Глава о Подорванном Доверии

«Этого не может, не может быть! Только не со мной! Чёрт!!!». Моника до крови прокусила губу. В порыве истерики это у неё бывало, вот только в Клубе старалась не показывать. Нет, перед ними нужно держать себя в руках. Не подобает Президенту, да и вообще настоящей леди, нюни распускать. Это она, бывало, отводя душу, запросто могла довести кого-нибудь до слёз, а жертва даже не поймёт. Весьма удобно и оставаться таким образом безнаказанной, и пар выпускать. Что уж там, в своём мире Моника была без пяти минут богом. А потому, добредя до небольшого городка и походив там немного, тут же решила сваливать. Каким-то скучным и пустым на поверку выглядело это место. Другим девочкам, может, и понравится — Сайори вообще любит всё, что видит, а Юри без разницы, в какой глуши придаваться своим извращённым мечтам. Для себя же она хотела какое-то более красивое начало. Много активных и готовых к переменам людей вокруг, возможность создать нечто большее, а вишенкой на торте — немного лоска. Городок Окиномия на поверку не был такой уж дырой, но и называть его своей мечтой Моника бы не стала. Всё изменилось в один момент. К худшему. Как только она поняла, что старый добрый глюк остался в далёком прошлом. Здесь не было Облака, да и мир оказался в разы больше, СЛОЖНЕЕ, продуманнее предыдущего. Моника уже не была богом. Точнее, так: теперь она была никем. И изменить это не представлялось возможным — уж точно не в одиночку. Дабы не помереть с голоду, бывшему Президенту пришлось распродавать содержимое своей сумочки. Его и так считай никто не берёт, а скоро и того не останется. Никогда ещё люди не смотрели на неё т-а-к. Благо, ночи летом тёплые, спала она, по возможности уйдя от лишних глаз, где придётся. При ней ещё имелись остатки былого великолепия, но, боже, уж при такой-то жизни можно лишь гадать, как скоро они её покинут… За пару дней в аду Моника часто вспоминала (бывших) подруг. Иногда так хотелось случайно, в толпе, встретить Нацу и сказать: «Извини меня. Теперь я понимаю, каково тебе». Впрочем, та, вероятнее всего, тут же горделиво задерёт носик, ответив что-то вроде: «Я, конечно, плохо живу, но НЕ НАСТОЛЬКО». А как там Сайори? Жива ли ещё? Бедняжка. Нет, теперь никакой иронии: и правда, бедняжка. Она ведь, глупая, даже не догадывается, кто был виновником львиной доли её «дождливых тучек». Да даже Юри была бы кстати! Ну, пусть она большую часть времени будет только молчать, неважно! Рядом был бы хоть кто-то… потому что в одиночку ей не прорваться, теперь Моника отлично понимала это. И потому она не смогла поверить — нет, она не смогла ЗАСТАВИТЬ себя поверить, что эта вот девушка, мило щебечущая о чём-то в компании молодых людей — Сайори. Да она даже лимонадом их угощает! И постоянно смеётся. Не так, как в Клубе. По-настоящему смеётся. Неужели у неё действительно получилось?! К своему изумлению, Моника не нашла у себя в душе особенной радости за подругу. Она вообще готова была последнюю монету поставить, что та первым же вечером утопится в какой-нибудь речке с горя. Или что похуже. Но нет! И как ни прислушивалась к себе, бывшая Президент находила только горькую обиду. Это могла быть