Hard Times in New York

Запах кофе преследовал постоянно. Оказалось, он бывает самых разных видов - от приятных, сказочных, пробуждающих волшебные воспоминания о посиделках в маленьких кафе с Хёнвоном, до отвратительных, будто сгорело что-то в крематории, а газ правильно не отвели. Слава богу, портить воздух Доён отучился очень быстро. - Ты в кофейне подрабатываешь что ли? - однажды спросили его в колледже. Похоже, аромат прочно осел на одежде. Тренировки на кухне сосед устраивал с упорной регулярностью. Иногда Кихён возвращался мыслью к собственным первым месяцам в Нью-Йорке. Тогда он самоуверенно считал, будто отлично знает язык - лучше всех, с кем его изучал - и проблем в институте не будет. Но буквально сразу же выяснилось - на занятиях понятна хорошо если четверть сказанного, а всё остальное время он как собачка, которая смотрит преданно, пытается осознать происходящее, а никак. И пришлось точно так же упорно учиться не латыни, анатомии и химии, а хотя бы английскому, чтобы дальше освоить основные предметы. Чужую настойчивость даже хотелось уважать. Но ведь в кофейные премудрости Доён нырнул не потому, что ему самому интересно стало, а по указанию Леди. И всякое уважение рассеивалось паром над остывающей чашкой. Как был живой марионеткой, так и остался. Интересно, а если она передумает и велит ему снова кому-то зад подставлять за учёбу, Доён согласится? Отчего-то Кихён не сомневался в положительном ответе. Про красивого учителя-кофевара из "Something Magical" он и думать забыл, пока тот сам не объявился в их квартире спустя почти три недели. Сначала эти двое на кухне обсуждали что-то про обжарку зёрен и качество воды. Потом гость беззлобно поворчал на отсутствие нормального стола и кофейного сервиза. Через открытую дверь между гостиной и спальней звук доносился прекрасно, и Кихён внезапно обнаружил, что вместо просмотра технологии оперативного лечения паховых грыж уже несколько минут пялится в стенку и слушает хрипловатый голос. А потом по воздуху поплыл тот самый сногсшибательный аромат, которым его оглушили в вечер первого визита Минхёка. Обречённо вздохнув, он выключил планшет и отправился в сторону кухни. - О, привет! - знакомо улыбнулся гость. Страшно захотелось согнать Доёна с единственного стула возле кухонных шкафчиков и присесть. Тёплый свитер с высоким горлом на Минхёке смотрелся слишком хорошо, и не получалось отделаться от мысли, в каких случаях он сам надевал такое же. Вовсе не от мороза спасаясь. - Сегодня у тебя желудок не пустой, надеюсь? Показалось, или он усмехнулся? Нахмурившись, Кихён воззрился на две полные чашки, которые перед ним выставили. - Это тест какой-то что ли? - уточнил он. - Именно! - Минхёк ткнул в него пальцем, расцвёл улыбкой и подмигнул, словно хваля за догадливость. - Пробуй и скажи разницу. Доён притих сбоку на своём стуле и явно давил хитрую ухмылку. Минхёк с другой стороны с нетерпением сверлил его взглядом и едва под локоть не толкал, чтоб не тянул. Ощущение подвоха накатывало. - Я вам обезьянка подопытная? - недовольно буркнул Кихён. - Кролик, - не моргнув глазом ответил Минхёк, - очаровательный хомячок, милый мышонок. Оставшийся без внимания Доён подавился-таки смехом и уткнулся лбом в столешницу шкафчиков. Ядовитые ответные колкости рвались наружу, но Кихён сдержался, засомневавшись. Его только что дважды назвали грызуном, но рядом вроде как стояли слова "очаровательный" и "милый". Странная у этого парня манера заигрывать. Кофе в чашках оказался совершенно разным. В первой - насыщенный, обволакивающий, от вкуса сразу жить захотелось, а