Часть 27
14 мая 2019 г., 15:08
Дорогие читатели, в последнее время нам поступало много критики по поводу того, что мы пролистали сюжет на такое время, что Чоны ничего не сделали с Намджуном, и бла-бла-бла.
1. Что с Намджуном? Раз вам невтерпеж, а меня бомбит, так готовьтесь к спойлеру.
Намджун сбежал, после случившегося с Юнги. Ах, да, а ещё он потерял часть своего клана. А ещё он прятался у китайской Триады. Если не знаете кто это и какая их сила, погуглите.
2. Анатомия. Блять, это омегаверс, ало!!! каждый автор додумывает сам. Нам захотелось, чтобы роды были естественным путем и была возможность вскармливания грудью. И перед тем, как писать про сами роды, я сидела и спрашивала у своей мамы что и как, как говорится, информация из первых уст!
3. Ошибки. Мы на супер грамотность не претендуем, это раз. Фанфик пишется с телефона, это два. До 19 главы у нас была беда с бетами, это три. Наша нынешняя бета болела, потому не могла проверять главы, это четыре. И у нас, авторов, глаз замылен на свой текст, это пять. И да. Публичная бета включена. Если вы присылаете ошибки, спасибо вам большое, мы их исправим. Тыкните нас носом, раз мы такие тупые. И да, если не нравится, вас никто не заставляет читать.
С уважением один из авторов, Дарья!
Юнги и не заметил, как быстро пролетели два года. Он списывал это на заботу о детях, на то, что был вечно чем-то занят. Маленькие дьяволята Джисон и Джисун только первое время вели себя как ангелочки, но стоило им набраться хоть какой-то самостоятельности и понимания мира, как начали чудить, хотя только-только стали совершать первые шаги. И если младший Джисун был более спокойным и смотрел на своего гиперактивного брата со стороны, то вот Джисон творил все, что вздумается. На пол летели все вещи, что были в зоне его досягаемости, так он даже разбил старую китайскую вазу династии Цинь, которую Хосоку подарили партнёры из Пекина в честь рождения двух наследников сразу, называя это «высшим божьим благословением». И только оба знали, что эти двое скорее маленькие проклятия, которые успели достать повара и двух нянь, которые, к слову, менялись у них часто. Юнги думал, что их сыновья обгонят отца в силе, хотя бы потому, что эти близнецы уже разделяли обязанности. Если Джисун был мозгом всех шалостей, то вот Джисон — силой. И омега боялся только одного, что они будут более жестокими, чем оба их родителя, ведь по своей сути младший всегда словно оценивал ситуацию, просчитывая все до мелочей, потом на своём детском все объяснял брату, а тот потом делал, проявляя свои способности.
И если Юнги мог отдавать все своё время детям, то у Хосока это получалось не всегда. После свадьбы на его плечи легли не только обязанности и проблемы его клана, но и клан Юнги теперь полноправно входил в состав его дома. Они официально объединили обе семьи, и теперь Хосок нёс ответственность не только перед своими людьми, но и людьми клана Мин. И зачастую из-за этого он не мог часто видеться со своими малышами, лишь слушая за поздним ужином рассказы любимого о том, как эти сорванцы чуть не довели няню до нервного срыва или же что обои в детской придётся переклеивать. Опять.
И вот сейчас он с сожалением понимал, что в свой единственный выходной, который он полностью хотел посвятить семье, ему приходится лететь в Осаку на внеплановую встречу с японскими партнерами. Все же вместе с кланом омеги в его руки перешёл и достаточно обширный отельный бизнес, и приходится решать все проблемы по мере их поступления. Он вздохнул, убирая в чемодан рубашки, и невольно улыбнулся уголками губ, когда до слуха донесся громкий детский смех. Альфа решил оставить сборы на потом, ведь он и так почти все собрал, не считая некоторых документов, и вышел из спальни, направляясь в сторону игровой, из которой и доносились детский смех и голос его омеги.
Хосок улыбнулся шире, останавливаясь в дверях, и с пару секунд наблюдал за сложившейся картиной, после подошел сзади сидящего к нему спиной омеги, садясь рядом с ним на пол и рукой обнял за талию, целуя острое плечо.
Юнги рвано выдохнул, ощущая объятия мужа, и откинул голову тому на плечо, прикрывая глаза. Он уложил обе руки поверх ладоней альфы, вдыхая его аромат вместе со своим, который теперь словно клеймом оседал на Хосоке. Дети о чем-то балакали на своём непонятном взрослым языке, играли с игрушками для их возраста и смеялись, словно друг другу рассказывали шутки.
— За ними в такие моменты так забавно наблюдать. Понимают же они друг друга, ещё и смеются. Чертята, — слегка хохотнул омега, ощущая, как его ноги что-то коснулось, и приоткрыв глаза, заметил, что оба ребёнка ползли к родителям, цепляясь за его джинсы. Они снова что-то проагукали, серьёзным взглядом смотря на отца. Джисон подполз ближе, хватая Хосока за футболку и что-то сказал ему таким тоном, словно упрекал, пока Джисун сел на попу и смотрел на них троих, иногда махая ручками, словно подтверждая слова брата.