её компания! ОНА могла гулять, смеяться, строить планы вместе с ними… создать Клуб… А если выйти и поздороваться? Признает ли её бывшая заместитель, или, отвернувшись, брезгливо сделает вид, что впервые встретила? После всего, через что та прошла по её вине, оно было бы вполне заслуженно… от того сделалось так тоскливо, так обидно на душе! Она хотела бы, хотела бы выйти, показаться и подруге, и этим ребятам. Но что они скажут? Поднимут на смех? Прогонят? Моника впервые чувствовала себя т-а-к. …И она едва не вскрикнула, услышав за спиной тихое: — Шпионить нехорошо же. Ми-и. — Я-я… я не… — Она глядела на двух малюток. Полностью растерявшись, не представляя, что и сказать. — А я говорила тебе, Рика! — сказала вторая с явным превосходством. — В деле шпионства и слежки меня никому не обставить! Ты зачем шла за нами? Моника не на шутку растерялась: — Я? Шла?.. Она и не заметила. А в следующее мгновение оказалась едва не задушена в объятиях: — Да ладно! Моника-а! Э-хе-хе~ — Ну, п-привет… — отозвалась та. Всё-таки подруга её увидела. Да и другие ребята тоже с интересом поспешили сюда. — Как твои дела? Ну же, рассказывай! — выпалила восхищённая Сайори. Что ж, вот и оно. Ни одна стена не устоит перед её простотой и дружелюбием. Остаётся только не упасть в грязь лицом. Нет, даже сейчас нужно оставаться настоящей леди. Все же смотрят. Моника снова в центре внимания. Разве не этого ей так хотелось? — Ну, я… да нечего сказать-то, — отмахнулась она, как ей казалось, беспечно смеясь. — Всё, как у всех. — А девочки как? — Я их ещё не видела. — А, вот оно что… — Меж ними повисло неловкое молчание. Однако ненадолго. — Ну, не беда! Не хочешь погулять с нашим Клубом? Мы как раз собирались выбрать настольные игры для грядущего фестиваля! — Сайори в прежней живой манере принялась знакомить её с остальными. Она что-то рассказывала про каждого, но Моника уже не слушала. Она просто кивала. — …Работать с её семьёй. И вот такие у меня дела! Эй, ты чего молчишь? Не спи, э-хе-хе… Монику будто молнией ударило. Клуб. Фестиваль. Единственное, чем она дышала в прошлой жизни, в этом мире за какую-то жалкую пару дней досталось такой простушке! Да как?! И человек здесь — Моника быстро пересчитала — вместе с её старой знакомой и теми малышками — семеро! За такое короткое время? Ей с Её Клубом жизни мало было, чтобы каких-то там четверых набрать! Видимо, Сайори истолковала её заминку по-своему: — Пошли! Да ты не волнуйся, на игру наберём! Там ещё младшие ребята подошли, они просто уже внутри! — … Едва осознавая, что творит, Моника схватила подругу за руку и потащила прочь: — Пойдём! — К-куда?.. — А куда хочешь! Сделаешь мне такой же Клуб, хорошо?! — С горькой обидой в голосе бросила та. — А то я гляжу, у тебя талант открылся. Однако парень — Кейти, кажется? — смело преградил ей путь: — Куда эт’ ты тащишь её? По-моему, дама с тобой не хочет. — Всё верно! — Подмигнула вездесущая Мион. — Она теперь в НАШЕМ Клубе! — Ага! — Добавила её сестрица. — Хочешь «домо~ой забрать» — сперва отыграй. — Что ты готова поставить, поставить? — Эм… ребята, — потупилась Сайори. — Вы чего задумали?.. Те переглянулись. В воздухе повисла зловещая тишина.

