Второй шанс

Они провели вместе несколько часов, разговаривая обо всем (разговаривая, а не ругаясь, вот уж чудеса). Мысль о том, что Тони все эти годы думал, что отец его не любил, стала для Говарда ударом ниже пояса. Однако еще было не поздно все исправить. Ему был предоставлен второй шанс, и Говард решил его использовать. Разумеется, разговор со взрослым Тони клеился куда лучше (и все равно Говард словно в зеркало глядел). Мария весь день сияла и снисходительно им улыбалась. Но Говард на это не обижался. В конце концов, она всю жизнь потратила, пытаясь заставить их вести себя цивилизованно. Тони рассказал им немного о Мстителях, в основном, то, кем они были (это на самом деле оказалась дочка Пима, а старый ублюдок все еще был жив и здоров) и об их деятельности (инопланетное вторжение оказалось правдой, господи боже). Конечно, он о многом умолчал, но Говард не настаивал. Мир сильно изменился за 30 лет, и привыкать было лучше постепенно. К тому же у него было ощущение, что некоторые эпизоды жизни Тони были довольно болезненными, и последнее, чего он хотел, — разрушить ту атмосферу приятного разговора, которую им удалось создать. Было уже довольно поздно, когда Пятница нарушила их идиллию: — Босс, начальник полиции Нью-Йорка находится на линии. В Бруклине требуется помощь Мстителей. Тони вздохнул, вставая с извиняющимся видом: — Прошу прощения, долг зовет. Пятница, сообщи остальным, — он вынул из кармана один из этих новых телефонов, чтобы выяснить, что происходит. Однако прежде, чем добрался до лифта, вернулся, чтобы обнять их, — я люблю вас. Затем Тони ушел, оставив Говарда и Марию в беспокойстве. Мария велела ему «сделать что-нибудь», поэтому Говард решил выяснить хоть какие-то подробности: — Пятница, что происходит? — его все еще поражал тот факт, что Тони умудрился создать искусственный интеллект. После небольшой паузы она ответила: — Кажется, человек в костюме носорога грабит банк. Похоже, он удерживает заложников. Говард моргнул. Какого черта? В будущем происходили довольно… странные вещи. — Можешь показать? Пятница не ответила, но телеэкран включился на новостную программу. Возле банка стояло множество полицейских машин. Журналистка вела репортаж: — Подтверждено, что внутри все еще находятся четыре сотрудника банка. Полиция только что сообщила, что на помощь были вызваны Мстители, — оператор поднял камеру вверх и приблизил, снимая Железного человека. — Похоже, мистер Старк уже на месте, — сказала репортер, хотя это было очевидно. Камера остановилась на Тони, показала, как он приземлился и пообщался с полицейскими, охраняющими периметр. Затем он взорвал то, что осталось от стеклянных дверей банка (вероятно, поработал преступник) и вошел внутрь. Пока журналистка сообщала подробности нападения, прибыли Вижен и Роудс (Воитель, вспомнил Говард). Вижен последовал за Тони, в то время как Роудс занялся толпой зевак. Все они держали в руках телефоны. Они фотографировали? Снимали видео? На что же способна эта техника? Через несколько минут из банка выбежали четыре человека. Полиция тут же увела их в безопасное место. — Заложники были освобождены, хотя до сих пор не ясно, был ли задержан преступник. Едва репортер закончила фразу, как часть стены банка рухнула. Люди бросились врассыпную. Камера затряслась, но затем снова сфокусировалась. Из дыры в стене показалась огромная человеческая фигура в броне. Костюм был огромным, вероятно, около восьми футов в высоту. Он был серым, а голову украшал рог. Броня выглядела тяжелой и неуклюжей, в отличие от легкого и маневренного костюма Тони. Тем не менее, выглядело пугающе. Мария схватила Говарда за руку, уставившись на экран. Несколько полицейских открыли огонь, но пули просто отскочили от Человека-носорога и срикошетили в разбегающуюся толпу. Роудс прикрыл несколько человек. Носорог схватил одну из полицейских машин и бросил ее в направлении камеры. Говард вздрогнул, на мгновение закрыв глаза. Когда