Хосок перевёл взгляд на старшего сына, что маленькими пальчиками сжимал край его футболки, и внимательно слушал его детский лепет, даже кивнул для верности на «слова» мальчика. Он быстро поцеловал супруга в шею, вдохнув его аромат и улыбнулся, чуть отстраняясь, но лишь для того, чтобы подхватить Джисона на ручки и, подтянув к себе, чмокнуть пухлую щёчку маленького проказника.
— Ну, что ты мне расскажешь? — вполне серьезно выдал альфа, внимательно смотря на мальчика, и тихо засмеялся, когда тот чуть нахмурил лобик и вновь начал что-то лепетать на своё языке.
Юнги не мог скрыть улыбки, следя за ними. Он тихо хохотнул, поворачивая голову на младшего, и, взяв его под руки, притянул к себе, сажая ближе к альфе. Младший внимательно смотрел на своего брата. Он сперва молчал, но вскоре возмущённо что-то сказал близнецу, отчего тот замер на секунду, после перевёл взгляд с отца на брата и начал в таком возмущённом тоне спорить с младшим, махая кулачками. Омега еле сдерживал смех, уткнувшись мужу в шею.
— Я, кажется, сегодня нарасхват, — засмеялся альфа, второй рукой касаясь щечки младшего сына, поглаживая пальцами, а после зачесал темные волосики назад, пока Джисун продолжал что-то лепетать старшему брату.
— Понимать бы ещё о чем они говорят, — засмеялся омега, завалившись на пол, а поверх себя уложил сына, который начал вырываться, но когда папа поднял его в воздух, опуская и снова поднимая, начал смеяться, дергая ножками и ручками.
Альфа перевёл взгляд на замершего Джисона, который продолжал дуть губки и наблюдать за омегой и младшим братом. Он улыбнулся, подхватывая сына под руки, и поднял над головой, замечая, как глазки мальчишки сощурились от улыбки, а озорной смех тут же разнесся в унисон со смехом Джисуна.
— Маленький хулиган, — смеясь проговорил Чон, целуя животик, виднеющийся из-под задранной кофточки.
Юнги уложил сына себе на живот и тот мгновенно с него сполз, подползая к отцу и дергая его за футболку.
— Тебе нужно больше времени проводить с ними. Они очень скучают по тебе. Позволь помогать тебе с делами клана.
— Кстати о клане, — Хосок опустил старшего сына на колено, усаживая на бедро, и перевёл взгляд на Джисуна, улыбаясь тому и помогая забраться на вторую ногу, поцеловав мальчика в макушку. — Лисёнок, ты не помнишь, были ли документы на «VivaHotel» в общей папке? Я искал, но либо не заметил, либо тех и правда нет.
Юнги призадумался, подняв взгляд на потолок, и слегка нахмурил брови, постукивая пальцем по колени.
— Скорее всего, они остались в особняке. Отец хранил их в сейфе. А в него мы как раз и не заглядывали. Я думал, что те будут в общей папке, но, видимо, отец хранил их отдельно.
— Ну это вполне логично, все же эта сеть достаточно крупная в Японии, поэтому он мог хранить их отдельно от других, — Хосок вздохнул, наблюдая за тем, как его мальчики буквально боролись за отца, всячески стараясь уцепить внимание родителя к себе. — Надо забрать их, — альфа тяжело вздохнул, прикрыв глаза, и по очереди поцеловал сыновей в макушку. — Напиши мне пин-код, я заеду за ними перед аэропортом.
— Я лучше сам съезжу, а ты проведи время с этими дьяволятами. Мне страшно представить, что будет, когда они начнут самостоятельно ходить. Два маленьких злобных гения, ну, точнее один, в лице Джисуна и его монстра Франкенштейна в лице Джисона, — хохотнул он, протянув руки к чёрным макушкам, и потрепал по волосам. — Я тогда поеду, чтобы ты точно не опоздал на самолёт. И да, поагукай им, с их реакции умереть от смеха можно!
— Подожди, — Хосок обернулся на омегу, подзывая того к себе ближе, и улыбнулся, наблюдая за своим супругом.
— Что такое? — Юнги повернулся обратно на альфу и детей, поправляя футболку, и сделал несколько шагов в сторону дорогих ему людей.
Альфа протянул руку к любимому, цепляя его за запястье, и потянул к себе, вниз, вновь усаживая омегу перед собой. Он с секунду рассматривал родные глаза напротив и, улыбнувшись, рукой забрался в передний карман своих джинс, вынимая оттуда продолговатую бархатную коробочку.
— Ты вчера так мило спал, что вернувшись я не стал тебя будить, но мне уже не терпится увидеть то, как он будет смотреться на твоём запястье, — Хосок под заинтересованный взгляд сразу трёх пар глаз открыл коробочку, протягивая ее истинному и показывая тонкий браслет из белого золота с россыпью мелких бриллиантов.
— Хо… — тихо выдохнул сквозь губы омега, с замиранием сердца смотря на украшение. Он прикрыл глаза, широко улыбаясь, а после открыл. — Люблю тебя, Чон Хосок. Спасибо, — он подвинулся к альфе и подался вперёд, прошептав на ушко «Папочка», и прикусил часть мочки уха.
