Hard Times in New York

Тэён никому бы не признался, но по натуре он был мечтателем. С детства придумывал себе другие жизни, картинки разной степени чудесности. Может, потому и пошло всё не по чётко заведённой безопасной колее "школа-институт-работа-семья-дети-кладбище". Слишком скучно и серо. Конечно, потом, когда путь оказался усыпанным не розами, а дерьмом, пришлось свою мечтательность душить. Но тем не менее периодически он представлял, к чему хотел бы выкарабкаться в итоге. Однако никогда в его фантазиях про будущее не возникало заседаний в переговорных комнатах. Потому что ради офисных дел не стоило сбегать из дома в четырнадцать лет. Как бы то ни было, декабрьским вечером они в очередной раз собрались в самой натуральной переговорной несколькими этажами выше публичных помещений "Something Magical". Когда Тэён впервые оказался в небольшой комнате со столом и креслами вокруг него, часами на стене, настроенными на различные часовые пояса, и проектором под потолком, то не сразу понял какое имеет ко всему этому отношение. Но бизнес, пусть и незаконный, но огромный - больше, чем он себе представлял - нуждался в обсуждении. И через парочку подобных собраний наступила привычка. Такая же, как к рубашкам вместо маек, отутюженным брюкам вместо джинсов, туфлям вместо кроссовок и сдержанному окрашиванию вместо безумно-разноцветных шевелюр. А ещё к глоку в скрытой кобуре и тому, что жать на спусковой крючок с каждым разом всё проще. - Что ж, в субботу у нас поставка, - начал устроившийся во главе стола у окна Хёншик, пока остальные боссы потягивали обязательный кофе. К колдовству Минхёка Тэён тоже пристрастился очень быстро. Пока его задачей были танцы у шеста и приват-стриптиз, понятия не имел зачем каждый ходит завтракать в клуб. Других мест в Нью-Йорке мало что ли? А теперь утро было не утро, если не заскочить в бар и не выпить фредо. Каким седьмым чувством Минхёк выяснял вид кофе, который следует предложить, оставалось загадкой. - Чунмён? Самый редкий гость в клубе покачал головой в ответ: - У меня полный комплект, новых не нужно. Для Тэёна в новой роли предстоящая встреча свежих нелегалов должна была стать уже второй. Перед Днём благодарения он сопровождал девушек из Европы и знал наперёд зачем нужен нынешний сбор: распределить будущих работников эротического труда. Разглядывая краткие досье с фотографиями, он отстраненно подумал: около года назад точно так же обсуждали его самого. - Тэён? - дошёл до него по кругу их главный босс. Пару секунд он посомневался, но тоже отрицательно качнул головой. Лукас, конечно, доставал его переизбытком энергии и любовью хохотать над любой ерундой. Порой Тэён психовал и обещал себе заменить шумного китайца при первом удобном случае. Но работал-то тот отлично. Да и вообще на существующих распространителей жаловаться не приходилось. От Юнги в наследство остались хорошие пушеры. - Мне нужно троих, - сообщил Минсок в свою очередь. - Двоих у меня забрали. Собравшиеся дружно посмотрели на Тэёна, и тот развёл руками, будто извиняясь. На самом деле он ожидал долгого сопротивления бывалых боссов собственному появлению в их рядах, но, видимо, решения Леди сомнению не подвергались. Лишь Минсок несколько вечеров поглядывал скептически. Сложнее оказалось с ребятами за кулисами, некоторые аж кипели от злости и зависти. Но когда за тобой авторитет и парочка ребят Накомото, противодействие переламывается удивительно быстро. - А третий? - уточнил Намжун, сидевший справа, и чему-то приободрился. - Неужели решил..? - Сычёна не отдам! - отрезал Минсок, и Намжун даже надулся слегка. - Я чего-то не знаю? - пряча улыбку, осведомился Хёншик. Глава службы эскорта качнулся в удобном кожаном кресле и развернулся к нему. - Наш китайский коллега, господин Ван, положил глаз на Вина. Просил меня посодействовать - хочет выкупить его в личное пользование. По-моему, лидеру триады надо бы пойти навстречу. Хёншик согласно кивнул и вопросительно посмотрел на Минсока. С китайцами у Леди было вооружённое перемирие. Те не воевали с ними за наркобизнес в городе, а их организация не пыталась влезать в торговлю оружием, но на тех редких встречах с людьми из триад, где Тэён успел побывать, он кожей чувствовал, насколько равновесие хрупкое. Стоит ли рисковать им ради какого-то мальчишки-стриптизёра? - А как будто вы не знаете, чем дело закончится, - раздражённо ответил Минсок. - Он за полтора месяца пользования парня искалечит и выкинет нам обратно. В первый раз что ли? Я потом