он снова открыл их, то увидел, что машина застряла в какой-то гигантской паутине, подвешенной между двумя фонарными столбами. Тони и Вижен вышли из банка. Им удалось отодвинуть преступника к стене. Вижен вступил с ним в бой несмотря на то, что был намного меньше. Но когда Носорог попытался ударить его, рука просто прошла насквозь. Тони выстрелил в него каким-то энергетическим лучом, и костюм носорога заискрил. Парень вскрикнул от разочарования и попытался двинуться на Тони. Но едва сделал шаг, как новая порция паутины прочно приклеила его ноги к земле. Вижен воспользовался возможностью и ударил его в лицо (или, по крайней мере, в то, что выглядело как лицо в костюме). Носорог тяжело опустился, его ноги все крепко стояли на земле. Тони подошел ближе, выпустил еще один луч, и броню грабителя полностью закоротило. Тощий паренек в красно-синем костюме приземлился рядом с Тони и помахал рукой. Журналистка, слегка помятая, продолжила вещание: — Похоже, что Мстители задержали преступника с помощью Человека-паука, — камера приблизилась и показала красно-синего. Он разговаривал со снявшим шлем и улыбающимся Тони. Затем камера сосредоточилась на Носороге, которого Вижен вытаскивал из разрушенного костюма. Он выглядел жутко недовольным и сыпал проклятиями. — Джефф? Сцена сменилась новостной студией, где за столом сидели двое журналистов, мужчина и женщина. — И еще одна успешная для команды Мстителей операция, — сказал мужчина, предположительно Джефф. -У нас нет информации о жертвах. По нашим сведениям, несколько свидетелей получили ранения. Их уже доставляют в ближайшую больницу. Ущерб, нанесенный банку, пока не известен, — продолжила женщина. — Мы вернемся с дополнительной информацией, когда она станет доступна. Экран погас, и Говард и Мария с облегчением откинулись на диван. — Этим сейчас занимается Тони? Вероятно, Мария намеревалась задать риторический вопрос, но Пятница все равно ответила: — Мстители созданы для борьбы со сверхлюдьми, с которыми не в состоянии справиться полиция. — Со сверхлюдьми? Такие существуют? — За последние девять лет после того, как босс объявил себя Железным Человеком, появилось немало таких. Они имеют преимущество перед обычными людьми либо благодаря технологиям, как этот Носорог, либо благодаря сверхспособностям, как Халк. Некоторые из них стали героями, защищая население от различных угроз. Другие выбрали преступный путь, нарушали законы и стали причиной смерти и разрушения. — Сколько сверхлюдей существует? — Точно сказать невозможно, новые появляются чуть ли не каждый день. Например, Человека-носорога мы еще не встречали. — А этот… Человек-паук? — спросила Мария. — Человек-паук обладает сверхспособностями, он друг босса. Однако он не Мститель. Скорее, внештатный сотрудник. Есть еще группа линчевателей, не связанных с Мстителями, но предпринимающих попытки защищать население. — А Мстители — официальная организация, — произнес Говард. — Они имеют официальное разрешение и следуют приказам, — это был скорее вопрос, чем утверждение. — Верно. Поначалу Мстители подчинялись ЩИТу, но после его падения стали независимым отрядом. Многие сочли это проблемой, и ООН вынудила их подписать Заковианский договор, — Пятница сделала паузу, — некоторые из Мстителей отказались. Теперь они скрываются и находятся вне закона. — Вне закона? Потому что не захотели подписывать? — это было довольно радикально. — Не потому, что отказались подписывать, а потому, что нарушили несколько международных законов. Их деятельность повлекла смерть и причинение вреда многим людям, а также материальный ущерб в размере миллиарда долларов, — Пятница снова помолчала, прежде чем продолжить, — их лидер считал себя единственным гарантом безопасности, а затем сам доказал миру, что это было ошибочным суждением. Сверхлюди представляют угрозу, если их никто не контролирует. Говард кивнул. Тот парень в костюме носорога лишь пытался ограбить банк, а сколько людей он