Hard Times in New York

Всю жизнь казалось, что мужской вечер в стрип-клубе подразумевает, что женщины в зале присутствуют либо в качестве официанток, либо на сцене у шеста. Но, как выяснилось, в "Something Magical" мужской вечер - стопроцентно мужской. То есть никаких женщин. Вообще. Более того, в клубе совершенно не было официанток. Правда, некоторые ребята с подносами, наряди их в юбки, чулки и поставь на каблуки, дали бы фору любой девчонке. Мечта фетишиста просто. В том, что клуб рассчитан всё же не только на людей особой ориентации, убеждало только наличие танцовщиц в штате и регулярных женских вечеров в программе. Причём выступали на мужских и женских вечерах одни и те же парни-танцоры. Ну, почти одни и те же. В новой нью-йоркской действительности удивляло практически всё. Хотя Тэён честно считал, что в родном городе повидал много чего и вряд ли чему сможет изумляться. По идее их должны были бы выпнуть на публику как можно быстрее, чтобы отбить затраченные на возню с билетами и документами деньги. Вместо этого в первые пару недель их загнали сначала в тренажёрный зал, а потом и на ускоренные курсы пол-дэнс. Если б не заранее проданная свобода выбора, Тэён бы послал Минсока вместе с прочими боссами по известному эротическому адресу на двух языках сразу. Он, конечно, не возражает потрахаться с мужиками, но гейство и пидорство друг другу не равны. В маленький танцевальный зал, снятый клубом, Тэён явился в сопровождении соседей Доёна и Юно в состоянии ядовитого скепсиса, с трудом сдерживая мат. Хорошо хоть идти было всего пару кварталов. Первое же занятие убедило в нескольких вещах. Первая: американцы - знатные извращенцы. Где вообще видано, чтобы танцам на шесте мужчина учил мужчин? Разве что в стране процветающей толерастии. Вторая: псевдо-выпускник элитной школы Доён весьма недурно двигается. Сомнения на счёт его способностей к развратным танцам таяли на глазах. Третья: зря он пренебрежительно отнёсся к самой идее уроков. Оказалось, что крутиться у пилона чертовски сложно, а уж состроить хоть какое-то подобие соблазнения на лице невозможно в принципе. Не порвать бы себе ничего. Преподаватель, вполне обычного вида спортивный молодой мужчина, разочаровано качал головой и хвалил разве что Читтапона с Сычёном, у которых будто совсем костей не было, одни связки и обаяние. На следующее утро с непривычки болели даже те мышцы, о существовании которых в собственном теле Тэён и не подозревал. Встать с дивана в гостиной, до которой он с трудом дополз, заставили только заявления Доёна, что он посуду мыть не будет, не его почётная обязанность, а если Тэён свою часть выполнять не станет, так он может специально насвинячить ещё сильнее. Кроме занятий в двух залах спустя неделю их обязали являться в клуб и, сидючи в неприметном углу, наблюдать за работой других. Какого чёрта босс-Хёншик определил его в танцоры, стало абсолютно непонятно. Среди гибких, подкачанных и будто текучих ребят он будет уродливой вороной. Таец с китайцем, уже придумавшие себе псевдонимы, впишутся отлично. Да даже Доён. Но никак не он. - Что преступного в том, что происходит в клубе? - спросил он однажды вечером. В тот день Джонни был свободен, и они все вчетвером поглощали очередной кулинарный эксперимент Доёна под аккомпанемент воплей из огромного телевизора: шёл матч американского футбола. Практически семейные посиделки, странно, но никто из вынужденных соседей не раздражал, они на удивление быстро приспособились друг к другу. - То есть? - переспросил Джонни, отвернувшись от экрана. - Ну, стриптиз же не запрещён законом, - старательно подбирая слова ответил Тэён. Буквально с первого дня они договорились между собой по максимуму использовать английский. Тем более хозяин квартиры, благо что внешне подходил под распространённый в подпольной организации азиатский