Король гламура, король Подземелья

Проснувшись утром, Меттатон в первую секунду даже удивился тому, где находится, но воспоминания о вчерашнем счастливом дне быстро вернулись к нему, и он бодро встал с постели. Нужно было скорее привести себя в порядок, чтобы сразу же заняться делами. Начать Меттатон решил с изменений в штате своих работников. Несмотря на то, что бывшие помощники Азгора явно неплохо справлялись с обязанностями и в целом ему понравились, робот их практически не знал, а под рукой в таком важном деле хотелось бы иметь либо хорошо знакомых, либо как минимум самостоятельно нанятых подчинённых. Позаботиться об этом следовало раньше, чем погружаться в дебри писаных законопроектов. И первым делом Меттатон направился к Напстаблуку. Ему ничего не стоило, пользуясь новыми полномочиями, вызвать призрака к себе, но для него это был не просто разговор. Это был целый огромный шаг, признание своей роковой ошибки, попытка загладить вину… и Меттатон не хотел, чтобы кто-либо третий был свидетелем этой беседы. Оставалась лишь одна «маленькая» проблема: проскочить к домику кузена так, чтобы никто особо не обратил внимания. А это в его теперешнем положении было сложно. Пораздумав немного, Меттатон быстрым, каким-то даже опасливым движением сдёрнул с себя мантию и корону, аккуратно положил сверху скипетр, проскользнул по дворцовым коридорам и, выйдя наружу, взлетел под потолок пещеры и врубил на полную мощность полётные двигатели. Он пронёсся кометой и быстро достиг Тихой Зоны. Волнение охватило душу, сердце сжалось от каких-то странных вибраций. Меттатон тихо и сдержанно вздохнул, прикрыв глаз. «Это ведь… Блуки. Он ведь… примет меня, не так ли? Ладно, я… в любом случае должен сделать это. Пришло время». Меттатон постучался. За дверью послышался лёгкий шорох, она отворилась, и… — Меттатон?.. Ой, то есть… Ваше Величество?.. Меттатон едва не скривился. От кого угодно ему бы польстило такое обращение, но слышать «Ваше Величество» от двоюродного брата… Это его покоробило. Однако вместо гримасы Меттатон улыбнулся. — Боже, Напстаблук, к чему такие формальности? Пусть я стал королём… Но я не сделался от этого дальше от своих горячо любимых подданных, верно? Зови меня просто «Меттатон». Я пришёл к тебе с весьма любопытным предложением. Обсудим с глазу на глаз? Очутившись за стенами дома, Меттатон почувствовал себя в большей безопасности, но душа забилась и засияла сильнее. Это выдавало его. Робот запоздало подумал о том, что ему следовало бы принять прямоугольную форму, и прикрыл было талию руками… Но Напстаблук уже осторожно поинтересовался: — Тебе нехорошо?.. — О нет, всё в порядке. Просто взбудоражен встречей с таким талантливым музыкантом, — Меттатон медлил, обдумывая, с чего лучше начать: с признания или с приглашения на работу. — Ты и правда… считаешь меня талантливым?.. — О, безусловно. Мои звукооператоры работают прекрасно, но у них нет и половины твоего таланта. Я слушал твои мелодии в Монстронете и уже давно подумывал о том, чтобы сделать тебя своим диджеем. Так что я хотел предложить тебе сделаться моим королевским музыкантом. — Я?.. Королевским музыкантом?.. Так внезапно… Но я так рад… Я… Я не ожидал, что мой кумир захочет… Ох, ты точно хочешь этого? Ведь я же совсем не яркий… Не интересный… Не умею блистать… — Вздор! — запальчиво воскликнул Меттатон, но тотчас же понизил голос. — Но… Прежде чем ты согласишься… Есть одна вещь, которую ты должен знать. Очень важная вещь. Видишь ли… Вчера стал королём не просто робот-звезда. Престол Королевства занял твой кузен. Напстаблук отшатнулся, сделавшись почти совсем прозрачным. Он ничего не говорил, лишь немой вопрос читался в его глазах. — Блуки, ты ведь помнишь, как я мечтал стать звездой, не так ли? Что ж… Я стал. И как видишь… Не просто звездой. Я стал повелителем всех монстров. Так сложились