мог бы убить или покалечить, если бы захотел? Пули явно не могли его остановить. Надзор определенно был необходим. Даже человек с благими намерениями мог нанести ущерб. Говард не был солдатом, но почти всю жизнь был связан с американскими военными и знал, как быстро все может пойти к чертям и как необходимо иметь систему для борьбы с мошенниками. Один человек, независимо от того, насколько он хорошо подготовлен, не может принимать все решения в одиночку. Мир был создан из сотрудничества и компромиссов, хотя иногда это та еще заноза в заднице. — Тони, вероятно, не будет дома несколько часов, — произнес Говард, нарушая тишину. Скорее всего, было много бюрократического дерьма, с которым было нужно разобраться. Послышались звуки лифта. Говард и Мария вскочили в ожидании. Но это был Беннер. — Здравствуйте, — сказал он. — Могу я войти? — Конечно, пожалуйста, — Мария с улыбкой пригласила его на диван, — боюсь, я все еще немного рассеянная здесь, не хотите кофе или еще что-нибудь? — Нет, все в порядке, миссис Старк, спасибо, — он улыбнулся ей в ответ. — Я пришел сообщить вам, что с Тони все в порядке. Он попросил меня передать вам, что будет занят некоторое время, но хотел бы пригласить вас обоих на завтрак завтра утром. — Конечно, мы с радостью. — Мы видели этого… носорога. — О, даже так? — Пятница включила нам новости. — Ну, остановить его было меньшей из проблем. Еще куча работы с документами. Отчеты, пресс-конференции и тому подобное. Да, именно этого Говард и ожидал. — Ты же Халк. Почему ты не отправился с ними? — Говарду все еще не было понятно, как этот человек превращался в зеленого гиганта. — И девочка Джанет, — добавила Мария. Беннер удивленно моргнул. — Мы вчера читали о Мстителях в журнале — объяснила Мария. Господи, неужели это было вчера? Говард чувствовал себя так, словно прошли годы. — Да и Тони рассказал нам обо всех вас. — Понятно. Ну, Халк не был нужен. Обычно я стараюсь не вмешиваться в ситуации в населенных районах. Меньше возможностей… нанести урон. Что же касается Хоуп, она была на деловой встрече. Тони решил, что ее помощь не понадобится, - Беннер сделал паузу, — девочка Джанет? — Мы знали ее мать, Джанет Пим. — И ее отца. Тони сказал, что Хэнк все еще жив. — Да, он… хм… — Брюс неуверенно замолчал. — Терпеть меня не может? Да, знаю. Он никогда этого не скрывал. Прошло тридцать лет, а он все еще злится? Беннер поморщился, и Говард покачал головой. Все еще живешь прошлым, Пим. — Окей. Я могу что-нибудь для вас сделать? — Мы в порядке, дорогой, спасибо. Скажи, пожалуйста, Тони, что мы с нетерпением ждем его завтра. О, и убедись, чтобы он хорошо поел, когда вернется. И хорошо отдохнул. — Мария, ради бога, он уже не ребенок. Я уверен, он в состоянии позаботиться о себе. Мария окинула Говарда недовольным взглядом: — Может, и не ребенок, но все еще мой сын. Думаю, у меня есть право беспокоиться о нем? Беннер спрятал улыбку. Он прочистил горло, привлекая их внимание, и встал. — Не волнуйтесь, миссис Старк, мы позаботимся о Тони. Когда он ушел, Мария решила заняться ужином: — Я приготовлю макароны. У нас есть все ингредиенты. Говарду явно намекнули не вмешиваться, и он был этому рад. Он никогда не был хорош на кухне. Ему не хватало терпения на приготовление пищи. Он всегда был занят работой и зачастую ел что-нибудь на скорую руку. Но ему очень нравилась еда, приготовленная, пусть и редко, его женой. Когда она впервые приехала в особняк после свадьбы, между ней, Анной и Джарвисом возникла некоторая напряженность в вопросах приготовления пищи. Джарвис и Анна были хорошими поварами и привыкли к тому, что кухня безраздельно принадлежит им. Поэтому попытки Марии захватить там власть были встречены отнюдь не радостно. К счастью, все они были разумными людьми и решили свои проблемы без ссор (Мария часто напоминала Говарду, что этот способ общения с людьми тоже неплох). Говард вспомнил, что ему нужно было спросить Тони, что случилось с Джарвисом (Анна умерла через несколько лет после рождения Тони). А также узнать о Пегги и Оби. — Пятница, можешь ответить еще на несколько вопросов? — Босс не дал никаких конкретных указаний, поэтому, пожалуй, да. — Хорошо. Можешь рассказать о некоторых людях, которых я знал? — Да. — Джарвис? Повисла пауза.  — Вы имеете в виду Эдвина Джарвиса? — Да, разумеется. Анна Джарвис давно умерла. О ком еще шла речь? — Мистер Джарвис скончался от сердечного приступа 24 октября 1989 года. Сердечный приступ, твою мать. И всего через пару лет после того года, из которого они прибыли. Были ли у него проблемы с сердцем уже тогда? Или это случилось неожиданно? Говард открыл было рот, чтобы спросить, но затем передумал. Какой был смысл спрашивать? Это только принесло бы расстройство. Вдруг он мог помочь другу? — Пегги Картер? — Госпожа Картер умерла во сне в прошлом году от сердечной недостаточности. В прошлом году? Господи, она прожила много. Черт, он почти успел бы поговорить с ней. — Однако она страдала деменцией. Ну, неудивительно, в ее-то возрасте. — Обадайя Стейн? — спросил Говард, но Пятница ничего не ответила. — Пятница? Оби жив? — Нет, — больше она ничего не сказала, и это было странно. — Пятница? — Прошу прощения, но это все, что я могу вам сообщить. Кажется, история была не из приятных. Говард решил непременно выяснить подробности позже. Это было единственное имя, которое вызвало такую реакцию Пятницы. Он получил информацию обо всех других людях, о которых спрашивал, в основном о деловых партнерах. Почти все были мертвы, как он и ожидал. К тому времени, когда он исчерпал всех знакомых, которые его интересовали, Мария позвала его на ужин. После еды Говард, как и полагается старику, которого он в себе ненавидел, отправился спать. В этот день было слишком много тревог и волнений. ***** На следующее утро они умылись, оделись, и Пятница вызвала лифт, чтобы проводить их к Тони. Его квартира была намного больше, чем у них, с огромным балконом с потрясающим видом на город, расстилающийся внизу. Вероятно, это был самый дорогой участок недвижимости в Нью-Йорке, отметил бизнесмен в Говарде. Мария приветствовала Тони объятиями и поцелуями. Говард кивнул ему и, после нескольких напряженных мгновений, тоже очень неловко обнял сына. Тони думает, что тебе на него плевать, — сказал он себе, — живо обними его (даже если это было неудобно). Тони отвел их на балкон, чтобы они оценили вид, и указал на новые постройки в городе, а также на участки, которые все еще реконструировались после вторжения инопланетян. Он говорил очень быстро, нервно глядя на Говарда, словно ожидая, что он… что? Разозлится? Вспылит? Говард, ты идиот. Затем Тони показал им остальные комнаты. Там была куча старкфонов, которые они видели на рекламном щите. Говард взял один в руки, чтобы рассмотреть ближе. — А, они заблокированы, никто не может их использовать, кроме меня, — сказал Тони. — Мне жаль. Говард пожал плечами и положил его обратно, но Тони сделал шаг назад, засунул руки в карманы и застыл. — Я принесу тебе другой. Позже. У меня его нет здесь прямо сейчас. Он был огорчен. Говард не понимал причину и, как обычно, понятия не имел, что с этим делать. Он беспомощно оглянулся на Марию, которая поняла намек и обняла Тони, чтобы привести его обратно в гостиную, где был установлен стол для завтрака. — Столик выглядит прекрасно, дорогой, и еда пахнет вкусно, — Тони заметно расслабился, и Говард мысленно поблагодарил свою жену. — Тут куча всего. Я не знал, что вы захотите. — Попробую этот маленький кекс. Он выглядит аппетитно. Некоторое время они говорили о еде. Тони рассказал им о некоторых из своих любимых гастрономов и пекарен: — Строго говоря, они не занимаются доставкой, но для меня делают исключение. Говард усмехнулся. Да, он тоже привык к особому обращению. Деньги творили чудеса. Окончив завтрак, они просто сидели. Мария нарушила молчание: — Могу я задать тебе вопрос, дорогой? — Хм, конечно, мам. — Эта