Привет, я - безумие

      - О… они здесь… странно… я думал, их будет больше…       Он проходит из одного угла просторной комнаты в другой. Ржавая цепь лязгает, волочась по полу. Вокруг кромешная тьма, но ему это ни капли не мешает.       В свободной руке он перекатывает два маленьких шарика.       - Да… не умерший, женщина и птица… интересно… впрочем, еще надо посмотреть… хехехе… хахаха… ХАХАХАХАХА!

***

      Пролетая по неровному туннелю, я несколько раз ударился на поворотах. Наконец, я вылетел в большую пещеру. Подо мной была вода.       При падении в воду с большой высоты есть неиллюзорная возможность размазаться в лепешку, как от удара о камни. Некоторые люди тренируются прыгать с большой высоты в воду. Чтобы не разбиться, нужно максимально сократить область соприкосновения с водой, поэтому прыгать нужно вытянув ноги вниз.       У меня опыта было не много, но разбиваться мне нельзя. Сгруппировавшись в воздухе, я вытянул ноги. От удара об воду затрещали кости. Тут достаточно глубоко. Если бы уровень воды был меньше, я бы переломал ноги о дно.       Теперь была другая проблема – доспехи тянули меня вниз. Будь ты хоть мастер по части плавания, двадцать восемь килограммов стали не дадут просто нормально двигаться под водой, не говоря уже о плавании. Радовало то, что вода была чистой и прозрачной, через нее было видно, что дно уходило вверх. Воздуха должно хватить на то, чтобы хоть голова оказалась над водой.       Двигаться было сложно. Доспех тянул на дно. Опираясь на меч, я сделал шаг вперед. Так, я пока не опускаюсь ниже, значит все не так плохо.       Еще шаг.       Еще один.       Из-под ноги выскочил камень, и я чуть не скатился вниз. Надо быть аккуратнее.       Воздуха становилось все меньше. Наконец, я почувствовал поверхность воды, а еще через несколько шагов я смог поднять лицо над водой. Теперь можно было нормально дышать. Через метр моя голова полностью была над водой.       Отдышавшись, я осмотрелся. Это было подземное озеро в пещере высотой с двухэтажный дом. Впереди был каменный берег, а слева от меня была ровная стена из каменного кирпича.       - Э… Грейфия! Ты где? Живая?       - Я здесь! – Охотница кричала мне с другой стороны озера. Там из-под воды выходил большой сталагмит, за который она и зацепилась.       - Ты как, плыть можешь?       - Да.       - До берега дотянешь?       - Попробую.       Я пошел дальше к берегу. Наконец, я выкарабкался на берег и улегся на спину. Озеро было небольшим, но двигаться в доспехах в воде еще и после удара о воду было сложно. Я устал, как после затяжного боя на весь день.       Когда я немного восстановил дыхание, мне на голову уселся сокол Грейфии. Сил сгонять его не было, и я просто лежал.       Через пару минут рядом со мной из воды вылезла Грейфия. Дыша как загнанная лошадь, она спросила:       - Ну, как ты?       - Жив. Вроде, ничего не сломал. Пока падал, сумка оторвалась. А ты?       - В основном, цела. Только лук треснул.       - Хреново.       - Ага.       - Хехехе.       - Хехехе.       - Ты чего ржешь?       - А ты?       - А хрен знает.       Пролежав так полчаса, мы встали. Я снял плащ и выжал его. Грейфия сделала то же самое. После падения по туннелю мои доспехи помялись и оставили на теле ссадины. Придется снова ремонтировать.       - Как думаешь, получится докричаться до поверхности? – С надеждой спросила охотница.       - Не. Слишком много времени прошло. Вряд ли Гасан-бей сидит там и ждет, когда мы вылезем. А звук до поверхности может и не дойти.       - Смотри, там проход. – Она показала на кирпичную стену. Там была сгнившая деревянная дверь.       Пройдя по узкому берегу мы вышли к стене. Может, здесь что-то не достроили или наоборот здесь случился обвал и часть помещения превратилась в озеро. Стены и пол из каменного кирпича резко переходили в неровные стены пещеры.       Я выломал дверь и оказался в коридоре. Вроде, ничего особенного.       - Слушай, может, я тут останусь? – Протянула Грейфия. Посмотрев на нее, я заметил, что она дрожала.       - Чего это?       - Ну, тут все как-то подозрительно похоже на те захоронения. Да и темно тут…       - Ну да. – Я-то в темноте худо-бедно, но что-то да видел.       Дальше я шел один. Коридор был пустым. Вот вообще. Голые стены и пол.       Примерно на середине я остановился. От одной стены к другой тянулась сеть отверстий в полу. Некоторые кирпичи были немного выше остальных. И так около пяти метров. Это как-то… банально.       Я отошел подальше и ткнул в один из кирпичей мечом. Из отверстий выскочили копья, каждое выше человеческого роста. Так. Даже если я знаю о ловушке, кирпичи-активаторы расположены так, что ногу ты поставишь на них в любом случае. Аккуратно пройти не получится.       Через несколько секунд копья ушли обратно, а кирпич снова выдвинулся.       - Тааак…       Я подоткнул меч под край кирпича и вытащил его. Теперь он не сработает. Так я начал выворачивать из пола все выступающие кирпичи. Оказалось, что не под всеми кирпичами есть запускающий механизм. Но проверить надо все.       Вытащив последний, я осмотрел перепаханный пол. Теперь идти по нему неудобно, но ловушка не сработает.       Спокойно дойдя до конца коридора, я вышел в помещение, заставленное шкафами. Если в прошлый раз, когда мы попали в захоронения, полки были заставлены старыми книгами, то здесь шкафы были пусты, казалось, если прикоснуться к ним, то они развалятся.       У меня за спиной раздался писк, а в следующую секунду что-то прыгнуло на меня. Разворачиваясь, я ударил нападавшего локтем. Это оказался паук. Здоровый паук размером с собаку.       - Йиииииии! – Паук бросился вперед, обнажая ядовитые жвала.       Не успел. Ударом меча я располовинил его. На пол вывалились внутренности и какая-то жижа. Ну, крови-то у пауков и насекомых, вроде, нет.       Я обошел всю комнату. Кроме шкафов здесь нашелся маленький сундук. В сундуке лежали какие-то истлевшие бумаги, пустая бутылка и, внезапно, драгоценные камни, сапфиры, кажется. Нести их мне было не в чем, так что я оставил все в сундуке.       Из комнаты было два пути. Первый представлял собой еще один коридор, только шире и выше, чем предыдущий; заканчивался он огромной тяжелой дверью. Второй оказался лестницей наверх. Неплохо, но от первого тянет чем-то опасным, а второй завален камнями.       По телу прошла дрожь. Холодно тут, да и после купания одежда и поддоспешник еще не высохли. Нет, дальше идти пока не стоит. Мой взгляд остановился на одном из шкафов. Я разломал его. Сухие доски должны хорошо гореть, но тепла с них не много, надо взять побольше.       Здесь все-таки нашлась целая бумага. Подойдет для растопки.       Разводить костер здесь нельзя – легко задохнуться от дыма. Лучше разжечь его в той пещере – дым будет выходить через дыру, в которую мы упали.       Прихватив наломанные доски, я пошел обратно. Коридор был уже не опасен, но идти по нему все равно надо было осторожно.       Выйдя из коридора я увидел Грейфию. Она сидела у стены поджав ноги и обхватив их руками. Между ног она зажала сокола. Ее плащ и сумка, которую охотница, в отличие от меня, умудрилась не потерять, лежали рядом.       - О, ты вернулся… а…       - Ага. Там, вроде, ничего опасного, но надо высохнуть и отдохнуть. – Я свалил дрова на землю.       Положив рядом меч, я принялся снимать доспехи.       - Эм, слушай, помоги, а?       Грейфия дрожащими руками помогла мне снять панцирь.       В сумке охотницы нашлись кремень и кресало, бинты, бутылек с противоядием и факел. Плохо, что еды нет, хотя если бы была, пришлось бы сначала все просушивать.       Сложив костер возле озера, я поджег его. Дым всегда идет вверх, так что здесь он будет выходить в туннель; можно не бояться задохнуться.       - Вот все у тебя есть. Чего еды-то не взяла?       - Да я, как-то, не думала, что придется падать в пещеры. Я ж говорила тебе «стой, не лезь».       - Знаешь, остановиться в воздухе сложновато. Так что…       - Лааадно. Хрен с тобой.       Я взял две длинные доски, поставил их возле костра так, чтобы они не падали, и растянул на них свой плащ, чтобы он высох.