не переживать по поводу соседей и их гостей. Во второй - пустая противная горечь, выплюнуть и рот прополоскать. - Это ты делал, - без сомнений заявил Кихён, указав на первую чашку, а затем в отместку за недавнее хихиканье скривился: - А вот эту гадость - Доён. Тот на язвительность и бровью не повёл. Пока эти двое обсуждали причины подобных отличий, он допивал то, что пить было можно, чувствовал, как внутри словно что-то расслабляется и распускается, и лениво представлял: недурно было бы каждое утро начинать с такого кофе и бесед ни о чём с кем-то, говорящим с похожей хрипотцой. Впервые после Хёнвона захотелось уткнуться кому-то другому в шею, узнать как он пахнет, нежные ли у него руки и как он целуется... Донышко грохнуло об столешницу, когда Кихён резко поставил ни в чём неповинную чашку, вырываясь из дурных фантазий. - Я угадал? - нетерпеливо бросил он. Злость колыхалась у горла, и злился он не на них даже, а на себя. Нашёл о ком размечаться! Мало того, что видел этого Минхёка всего второй раз, так ещё и знал точно - очередной мальчик на побегушках у Леди. Хватит с него безотказных нелегалов в качестве пациентов. - Нет, - машинально ответил предмет его гнева, - обе чашки Доён варил. Разный способ просто. Кихён ошарашено уставился на соседа. То есть надо лишь попросить, и наверняка хороший кофе утром обеспечен. Недавняя подколка сразу показалась по-детски глупой. - Что? - недоумённо спросил Доён, уставившись в ответ. Пиликание пришедшего сообщения из его телефона оказалось как нельзя кстати. Доён переключил внимание на переписку, потом извинился и ушёл собираться: его наркодилер нашёл перерыв среди своих мафиозных дел и решил устроить свидание в предрождественском городе. - Садись, - кивнул Минхёк на освободившийся стул, будто был здесь хозяином, и мягко улыбнулся, - сварю тебе собственный вариант. - Очень надо, - под нос пробурчал Кихён, но всё же сел. Пока Доён не исчез из квартиры, в очередной раз уважительно поблагодарив за урок и прилежно попрощавшись, они молчали, и он в тишине наблюдал за сосредоточенным Минхёком, колдовавшим над джезвой. Слишком красивый, почти провокационный. По какому кастингу их люди Леди отбирают? Честно говоря, за всю свою жизнь на родине Кихён редко встречал действительно красивых ребят. По пальцам одной руки пересчитать. Зато здесь даже охрана в клубе будто из модельного агентства. Если бы после учёбы и практики оставалось время, он бы точно вытащил из дальнего угла забытую камеру. - Чего злюка такой? - поинтересовался Минхёк, разливая кофе ровно на две новые, предварительно по всем правилам разогретые чашки. - Прости, но ты не мой психотерапевт, - усмехнулся Кихён. Лицом никак не показал, но внутренне пришлось признать - у Доёна напиток получался ничуть не хуже. Упрямство и многочисленные повторы сделали своё дело, научился. - И всё-таки, - мягко, но настойчиво произнёс гость. - Считай свой ответ платой за кофе. - Ну о'кей. Надоели нелегалы, которые считают, будто они молодцы и всё делают правильно. Такой ответ устроит? Попытка уязвить привязчивого Минхёка не удалась: у того даже рука с чашкой не дрогнула, продолжал пить и смотреть чуть насмешливо из-под светлой чёлки. - Вполне, - выдал он спустя несколько неторопливых глотков. - И ты, значит, решил, что я тоже такой? Нелегал-молодец. На мгновение Кихён лишился дара речи. Других вариантов на счёт этого парня у него и не возникало, да и с чего бы? Все работники клуба, с которыми ему довелось столкнуться лично, жили в Нью-Йорке с поддельными документами. Кроме Хёнвона, хотя и тот не был