женщина в журнале, мисс Поттс. Она… я имею в виду, вы двое…? — А… нет, нет, это не так. Я имею в виду, мы были вместе какое-то время, но ничего не вышло. Мы сейчас друзья. Так лучше для нас обоих. — Ясно. Ты встречаешься с кем-нибудь? — Мария! — как можно быть такой любопытной? Если бы Тони хотел сказать им, он бы рассказал. — Нет, сейчас нет. Это… э-э, это было… немного сложно. Мы с Пеппер расстались чуть больше года назад, у меня не было времени… ну, Договор и все такое. Это отнимает время. — Почему она стала генеральным директором? — спросил Говард. Его куда больше интересовали такие вещи, нежели любовные похождения Тони. — После… эм… после того, как я стал Железным Человеком, было разумнее передать ей поводья. К тому времени она была моей помощницей уже больше десяти лет и уже практически управляла компанией. На самом деле это была лишь формальность. В любом случае, она разбирается в бизнесе лучше всех, кого я знаю. Она отлично справляется. Говард почти спросил об Оби, но что-то ему подсказывало, что сейчас лучше этого не делать. Тони очень осторожно дозировал информацию, и, вероятно, у него были на то причины. Терпение не было сильной стороной Говарда, но он держал себя в руках. Он не был уверен, что хочет узнать о какой-то ужасной подробности жизни своего сына, раз не мог тогда его защитить (можно подумать, когда-то он с этим справлялся). — Я хочу встретиться с ней, если это возможно, — произнесла Мария. Тони, кажется, удивился: — Я… да, конечно, наверное. Черт, я даже не сообщил ей о вас. Ее сейчас нет в стране, уехала по делам. Я поговорю с ней, как вернется. Мария улыбнулась: — Я с нетерпением буду ждать. Хочу поговорить с этой успешной женщиной. — О, ты должна встретиться с Хоуп. Подожди, вы ведь уже знакомы? — Мы встречались с ней несколько раз, прежде чем ее мать умерла, но тогда она была лишь ребенком. — Черт, Хэнк Пим, наверно, слетит с катушек, если узнает, что ты здесь, пап. Он тебя не любит. — Да, знаю. Мне он тоже не особо нравится, высокомерная задница. Тони рассмеялся: — Что ж, вы оба хороши. Но серьезно, наверное, лучше не говорить ему. Хоуп возражать не станет, она со своим стариком не ладит. Она будет помалкивать, пока мы не выясним, что к чему. — У тебя есть идеи, как мы сюда попали? — Нет, пока нет. Но я хотел кое-что спросить. Я отследил некоторые кадры, когда вы… появились. На вас была кровь. Что случилось? — Понятия не имею. Странно, что ран не было. — Ничего не болело? — Нет, все как обычно. Мария? — Я чувствовала усталость, но боли не было. Я не знаю, откуда взялась кровь. — Хм… — Тони сделал еще один глоток кофе. — Хочешь еще булочку, мам? — Нет, спасибо, дорогой. Ты… — она колебалась. — Что, мам? — Как думаешь, ты сможешь отправить нас обратно? Тони побледнел, его пальцы сжали кофейную чашку. Говард, конечно, волновался за сына, но часть его порадовалось, что в этот раз не он все испортил. Мария тоже осознала свою ошибку: — О, дорогой, я не имела в виду, что не хочу быть здесь, просто… мы потеряем столько времени. Мы не увидим, как ты вырастешь. Тони покачал головой: — Нет, нельзя. Вы не можете вернуться. Вы… вы должны остаться здесь, — он схватил Марию за руку, — пожалуйста, мама, вам нужно остаться! — Мы умерли вскоре после этого, не так ли? — спросил Говард. Это объясняло, почему Тони был так расстроен, почему им ничего не сообщали о прошлом. Некоторое время Тони не отвечал, просто держа Марию за руку. Он, казалось, спорил с самим собой, говорить им или нет. Наконец быстро заговорил, переводя взгляд с матери на отца. — Да. Вы умерли той ночью. Вы уехали в отпуск на несколько дней и больше не вернулись. В тот день… эта идиотская ссора… Это был последний раз, когда я вас видел. Вы не можете вернуться. Я не отправлю вас на смерть. Я вам не позволю. Меня не волнует, как вы здесь оказались. Я не хочу потерять вас снова. Пожалуйста, мам, пап, вы должны остаться. Вы не можете туда