типаж, родился и вырос в штатах и корейский знал в очень далёком приближении. - И то, чем ты занимаешься, - продолжил он, и Джонни откинулся на стуле, вооружившись бутылкой пива. - Ходишь с богатыми дамочками по вечеринкам, в театры и куда ты там ещё ходишь? Это же не преступление. Футбол был забыт, Доён с Юно тоже уставились на американца. Видимо, те же самые вопросы одолевали и их. - Но всё всегда заканчивается сексом и наркотиками, - едва заметно усмехнулся тот. - Если танцуешь, трахаться и наркоту толкать необязательно, - припомнил Тэён, уже догадываясь, что несёт чушь. - Это Хёнвон так сказал? - прищурился Джонни, а Юно понимающе заулыбался. Пока Доён активно кивал в ответ, Джонни сделал глоток из бутылки и без прежней весёлости пояснил, обращаясь к Тэёну: - Необязательно. Конечно, никто тебя силой заставлять не будет. Но если Юнги настойчиво попросит загнать дозу клиенту, отказать не получится. - Почему это? - Тэён, ты дурак или прикидываешься? - серьёзно осведомился американец. В большой комнате не самой дешёвой квартиры на Манхеттене повисла напряжённая тишина. Доён рядом подобрался, будто готовился их разнимать. Стало смешно. Может, вид у него и "не влезай - убьёт", но выяснять отношения никаких намерений нет. А вот правду узнать - вполне. Потому что херня какая-то происходит. Живут будто в американском раю: фитнес бесплатно, танцы бесплатно, даже денег каких-никаких за просто так выдали - не пошикуешь, но и с голоду не умрёшь. На сцену не гонят, ни под кого не подкладывают. Лучше заранее знать, к чему готовиться. - Клуб - легальная прибыль, - заговорил Джонни. - И компания боссов вроде на одном уровне. Но я тебя уверяю, основной доход Леди - не от чаевых девочкам и продажи алкоголя в баре. Проституция, но прежде всего - наркотики. Так что Юнги не отказывают. Впрочем, можешь попытаться, - ещё один глоток пива. - Любопытно будет, сколько ты после этого продержишься к клубе. Он подхватил большую тарелку с сочным стейком и отправился на диван напротив телевизора. Оставшиеся за столом переглянулись, и следующий вопрос задал неожиданно Юно: - То есть ты со своими клиентками спишь и поставляешь им наркотики? - Если им хочется, - ни на секунду не запнувшись, ответил Джонни. Похоже, тачдауны и пасы интересовали его больше каких-то моральных сложностей. - А родители твои знают? - Ты сейчас как какая-нибудь бабуля, - расхохотался тот. - "Мальчик, твои родители знают, чем ты занимаешься?" Нет, конечно. Хожу по вечеринкам, езжу на курорты, живу в хорошей квартире, модно одеваюсь, учусь в академии и денег не прошу. Им там в Чикаго этой информации достаточно. После удара доёновской ногой по лодыжке и многозначительного взгляда на опустевшие тарелки пришлось отложить дальнейшие расспросы. - Да, жёнушка, - ехидно скривился Тэён, принимаясь за уборку. Тот демонстративно проигнорировал и вместе с довольно подхихикивающим Юно переместился к Джонни. Почему младший в их компании устроился настолько шоколадно, что вообще ничего за проживание не делал, понять не получалось. И хозяин с него ничего не требовал. - Почему мы? - посуда была отдраена как раз к концу второго периода, и можно было вклиниться в перерыв. - Имею в виду, зачем везти людей из Азии, заморачиваться на документы? - Вами помыкать проще. Вот кто бы ещё стал мне за одну комнату на троих квартиру чистить и обеды готовить? - после честного ответа захотелось полотенце, об которое Тэён вытирал руки, намотать ему на шею и придушить пару раз. - Грубый пример, но суть понятна. У тебя любопытство проснулось? Чувствую себя Хёнвоном - мистером Справочное Бюро. - А кстати, кто он? - любопытство проснулось и у Юно тоже. - Хёнвон? Диджей в клубе. К исходу второй недели начались репетиции. Репетиции, мать их! Всё больше казалось, что они не в наркоторговлю пришли, а айдольское