его на сцену уже не выпущу в таком виде. Его даже Чунмён к своим не возьмёт. Тот хмыкнул и заметил: - Ты удивишься, на что у меня только спроса не бывает. На всяких уродцев тоже. Отстранится от того, что он сам недавно мог оказаться в числе тех, кого подобным образом продадут и выкинут, не получалось. Наверное, к следующей поставке отношение уже изменится, те парни будут всего лишь живым товаром. А прилетевшие с ним одним самолётом всё ещё оставались товарищами по проблемам. - Был бы здесь Юнги, спросил бы давно ли мы покровителями для шлюшек стали, - ехидно бросил Намжун. - Но Юнги здесь нет! - гнев во взгляде Минсока грозил выплеснуться через стол. Он откинулся на спинку, продышался и спокойнее заговорил, обращаясь к Хёншику: - Вин только сейчас деньги отбил, на него потраченные. Он из прошлой партии - главная звезда. Мне на нём заработать нужно. Чонгук с Чимином в другую категорию переходят, им платить придётся. А Сычён ещё года два чистую прибыль приносить будет. Давайте отдадим ресурс в подарок! Я с чем останусь? - А Тэн? - напомнил босс эскорта. Пришлось отложил ручку, которую Тэён вертел между пальцев всё собрание, и вцепиться в подлокотники, чтоб не нервничать совсем явно. Существование Читтапона в клубе давно превратилось для него в болезненный вопрос. Тот вернулся в начале ноября. И вроде бы со стороны и внешне выступал, будто и не было ничего прошлым летом. Но Тэён видел его за сценой, его лицо, глаза, и понимал слишком хорошо - прежнего тайца с ними больше нет. И чёрт знает почему чувствовал себя виноватым. - Для того мне третий и нужен, - подтвердил Минсок догадки Тэёна. - От Читтапона избавляться пора. Отработает затраты и пусть катится. Мне капризные дивы ни к чему. Надоело уже перед клиентами извиняться за его отказы. Тэн вернулся к танцам у шеста и отрабатывал приват, но когда дело доходило до секса в кабинках или на выездных вечеринках, включалась едва ли не истерика. Довольно быстро он научился себя контролировать и отказывать мягче и вежливее, но кому, действительно, нужен работник, который не способен доделать своё до конца? Над столом повисло задумчивое молчание. Точнее размышлял Хёншик, остальные лишь ждали его решения. Причём Минсок посматривал на невозмутимого Намжуна злобной прищуренной белкой. Видимо, спор про Сычёна у них был далеко не первый, и выносить его на обозрение командующий стриптиз-баром не хотел. - Ладно, Сычён остаётся с нами, - наконец сделал выбор главный человек за столом, несколькими словами избавив Вина от незавидной участи сломанной игрушки. Намжун разочарованно вздохнул, зато Минсок довольно усмехнулся. - Намжун, предложи господину Вану вариант с персональной доставкой, - распорядился Хёншик. - Можем ему бесплатно кого-нибудь подобрать в качестве компенсации. Будут проблемы - скажи, сам с ним встречусь. Минсок, выбрал уже кого-то? Тот выложил из папки три листка с досье. Выделил самых симпатичных. Наверное, не было бы у него Доёна, Тэён бы подумал не задействовать ли собственное служебное положение на этой троице. Хотя границы этого самого положения он до конца пока не определил. И направляясь позже вечером к помещениям охраны, куда были выведены изображения со всех камер клуба, Тэён вовсе не был уверен, что ему позволят выискивать нужное без предварительного разрешения Накамото. Однако Шону впустил его без возражений, указал на блондинистого мужчину помятой наружности у пульта видеонаблюдения: - Сэм, помоги Тэёну. Тот буднично дожевал сэндвич, покивал и осведомился, какие камеры вывести на экран. - Покажи мне кабинки. Вообще считалось, что записывать приватные комнаты нельзя. Мало ли что там выделывали богатые клиенты. Впрочем, Тэён точно знал, что именно они там выделывали. И, судя по появившимся картинкам, ничто в ближайшее время не изменится. Секс, наркотики и никакого рок-н-ролла. Он покосился на Сэма, который скучающе потягивал из банки газировку. Наверное, тот уже ничему в этой жизни не удивится после подобной работы. Запоминает ли он лица ребят и девчонок? Узнаёт ли его самого? Или они лишь набор однотипных живых кукол? Читтапон обнаружился на третьей картинке в верхнем ряду. Чёрные драпировки, красивая молодая клиентка, хитрая зазывная улыбка на лице Тэна. Работал тот на отлично, почти безупречно. Пришлось прождать едва не десять минут, чтобы убедиться в том, о чём Тэён лишь подозревал. - Спасибо, - сказал он всё так же скучающему Сэму, и отправился обратно. В зал выходить было необязательно. Он вообще по большому