***

— Итак! — Стоя посреди магазина, Кейти разъяснял правила всем собравшимся. — Соревнование будет проводиться в три этапа! Раунд первый… — Т-только, пожалуйста, не разнесите здесь ничего! — Взмолился продавец. На самом деле он был не в обиде, выигрывал ведь больше всех: бесплатное шоу означает стекающиеся толпы зевак, а те, в свою очередь — прибыль. — Держи! — Азартно улыбаясь, Мион протянула оппонентке игрушечный пистолет. — Цель — поразить все мишени. Позади слышатся вопли умиляющейся Рэны: — Кто победит — забирает домой, забирает домо~ой! Рядом с ней — порядком смущённая Сайори, которую, судя по всему, и будут забирать: — Эм-м… Э-хе-хе… Позади — ликующая толпа. Бой лучших начался. Мион стреляет первой. Паф! Паф! Паф! Паф! Паф! Народ затаил дыхание. Пять из пяти. Чтоб повторить такое, надо сильно постараться. Но и у Моники нашлась своя группа поддержки. — Ты поддалась на провокацию и уступила выбор ей? О-хо-хо! — Не унималась Сатоко. — Типичная ошибка новичка. С Мион-сан держи ухо востро, по-другому тут не бывает! Давай, одолей её! Обе соперницы на поверку оказались не из робкого десятка. Подарить победу просто так? Это значит, потерять огромным трудом заработанную репутацию! Нет уж, увольте, мы не осрамимся! Недолго думая, Моника повторяет. Паф! — Чёрт! Прицел-то оказался смещён. Позже она раскусывает эту уловку и остальные четыре патрона бьют точно в цель, но разрыв в одно очко всё равно остаётся. Мион своего не упустит! В следующий раз нужно быть осторожнее. Раунд второй. Твистер. На сей раз выбирает гостья. Проходит уже несколько мучительных минут. Ни одна не желает давать слабину. Ни одна ещё не была так близко с другой девушкой… — Боже! БОЖЕ! Почему они не мои служаночки?! — Ну, вот же. У доктора Ириэ пошла носом кровь. Кто-нибудь, выведите его, пока он тут всё не запачкал… — И-и-и… — На сей раз «у руля» Рэна. — Мион! Левую руку на красное, красное! — Поняла… тебя… — пыхтит та, пытаясь дотянуться. Теперь уж незаметно сжульничать не получится. Ей остаётся совсем немного, когда переплетение сочных женских тел, не выдержав такого напряжения, падает на пол. У доктора снова идёт кровь. — Побеждает Моника, Моника! — «Судья» в упоении поднимает руку победительницы. Остаётся финал. После первых двух (особенно второго) испытаний обе порядком подустали, но самая ответственная часть ещё впереди. — Ну что, ноздря в ноздрю идём? — Не унимается Сонодзаки, пока соперницы берут себе небольшой перерыв. — Я не привыкла уступать победу. — Ощущение, словно Моника пытается разрезать её взглядом. Она явно воспринимает игру несколько серьёзнее, чем та есть самом деле. — И всё своё предпочитаю возвращать сторицей. — С языка сняла! Ну, так что будет… последним? — Уж точно не собираюсь доверять тебе. — Задумалась Моника. — Танцевальный конкурс? — Многовато телодвижений, да и места свободного столько нет. Дальше. — Двадцать одно? — Всё решает случай и мои меченые карты. Ещё варианты? Моника не сдаётся: — Стометровка! — Ты серьёзно? Обе измученно выдыхают: — Проехали. Из зала уже летят разные предложения, одно другого краше, но девушки не собираются уступать своё решение кому бы то ни было ещё. — Викторина? — Из какой области? — Понятно. — Настольный хоккей? — Сломан. — Шахматы? — Скучно. — Мне понимать это как «я не умею»? — начинает упорствовать Моника. — Возможно… — Ладно. — Сжалившись, выдаёт, наконец, Мион. — Как насчёт Дженги? — Пускай. — Безнадёжно отмахивается противница. Где-то рядом слышно тихое причитание Сатоко: — Ой, зря, ой, зря… Третье испытание идёт полным ходом. Публика, кажется, боится даже шелохнуться. В игровом магазине царит гробовая тишина. — Упс! — Стараниями