агентство. Но Минсок был серьёзен, мрачно маячившие за ним в полумраке зала ребята японского самурая, обеспечивавшие силовую поддержку, - тоже. У каждого свой номер и своя идея. В перспективе - не один. И, словно всего прочего было мало, Минсок выдал им по ярко-оранжевой визитке салона красоты и велел привести себя в порядок к следующей пятнице. - Только ничего радикального с собой не делайте, - предупредил он. - Мы не шоу трансвеститов. Стильное заведение в Челси держали какие-то выходцы из Японии, а визитки сработали волшебным пропуском. Длинноволосая брюнетка расписала целый цикл процедур, в результате которых они должны были перевоплотиться в мальчиков из манхвы, и денег не взяла. - Это ведь не бесплатно всё? - угрюмо осведомился он у просто-диджея, когда столкнулся с ним в клубе. Тот привычно посмотрел сверху вниз, традиционно со швырканьем втянул через трубочку очередную дрянь из стакана, на сей раз розовую, и иронично поднял бровь: - Нет, конечно. Отработаешь. А накануне пятницы прямо после последней репетиции в зале рядом с Минсоком возник Намжун. Тэён уже понял: товарищи, отвечающие за разные направления в общем бизнесе, их за людей не держат. По крайней мере, пока. Потому и обсуждают будто собачек на выставке прямо в их присутствии. - Хочу забрать этого себе, - сообщил Намжун Минсоку после приветствий и небрежно кивнул на Юно. - С чего вдруг? - оценивающий взгляд на как-то слишком довольно заухмылявшегося парня. - Перспективный, я на него рассчитываю. - Именно, перспективный, - шеф эскорт-услуг поправил модные очки на носу. - Есть рекомендации, он больше по моей части. Хороший английский, умеет нравится. - Пусть отобьёт то, что я в него вложил, - не сдавался Минсок. - Потом забирай. - Слушай, ты же знаешь, мне нужен эксклюзив. Если на него уже поглазеют и за задницу помацают, кому я его потом предложу? Минсок недовольно скривился, явно понимая правоту собеседника, а Тэён разом вспомнил, кто они. Товар. Живой, привлекательный, пока свежий. Как часто у них "поставки"? И что они делают с теми, кто перестал нравится публике? Наверняка они узнают много лишнего, чтобы их потом просто отпустили с миром. - Хёншик знает? - Хёншик одобрил, - кивнул Намжун. Фраза возымела магическое действие. Минсок впервые обратился к несостоявшемуся танцору не по краткой придуманной кличке "Дже", а по имени: - Юно, спускайся с подиума! Работаешь теперь с Намжуном. Не знаю, кому ты там подмазал и как, но - далеко пойдёшь. В интонациях словно уважение скользнуло. Идея свалилась в голову рано утром в пятницу, мешая спать. Покрутившись в широкой постели, заработав ощутимый тычок кулаком под рёбра от Доёна, который намеревался продрыхать как минимум до обеда, Тэён спустил ноги на пол и пробрался с телефоном на балкончик, чудом не наступив на матрас со сладко сопящим Юно. Комнату им Джонни отдал самую маленькую в квартире, уж никак не рассчитанную на троих, вот и пришлось путём жребия делить кровать и единственный надувной матрас. То, что господин Улыбка-С-Ямочками везуч, будто ему духи помогают, на тот момент они с Доёном ещё не знали. А то бы придумали какой-то другой способ. Обычно в японский салон нужно было записываться за неделю. Но - визитка из "Something Magical", и Тэён сидел в кресле с химическим составом на голове через сорок минут, ещё до официального открытия заведения. Оттенок краски на волосах с каждой минутой становился ядовитее и ядовитее, сомнения на счёт собственного будущего после подобной выходки сильнее и сильнее. Да пошли они! - решил Тэён. Ему нужно что-то эдакое, чего нет ни у кого из тех танцоров на подиуме. Довести собственное отличие до абсолюта, чтобы оно превратилось из недостатка в фишку. - По-моему, ты покойник, - хладнокровно оценил Доён, когда Тэён вернулся домой. Вечером в клубе персонал сворачивал головы ему