***

      Очень хотелось жрать. Сегодня я ел только утром, а сейчас дело шло к вечеру. Но так как вся еда, что была, утонула вместе с моей сумкой, приходилось сидеть так.       Мой плащ уже высох, так что сидели мы на нем.       Грейфия сидела рядом, по привычке поджав ноги, и дрожала. Ну да, тут холодно, да и одежда мокрая. А может, дело не только в этом – место, в котором мы оказались подозрительно похоже на уже посещенные нами захоронения, полные нежити. А Грейфия у нас нежить не любит.       - Эй, Одноглазый…       - Чего?       - Долго нам тут еще сидеть?       - Если ты готова, то можно прямо сейчас выходить.       - Эхе, нет. Тут холодно, темно и поди нежить где-то шатается. – Она пододвинулась поближе к огню. Даже возле костра было холодно.       Я сидел спиной к костру и прислушивался к окружению. Треск костра. Капли воды стекают со сталактитов и падают в озеро. Мелкие насекомые ползают между кирпичей. Что-то копошится под потолком.       Немного клонило в сон, но спать нельзя. Сейчас ситуация немногим лучше, чем когда ты вылез из ледяной воды зимой. Конечно, смерть от переохлаждения нам не грозит, но дрова не вечные и если все пойдет так дальше – болезнь обеспечена.       Я подкинул дров в костер.       И долго ты планируешь сидеть?       - Ты!       - А… – Грейфия глянула на меня.       Будущие части моего тела у тебя под носом, я чувствую их где-то здесь. Тебе достаточно протянуть руку и…       - Давай не прямо сейчас, а?       - Э, Одноглазый…       Ну да, высохнуть, оклематься и ожить. Тебе еще предстоит почти в одиночку выбираться отсюда.       - Вот, давай я с этим один разберусь.       Голос в голове притих, но голос снаружи не умолкал.       - А у тебя там все совсем плохо, да? – Грейфия намекала на мое здравомыслие. Хоть я и говорил про демона, всем больше нравилась версия про то, что я долбаный псих, который говорит сам с собой и кромсает мечом всех подряд.       - Нет, все нормально.       - Странный ты человек, Одноглазый.       - В смысле? Что больным на голову кажусь?       - Да и без этого. Корчишь из себя избранного и ведешь себя так, будто таскаешь все бремя мира. От коллектива отдаляешься, будто не понимаешь, что доверять тебе не будут.       - Значит так. Я никого из себя не корчу, ничего не ношу. И не тебе мне о коллективе говорить.       - Да ну? Тогда куда ты в одну харю лезешь и зачем? И если…       - Я говорил уже хрен знает сколько раз. Я ищу кое-кого. И этому кое-кому уже пора на тот свет. И мне кажется, я знаю где…       - Не перебивай меня! Если так, то почему ты никого не просишь о помощи? Этот твой человек, ты как-то говорил, к бандосам прицепился, а ты надеешься один с ними сладить? Или думаешь, что тебе его так выдадут? Что вообще у тебя в голове…       - Я как-то раз в одном королевстве всю дворцовую стражу положил. А помощи я не прошу потому, что это только мое дело и вам всем туда лезть не надо. МОЕ. Я больше пяти лет за Ним ношусь. Пытаюсь достать Его. А кончается все одинаково – я стою на куче трупов, а Он свалил в неизвестном направлении. И так уже четыре раза. От того, что со мной будут еще люди, дело только усугубится.       - С чего вдруг? Больше бойцов – больше шансов…       - Если ты не заметила, это не первый опыт. Те, кто идут со мной, рано или поздно одеваются в деревянную шубу. И не факт, что устрою это не я. Знаешь, я не такой урод, каким кажусь; я ценю своих товарищей, иначе в наемниках бы недолго проходил, и когда теряю их, это довольно таки херово.       - Все сказал? А теперь слушай. Даже если ты никого не хочешь впутывать, здесь нет единоличников. Тебе предлагают помощь и ее же ожидают, это нормально. Ты таки не допираешь, что в нашем положении иногда нельзя делать то, что от нас не ожидают?       - Я не дворянин, чтобы как по уставу жить.       - А я не про это. Я про то, что… а, хотя, что я тебе говорю? Надо было просто забить на это все и пустить тебя одного, а там хрен с тобой. Не сидела бы с тобой в этой темной, сырой и холодной пещере.       - Ага, холодно тут.       - Ты… ууух… Сделал бы с этим костром что-нибудь, с него тепла почти нет.       - Раздевайся.       - Да… Чего, бля?!       - На тебе одежда мокрая, вот и холодно. Снимай, и пусть она сохнет.       - Ты… отвернись, нахрен. – Грейфия повернулась ко мне спиной и принялась стягивать одежду. Я занялся тем же.       Положив всю одежду возле костра так, чтобы она просохла и не сгорела, я повернулся к Грейфии. Она все еще сидела спиной ко мне.       - Ну? – Буркнула она.       - Иди сюда. – Я прижал ее к себе и вместе с ней улегся на плащ.       - Ты! Сука…       - Заткнись, дура! Никто тебя насиловать не будет. У нас дрова не вечные, а так теплее. – Я прижал ее поближе и накинул половину плаща сверху. Грейфия тряслась. Только к холоду теперь прибавилась злость.       - Черт с тобой. Но… – Она положила рядом с собой нож. – Если мне покажется, что ты как-то подозрительно двигаешься, я тебе, Одноглазый, отрежу нахер твою одноглазую змею.       - Да-да, конечно.       Она понемногу успокаивалась. Хотя нож не убрала.       Почему-то мне казалось, что стоит сжать посильнее – и я раздавлю ее. Ростом она мне и до плеча не доставала и со стороны казалась маленькой. С ее боязнью нежити это казалось… а хрен знает, как это называется. Ее дыхание было учащенным и слегка хриплым, пульс тоже участился. Заболела-таки.       - Эй, а откуда у тебя вообще бзик на нежить взялся?       - Ты охренел? Устроил тут вот это вот все и что-то спрашиваешь?       - Ты же лезла со своим допросом. Моя очередь.       Она немного помолчала и ответила:       - …Мне тогда лет десять было. У нас в деревне случайно раскопали проклятые захоронения, а обратно закопать не сумели. Потом на нашем кладбище из всех могил полезли ходячие трупы, в основном упыри. Когда упырь выпивает кровь человека, но не съедает его, жертва превращается в такого же упыря.       - Дай угадаю, ваша деревня находилась у черта на куличиках и из стражи там было три с половиной человека?       - Типа того. Среди них и мой отец был. Они ушли на кладбище разбираться с нежитью, а все остальные несколько дней не выходили из домов. Потом толпа упырей приперлась в деревню. Мать спрятала меня в маленький шкаф, в котором два человека не поместились бы, и закрыла на замок. А затем в дом вломился отец. Только… уже не тот. Сквозь щель я видела, как он высасывал из моей матери кровь, разрывал ей живот и жрал внутренности, а под конец проломил голову и пальцем выковыривал мозги. Почему-то он не принялся за меня, хотя разломать шкаф ему бы не составило труда.       - И после этого…       - Да… Когда я вижу живого мертвеца, у меня подкашиваются ноги, руки не держат лук, я даже убежать не могу.       - Все не так уж херово.       - А?       - Ты недавно наезжала на меня из-за того, что я выбиваюсь из коллектива, что отдаляюсь от вас и ставлю доверие под вопрос. А сама тем же занимаешься –тебе предлагают помощь, а ты забиваешься в угол и сидишь там одна.       - Ты что несешь?       - Если ты боишься нежити, то почему бы не заручиться поддержкой тех, кто разбирается с ней на раз-два. Хочешь выбраться отсюда живой и невредимой? Пожалуйста! Я убью любого, кто встанет у нас на пути, будь то человек, монстр или ходячий труп. Мы выберемся отсюда, и никакая нежить тебя не тронет, никто из нас в процессе не погибнет.       - Ты… – Грейфия замолчала. Ну, ей не было нужно что-то говорить. Все оставшееся время она молча лежала у меня под боком. Не возникала, не упиралась.       Через какое-то время я услышал ее спокойное сопение. Она спит. Завернувшись вместе с ней в плащ, я закрыл глаз.

