Lumos

Вечер прошел так, как Роза и хотела его провести — спрятавшись за камином гриффиндорской гостиной (это было очень удобно — другие студенты сидели буквально в двух метрах от девочки, но не замечали ее), второкурсница, воспользовавшись заклинанием «Люмос», ведь, хоть и камин освещал большую часть помещения, свет его не распространялся на угол, занятый Уизли, она открыла книжонку со светло-голубой обложкой и погрузилась в чтение. Статьи Винтрингама в большинстве своем были лаконичны, но встречались и такие, где автор освещал любимые им темы и рассказывал о заклинаниях, дающихся ему легко и быстро — такими были световые и левитационные чары. Роза отметила, что Винтрингам по национальности голландец и что еще в школе он не всегда внимательно слушал профессора Флитвика. Перед каждой главой, которых было всего пять, курсивом были напечатаны два или три слова на родном языке Керли — заклинания, которые он придумал сам. Прежде чем применять что-либо вроде заклятий разрушения или левитации, второкурсница достала палочку и, сосредоточившись, произнесла фразу, которую опробовал Лисандер в Выручай-комнате. — Литевен, — прошептала Уизли. Она ожидала, что в гостиной сразу станет совсем темно, но камин продолжал гореть, ни на секунду не переставая излучать тепло; он работал с помощью магии. Лишь несколько факелов на стенах дернулись, пара огоньков даже прилетело к концу палочки Розы. Девочка быстро сообразила, что это не заклинание плохо действует, а она его неправильно произносит; все заклятия следует выговаривать четко, а второкурсница слабо буркнула название. — Литевен, — повторила Уизли, чтобы слабые огоньки вернулись на свои места. Не дочитывая главу «Световые чары», гриффиндорка сразу перелистнула на страницу 65, на которой был выведен заголовок «Разрушающие заклинания». Почти не обращая внимания на саму статью, Уизли взглянула на слова, напечатанные курсивом: «Ветвинг» и «ОблПазл». Девочка решила, что после похода к Черному Озеру с Альбусом и Лили возьмет в библиотеке голландско-английский словарь, чтобы узнавать о значениях заклинаний перед их применением на практике. Попробовав еще одно полезное заклятье, найденное в книге Керли — «Фолхолог» — второкурсница узнала, сколько времени, и ужаснулась, ведь в семь вечера она должна была встретиться с друзьями. Тень палочки, принявшая вид тени от циферблата часов (в этом то и состоял смысл заклинания), павшая на бумагу, показывала 19:11, а это значило, что Роза уже опоздала. Не теряя надежды встретить друзей, Уизли быстро убрала палочку и «Собственного» в сумку и побежала в сторону выхода. Дорога заняла у нее пятнадцать минут (Уизли часто сверялась с часами с помощью «Фолхог»), но Лили и Альбус все еще ждали ее на грязном темном берегу. — Ну Роза, — лениво протянул старший Поттер, — мы уже замучались тебя ждать! Раньше пунктуальность и собранность были твоими сильными сторонами, — мальчик протянул второкурснице небольшое металлическое ведро и инструмент, отдаленно напоминающий лопату. — Что с тобой происходит? — Альбус прав, — принимая притворно важный вид, заявила Лили. — Ты должна стать такой же заучкой, как раньше, — она засмеялась, — а то мы провалим Историю магии и Заклинания... — Поттер задумалась. — Кстати, ты ведь готовишься к контрольным? Говорят, в конце полугодий они всегда трудные. До первого тестирования по Трансфигурации осталось всего полторы недели. Нужно повторить и запомнить большую часть учебника! А по Заклинаниям? Я почти ни одного выговорить не могу, — возмущалась Лили, двигаясь по берегу. Ее взгляд бегал по земле, что-то выискивая. Уизли хмыкнула: — С Заклинаниями я могу тебе помочь, — гриффиндорка последовала примеру первокурсницы, хотя и не знала, что ей нужно искать. — Я недавно нашла интересный учебник или... Хм, я, конечно, сомневаюсь в том, что это учебник, но о заклятиях там написано достаточно. — Вот, вот, я нашел, — подал голос Альбус, до этого не вступавший в беседу. — Вы обе стали очень невнимательными. Давайте, тут целая куча их... этих... — парень замялся. — Мандрагор? — подсказала Роза, быстро растение. — Какие-то они очень чахлые. — Ничего, — Лили опустилась на корточки и, не брезгуя, начала копать вокруг одной