счёту мог не торчать в клубе всю ночь до закрытия. Закладки распределялись заранее, ребята вроде Лукаса сами прекрасно знали, где взять, если вдруг их карманные запасы заканчивались раньше запланированного. Обманывать никто не пытался, слишком хорошо понимали, какая расправа за любым подобным поползновением последует. Но Тэён предпочитал быть рядом и держать руку на пульсе. Порой здание "Something Magical" казалось моделью мира в миниатюре. Пока ты там на дне, понятия не имеешь, что выше есть очень много другого интересного. Например, комната с хитроумно сделанной стеной, из которой с высоты второго этажа отлично просматривался весь бар, а из зала про её существование и не догадаться. Отличная обзорная позиция. Тэён замер почти у самого затенённого стекла, наблюдал за вновь появившемся на сцене тайцем и раздумывал над собственными действиями. Никогда в жизни он не жалел тех, кто оказывался в положении Читтапона. Не сочувствовал, не пытался понять и помочь. Сами виноваты. Но сейчас он примерно представлял причины. И, может быть, имеет смысл промолчать и дать второй шанс. Хотя собственная благотворительность может вылиться с проблемы уже для него самого. Слишком большой риск ради человека, который ему вообще никто. - Очень интересуешься им в последнее время, - раздалось за спиной неожиданно. Тэён выругался по себя. Накамото умудрялся подкрадываться неслышно и будто мысли умел читать. Впрочем, наверняка, японцу уже доложили про его визит в комнату видеонаблюдения. Плох глава безопасности, который не сможет сложить два плюс два. А если так, то уже догадался до того же, до чего и Тэён. - Себе его забрать хочешь? - чуть дрогнувшие уголки губ должны были обозначать улыбку. - Что? - искренне удивился Тэён, забыв про вечную настороженность в отношении Накамото. - Я... Нет! - А что такого? Поверить было сложно, но Юта явно развлекался над его замешательством. Даже улыбка стала шире и вполне человеческой. - Ты теперь здесь не последний человек. Минсок его выставит из клуба - подберёшь, благодетелем станешь. Потребовалось какое-то время, чтобы переварить услышанное. Неужели японец действительно считает, будто его интерес исключительно сексуально-потребительский, как в магазине? Может, так и лучше пока. - Что с ним будет? - решился спросить он, кивнув в сторону сцены. Лицо Накамото снова словно ледком подёрнулось, когда тот посмотрел в зал. Слов не требовалось, всю структуру Тэён представлял и без пояснений. Если не стриптиз, то ниже только чистая проституция. На неё Тэн не пойдёт, потому что... Потому что не пойдёт. Денег у него нет. Зато знаний лишних слишком много. Если тот же глава безопасности решит, что таец представляет опасность, а скорее всего именно так и будет, жизнь его оценят совсем недорого - один патрон в магазине. - Я - не папик, - скорее для себя негромко, почти шепотом, сказал Тэён, обращаясь к закончившему номер Тэну, - слишком дорого. К тому же, у него уже есть замечательный парень. Накамото рядом насмешливо хмыкнул: - У тебя отсюда путь только наверх, - сообщил он, - если глупостей не наделаешь. Сможешь себе не одного мальчика для утех позволить. - А если наделаю? - отчего-то накатила злость, он резко развернулся к японцу. - Ну, - тот оставался спокойным, лишь вздохнул с сожалением, - тогда это будет точка. Без запятых. Можно сколько угодно смотреть на мальчика-стриптизёра сверху и считать себя кем-то значимым, но по итогу ценник на них окажется одинаковым: та же самая пуля в обойме. Наверное, отрезвляющий пинок Читтапону с него всё же причитается. Потому после официального закрытия он выехал с подземной парковки и в наглую припарковался на углу, перегородив всякую возможность повернуть в боковую улицу. Благо поздней ночью, а точнее ранним утром, в этой части Бродвея машин было относительно мало: гости клуба успели разъехаться, туристы кучковались южнее, в районе Таймс-сквер. Работники появлялись группками, мало кто без собственного транспорта рисковал ходить один, пусть и в центре города. Он проводил глазами шумную компанию, центром которой был Чонгук - ходячее доказательство, что при большом желании даже у шеста можно стать кем-то с деньгами и каким-никаким, но авторитетом. Следом в свете витрин и фонарей оказалась группа поменьше и потише, сопровождавшая Чимина и Сычёна, и тоже направилась к станции метро через два квартала. Читтапон вышел из-за угла ещё минут через пять. Один, невысокий и какой-то худенький даже в зимней одежде, с сумкой на плече - готовая жертва потенциальных грабителей. Тэён сердито тряхнул головой, выдохнул и коротко посигналил. Не успевший нацепить наушники таец оглянулся, заметил его приглашающий кивок, чуть скривился недовольно, но к машине всё же пошёл. - Посмотри на меня, - скомандовал Тэён забравшемуся на соседнее сидение Тэну. Тот чуть покосился, разглядеть толком не удалось. Прикасаться к людям без особой нужды Тэён не любил, но пришлось бесцеремонно схватить Читтапона за подбородок, чтобы развернуть к неяркому свету лампочки с потолка салона. Таец вздрогнул, на секунду превратившись в забитого зверька, но мгновенно успокоился. Безупречное лицо разгладилось, глаза опустели. Накатило жуткое чувство, будто пальцы сжимают никем незанятую оболочку, вроде бы живую, но души внутри нет. Впрочем, зрачки нормальные. - Где так воровать научился? - поинтересовался Тэён, отпустив его, и не дал возможности отпираться: - Совсем сдурел у Леди наркотики красть? Простым "А-та-та, не делай так больше" не обойдётся. Читтапон снова скривился и неожиданно язвительно ответил: - Пойди сдай меня Накамото. Пусть его ребята кулаками поработают. Могут даже трахнуть, не впервой. Нет, определённо от того прежнего парня ничего не осталось. Когда-то он умел солнечно улыбаться и, наоборот, совсем не умел говорить пошлости. Несмотря на их общую неблаговидную работу, шлюхой таец не казался. А сейчас он даже жалости не вызывал. - Ты не понял, по-моему, - сухо заметил Тэён. - Нет нужды кому-то тебя сдавать, ты уже попался. Мне. Понадобилась почти минута тишины, чтобы до Читтапона дошло. Настоящие человеческие эмоции всплыли откуда-то из глубины - смесь испуга и настороженности, он чуть отодвинулся на сиденье, сильнее обхватил сумку дрогнувшими руками. Сообразил наконец, что разговаривает с нарко-боссом, а не просто таким же мальчиком, как и он. Испытывая острое дежавю, Тэён непререкаемо произнёс: - Наркотики отдай. Пересыпанный в маленький пакетик белоснежный порошок опустился в его раскрытую ладонь. Ну хоть мозгов хватает не носить в кармане клубные флаконы. - Для себя таскаешь? - осведомился он, отправляя наркотик в бардачок. Читтапон отшатнулся сильнее, но упорно молчал. - Зачем? Выкинут же из клуба. - Заснуть без него не могу, - глухо ответил он, вперившись взглядом в переднюю панель. Тэён понятия не имел каково это - жить после того, как тебя избили, изнасиловали, порвали, и при всём том заново выходить и раздеваться перед мужчинами. Да и представлять не хотел. Но отлично знал одно: тот выход, который нашёл таец, вовсе не выход. Разве что на тот свет. - Серьёзно говорю, - чуть мягче произнёс он, - завязывай. Наркоманов в клубе не держат, к тебе и без того много вопросов у Минсока. - Ты мне мамочка что ли? - ехидство резануло. Читтапон смотрел прямо в глаза, чуть прищурившись, быстро обретая профессиональный вид мальчика по вызову. - Беседы тут ведёшь вместо разборок. Хочешь чего-то взамен? О'кей, давай! Снова засосать? Или я могу тебе. Качественно. Пока там в Бронксе крэк отрабатывал много чёрных членов заглотил. За чистый кокаин я тебя обслужу где угодно, хоть здесь и сейчас. Можешь по самые гланды и кончить. Проглочу и добавки попрошу. Рука чесалась ударить, чтоб заткнуть его фонтан пошлятины. Тэён с силой сжал кулаки, и, наверное, по его выражению отвращения таец сам понял, что лучше закрыть рот. Не будет он выступать спасителем. Хочет утонуть и сдохнуть - пусть. - Ещё раз на воровстве поймаю, - бездушно предупредил он, - разговоров не будет. И потом Кихёна тебе на помощь вызывать никто не станет. Намереваешься сторчаться, ищи наркотики в других местах. Может, сейчас ещё найдёшь чей-то чёрный член. Вали! Гримаса на гладком лице напоминала одновременно презрение и плач. Тэён газанул с места, едва Читтапон вышел из машины, не дожидаясь, чтобы тот отошёл на безопасное расстояние. Злость и разочарование заставляли топить в пол педаль. С чего вдруг надумал роль доброй феи сыграть? На хрен надо? Особенно перед тем, кто никакого спасения не ищет. Да и не виноват он перед тайцем ни в чём. Не он его за океан притащил, не он в тот дом в Ист-Сайде пихнул, не он его насиловал. Гнев тошнотворно плескался у горла. Сам теперь уснуть не сможет. Возле парка Мэдисон нужно было свернуть налево, но он пролетел все перекрёстки дальше, прямо по Бродвею в направлении Бэттери-парка. Утром, конечно, Кихён не постесняется продемонстрировать недовольством тем, что ночное вторжение в квартиру его разбудило, но Доён сейчас ему слишком нужен.