обстоятельства. Я знаю, я виноват перед тобой… Я не должен был бросать тебя… И я хочу извиниться. Прости меня, Блуки. Я повёл себя чертовски неблагодарно. Я не сдержал обещание. Оставил тебя, только потому что подумал, что не смогу сказать тебе в лицо о невыполненном обещании и что из-за клиентов улиточной фермы ты всё равно не пойдёшь со мной. Я был неправ. — Это правда ты?.. — Меттатон кивнул. Напстаблук подлетел ближе. — Но почему… Почему тогда ты решил вернуться теперь?.. Зачем тебе забирать меня?.. Это из-за музыки? Но ты ведь… Ты ведь с самого начала мог попросить меня писать для тебя мелодии… Я был бы рад помочь своему кумиру… И к тому же… Это бы не помешало мне оставаться на ферме и ухаживать за улитками… Я не понимаю. Меттатон… Я бы… Я бы понял… Я был так взволнован и расстроен, когда мой кузен пропал… Если бы ты просто объяснил… О нет… Я говорю не то… Ты сейчас разозлишься… — Блуки, Блуки, постой. Я же сказал. Я был полным идиотом. Я думал, что если я отброшу своё прошлое, то станет гораздо легче! И стало. На какое-то время. Но потом я услышал твой голос, вспомнил всё, и… Нет, Блуки, это не только из-за музыки. Ты можешь отказаться быть моим диджеем, всё равно. Я просто… Не могу больше это так оставлять. Считай это моей совестью, которая просто слишком поздно проснулась. — Я всё равно не очень понимаю… Нет, точнее… Я понимаю, что ты хотел лучшей жизни, и я рад, что ты счастлив, но… Но зачем меня… Зачем я… Ох. О нет. Меттатон… Или как тебя там… Мне просто было одиноко всё это время, и… — Я понимаю. Ты… можешь не договаривать. Я знаю, чего ты никак не можешь произнести. Ты боишься, что я снова тебя брошу. Но нет, Блуки. Не брошу. И я докажу это тебе. Просто дай мне время. Дай мне второй шанс. Прошу. Я правда раскаиваюсь. Ты не ненужный, ты очень дорогой, дело вообще не в тебе!.. — …я буду твоим диджеем. Не переживай за это, хорошо? Просто пока… Я… Мне нужно время. Дай мне тоже… немного времени. Просто скажи, какая тебе нужна музыка, оставь меня здесь, и… Я подумаю над этим всем. Нам обоим лучше ещё немного подождать… Меттатон молча покивал. Никакой музыки ему пока что не требовалось, и он, пообещав Напстаблуку написать ему в случае чего и попрощавшись, вышел за дверь. На душе было тяжело. Перед глазами стоял взволнованный, удивлённый взгляд Напстаблука… И, вспоминая его глаза, Меттатон понимал, что в них было больше недоверия, грусти и смущения, нежели ожившей братской любви. «Впрочем, ничего другого ведь и не стоило ожидать, верно? Я сделал ему очень больно. И глубоко внутри он боится довериться мне снова. Бедный славный Блуки. Он сказал, что рад за мой успех, он согласился со мной работать… Но он явно не в силах простить меня вот так сразу, с первого раза. Я даже не смог его обнять… И поделом мне. Радуйся, что он не выпер тебя за дверь в своей фирменной вежливой манере». Меттатон взлетел и помчался обратно во дворец. Настроения не было совершенно. Все мысли оказались заняты тем, как заслужить прощение Напстаблука — единственного во всём Подземелье существа, за чьё отношение он стал бы вот так трястись. Меттатон достиг дома, истратив всё топливо до капли. «Отлично. Летать без заправки я больше не смогу, а Альфис как не было, так и нет. Замечательно. Нет, срочно её искать, как только разберусь…» Его мысли оборвал голос одного из придворных: — Меттатон, извините, к вам посетители. — Как, уже? — Да. У них есть пара нерешённых вопросов. Они ждут в тронном зале. — Передай, что я приду через пять минут. Меттатон снова надел королевское облачение, посмотрелся в зеркало и уверенным шагом направился в зал… Посетителей оказалось больше, чем он думал. Вдобавок он не ожидал, что те начнут обращаться с какими-то проблемами в первый же день его правления. Это при том, что он не успел даже прикоснуться к государственным документам и разобраться, что к