образцом законопослушания. Поняв его мысли по мимике, тот предложил: - Забей в поисковик Ли Минхёк, бартендер, посмотри пару ссылок хотя бы. Решив не смущаться по поводу собственного недоверия, Кихён вытащил телефон и последовал совету. Пролистнув несколько первых строчек, говоривших про каких-то корейских знаменитостей, не имевших ничего общего со стоящим напротив Минхёком, он наткнулся на статьи про международные соревнования для барменов, оказывается, и такие существуют. Одна, вторая, третья... В каждой обнаружились фотографии его собеседника в обществе радостных, торжественно одетых людей и в окружении сияющих бокалов и разноцветных бутылок. "Победитель коктейльного соревнования...", "Бармен-визионер...", "Яркое воображение при создании коктейлей..." Минхёку шли пиджаки и тёмные волосы. Под одной из заметок нашлась краткая биография. Учёба в Сеуле, стажировка в Лос-Анжелесе и Лас-Вегасе, работа в каком-то судя по всему люксовом заведении в Испании. Никаких признаков неблагополучного прошлого. - Не понимаю, - растерянно признался Кихён. - Если ты такой крутой, почему ты в "Something Magical"? - А почему нет? - удивился Минхёк. - Ну-у-у..., - не нашёлся он с ответом, который ему казался очевидным. - Послушай, Кихён, брось ты свою предвзятость, - от обращения по имени неожиданно приятная волна прошлась по шее к затылку. - В "Something Magical" несколько хороших баров, которые мне подчиняются, и я не делаю ничего такого, чего не делал бы в любом другом месте. Бумаги, отчётность, приёмка товара, руководство барменами, обслуживание гостей... - Наркотики, шлюхи обоих полов, - вмешался Кихён. - Ошибаешься, - тон Минхёка растерял бархатистость, сразу поверилось, что подчинённые ходили у него в послушании. - Если бы хоть кто-то заставил меня приторговывать... Или кого-то из других ребят за стойкой. Короче, ноги бы моей в клубе не было. Повисло молчание. Кихён скептически переваривал услышанное, Минхёк размеренно и абсолютно спокойно намывал испачканную кофе посуду как у себя дома. - Почему всё-таки? - уже миролюбивее переспросил Кихён. - Почему Нью-Йорк? Почему заведение Леди? Ты же знаешь, кто она. - Потому что ещё со школы мечтал переехать в Нью-Йорк, - не отрываясь от своего занятия, ответил тот. - А "Something Magical", кроме всего прочего, большой и богатый клуб, и совсем не все, кто туда приходит, завзятые наркоманы и извращенцы, хоть ты и считаешь по-другому. И представь себе, когда я работал на Болеарах, и Хёншик приехал пригласить меня в Америку, я понятия не имел про преступный мир Штатов. Я и сейчас фактически ничего про него не знаю. И кто такая Кэтрин Абрамс тем более не представлял. Всего лишь работодатель, предлагающий пост шеф-бармена с перспективами и зарплатой, позволяющей жить на Манхэттене. Ты бы отказался? Очень хотелось гордо и напыщенно заявить "Да", но он же не отказался. Не отказался, прекрасно зная, в отличие от Минхёка, кто такая Кэтрин Абрамс. Не отказался, хотя при первой же встрече ему озвучили, чем предстоит заниматься ради возможности остаться в Нью-Йорке и учиться, несмотря на отсутствие родительских денег. Кихён вздохнул, подавив очередную волну стыда и злости на собственное безволие. - То есть просто карьерный рост и переезд в страну мечты? Никакого трудного детства, бедных родителей, смертельно больных братьев, которых нужно спасать и содержать? Минхёк легко улыбнулся, как могут улыбаться лишь те, кому не приходится постоянно договариваться с совестью. - Да нет. Нормальное детство, не жалуюсь. Папа - врач в больнице, мама детей тренирует в волейбольной