At the end of our history, we will remove all the masks.

      Ночью, после подписания договора, альфа так и не смог сомкнуть глаз. Под веками, стоило едва их закрыть, всплывал образ того хорошенького омеги и его удушающий аромат, что плотно засел во всех клеточках и альвеолах лёгких, не желая прощаться с ним. Раньше Хосок думал, что судьба всегда к нему благорасположена, была на его стороне и оставляла альфу победителем во всём, за что бы тот ни взялся, но ведь не всегда всё так хорошо, верно? Пожалуй, именно сейчас судьба решила сыграть с ним злую шутку. Ведь распознать истинного во враге было как обухом по голове.       Все дни Хосок только и думал, что об этом мальчишке: наводил справки, изучал биографию и просто бредил им. Полностью не лишиться рассудка позволила только работа и излюбленная сталь, что так безупречное лежала в руке, холодя своими касаниями кожу и разум.       Разузнать об омеге для Хосока было легко, особенно с его связями. Личное дело Мин Юнги со всеми его вытекающими уже лежало на дубовом столе через час, стоило Чону отдать распоряжение. Тогда он изучил его вдоль и поперёк, перечитал сто раз и уже изрядно потрепал фотографию юноши, то и дело беря небольшой листок в руки. А сейчас же Чон нервозно постукивал пальцами по рулю своей красавицы, глубоко зарывшись в мысли. Он на автомате выжимал сцепление, меняя скорость, отчего восьмицилиндровый движок грозно рычал под чёрным капотом, указывая своему хозяину на то, что готов выдать всю свою мощь лишь по первой прихоти альфы. Переведя дыхание, Хосок пересёк перекрёсток, направляясь в сторону одного-единственного места, куда ездил уже не первый день, и очень надеялся, что хотя бы сегодня госпожа Удача улыбнётся ему.

***

      Все эти дни Юнги не мог сконцентрироваться. Да, конечно, отец был как-никогда рад, что омега справился и Чоны дали обязательство больше не покушаться на их территорию. Но даже одобрение отца и учёба не могли вытеснить из его головы альфу. Он засел там настолько прочно, что, казалось, словно Мин временами чувствовал его запах. И это пугало. Сам омега подтрунивал у себя в голове, что такими темпами у него разовьётся шизофрения и он станет чересчур мнимым.       Юнги вышагивал по аллее парка, что находился недалеко от университета, в котором учился. Он знал, что сейчас невидимыми тенями за ним следовали четверо охранников, оберегая жизнь и покой молодого главы дома Мин. Юнги немного размахивал сумкой, улыбаясь приятной композиции в наушниках. После учёбы его маленькой традицией было прогуляться до его излюбленного кафе, где готовили вкуснейшие имбирные печенья и вкусный мокко. Юноша подставлял ветру лицо, чуть жмурясь от назойливых лучей солнца, и поправлял смоляные пряди, заправляя некоторые за ушко и затрагивая кончиками пальцев серёжки.       Повернув за угол, он, в конце концов, добрался до входа в уютное здание и распахнул дверь; прошёл внутрь кафе, уведомляя персонал о новом посетителе лёгким звоночком колокольчика. Постояв немного в проходе, Юнги улыбнулся, примечая, что его любимое место на диванчике в дальнем углу не занято, и лёгкой походкой устремился к нему.        Стоило Юнги занять место, как к нему подошёл официант и, узнав их частого посетителя, задал лишь один вопрос: «Вам как обычно?». Омега тепло улыбнулся и кивнул на вопрос парня. Он даже не стал раскрывать меню, только вытянул из сумки книгу «Тень ветра»*; Юнги распахнул её на той странице, на которой остановился, и буквально отдал свою душу и разум бумажным листам, даже не заметив, как на стол уже поставили его любимый кофе, имбирное печенье и шоколадную креманку. Положив раскрытую книгу перед собой, юноша вновь улыбнулся официанту и, поблагодарив, принялся за шоколадный десерт, одновременно читая.