чему. Пораздумав с пару секунд, Меттатон решил «включить босса» и решать сложные ситуации так, как он делал бы это, сидя в кресле начальника у себя в отеле. После долгих диалогов, а также нескольких написанных распоряжений и приказов Меттатон понял для себя одну вещь: если так пойдёт и дальше, ни обзавестись нормальными работниками, ни даже просто пробежать глазами законы государства он просто не успеет. Не говоря уже о поисках Альфис. А постоянно действовать в таких случаях «вслепую», «наудачу» — явно не вариант. Ему нужен был кто-то, кто бы мог хотя бы первое время «общаться с народом» вместо него. А ещё кто-то, кто выполнял бы его поручения и, возможно, даже участвовал бы в секретных заданиях. Иначе говоря — агент. Вот только… Кого назначить? Меттатон призадумался, облокотившись на подоконник в одном из коридоров. Пока он мысленно перебирал всех надёжных работников своей фирмы, за спиной раздался знакомый голос: — Чё как? — Господи, Санс, опять ты. Что ты здесь делаешь? — Да интересно стало узнать, мягко ли сидится твоему заду на троне. А ещё я пришёл поинтересоваться, не найдётся ли у тебя для меня тёпленького местечка. Так сказать, по старой памяти. Работа нужна. Стража уже отпадает, от ларька проку мало, а рядом с тобой, по идее, место прибыльное, — без обиняков заявил Санс. — Слушай, у нас с бро большой дом в Сноудине. За него надо платить. Да и вообще трат выше крыши. А мы с тобой вроде как в рабочем плане знакомы. — Боюсь, вакансия шутника пока что прикрыта, — поднял бровь Меттатон. — Сейчас я нуждаюсь в агенте. Но если уж разговаривать вот так откровенно, я сомневаюсь, что ты справишься с этой задачей. Это тебе не каламбуры отпускать, дорогуша. — На троне сидеть тоже тяжелее, чем на сцене танцевать, — отозвался Санс. — Агент, говоришь? Это в смысле — от «принеси чай» до «раскрой тайный заговор против четвёртой ножки трона»? Да не вопрос. Слушай. Я за свою жизнь кем только не работал. Гораздо больше профессий перепробовал, чем ты думаешь. Опыт имею. С подданными с твоими лажу вроде как недурно. А если тебя волнует, смогу ли я уберечь твой королевский зад от каких-нибудь непредвиденных обстоятельств… Ну, сделаю, что смогу. Как видишь, неожиданно телепортироваться умею. В магии тоже неплох. Могу показать, если надо. — А что насчёт твоей лени, дорогуша? Я бы предпочёл иметь агента, который не уснёт на работе. — Я умею не спать. Не дёргай меня по мелочам — и всё будет костлично. Лень — двигатель прогресса, разве нет? Я найду всем твоим проблемам самое простое и короткое решение. — Ну не знаю, не знаю… Можно попробовать, наверное… Давай так. Я возьму тебя на испытательный срок. С оплатой, раз уж тебе это так нужно. — Не вопрос. И это… Раз уж на то пошло… Я тут подумал… Возьми в агенты и моего брата, если захочет. Папируса. Он всю жизнь мечтал попасть в Королевскую Стражу, но теперь неизвестно, во что ты её превратишь, а должность агента вроде как крутая. А он к тому же твой давнишний пылкий фанат. Думаю, он был бы счастлив. — Папирус? Это такой высокий, громкий и в костюме супергероя? — Да. — Ох, хорошо. Его тоже на испытательный срок. Тогда вот что. Приводи его сюда. С вас снимут мерки, чтобы приодеть вас поприличнее. Прости, дорогуша, но вот это для работы королевского агента никуда не годится, — Меттатон слегка подёргал пальцами капюшон потёртой синей куртки Санса. — А теперь вот что. Как только начнёте выглядеть подобающе, ты временно вместо меня будешь разбираться с просителями, а твой брат пусть соберёт мне всю Королевскую Стражу. У меня есть на неё планы. — Окей, жди. Папирус согласился быть агентом без промедления. Ждать его во дворце долго не пришлось: он прибыл уже на следующее утро, бодрый и всем своим видом демонстрирующий готовность взяться за работу. Меттатону понравился его энтузиазм и польстили его фанатские чувства. Более