вернуться, — Тони тяжело дышал и к тому времени, когда закончил, в его глазах стояли слезы. Вот черт. Мария потянула его за руку, чтобы обнять. — Все в порядке, дорогой, все в порядке. Мы не собираемся тебя покидать. Говард задумался. Та ночь. Что случилось в ту ночь? Он вспомнил… что-то. Память начала к нему возвращаться: — Автокатастрофа, — вот, откуда взялась кровь, — и… человек. Человек с металлической рукой, — в этом человеке было что-то знакомое… черт возьми, он не мог вспомнить. — Человек… — прошептала Мария. Она тоже вспомнила, ее лицо скривилось, — он подошел… он… — она ахнула и побледнела. — Мама, мама, все в порядке! Мама! — Тони сильно сжал ее руку, и она вздрогнула, сосредотачиваясь на нем. Говард тоже пришел в волнение. Неужели они действительно вспомнили, как умерли? Было темно. На дороге не было никого, кроме них. Нет, было… Мимо них проехал мотоцикл. Затем… Говард внезапно потерял контроль над автомобилем. Что произошло? Они разбились. Машина врезалась в дерево. Болела голова, плечо. На голове была кровь. Он видел, как мотоцикл возвращался и надеялся, что им помогут, вызовут скорую. Поэтому он выбрался из машины, но упал на землю. Он просил этого человека помочь Марии — она все еще оставалась в машине. Человек подошел ближе и… Говард узнал его. Не так ли? В нем было что-то знакомое. Но этот человек не помог. У него… Говард больше не мог вспомнить. Дальше он умер? — Папа! Папа, говори со мной! Говард моргнул, увидев, как его сын испуганно завис над ним. Рядом с ним Мария выглядела не лучше, слегка дрожа и все еще сжимая руку Тони. Дерьмо. Он заметил какое-то движение. Беннер вышел из лифта, держа в руке медицинскую сумку. Наверно, его позвал Тони. Беннер дал Говарду и Марии мягкие успокоительные, чтобы помочь им расслабиться (Говард даже не заметил, как тяжело дышал). Беннер с Тони отвели их в спальню, чтобы они отдохнули. Они продолжали разговаривать с ним, задавая ему вопросы, но Говард не мог сосредоточиться ни на чем. Образ человека на мотоцикле продолжал его преследовать. Он почувствовал слабость, его ум куда-то поплыл. Проклятые успокоительные начали действовать или он терял рассудок? Когда голова Говарда, наконец, прояснилась, он понятия не имел, сколько времени прошло. Мария свернулась калачиком на кровати и, кажется, спала. Он подумал, не видит ли во сне человека, который их убил. Тони и Беннер негромко переговаривались у двери. Тони выглядел ужасно (да, Говард, твой сын всего лишь наблюдал, как его родители переживали из-за собственной смерти). — Тони? Он подошел к кровати. — Как ты себя чувствуешь, папа? — Отвратительно, — нужно было говорить правду, не так ли? Его руки и ноги были тяжелыми. Черт, он ненавидел седативные средства. — Как Мария? — Она спит. Пятница контролирует ее жизненные показатели, как и твои. Она сообщит нам, если что-нибудь случится. Хорошо. Это было хорошо. Он не знал, как Пятница могла следить за ними, но был рад, что она это делала. Если это были датчики, то весьма хитроумные. Хотя, если Тони создал свой костюм, для него это не должно было стать проблемой. Он должен спросить. Позже. — Мы умерли, — сказал он своему сыну, хотя это было очевидно. Он уже понял это. Тони должен был похоронить их. В 17. Дерьмо. А вскоре после этого умер Джарвис. Кто все эти годы присматривал за их ребенком? Мы умерли, а затем воскресли спустя 30 лет. В будущем. Было ли это более или менее маловероятным, чем путешествие во времени? — подумал он. — Да, похоже. И хоть это и полное безумие, я рад, что вы здесь. Мы разберемся, пап. Не волнуйся об этом сейчас, ладно? Ты тоже должен отдохнуть. Мы можем поговорить позже. Глаза Говарда уже закрывались. — Было что-то… Я знаю, кто нас убил… Я знаю, но я не помню… — Все в порядке, папа. Я знаю, кто это. Я знаю, что с вами случилось. Мы поговорим позже. — Хорошо. Хорошо, ладно. Однако было что-то еще. Что-то, что он перевозил в машине… Он пытался вспомнить, но провалился в сон.