться от них. Фейлон поднялся с колен, хотя ему пришлось приложить к этому некоторое усилие. Он утёр губы, пригладил длинные пряди, выбившиеся из челки, потянулся к Асами и поцеловал его. — Что значит «если хочу»? — сказал он, усаживаясь рядом и кладя голову ему на плечо. — Я всегда хочу тебя. Они немного посидели так, прижавшись друг к другу. Фейлон невесомо водил губами и носом по его шее, потом уютно улегся головой ему на колени, и якудза и сам не заметил, как закрыл глаза. Под воздействием гормонов стресс кратковременно ушел на второй план, и мир вокруг ощущался правильно. Так, как надо. Ему не требовалось больше ничего, кроме влюбленного Дракона под боком и прекрасных рабочих перспектив с «Байше» в мире, где между ними никогда не происходило ничего плохого. Чтобы осознать неправильность этого утверждения, требовалось целенаправленно поломать себе кайф и продолжить бороться с накатывающей на него безмятежностью и умиротворением, но сил на это не оставалось. Как же сложно сопротивляться тому, что было твоим величайшим искушением, сколько себя помнишь… Асами беззвучно вздохнул и автоматически зашарил рукой в кармане пиджака в поисках сигарет и зажигалки. Фейлон потянулся к его лицу и почти наощупь коснулся его скулы. Сделав долгожданную затяжку, Асами чуть повернулся к нему, позволяя кончикам пальцев скользить по его векам, провести по переносице, дотронуться до губ. — Рюи-чи… — выдохнул Фейлон. — М? Фейлон не отвечал. Невысказанные эмоции вместе с клубами дыма повисли под потолком салона. За окном возникла смутная тень: это водитель Фейлона возвращался назад, к машине, в ожидании его распоряжений. Дракон тоже заметил его и отстранился, оправляя одежду. Если он и переживал о чем-то или был расстроен, эти чувства быстро сменились легкой задумчивостью: словно озерная гладь подернулась льдом. — Так куда тебя отвезти? — после паузы спросил он. — На виллу, — ответил Асами, сминая окурок и выбрасывая его в пепельницу. — Поработаю из дома. А потом водитель занял свое место за рулем, и «мерседес» плавно тронулся с места. Нарушать тишину пустыми разговорами не решался никто. Фейлон сидел вполоборота к Асами, с преувеличенной внимательностью разглядывая проплывающие мимо здания, но то и дело задевал его плечом, когда они останавливались на светофорах. В этом почти случайном прикосновении читалось больше, чем во всех словах. Во время одной из таких остановок Асами осторожно обнял Фейлона за талию, и тот позволил ему это, прижимаясь немного теснее, хотя полностью расслабиться ему всё так же не удавалось. От его волос смутно пахло чем-то приятным, и Асами позволил себе эту маленькую слабость — касаться носом и губами блестящих шелковистых прядей и пытаться разложить этот аромат на составляющие. Кофе. Ваниль. И немного миндаля. Маршрут, которым они ехали, был слишком коротким, чтобы начинать какие-то по настоящему важные разговоры, а дежурные вежливые фразы выглядели излишне банальными. И всё же молчание между ними тяготило, создавая ощущение, что он безвозвратно упускает представившийся ему шанс. Асами казалось, что он вот-вот должен подобрать нужные слова, чтобы разрядить атмосферу, но, как ни крути, сейчас всё складывалось не в пользу таких диалогов. Когда машина въехала в ворота и остановилась у главного входа, Фейлон наконец повернулся к Асами. В его взгляде вновь мелькнуло что-то мягкое, почти беззащитное — отголосок тех неудобных эмоций, которые он старался не озвучивать лишний раз. — Ты еще успеваешь на встречу? — спросил якудза. — Да, конечно, — ответил Фейлон, по-прежнему норовя опустить глаза. — Еще уйма времени. И тут недалеко. — Будь осторожен, хорошо? Фейлон покивал. — Ты тоже. Я позвоню, как всё закончится, — сказал он. Асами кивнул, еще раз погладил Фейлона по волосам и вышел из машины, захлопывая за собой дверцу. Пронзительное чувство чего-то несбывшегося, невысказанного так и теснилось в груди, и становилось все сложней делать вид, что это ничего не значит.