того, понаблюдав за перепалкой обоих братьев, он сделал вывод, что Папирус непременно будет «пинать» брата, если тому вздумается отлынить, и это укрепило его в решении принять младшего скелета на службу. — Ваушки, у меня такой потрясный прикид! — восхищался Папирус, вертясь перед зеркалом в строгом костюме и в чёрных очках (Меттатон по человеческим фильмам решил, что агенты в любом случае должны выглядеть именно так). — Я так крут! Спасибо, Меттатон! Я не подведу тебя! Агент Папирус готов выполнить первую миссию! Пссс… Она секретная? — Пока что нет. Собери мне всех стражников. Всех-всех. Санс, а ты ступай на дежурство в тронный зал. И не забудь отчитаться, у кого что и как ты разобрался. Стража в полном составе предстала перед Меттатоном вскоре после того, как Папирус был отправлен на задание. Прошло около шести часов. Робот вошёл в комнату, где они ждали его, с вновь подпортившимся настроением. Вид военных в полном боевом облачении напомнил ему об Андайн. Перед глазами снова встала сцена её смерти, растекающееся от решимости тело, яростный блеск глаз, отчаянные вопли до последнего вздоха… Меттатон помотал головой, отгоняя наваждение. Перед ним бывшие подопечные воительницы. Следует обеспечить им достойное, с его точки зрения, будущее. Хотя бы в память о ней. — Итак, дорогуши, в связи с произошедшими в Подземелье… кхм… изменениями… Я собрал вас здесь, чтобы сообщить о вашей судьбе. У меня было время подумать над тем, что следует сделать с Королевской Стражей… И я пришёл к следующим выводам. Начну с успокоения: все вы сохраните свои рабочие места. Однако сама ваша роль изменится. На протяжении некоторого срока, пока Королевство ещё не пришло в норму и не вполне оправилось от смерти Азгора, вы будете продолжать патрулировать Подземелье, следить за порядком и смотреть, не упали ли новые люди. Но вы ни в коем случае не должны убивать человека. И по возможности наносите как можно меньше ран. Практика Азгора показала, что убивать людей и собирать их души — не самый эффективный метод. Поэтому человеческая политика со временем будет изменена. Как только это произойдёт, я издам соответствующий указ о том, что конкретно входит в новый перечень ваших обязанностей. А пока просто забудьте о такой мере, как убийство. Кроме того… Я полагаю, я должен назначить новую главу Королевской Стражи, пока Андайн не найдена. Но проблема в том, что я знаком со всеми вами не настолько хорошо, как мне хотелось бы. Поэтому к более близкому знакомству хотелось бы перейти прямо сейчас. «Близкое знакомство» затянулось на пару дней. Меттатон разговаривал со стражниками, подробно узнавал об их службе, старался раскусить их характеры, устроил смотр их боевым способностям, в которых, правда, практически ничего не смыслил, выслушал Санса и Папируса… И всё равно ощущал, что определиться он никак не может. Стражники чувствовали его замешательство и сами предложили на роль главного кандидатуру КС 02. Меттатон согласился, составил указ о назначении 02 главой Королевской Стражи, приказал до изменения человеческой политики новобранцев не набирать и отпустил стражников по домам. — Банка ты консервная, пусти тебя в Стражу — ты на второй день застонешь, — негромко проговорил Меттатон всплывшую в памяти фразу Андайн. — Ох, Анди. Не хватает сейчас твоих «консервных банок». Но я справлюсь. Ведь я же Меттатон, единственный и неповторимый. Я не могу иначе. Я рождён побеждать. Не так уж я и плохо разобрался, в конце концов. Кстати о разбирательствах. Как там Санс?.. Робот застал своего агента беззастенчиво дрыхнущим за столом. — Санс! — А? Что? — Дорогуша, ты обещал мне не спать. — МТТ, ты время видел? — На часах од… одиннадцать вечера? Чёрт бы меня побрал, почему так поздно? Мне определённо нужно отрегулировать свой график. Такая неотлаженная работа не приведёт ни к чему хорошему. — Ну, я тебя поздравляю