***

      Паркуя свою машину на стоянке, альфа прикрыл глаза, глуша мотор и тяжело вздыхая. Он с минуту сидел, упёршись лбом в руль, параллельно сжимая его пальцами; устало стонал, питая себя надеждами, что хотя бы сейчас приехал не напрасно. Вздохнув полной грудью, Чон покинул машину, ставя её на сигнализацию, и поднял солнцезащитные очки на макушку, направляясь к дверям кафе. Он заметно волновался, что было ему не характерно. Вновь теребя пальцами браслет, прошёл внутрь небольшого, но уютного заведения, стараясь незаметно осматриваться по сторонам, пока направлялся к барной стойке.       Альфа уже был готов поверить в то, что все неудачи во вселенной резко свалились на его голову, ведь уже стоя у бара и дожидаясь свой заказ, он не раз пробежался взглядом по гостям, так и не найдя нужного ему человека. Хосок в действительности хотел начать биться головой о поверхность барной стойки, пока его нос резко не уловил такой родной и манящий аромат бергамота со сладкими нотками шиповника. Альфа, словно по щелчку, взбодрился, ведя носом в сторону источника запаха, и как-то облегчённо вздохнул, замечая за дальним столиком того самого омежку, который так засел в его мыслях. Юнги сидел, закинув ногу на ногу, с уложенной на ладонь головой и чуть приподнятыми уголками губ. Он перевернул страницу, немного склонив голову для более удобного чтения, и сделал глоток кофе, после чего облизнул верхнюю губу и прикусил нижнюю. Белая футболка была ему заметно велика, потому оголяла манящие ключицы и почти спадала с одного плеча. Он совсем не обращал внимания на других людей. Юноша оторвался от книги только для того, чтобы размять шею и откусить печенья. Юнги снова перевернул страницу и, облизнув губы, тяжело вздохнул, ощущая нотки имбиря в воздухе, но списал на сладость и даже не стал осматриваться.       Забрав из рук баристы свой кофе, альфа легко ему улыбнулся, оплачивая заказ карточкой, и вздохнул, всё ещё наблюдая краем глаза за юношей. Впервые в жизни Хосок задумался о том, как подойти к омеге и что сказать, чтобы тот не отверг, ведь раньше была одна схема: пришёл-увидел-затащил в постель. Но вот к последнему шагу в основном вели сами омеги. Закусив губу, альфа сжал в руке стакан с карамельными макиато и, вдохнув полной грудью, медленно прошёл к самому дальнему столику, отчего-то чувствуя себя подростком, который в первый раз решил познакомиться с прекрасным представителем слабого пола.       — Добрый день, господин Мин, — с лёгкой улыбкой проговорил альфа, словно это не он минутой назад проклинал вселенную, и остановился напротив столика омеги, смотря на чёрную макушку.       Этот голос, думал Юнги, он узнает из тысячи. Первые буквы, слова, обращение, сердце рухнуло куда-то в ад на сковороду к детям Сатаны. В голове он уже мысленно умер, воскрес и расчленил сам себя. Оторвавшись от книги, Мин поднял взгляд на молодого мужчину и сглотнул накопившуюся слюну, тяжело выдыхая. Собравшись с мыслями, он поправил ворот футболки и натянул улыбку, чуть склонив голову набок.       — Господин Чон, весьма неожиданная встреча. Никогда вас не видел в этом кафе, — омега указал рукой на стул, стоявший напротив. — Присаживайтесь, если хотите составить мне компанию.       — Сам не ожидал вас здесь увидеть, — непринужденно проговорил альфа, принимая приглашение омеги и садясь за стол ровно напротив, поставив свой стакан на поверхность мебели. Он не сводил взгляда со своего собеседника, с лёгкой улыбкой смотря в карамельные глаза. — А вы, что же, здесь частый гость?       — Да, я захожу сюда после университета. Правда, после того, как перенял место отца, редко удаётся посидеть здесь. Дела, сами понимаете, — Юнги обхватил обеими руками кружку и медленно поднёс к губам, после чего сделал небольшой глоток и продолжил держать напиток около лица.       — Да, понимаю, — кивнул альфа, опуская взгляд на свою руку, что теребила пальцами край бумажной салфетки, предварительно выдернутой из салфетницы. — Признаюсь честно, я был удивлен, увидев вас на подписании договора. Всё же никто не знал, что ваш отец отошёл от дел.       — Увы, да. Он недавно пережил инсульт. Поэтому мне пришлось, так сказать, сесть на наш семейный трон. Хотя я понимаю, что теперь наш дом никто всерьёз не будет воспринимать. Но выхода другого не было. Мой брат погиб, а передавать клан некровному члену семьи нельзя, — Юнги грустно опустил глаза вниз, вспоминая старшего брата, и снова сделал глоток. Поставив кружку на подстаканник, юноша взял в руки книгу и, загнув краешек страницы, закинул её в сумку.       — Да, я слышал о вашем брате, — альфа слегка поджал губы, вздохнув, и коснулся пальцами закрытой крышки стакана, пройдясь ими по кругу. — Печальная история. Если я не ошибаюсь, он же был чуть старше моего брата, так? Чонгук как-то упоминал о нем.       — Ему сейчас было бы двадцать восемь. Между нами была разница в десять лет. Он погиб за год до того, как собрался занять место отца, — Юнги взял любимое печенье и, отломив кусочек, отправил в рот, запивая кофе.       — Значит, он был старше меня, — хмыкнул себе под нос альфа, думая о том, что не все слухи могут быть верными. — Ну как бы ни было, я искренне приношу свои соболезнования.       — Это было давно, а любая рана затягивается, только нужно время, а со дня смерти брата и папы его было достаточно, — Юнги поднял на альфу взгляд карамельных глаз и грустно улыбнулся. — Меня уже тошнит от этих соболезнований. Нашей семье их принесли столько, что удавиться хочется.       Встретившись со взглядом омеги, Чон уже не смог отвести глаз. Он слегка улыбнулся, сам не зная, отчего, мимолётом скользя глазами по прекрасному юному лицу.       — Пожалуй, тогда стоит отойти от грустных тем, — проговорил альфа, чуть склоняя голову и всё так же смотря в эти карамельные глаза. — Вообще, я хотел бы извиниться перед вами за слова своего младшего брата в нашу первую встречу. Чонгук слишком эмоциональный в подобном плане — и, бывает, ляпнет, сам того не понимая.       — Не стоит. На его месте, я отреагировал бы так же, — Юнги пожал плечами и шумно втянул запах. — Всё же мой отец не объявлял остальным домам, что отошёл от дел и передал всё мне, как единственному наследнику. Правда, Ким Намджун узнал сразу, но на правах члена нашей семьи, — произнося последние слова, Мин опустил глаза и прожигал кружку с напитком грустным взглядом. Альфа поджал губы, вспоминая о том, что в любой истории есть одно «но», и этим «но» сейчас являлся Ким Намджун — супруг Юнги. Супруг. Альфа в уме повторял это слово несколько раз, словно пытаясь распробовать, но почему-то как к самому альфе, так и к его статусу кроме чувства неприязни ничего не всплывало. Хосок прекрасно помнил их стычки с кланом Ким и откровенно не понимал, чем альфа смог расположить к себе омегу.       — Юнги, вы не будете против, если в такой непринуждённой обстановке мы перейдём на «ты»? Всё же мы не в зале Совета и о наших статусах здесь никто не знает. Думаю, так будет проще. Но, если вы возразите, я настаивать не буду, — Хосок прикусил кончик языка, бегая взглядом по лицу омеги, словно пытаясь уловить каждую эмоцию юноши. Юнги поднял вновь на альфу глаза, смотря на него своими лисьими очами, и широко улыбнулся, так чисто и искренне, как обычно улыбаются только дети. Слегка кивнув, Мин облизал нижнюю губу.       — Я не против. Даже рад, что вы, — Юнги мгновенно осёкся и ойкнул, — …ты предложил перейти на более неформальное общение. Всё же, возможно, это и есть ещё один дополнительный шаг к дружбе и союзу между кланом Чон и кланом Мин.       Альфа отзеркалил улыбку омеги, отчего ямочки мгновенно украсили его щёки и он ощутил некое облегчение на душе, словно тяжёлая ноша спала с его плеч, позволяя наконец-то выпрямиться и вдохнуть полной грудью.       — Надеюсь, что так оно и будет. Всё же нужно менять статус отношений наших семей, — слегка смеясь, проговорил альфа, поднося к губам уже остывший стакан с кофе, делая первый глоток.       — Это верно. Нельзя всё время ходить и точить ножи друг на друга. Ну, в нашем случае, это заполнять обойму пистолета пулями, — слегка засмеялся омега и отломав кусочек от печенья, отправил в рот, делая глоток своего напитка. — Я даже рад, что отец решил всё же заключить мир. Как-никак, чем бы война ни закончилась, итог будет один: «что с нашей, что с вашей стороны погибнет множество людей», а ведь у них тоже есть семьи и близкие люди, — Юнги тяжело вздохнул, потерев глаз кулачком. — Понятно, почему главой омега быть не может, слишком сентиментален, да и нет той жестокости, как в альфе. Я даже представить боюсь, что однажды мне придётся пытать предателя или врага, а ведь тот, кто выносит вердикт, тот и палач.       — То, какого ты пола, не играет важной роли. Бывали же в истории и омеги-диктаторы, и мягкотелые альфы. Хотя казни — зрелища не из самых приятных, но у нас другого выбора нет, — альфа пожал плечами, обхватывая обеими ладонями свой стакан, слегка покрутив в руках.       — В любом случае, меня всерьёз никто воспринимать не будет. Но я очень постараюсь, чтобы наш дом не пал, пока я не рожу наследника.       От одной мысли, что Юнги придётся придаваться плотским утехам с Намджуном, его передёргивало. Перед ним сидел его истинный, а он только и мог, что мечтать о нём. И это словно било клинком под дых, повернув лезвие несколько раз вокруг своей оси. Альфа отвёл взгляд, тихо хмыкнув, наблюдая, как люди всё спешили по своим делам, мелькая мимо окон кафе. Он не знал, как реагировать на слова омеги, ведь с одной стороны этот милый мальчик — это истинный, его омега, и, каким бы юноша строгим ни старался казаться, его хотелось защищать и быть рядом, но с другой — они главы враждующих кланов. И тем более омега уже замужем, отчего самому альфе становилось немного противно от мыслей, что этого хрупкого создания касались и касаются чужие руки. Одно радовало — запах мальчишки имел сладкие, приторные нотки, отчего альфа был уверен, что тот ещё не познал вкус страсти и наслаждения. Он и сам не заметил, как погрузился в эти мысли с головой, отстраняясь от разговора на несколько секунд, но быстро пришёл в себя. Мотнув головой и отогнав ненужные мысли, Хосок тихо кашлянул, вновь отпивая кофе.       — Получается, что клан Ким и твой объединились? — как бы невзначай поинтересовался альфа, поднимая на омегу свои кофейные глаза.       — Можно и так сказать. Пока папу не убили, отец хотел, чтобы я сам решал, с кем мне связывать судьбу, а после настоял, чтобы я вышел замуж за Намджуна с целью скрепления брачным союзом два дома, — Юнги грустно потупил взгляд, водя тонким, длинным, узловатым пальчиком по ободку кружки, всматриваясь в её дно, словно там были ответы на все его вопросы.       Альфа тихо усмехнулся.       — Ким и тут выгоду нашёл, — с ухмылкой проговорил он, всё ещё крутя в руках свой стакан. — Я, конечно, не хочу задеть твои чувства, всё же Намджун твой супруг, но, зная его... в этой ситуации ему важнее именно объединение, а не что-то другое. Я говорю, что это моё личное мнение. Если что-то не так, то ты имеешь полное право мне возразить.       — Я не люблю Намджуна, да и вместе мы всего месяц, а до этого виделись лишь мельком, когда он приезжал к отцу. Пока что он ко мне не лезет, ни на чём не настаивает и галантно себя ведёт, так что хоть за это ему спасибо, — Юнги натянул вымученную улыбку, посмотрел в глаза альфы и прикусил губу. Он от неловкости отвел взгляд в сторону, ощущая, как щёки налил румянец, и устало выдохнул. Хосок видел эмоции на красивом лице и, услышав эти слова, даже на мгновение подвис, чуть хмуря брови. Не любит? Это был словно бальзам на раненую душу, отчего где-то глубоко внутри зародился проблеск надежды. Альфа вновь прикусил кончик языка, тихо вздохнул и слегка приподнял уголки губ.       — Прости, если и правда задел тебя, мне не нужно было начинать этот разговор.       — Нет, что ты! Это вполне нормально, что тема разговора дошла до этого, — Юнги не стал открыто говорить о том, что признал в Хосоке истинного. Омега не знал, как тот относится к нему, ведь они «вчерашние» враги. Альфа тихо рассмеялся, наблюдая за мимикой и эмоциями омеги.       — Ладно, я рад, что сейчас между нами нет никаких барьеров. Ты прекрасный омега, Юнги, и у тебя получится управлять своим кланом наравне с альфами. Надеюсь, что наш мир продлится ещё долго.       — Твои слова да Богу в уши, — хмыкнул юноша и снова улыбнулся, чисто и искренне. Сделав глоток тёплого кофе, он взял ложку и набрал немного десерта, отправляя в рот. — Карамельный макиато тут отстойный, а вот мокко шикарный и десерты очень вкусные.       — Я не большой любитель сладкого и, вообще, больше предпочитаю чай, но такого, как я хотел, здесь нет, а кофе — так, замена, — улыбнулся альфа, наблюдая за омегой.       — Тогда зачем посещать то место, где нет того, чего ты хочешь? — Юнги чуть склонил голову вбок, внимательно смотря на своего собеседника. Чёрные пряди чёлки упали на глаза, и юноша одним движением откинул их, открывая альфе полный доступ к своему взгляду.       — Ну, про это кафе я слышал от своего секретаря, поэтому решил заскочить и узнать, чем же оно так его покорило, — спокойно проговорил альфа, не отрывая взгляда тёмных глаз от глаз напротив, хотя в груди сердце пропустило удар. Всё же, не станет же Хосок говорить, что на протяжении недели каждый день заезжал в это место с надеждой встретить омегу.       — Понятно, — Юнги снова зачерпнул ложкой креманку и отправил в рот. — Хотя, да, вы — альфы, не особо любите сладкое, зато мясо… Я знаю отличное кафе, где меню состоит из мясных блюд. Там шикарно готовят.       — Что, правда? — альфа приподнял бровь, откинувшись на спинку стула. — Тогда, пожалуй, не желаешь составить мне компанию? На неделе, может, или на следующей. Всё же кафе с отменной едой не так много.       — Я только за. Думаю, можно на выходных, если ты, конечно, свободен? — Юнги достал телефон из кармана джинсов и быстро его разблокировал, проверяя календарь и мысленно ликуя, что на выходных Намджуна и его отца в Корее не будет.       Альфа прикусил губу, доставая из кармана атласного бомбера свой телефон, и быстро забегал пальцами по экрану, изучая список дел и календарь.       — Да нет, свободен, так что можно в выходные, — с лёгкой улыбкой сказал старший, блокируя телефон и укладывая его рядом на стол. Юнги доел креманку и, облизнув губы, довольно улыбнулся.       — Вот и отлично, тогда можно в субботу, — омега взял телефон в руки и открыл создание нового контакта. — Можешь дать свой номер?       — А, да, записывай, — слегка растеряно проговорил альфа, после мягко улыбнулся. Он продиктовал цифры своего номера, наблюдая, как изящные пальчики омеги скользили по сенсорному экрану. Набрав озвученную комбинацию, Юнги сделал дозвон и начал следить за телефоном альфы. Когда тот завибрировал, омега прервал вызов и вздохнул. Обхватив кружку, он сделал несколько последних глотков и откинулся на спинку дивана.       Разблокировав экран, альфа взял гаджет в руки, записывая номер омеги в список контактов. Он быстро пробежал пальцами по клавиатуре, слегка улыбаясь лишь уголками губ, и отложил телефон на место, предварительно заблокировав.       — Ладно, мне пора. Я был рад увидеться, — омега подозвал официанта, который принёс ему чек, и оставил нужную сумму с чаевыми. Заметив, что Юнги собрался уходить, альфа вздохнул, убирая мобильный в карман, и поднялся следом, наблюдая, как младший расплачивался по чеку. Взяв телефон и сумку, юноша поднялся со своего места, поправляя одежду.       — Я бы мог предложить тебя подвезти, но, как понимаю, за тобой, скорее всего, сейчас подъедут.       — Не угадал, мои люди на улице, они всегда рядом, — хмыкнул юноша и поправил ворот футболки, которая так и норовила оголить хрупкое плечо.       — О! Да я всё время был под прицелом твоих людей. Опасно, — хохотнул Чон, крутя в руках стаканчик с остывшим кофе и медленно направляясь в сторону выхода.       — Можно и так сказать, они даже в университет ходят со мной, — хохотнул Мин и вышел из кафе. У дороги уже стояли три автомобиля: два с охраной и один для самого омеги.       — Ну да, такого милого главу клана надо охранять постоянно, — улыбнулся альфа, надевая на глаза очки. — Ладно, приятно было провести с тобой время. Тогда до субботы? — альфа легко улыбнулся, смотря на хрупкого юношу, и вдохнул полной грудью такой любимый и манящий запах, боясь, что сейчас он растворится в воздухе, словно сон или мимолётное видение.       — Да, до субботы. Спишемся тогда, — Юнги подарил на прощание Хосоку свою самую очаровательную улыбку и сел в машину, дверцу которой так любезно открыл один из его людей.       Проводив омегу взглядом, альфа втянул носом последние отголоски потрясающего запаха и как-то грустно усмехнулся. Развернувшись на своём месте, Хосок выкинул так и не допитый кофе в ближайшую урну и достал из кармана ключи от машины, тут же нажав на кнопку автостарта. Иномарка встретила своего хозяина яркой вспышкой фар и рёвом мотора из-под чёрного капота.       Хоть Хосок и не видел из-за тонированных окон, но Юнги, пока тот не пропал из его поля зрения, следил за ним. Он сжимал в кулаке ткань футболки, нервно покусывая губы, и хмурился. Его кры́ло от альфы конкретно. Запах Чона-старшего пробирался в каждую клеточку его тела, наполняя собой и оставляя огромный отпечаток. Он, кажется, с ума сходил. А сам факт, что они сейчас просто сидели и непринужденно разговаривали, бил по омежьему сознанию неким фонтаном радости.