в след и выражал разные степени непонимания. Минсок, зашедший перед открытием клуба проверить новых подопечных, очень долго и задумчиво молчал. - Я же просил не делать ничего радикального, - в конце концов довольно спокойно напомнил он. - С каких пор нежно-розовая шевелюра стала обыденной? С противоположного конца раздевалки-гримёрки донеслось протяжное "Ууу" и приглушённые рассуждения - сразу его ребята японца прикончат или помучают слегка. Похоже, опытные танцоры, скучковавшиеся вокруг главной звезды Чонгука, ещё и ставки делать начали. Наверное, полагалось испугаться, смутиться, начать оправдываться, ну или хотя бы видимость сделать, но тут как держать дерзости за зубами - не умел он. Поняв, что прямым взглядом его не смутить, и глаза Тэён прятать не собирается, Минсок сделал движение к выходу в коридор, где действительно дежурил кто-то из ребят Накомото, когда поддержка пришла откуда не ждали. Подпиравший косяк Хёнвон, непонятно что делавший в гримёрке танцоров, произнёс: - Да ладно, ему же хорошо на самом деле. Карамель и леденец. Разговоры в углу стихли, Минсок задумался ещё сильнее, Тэён уставился теперь на высокого просто-диджея и решил списать ему пару минусов из виртуального долга. На секунду показалось, что тот сейчас подмигнёт в ответ. - Ладно, одевайтесь и на сцену в установленном порядке, - приказал Минсок в итоге. - И никаких закидонов больше! И развернувшись к Хёнвону не слишком ласково спросил: - Тебе в другой зал за пульт не пора? Перед самым выходом внезапно одолела трясучка. Глупо, как чуть меньше месяца назад в аэропорту. Всё уже давно сделано, поворота в обратную сторону нет, даже билета в кармане чудом не найдётся. В конце концов, ему даже не сразу в шлюхи велели податься. И на сцене он уже не раз бывал в жизни. Правда, всякие выступления с приятелями по школе это немного не то. Совсем не то, если честно. И угораздило первый раз демонстрировать себя именно на мужском вечере. Хотя не факт, что перед полным залом женщин было бы проще. Вернувшийся с подиума Читтапон ошеломлённо матерился. Сычён наоборот расслабленно улыбался, похоже, его всё устраивало. - Раздеться только не забудь, - успел издевательски шепнуть Чонгук, - а то были случаи. Впрочем, сомнения выветрились из сознания, едва он оказался под прицелом десятков глаз. Была у Тэёна особенность, которую он за собой знал: если нужно сделать что-то демонстративно, будто вселяется кто-то, или же просыпается изнутри. И этот некто не знает стеснения, может быть любым, самым безбашенным. - Ого! - восхищённо резюмировал следивший за входом в служебные помещения Шону, едва вспотевший Тэён убрался в темноте со сцены. Откровенно злой взгляд Чонгука подтвердил оценку. Так же, как и вызов на приватный танец буквально через пять минут, даже чуть поплывший макияж поправить не успел. Пока он втискивался в другой костюм, в пустой гримёрке появился тот, кому Джонни советовал не отказывать. Решив ничего первым не говорить, Тэён продолжал свои быстрые сборы. Здравый смысл подсказывал - заставлять первого клиента ждать будет неправильной стратегией. На удивление светлокожий для выходца из Азии нарко-босс следил за ним, сунув руки в карманы идеально отутюженных брюк, и в итоге одобрительно цокнул языком. - Держи, - без прелюдий сказал он на корейском и сунул ему невесть откуда взявшийся небольшой пакетик. Сеульского опыта хватало, чтобы опознать содержимое. Сам сколько раз продавал подобное. - Зачем? - отозвался он на том же родном языке. - На всякий случай, - снисходительно будто маленькому ответил Юнги, - вдруг клиенту захочется. И лучше сделать так, чтоб захотелось. Тэён с сомнением оглядел себя. Карманов в придуманном одеянии не предполагалось, да и всё равно через полчаса он будет голышом. Откуда, интересно, нужно волшебным образом извлечь этот пакет? - В задницу