***

      На опушке леса трое человек развели костер. Все они как один были в плащах с капюшонами, в панцирях, с длинными мечами, на поясах у них висели светящиеся стеклянные цилиндры, отделанные серебром.       - … и все-таки, командир, это не нормально. – Среди них была одна женщина. Она сидела ближе всех к костру и что-то искала в сумке. – Вы используете своих подчиненных и не совсем свои деньги чтобы разобраться с какими-то своими закидонами.       - Тихо там! Ни черта вы не понимаете. – Со злостью в голосе ответил ей лидер группы. – Если мы не убьем эту тварь, никто не убьет…       - Ну, там, в городе, если бы мы продолжили, на нас бы напала целая толпа. – Перебил его третий член группы, невысокий мужчина с длинными светлыми волосами. Он говорил медленно и спокойно, что резко отличало его от импульсивного командира. – Я считаю, что местные его уважают, и, скорее всего, среди авантюристов он занимает высокое положение.       - Да без разницы. Наш долг – охотиться на порождения тьмы! Как раз таких. И как раз он и ему подобные, должны отправляться обратно в ад в первую очередь! – Командир перешел на крик.       - Если бы от него были проблемы, нам бы пришел запрос. – С тем же спокойным голосом ответил светловолосый.       - Пока я ваш командир, вы будете выполнять мои приказы. Сказано – убить монстра, значит надо убить! И никаких возражений!       Командир присел к костру и замолчал.       Сумеречные рыцари, хоть так и назывались, рыцарями не были. Они не служили дворянам или королю, у них не было имений и крестьян. И в войнах они не участвовали.       Сумеречные рыцари охотились на монстров. Принимали заказы на убийство монстров от простых людей, от дворян, иногда даже от монархов. Не присягая никакой стране, они обитали в старой крепости на востоке и выполняли заказы всех, кто отправлял их. Понятное дело, они работали не бесплатно. Но при всем этом они не занимались заказными убийствами, наемничеством и прочей грязной работой.       Каждый Сумеречный рыцарь был обучен особому стилю фехтования двуручным мечом. Он предназначался именно для боя с монстрами и с расчетом на то, что противник может быть сильнее и крепче, чем обычный человек. Для мечей Сумеречных рыцарей заказывали особую сталь там же. Эти мечи рубили кости и могли развалить человека пополам. С доспехами.       Но главным и самым дорогим средством борьбы с монстрами были Синие Фонари – те самые стеклянные цилиндры на поясах. При приближении монстров они начинали светиться и вибрировать, по-разному, в зависимости от типов монстров. А еще они воздействовали на психику – отключали такие эмоции, как страх и гнев, которые уступали место холодному расчету. Не без вреда для самой психики, конечно, но не так критично, как могло быть.       - А вообще, что мешает просто бросить его тут, и пусть местные твари с ним разбираются? – Женщине, судя по ее виду, было скучно, и она пыталась поддерживать разговор. Правда, ее монотонный безэмоциональный голос давал не совсем тот эффект. – Батя же что-то такое говорил… мол, иногда, чем самому возиться, можно стравить двух монстров, а потом добить выжившего…       - Во-первых, не батя, а Гранде Папа. Во-вторых, я должен убить его сам. Это – вопрос чести.       - Ладно-ладно. Хотя мне-то он как раз батя, хоть и не родной. А вы там будьте в курсе, командир, что если это зайдет слишком далеко, мы имеем право послать вас куда подальше и разбирайтесь со всем сами.       - Всенепременно. – Быстро ответил командир и посмотрел на утыканное звездами небо.