секции. Всё хорошо у них. По крайней мере, было вчера, когда созванивались. Младший брат в армию добровольцем собирается. Простая благополучная жизнь. За несколько последних лет забылось, что подобное бывает, что большинство живёт именно так на самом деле. Привык к чужим сложностям, вечным оправданиям, почему нужно было ввязаться в преступный бизнес. Нет, конечно, существовали одногруппники и вполне честные врачи, были обычные пациенты в официальной клинике для практики. Но все они терялись, погребённые под непрекращающимся самобичеванием. И вечным чувством, что он сам себе уже давно не принадлежит. Увяз в мафиозном болоте и бессмысленно барахтается, стараясь сохранить остатки неподкупности. - То есть никакого мрачного бэкграунда? - А он обязательно должен быть? - улыбка стала шире и светлее. - Настоящий паспорт, официальная рабочая виза, номер социального страхования? - Тебе документы показать? - засмеялся Минхёк, и Кихён против воли улыбнулся в ответ. - Всё настоящее. И вообще, у меня уже грин-кард, если для тебя это так важно. Он присвистнул в качестве признания чужой крутизны. То ли от двойной дозы хорошего кофе, то ли от факта абсолютной легальности собеседника нервы окончательно отпустило, Кихён расслабленно откинулся на стуле. - Ну вот, ты гораздо симпатичнее, когда не дуешься, - внезапно выдал Минхёк, шагнув по маленькой кухне ближе. - Это ты сейчас что - свои барменские навыки разговорить клиента демонстрировал? - съехидничал Кихён, впрочем без былого ожесточения. - Смешаешь хитрый коктейль, уболтаешь... Многих девушек, наверное, так опоил. - Завидуешь? - прищурился тот. Светлая улыбка исчезла, в тонком красивом лице проступило что-то роковое. Захотелось резко подобраться и куда-нибудь спрятаться, пока поползшую от щекотной хрипловатости крышу не унесло в невообразимую даль. - Могу смешать Токио Айс Ти или Четырёх Всадников, чтоб наверняка, - Кихён даже приблизительно не представлял, о чём он, но пристальный взгляд не сулил ничего адекватного. - Только для этого нужно поехать в "Something Magical" или ко мне домой. Вряд ли у вас тут есть нужные ингредиенты. - Обойдусь как-нибудь, - выпрямился на стуле Кихён. Опасный новый знакомый посмотрел на него с явным сожалением и отступил назад. Оказывается, он успел подойти вдоль шкафчиков почти вплотную, а Кихён и не заметил, заворожённо уставившись в тёмные глаза. Пара привычных мысленных оплеух самому себе пришлась кстати. Поплыл без всяких коктейлей с дурацкими названиями, стоило лишь немного расслабиться. Но подсознание настырно начало нашептывать: не то что секса - ласковых прикосновений не было почти полгода. А тут настолько неприкрытый подкат. - Есть планы на выходные? - уже обыденно поинтересовался Минхёк. - Давай сходим куда-нибудь, как два человека с настоящими паспортами и официальными визами. Наверное, пора прекращать дичиться. Закрылся в четырёх домашних стенах, знает теперь только маршрут от квартиры до учёбы и клиники. На Хёнвоне мир не закончился. - Если позовёшь меня выпить кофе или коктейль, рассмеюсь в лицо, - предупредил Кихён. И поскорее загадал: если сейчас последует какая-нибудь банальность вроде кино или рождественской ярмарки, соблазнять симпатичный шеф-бармен пойдёт кого-нибудь другого. - В Дэвид-Геффен-холле играют Равеля в пятницу и субботу. На вечернее представление я, конечно, не смогу. Но утром в одиннадцать сходил бы. Составишь компанию? Он ещё не закончил говорить, а Кихён понял, что субботу придётся освободить от всего. И, похоже, наконец-то у него будет собеседник, не вызывающий отторжения.