с почти-не-фейлом со Стражей. Я бы тебе посоветовал посерьёзнее включиться во все сферы подземной жизни. Реально, вслепую — не надо. Кстати, вот эти бумажки тебе могут в этом помочь. Я тут законспектировал для тебя то, что без тебя было. По поводу посетителей и прочего. Потому что рассказывать мне лень. Вот, почитай. Авось чего поймёшь. Меттатон пробежал листки глазами. — Ох, ладно, спасибо, дорогуша. Отчёт неплох, хотя можно было бы лучше и подробнее… И с устным сопровождением. Но спасибо и на этом. Осталось немного, я просто доразбираюсь с повышением своих проверенных работников и освобожу тебя от этого задания, — Меттатон опустился в кресло. — Мне очень нужна Альфис. Она могла бы мне что-нибудь посоветовать и помочь разобраться. Я должен её найти. Я найду её. Обязательно найду. Полагаю, она бы неплохо поучаствовала в правлении. — Ты думаешь, она намного лучше тебя разбирается в королевских делах? — Она учёная. И много раз общалась с Азгором. Она многое соображает. Если не она, то кто? Аргх… голова кругом. — Аккуратнее, вдруг отвалится, — усмехнулся Санс. — Ладно, зови, если буду нужен. Спокойной ночи. Меттатон вздохнул. Ещё отель. Всего лишь отель. Укомплектовать набор «проверенных лиц» вокруг себя — и можно переходить к поискам. Когда робот переступил порог отеля, он ощутил приступ облегчения. Знакомые стены — Меттатон сейчас назвал бы их даже родными. Известные до последней чёрточки характера монстры. Обстановка, в которой вот уже не один год всё действительно подчинялось ему одному. «Да. Я должен приблизить их к себе, если я хочу хоть как-то контролировать ситуацию вокруг себя». — Дорогуши, общий сбор! В обеденный перерыв всех жду в концертном зале. До последнего уборщика! Дело кончилось тем, что в МТТ-курорте открылось множество новых вакансий: работники массово переводились на дворцовые посты. Где-то мягко убеждая, а где-то почти жёстко настаивая, робот вынудил нынешних придворных взять своих приспешников на стажировку. В МТТ-курорт повалили фанаты, желавшие обосноваться поближе к своему кумиру. Одни вклинивались в работу легко, других требовалось обучать. В итоге Меттатону пришлось засесть за график для своих подчинённых — когда тем проходить стажировку самим, а когда заниматься новичками, пришедшими им на смену. Лишь разобравшись с этим и назначив сроки, к которым процесс должен был завершиться, робот вздохнул немного свободнее. В очередной раз завершив свой день, он устало рухнул на постель. Тело не чувствовало усталости, а вот душа ощущала себя вымотанной. Меттатон прижался щекой к подушке и прикрыл глаз, стараясь собраться с мыслями и сориентироваться, что делать дальше. «Так. С завтрашнего же дня объявляю Альфис в официальный розыск и сам иду на поиски. Пора. Потом завершаю всю эту канитель с перетасовкой кадров… Потом надо будет написать Блуки… Ох, Блуки. Я понятия не имею, когда мне понадобится твоя музыка для шоу. Со всеми этими хлопотами у меня не находится времени даже на придумывание идей для шоу, не говоря уже о том, чтобы начать их готовить… А вообще… А смогу ли я вообще выступать теперь?..» Робот похолодел и сел на кровати. До него только сейчас дошло: взяв на себя обязанности короля, он, возможно, сам себе обрубил доступ к мечте всей своей жизни, к профессии, которой он по-настоящему горел, в которую был влюблён. Это осознание больно обжигало. «Ну уж нет! Это только первое время, только первые трудности… Я найду способ совместить! Непременно. Моим выступлениям на телевидении не придёт конец. Ни за что. И Блуки будет писать для меня музыку. Это дело решённое. А потом…» Робот снова вспомнил о законах. Нужно будет точно знать, что в них написано, чтобы суметь нормально править. Что-то изменить. Возможно, многое. Продумать новую человеческую политику и, и… Меттатон сдавленно застонал. — А не зря ли я вообще всё это затеял?