***

      Капля воды упала не на голову и закатилась в ухо. От этого я и проснулся.       Первое, что я увидел – это злое лицо Грейфии.       Она лежала, повернувшись ко мне лицом. Лежала почти вплотную. Запоздало я почувствовал что-то холодное у себя между ног.       - Молись, сучонок!       Я резко откатился он нее, и вместо намеченной цели нож полоснул меня по ноге.       - Ты что творишь, дура?!       - Я? Это ты что творишь? – Грейфия перехватила нож, собираясь бросить его в меня. – Сначала меня облапал, затем чуть не раздавил нахрен!       - Когда, блин? Не было такого!       - Только что было! А главное, спящим притворялся.       - Твою мать, да это случайно вышло!       - Нихрена себе случайно! Я тебе хер отрежу!       - Ага. Только предупреждаю – мадам, у вас видно чего не надо.       - А… – Она секунду промолчала, а затем бросила нож, прикрылась руками и отвернулась от меня с криком. – Не смотри, сука!       Я тем временем замотал ногу бинтом и принялся одеваться.       Через несколько минут мы были собраны и готовы идти. Только Грейфия все еще недобро на меня смотрела.       М-да. А вообще, мог бы в будущем облегчить жизнь кому-то из моих сородичей.       - Чего?       Того. Чем больше седых и желтоглазых ублюдков типа тебя родится в этом мире, тем больше нас сможет прийти сюда.       - Изыди, псина... Нет, Грейфия, я не тебе!       Привычным движением закинув меч на плечо, я направился к коридору. Грейфия молча топала за мной. Из остатков дров и оторванных частей моего плаща, о чем я узнал немного позднее, охотница соорудила пару факелов.       Вот на полу появились знакомые дыры.       - А здесь ловушка с копьями. Я с ней поработал, но все равно надо быть осторожнее.       Грейфия демонстративно молчала.       В помещении со шкафами ничего не изменилось. Труп паука валялся в том же месте, сундук был нетронут. А вот некоторые шкафы как-будто кто-то передвинул.       - Слышь, Грейфия. Вон в том сундуке валяются драгоценные камни. Неплохо было бы их подобрать.       - Хм…       - Ну чего опять?       - …       - Ясно… Ну извини. Извини за то, что я во сне случайно тебя придавил или что-то такое. А вообще, нехрен. Ты, вон, во сне жалась ко мне. Я же не возникаю.       - Да пошел ты…       - Ага, пошел. А тебе удачно выбираться.       - Ты обещал, что вместе выйдем…       - Ну, так, нечего выделываться.       Грейфия промолчала. Опустив голову вниз, она принялась пинать камешки, валявшиеся на полу. Я могу понять ее проблемы, но когда она раздувает их из какой-то хрени, она меня нервирует. Она похожа на ребенка.       Ну да, ребенок, внезапно оказавшийся в натуральной обители своих страхов. Еще и без привычного средства защиты. Поэтому она и ведет себя ненормально. На самом деле в таких случаях за неадекватным поведением люди прячут банальную просьбу о помощи, считая, что это стыдно.       - Ладно тебе, успокойся. – Проговорил я. – Это все случайность. Мне незачем что-то с тобой делать. Я тебя не трону, так что хватит выступать. Идем.       - Ага… ладно…       Это все не критично. Проблемой было то, что единственный выход – большая дверь. Я понятия не имею о том, что за ней. В случае боя мне придется защищать Грейфию. А это сложнее, чем простой бой. Придется постоянно переключать внимание, следить за всем сразу. По понятным причинам мой обзор ограничен, и я полагаюсь на слух, обоняние и интуицию. Но в этом подземелье в воздухе витает пыль и перемешались самые разные запахи, а звуки могут искажаться из-за различных препятствий. На открытой местности это заметно слабо, а в закрытом пространстве, где звук многократно отражается от всех поверхностей, начинаются проблемы.       Ну и банальное – двуручный меч в замкнутом пространстве. В узких коридорах я могу использовать только вертикальные удары и уколы, и то не всегда. Для таких случаев нужно оружие поменьше. И нож здесь не подойдет. Если, нет, не если, а когда вернемся в город, куплю топор или пернач.       - Йяяя! – Сокол Грейфии встрепенулся и закричал.       - Что за…       - Здесь кто-то есть! – Я услышал, как за шкафом перед нами кто-то шел. Судя по всему, это человек. Но чего вдруг птица так реагирует?       Я выскочил из-за шкафа. Перед проходом в коридор, ведущий к двери, стояла фигура в черном плаще с капюшоном.       - М? – Фигура развернулась. Человек бросил беглый взгляд сначала на меня, затем на наставленный на него меч. – Выставляя так оружие, ты должен знать, что за этим пойдет...       - ТЫ, СУКА! – Все-таки, у меня хорошая память на плохие события. Я отчетливо помню это лицо. Тонкие, подошедшие бы дворянину, черты лица, длинные черные волосы и такие же черные глаза. На моем лице расползался оскал. – А Эрик где?!       - Эрик? Его здесь нет... А кто ты вообще такой?       - РААААААА! – Я замахнулся и рубанул его мечом.       Со свистом меч рассек воздух. Человек в плаще стоял целым и невредимым посреди коридора.       - А так и убить можно. – Его спокойный безэмоциональный голос нервировал.       Я снова бросился вперед, теперь собираясь сделать выпад.       Он просто вытянул руку.       Мой меч приблизился к его груди на полметра…       … и все вокруг замерло.       А в следующую секунду я полетел вверх. Сильно ударившись о потолок, я понял, что не падаю обратно. Как будто сила притяжения работала в обратном направлении.       - Знаешь, у меня нет времени возиться с тобой, так что прощай. – С этими словами человек в капюшоне… прошел сквозь большую дверь, не открывая ее.       А пространство тем временем неслабо косило. Пол, потолок и стены искажались, сменяя друг друга. Затем вход и выход исчезли и коридор превратился в одну большую каменную коробку. Он сжался до таких размеров, что я уперся в потолок (ли?) головой. Затем стена передо мной превратилась в еще один коридор.       Не имея больше никаких возможностей я пошел вперед. Затем коридор резко исчез, и я провалился в пустоту.       - Э, Одноглазый! Але, подъем!       Я лежал перед входом в коридор, а Грейфия трясла меня за плечо.       - Что за хрень?       - Это я должна спрашивать. Ты выскочил за шкаф и вдруг упал на пол. А еще перед тобой был кто-то в плаще, но я не рассмотрела. Он натурально в воздухе растворился.       - Ничего страшного. Идем.       Я приметил несколько новых вмятин на доспехах.       Этот коридор почти не отличался от предыдущего. Только он был шире и выше. Он кончался огромных размеров дверью.       Грейфия осветила дверь факелом.       - Вроде, не заперта. Что, пошли?       - Подожди…       Не знаю почему, но все мое нутро вопило об опасности.       Думаю, ты, все-таки, знаешь, почему…

***

      Гасан-бей со всех ног принесся в Гамлет.       Во всех деталях обрисовав ситуацию, он сказал:       - Надо этих идиотов вытаскивать.       Возле дома градоначальника собрались все прибывшие в Гамлет с мадам Карнштейн.       - А ты хоть знаешь, где? Лезть в ту же яму, что и они – хреновая идея, мне кажется. – Проговорил Дисмас.       - Скажем так. У меня есть несколько интересных заклинаний, с помощью которых я определил, где они. Думаю, примерный маршрут я составлю.       - Что ж, тогда не нужно терять время. – Рейнольд схватил Вильгельма за шкирку и потащил за оружием. – А госпоже Карнштейн говорить пока не стоит.       - Чего там мне не стоит говорить? – Перед крестоносцами как будто из воздуха возникла Фредерика.       - Эээ…       - Ну? – В голосе не было тех мягких ноток, которыми он был полон до этого. Мадам Карнштейн посмотрела рыцарю в глаза. Этот взгляд уже не был похож на взгляд добренькой дурочки, какой изо всех сил пыталась казаться Фредерика. От взгляда блестевших металлом глаз крестоносцев прошиб холод.