особи. — Сами мандрагоры уже давно срезали, еще в начале осени. А сейчас особо ценны их корни, которые мы и должны принести на завтрашний урок, — тоном преподавательницы заявила Поттер. — Так что там насчет твоего «учебника»? Роза, следуя примеру первокурсницы, наклонилась над слабым ростком и, стараясь убрать сухие желтые листья с небольшого участка, продолжила: — Автор — Кели Винтрингам, — бросила Роза, надеясь, что друзья узнают это имя. — Да, мне о нем Джеймс рассказывал, — оправдал надежды Альбус, сгорбившийся над своей мандрагорой. — Но Джеймсу о Винтрингаме рассказал Лисандер, которому рассказал Лоркан... — Второкурсница вдруг вспомнила, что забыла навестить друга в Больничном крыле, но сейчас не стала корить себя за это, вслушиваясь в слова Поттера — последнее время Керли очень интересовал ее как писатель и как личность. — Ну а Лоркан говорит, что его мама, миссис Саламандер, очень хорошо общается с Винтрингамом. Видимо, они все из одной категории странных. — Это я поняла давно, — усмехнулась Роза, — а вот то, что Полумна знает этого журналиста — это классно. Ну так вот, Лили, — гриффиндорка развернулась к первокурснице, выкапывая корни и складывая их в небольшое ведро, — если хочешь практиковаться — пойдем со мной рано утром в Выручай-комнату. Мы как раз с Лисандером туда собирались, — добродушно предложила она. Поттер согласилась, и остаток «прогулки» друзья говорили на отвлеченные темы. Было прохладно даже в теплых мантиях, так что уже через полчаса, накопав порядочное количество корней, гриффиндорцы разошлись по спальням, где в теплых постелях уже грелись остальные студенты. Лили долго не спалось — она почему-то тоже начала думать о Винтрингаме, хотя и не знала о нем почти ничего. Странно, ей даже начало казаться, что либо в его имени, либо в статьях есть что-то очень интересное или магическое. Но первокурсница ни с кем не делилась своими подозрениями. * * * Утром следующего дня Уизли проснулась раньше своей подруги-первокурсницы — подъем в шесть утра уже совсем не пугал гриффиндорку, в отличие от Лили, которая привыкла вставать позднее. За окном опять было пасмурно — зима взялась за свое и наступала, делая каждый следующий день еще холоднее. Розе пришлось достать самые теплые свои мантии и положить их на видное место; легкую осеннюю одежду второкурсница засунула подальше в чемодан, стараясь не разбудить однокурсниц. Но Поттер все же лениво открыла глаза, пробегая взглядом по комнате и будто вспоминая, где находится и что сегодня за день. Потянувшись, Лили тихо сказала: — Неужели вы договорились встретиться в такую рань? — она не спешила вставать с кровати, тогда как Уизли уже заправила свою. — Да, — усмехнулась второкурсница. — Я же тебя еще вчера предупреждала. Ответом послужил притворно тяжелый вздох. Лили выглянула в окно, но, не увидев там ничего кроме серого неба и пары сов, плавно взмахивающих крыльями и летящих в сторону совятни, снова повалилась на койку. — Роза, — шепотом начала она, — вчера я позвала Скорпиуса пойти с нами в Выручай-комнату. Ты не против? Гриффиндорка задумалась, несколько секунд ее лицо даже изображало недовольство, но потом Уизли улыбнулась: — Конечно, я не возражаю, — второкурсница отвернулась, доставая из-под кровати мантию-невидимку. — Постой... Ты же вчера после похода к Озеру не выходила из гостиной. Верни мне зеркало! Лили встала с кровати и опустила голову — видимо, она не думала, что Роза узнает о том, что гриффиндорка пользовалась сквозным зеркалом до момента, когда Поттер вернет осколок подруге, засунув на место, под кровать. Первокурсница достала его из своей тумбочки и протянула подруге: — Прости. По-другому я поговорить с ним не смогла — ты же знаешь, что на Трансфигурации нас рассадили, потому что в конце второго полугодия второй и первый курс готовятся к контрольным по отдельности. Уизли вздохнула, пряча сквозное зеркало в складки мантии-невидимки и в свою очередь убирая ее в карман мантии. — Все нормально. Только учти — общаться можно, но только не на уроках, — вполне серьезно заявила она. Поттер ничего не ответила и тоже начала собираться. — Фолхолог, — Роза сверилась со временем на часах, очертания циферблата которых появились на