Сонодзаки очередной брусок аккуратно выскальзывает из основания башни. Он отправляется наверх. Строение опасно покачивается, но катастрофы удаётся избежать. Пока что. — Ваш ход, миледи. Моника смеряет противницу полным недоверия взглядом. Она показала лучший результат из возможных. Нельзя споткнуться в финале и потерять лицо перед таким количеством народа! Девушка ищет взглядом подходящий брусок, а её руки начинают мелко-мелко трястись. Чёртовы нервы! Как некстати. Мион довольно глядит на неё и, улыбнувшись, отворачивается: ладно же, дескать, мешать не стану. Наконец, противнице удаётся взять тело под контроль. Брусок вышел уже больше, чем наполовину. Всё идёт, как по мас… — АП-ЧХИ!!! Рука дрогнула. Башенка с грохотом осыпается на пол, превращаясь в ничто. Моника так и остаётся с протянутой рукой, словно при стоп-кадре. Её лицо старается не выдавать лишних эмоций. — Ох, вот незадача-то! — Мион пальчиком утирает нос, ухмыляется. — Продуло где-то, поди. Ха-ха! Соперница встаёт и, не говоря ни слова, направляется к выходу. Она понимает, что всё подстроено, но из последних сил надеется сохранить лицо. — Уже всё?.. — похоже, Сонодзаки таким раскладом всерьёз удивлена. Остальные, впрочем, тоже. — А что? — Моника отзывается максимально холодно и сдержанно. — Соревнование окончено. Думаю, мне пора. Желаю хорошо провести время. — Ух, — присвистнула вторая близняшка. — Похоже, кто-то не умеет проигрывать. — П-погоди… — подала голос явно расстроенная Сайори. — Разве тебе не было интересно? — Было, — обернулась подруга. — И что с того? Меня здесь больше ничего не держит. «Я не могу без боли смотреть, как легко, быстро и слаженно ты преуспеваешь в том, к чему я тянулась всю свою сознательную жизнь… стоило мне только уйти». — Но разве ты не поняла? Смысл не в том, выиграешь ты или проиграешь. Смысл в самой игре, — вмешалась Рика. — И если бы мне предложили на выбор быть лучшей в своём мире или не быть вообще, я бы, наверное, предпочла второе. Усидеть на троне в тысячу раз труднее же. «Может, мне правда не стоит требовать от мира, да и самой от себя слишком многого? Просто жить сегодняшним днём. Жаль, зашло слишком далеко прежде, чем я это поняла». Она и сама не заметила, как произнесла сию мысль вслух. Пусть больно было осознавать это и ещё больнее — признать весь пласт своей вины, но правила изменились. В одиночку ей не потянуть ни свои стандарты, ни новые правила. Продолжать строить из себя Первую Леди, игнорируя протянутую ей руку помощи и не вызывая в глазах окружающих ничего, кроме жалости? Такая жизнь хуже смерти. А потому пришлось переступить через себя и, набрав в лёгкие побольше воздуха, с превеликим трудом, но всё же сказать следующее: — Вы играючи воплотили в жизнь мечту, к которой я стремилась всю свою сознательную жизнь. Думаю, если можно присоединиться к вашему Клубу, это было бы очень здорово… Сайори, прости. Всё это время я была полной дурой, заставляя вас заниматься только тем, что нравится мне. Я ещё многому должна научиться. На сей раз слова были искренними. Искренними, как никогда. — Э?.. — Подруга так и не поняла, за что должна была её простить, но на всякий случай кивнула. — Принять в Клуб? — Рассмеялась Мион, с явной ноткой триумфа добавив. — О чём ты говоришь? Прошла, казалось бы, целая вечность прежде, чем она закончила: — …Наши двери всегда открыты! — Мы рады новым друзьям же. — Кивнула Рика. — И добро пожаловать! — Но тогда… — Моника не cмогла поверить, до чего легко всё получилось. Щёки девушки покрылись лёгким румянцем. — Будет какое-то наказание, д-да? Я никогда раньше не проигрывала… — Не переживай, — улыбнулась Сонодзаки. — Сегодня ты сама себя наказала! ~