себе спрячь, приятный сюрприз будет, - саркастично посоветовал Юнги. Злость в очередной раз смела осторожность, Тэён упёрся ему взглядом глаза в глаза, пользуясь наконец-то одинаковым ростом. А тот шлёпнул его по пятой точке и добавил: - Ты бы, кстати, подкачал её что ли. А то смотреть не на что. - Кто бы говорил, - не менее ядовито выпалил Тэён и поторопился оставить потерявшего дар речи босса в одиночестве. Заветный пакетик всё же захватил - любой наглости должен быть предел. До кабинки, где ждал пока неизвестный человек, он быстро шагал в сопровождении ещё одного из охраны, крепыша Чжухона. - Клиент новый, - сообщил тот. - И что? - не понял Тэён, параллельно лихорадочно соображая, куда же спрятать наркотик. - Непроверенный. Ничего лишнего не делай, только танец. По правилам он даже трогать тебя не должен. Так и работай. Очень хотелось посоветовать им договориться между собой. А то нарко-отдел требует загнать товар, служба безопасности приказывает быть пай-мальчиком. Разорваться что ли? Заказавший приват мужчина не вызвал абсолютно никаких эмоций - ни положительных, ни отрицательных. Может, и к лучшему. Вторая личность, жившая в Тэёне, снова отыграла свою роль, изобразила нужную степень развязности, так что в итоге крупная ладонь отказалась на его животе и однозначно двинулась к паху. Тэён отстранился, чуть виновато покачав головой. Сказано: только танец. Вряд ли подобный клиент поведётся на наркотики, так что будем поступать по правилам. Незнакомец прищурился, вытащил из кармана бумажник и положил на широкий подлокотник несколько купюр. Счётчик защёлкал в голове моментально, прикидывая собственный долг перед клубом и средства, нужные на проживание. Чёрт с ним! Танец с раздеванием очень быстро превратился просто в раздевание под музыку. Причём раздевали его, ловко разворачивая, наклоняя и оглаживая. Когда последняя часть немногочисленной одежды оказалась на полу, рядом с прежними купюрами легли ещё несколько. Трах в первый же вечер. Это успех или как? Секса не хотелось от слова "совсем". Да и он всегда был сверху, но что-то непохоже, чтобы этот молчаливый американец раза в полтора крупнее его и во столько же старше сейчас подставил свой зад. Блядь! Вот, собственно, и оно, от чего нужно было бежать в тот день, когда они высадились из китайского самолёта. "Всё всегда заканчивается сексом и наркотиками", - предупреждал бывалый Джонни. Тэён кивнул, и в голубых глазах клиента мелькнуло удовлетворение. Надо было невинность изображать, а не блядство. Может, всё ограничится отсосом? Он попытался опуститься на колени, но не тут-то было. Без всяких прежних условных нежностей его резко толкнули лицом в кресло. Сдержать вскрик не удалось, потому что даже пара пальцев, резко вогнанных насухую внутрь, казалось, разорвёт его до крови. Было больно, адские спазмы разливались по напряжённому телу вверх по позвоночнику до мозга и вниз по нервам до самых пяток. А ведь это только пальцы. Чтобы не заорать позорно, он зубами вцепился в обивку. В уголках зажмуренных глаз скопились слезинки. - Кричи, сучка! - услышал он яростное позади, прежде чем его за волосы на затылке оторвали от спасительной обивки, а в полыхающий от анальной пытки организм не засунули ещё один палец. Перед глазами помутилось, и он не сразу осознал чьё-то вмешательство. Чужие руки перестали держать, тело рухнуло сначала на кресло, а потом сползло на прохладный пол. К моменту, когда боль отпустила достаточно, чтобы Тэён смог снова чётко видеть, незнакомца в комнате уже не было. Выставивший его Чжухон присел рядом, попытался поймать взгляд. - Ты как? Идиотский вопрос. Порви себе зад, узнаешь как. Но произнести хоть что-то он был не в состоянии, размазывая по лицу слёзы вместе с остатками подводки. Сообразив, что ответа не будет, Чжухон сунул ему влажную салфетку и велел: - Одевайся и пошли. Юта тебя видеть хочет. Сначала было чёткое ощущение: ходить он не сможет несколько недель. Но нет, стоило лишь начать двигаться, и полегчало. Видимо, всё же ничего критического с ним не сделали, хоть дискомфорт чувствовался на каждом шаге и периодически накатывал сильнее, стоило лишь вспомнить про только что произошедшее. Наверное, в маленьком помещении, где сейчас обосновался Накомото, раньше была кладовка или что-то подобное. Вряд ли этот пенал без окон предполагали использовать в качестве кабинета. От каждой мелочи в нём отдавало Японией. И сам Юта, как ни банально, но походил на японский клинок - узкий, холодный и завораживающий. Он посмотрел на морщившегося от отголосков боли Тэёна чуть исподлобья и спросил у остановившегося у двери Чжухона: - На каком языке его про клиента предупреждал? Похоже, в клубе никто не гнушался корейского, кроме заносчивого Хёнвона. Говорил японец чуть в нос, но очень бегло. - На корейском. Юта шагнул ближе, длинная серьга в ухе сверкнула в неярком свете с потолка. С идеальной тонкой внешностью персонажа аниме он скорее смотрелся ещё одним мальчиком Минсока, чем опасным типом, которому, наверняка, и убивать приходилось. Тэён по привычке дерзко уставился на противника. От резкой пощёчины в голове зазвенело, лицо мгновенно начало жечь. Если бы недавно его не насиловали, он бы точно ответил ударом. - Что непонятного было в словах Чжухона? - ледяные интонации японца могли бы рассекать скальпелем. - Если сказано "Только танец", значит, должен быть только танец. Он, не глядя, протянул руку, но молодому охраннику пояснений не требовалось - небольшой охлаждающий пакет быстро был вложен в раскрытую ладонь. Юта ловко переломил его, активируя химическую реакцию, и подал Тэёну. Раз заботятся о рабочей внешности, значит, не прикончат прямо здесь. - Юнги наркотики дал, - зло ответил он. - Клиент деньги предлагал. Разве я не должен отработать затраты? Немигающий змеиный взгляд продержался какое-то время, затем Юта неопределённо хмыкнул и отступил к столу. Глазами отправил Чжухона в коридор. - Не строй из себя идиота, - попросил он. - Если клиент непроверенный, ему ничего не дают и не предлагают, сколько бы он деньгами не тряс. Я знаю про твою сеульскую жизнь, Ли Тэён. Ты далеко не дурак. Догадываюсь, что сюда не жопой сверкать до конца дней приехал. Наркотики отдай. Что-то в интонациях заставило повиноваться без вопросов. Японец покрутил маленький пакетик между пальцами. Длинными и почти неестественно гибкими пальцами. Улыбнулся. Тэён впервые видел его улыбку, и от неё передёрнуло. - Если кто-то спросит, никакой самодеятельности не было, - непререкаемая манера, привык к подчинению. - Ты всеми способами разводил клиента на покупку, как велел Юнги. Никакого личного денежного интереса, так велели. Ясно? Мороз продрал не хуже, чем от упаковки искусственного льда. Куда он вляпался в первый же вечер? Два человека, каждому из которых нельзя отказать. И, похоже, они враждуют. Есть ли у Юнги собственные силы, или он силён только пока его поддерживают люди японца? Кто ещё во всё это завязан? - Кто спросит? - попробовал включить непонимание Тэён. - Кто угодно, - сухая усмешка показала: фокус не удался. - Подумай и правильную сторону выбери. Защита здесь может исходить только от меня. Осторожно положив ставший бесполезным пакет с нагревшимся химическим льдом на стол, Тэён поклонился и самым вежливым образом произнёс: - Спасибо большое. - Этого разговора наедине не было, - чуть шире улыбнулся японец. Впрочем, вторая его улыбка вышла ничуть не более приветливой, чем первая. Защита и убийство - всё от него. И совершенно непонятно, какие силы участвуют в игре и ради какого приза. - Какого разговора? - невинно переспросил Тэён. Из кабинета его отпустили тем же самым взглядом, что и Чжухона чуть раньше.