полу, — уже без десяти шесть, собирайся побыстрей. Лили понадобилось пятнадцать минут, чтобы собраться под непрерывное ворчание подруги. Девочки шли по коридорам, не прячась — никто не блуждал в это время по прохладным проходам замка, предпочитая не выходить из жарких гостиных. Восьмой этаж был таким же, как и всегда — старинные стены, полное отсутствие картин и призраков и две двери. Одна была деревянной дубовой и являлась входом в башню Когтеврана, а другая появлялась не сразу; чтобы увидеть каменные узоры в стене, нужно было несколько секунд постоять в коридоре, представляя себе Выручай-комнату или просто нуждаясь в помощи или укрытии. Но в тот раз комната Так-и-Сяк будто ждала гриффиндорок, а может просто в нее только что вошел другой ученик, и дверь еще не успела «скрыться», как всегда, давая надежную защиту студентам, находящимся внутри. Помещение было уже другим — ожидая увидеть длинный коридор с портретами, дети зашли в просторное светлое помещение, напоминающее библиотеку. В углу стояло несколько книжных шкафов, там же устроился красивый старинный стол, загруженный книгами и бумагами. Звуки шагов становились громче, когда небольшие каблуки школьных туфель девочек соприкасались с чистым зеленым мраморным полом; мозаикой из мелких кусочков стекла на нем был изображен герб Когтеврана — орел, расправивший крылья. — Винтрингам был когтевранцем, — вполголоса отметил Скорпиус, которого до этого Лили и Роза не видели. Мальчик вышел из-за одной из книжных полок с тонкой книжкой в светло-голубой обложке и кривым рисунком пера. Уизли без труда узнала «Собственного» и уставилась на экземпляр Малфоя. — Тут таких куча, — мальчик кивнул в сторону захламленного стола. — И, по-моему, мы сейчас находимся в рабочем кабинете Керли. Сначала девочки не находили слов для ответа, осмысливая слова слизеринца, но потом у Лили возник новый вопрос: — Он что, писал книгу, учась в школе? Ну, этот... журналист ваш. Малфой покачал головой: — Судя по его черновикам и письмам, Винтрингам находился в Хогвартсе еще долго после окончания седьмого курса... — И общался с мадам Пинс, — перебила друга Роза, доставая свою книгу. — Вот тут записка для нее на обратной стороне. Керли пользовался нашей библиотекой, видимо, скрываясь ото всех. — Да. Ему же нужны были книги по заклинаниям и место, где можно тренировать собственные. Он их придумывал сам, — гордо хвастался своими знаниями Малфой. — И еще смотрите, что я нашел, — слизеринец протянул подругам небольшой блокнот с кроваво-красной обложкой и помятыми страницами. — Это что-то вроде книги желаний. Все, что туда записываешь, материализуется, даже если это предмет или события. Его заколдовал Винтрингам, чтобы обустроить свой кабинет, не выходя из комнаты. Уизли вытащила из своей сумки длинное цветное перо, взяла у друга блокнот и приказала инструменту сделать запись простейшую запись «ваза». Тут же рядом с второкурсницей, будто с потолка, на пол упала старинная бежевая ваза, тут же разбившись. Чтобы их не задели острые осколки студенты сделали шаг назад. — Лили, возьми у меня в сумке «Собственного» и посмотри главу «Восстановление», — попросила Роза; Поттер теперь находилась ближе всех к вещам второкурсницы. — Какие там есть заклинания? — Ну... — гриффиндорка, суетясь, искала нужную страницу. — Например, Репаро, но это в самой статье. А из его самодельных заклятий — Херстелен... Что за странные слова? — подняла бровь Лили. — Он был голландцем и придумывал фразы на своем языке, — это Уизли поняла давно, а сейчас просто сообщила друзьям. — Херстрелен, — выговорила она. Юная Поттер еще раз сверилась с книгой и воскликнула: — Нет, без второй «р». Ты неправильно произносишь! — но было уже поздно; осколки склеилась, но теперь представляли из себя не вазу, а что-то вроде нескольких кубков, поставленных друг на друга. — Мда... Тут нужна практика. Повисло молчание. Скорпиус подал голос первым, отходя к столу писателя: — Фолхолог, — он сверился со временем. — Слушайте, через двадцать минут уже начнется завтрак. Лучше не опаздывать. И если вы говорите о практике, то давайте соберемся тут еще раз после всех контрольных и тестов... То есть через пару недель. Как раз успеем прочитать книги, — слизеринец взял со стола еще один экземпляр «Собственного» и отдал его Лили. — А потом начнем отрабатывать заклятья. Девочки кивнули, накинули мантию-невидимку и вышли; Скорпиус же решил задержаться, чтобы по сквозному зеркалу связаться с Лисандером, который почему-то не пришел на встречу. Коридоры Хогвартса наполнялись учениками, спешащими в Большой зал, так что гриффиндорки смогли, оставаясь незамеченными, слиться с толпой и продолжить свой школьный день. * * * Роза составила для друзей расписания подготовки к экзаменам, распределив все предметы по дням. На понедельники приходилась Трансфигурация, во вторник ученики повторяли Руны и Прорицания, по средам посещали Клуб Слизней и дополнительное Зельеварении, подготавливаясь к тестам по этому предмету; в четверг студенты собирались, перелистывая учебники по Истории магии, а по пятницам Уизли, Лисандер, Скорпиус и Лили встречались, практикуя Заклинания по необычному «учебнику» в светло-голубой обложке. Второкурсница находила время и для посещения Больничного крыла. Лоркан после многочисленных переломов стремительно поправлялся, и после сдачи контрольных, когда до Рождества оставалась всего неделя, смог присоединиться к друзьям. В Выручай-комнате ученики делали определенные успехи. Лили не без помощи Скорпиуса уже овладела простейшими заклятиями, изучаемыми на первом курсе, и узнавала новые, более сложные, которые практиковали Лисандер и Роза. Уже к концу второй четверти, получив свои «Превосходно» и «Выше ожидаемого», студенты занялись невербальными заклинаниями, несмотря на очень юный возраст — обычно такую трудную технику проходили на пятом курсе. Рождественские каникулы стали лишь небольшим перерывом в тренировках — практика продолжалась, и каждый из них все две недели свободы думал о продолжении импровизированных занятий, хоть и о празднике ученики тоже не забывали. Хьюго с Розой уехали домой вместе с десятком других учеников, так что школа практически опустели. Но столы в Большом зале все равно накрывались, тренировки по квиддичу (самые неспокойные капитаны даже на каникулах гоняли игроков по полю) устраивались — жизнь в Хогвартсе шла своим чередом. В Лондоне второкурсница получила сову с небольшим свертком. Развернув его, она увидела цепочку и маленький амулет на ней, представляющий из себя несколько перьев, связанных за основания. «Остерегайся нарглов», — гласила записка, приложенная к конверту; и подпись: — «Лоркан Саламандер». Точно такие же талисманы получили от когтевранца и остальные друзья. В последствии они одевали их в определенные дни, чтобы, не шепчась, договариваться о встречах для практики заклинаний (дети решили не говорить о сомнительном Винтрингаме преподавателям и другим студентам, опасаясь, что их могут лишить возможности заниматься по учебникам со светло-голубой обложкой, дающих так много полезных знаний): если в пятницу студент одевал «Отпугиватель нарглов», значит он придет поздно вечером в Комнату Так-и-Сяк; хотя это правило не распространялось на Лоркана, носившего амулет всегда. В письмах студенты рассказали о «Собственном» Керли Винтрингама родителям, которые полностью поддерживали идею детей о тайных собраниях, вспоминая свои школьные годы и «Отряд Дамблдора». Конечно, тренировки детей проводились только в познавательных целях, что делало идею собраний еще более честной и продуманной. Гермиона даже отдала ученикам свой маховик времени, и теперь, если бы им задали слишком много уроков в день практики, то они, возвращаясь на пару часов назад смогли бы сделать и то, и другое. В один из дней каникул миссис Саламандер написала Лисандеру, что может организовать им встречу с Керли — Полумна и Винтрингам были близкими друзьями, и она могла попросить Керли прибыть к Черному Озеру (трансгресировать туда, где кончается магическая защита Хогвартса) и встретиться с неразъехавшимися друзьями. «О, Мистер Винтрингам будет очень рад встретиться с теми, кому интересны его научные труды», — заявляла в своем письме Полумна. Студенты с радостью приняли предложение миссис Саламандер и с нетерпением ожидали пятницы — дня, когда была запланирована встреча с Керли, и по счастливой случайности совпавшего с обычной днем тренировки.