Альфа улыбнулся, прикрывая глаза, и уложил ту руку, в которой держал коробочку, на талию омеги, чуть поглаживая пальцами.
— Я тебя тоже люблю, малыш, — прошептал Чон, желая коснуться губами щеки любимого, но два проворных комка явно не желали тому исполниться, впихиваясь меж телами родителей и возмущённо что-то лепеча. На этот жест альфа тихо рассмеялся, отстраняясь от омеги, и опустил взгляд на сыновей. — И вас я тоже люблю, мелкие шкодники, — с улыбкой протянул альфа, поочерёдно целуя малышей в носики, и все же урвал поцелуй у любимого, довольно хмыкнув.
— Я его надену и никогда не сниму, как и обручальное кольцо, — ответил парень и широко улыбнулся. Он достал браслет прямо на глазах мужа и осторожно застегнул замочек. — Спасибо, любимый. Он очень красивый, — Юнги быстро чмокнул супруга в щеку и поднялся на ноги.— Им, кстати, спать скоро, так что может у меня ещё будет время сегодня тебя отблагодарить, — интимным шёпотом проговорил омега в губы, наклонившись.
— Правда? — искренне удивился альфа, касаясь губами сладких уст и усмехнулся. — Буду ждать.
— Конечно будешь ждать, — хмыкнул омега, касаясь пальчиками незаметно паха альфы, и провел языком по внутренней стороне своей щеки, и широко улыбнулся. — Все, ладно, я поехал. Буду как можно скорее.
— Лисёнок, один не едь, возьми охрану, — альфа теперь с легким волнением смотрел на супруга, поглаживая маленькие комочки по спинкам. — Всё же я немного переживаю, мало ли что может случиться. Кима ещё не поймали.
— Думаю, что он не станет в открытую действовать, к тому же он потерял все: клан, счета, люди, недвижимость перешли Тэхену. А Тэ переписал на Чонгука клан, как на своего жениха. Так что ему просто не с чем нападать, — Юнги развел руки в стороны и слегка наклонил голову на боком. — Но возьму в любом случае, чтобы ты не переживал.
— Малыш, ты же сам знаешь, что он психически неуравновешен, поэтому я, разумеется, буду переживать каждый раз, когда ты куда-то едешь один, без меня. Хоть прошло уже почти два года, но его все так и не нашли, значит, потенциально он все ещё несет опасность, — альфа вздохнул, смотря на истинного, и обернулся на сыновей, когда те закопошились в его руках, пытаясь дотянуться до игрушек.
— Не переживай, со мной все будет хорошо. Ты лучше за дьяволятами смотри. Игрушки они делить не умеют даже друг с другом! — засмеялся омега, стоя в дверях и замечая, как оба ребёнка схватили машину, а после посмотрели друг на друга глазами полными ненависти.
— Ну, это я уже понял, — усмехнулся старший, пододвигаясь ближе к сыновьям, и взял машинку, что лежала неподалёку, показывая Джисуну, который сейчас чуть-чуть и готов был разреветься от того, что Джисон таки победил в этой маленькой борьбе. Младший уже губки надул, готовый разразиться слезами, но стоило заметить игрушку, протянутую ему отцом, то в глазах тут же какая-то гордость засветилась, и мальчик вздёрнул носик, довольно фыркая. Хосок с этой картины тихо рассмеялся, поворачиваясь на супруга и тепло тому улыбнулся. — Думаю, я справлюсь, но тебе стоит поспешить.
— Хорошо, любимый, — Юнги улыбнулся в ответ. Открыв дверь, омега вышел из детской, наслаждаясь напоследок видом супруга и сыновей, словно стараясь запомнить их такими вот домашними и счастливыми. Все же даже разлука больше, чем на полчаса заставляла чертовски скучать, отчего он грустно вздохнул и вышел в коридор. Он сразу же направился на первый этаж, не став переодеваться, а лишь накинул пальто в фойе. Обувшись, он направился к машине, замечая водителя болтающим с омегой, что был приставлен к детской комнате для уборки, и улыбнулся, позвав бету. Тот сразу попрощался с омегой, направился к машине и открыл дверь для мужа главы. Юнги занял место и приказал ехать в особняк своей семьи.
***
— Кто там, папа наш? — с улыбкой спросил альфа, вставая напротив окна, с двумя мальчишками на руках и тихо засмеялся, когда те как-то грустно взвизгнув перевели на него взгляды, что вот-вот наполнятся горячими слезками. — Ну, малыши мои, — Хосок губами коснулся лба старшего сына, после так же нежно поцеловав младшенького и улыбнулся. — Папа скоро вернётся. Не успеете скучать начать, как он уже будет дома, — дети, словно понимая слова своего отца, тут же перевели взгляд на окно, замахав маленькими ручками, ладошки которых были сжаты в кулачки и зафыркали, что-то проговорив на своём. Альфа улыбнулся, переведя взгляд на машину, в которую только что сел его супруг, и проводил ту взглядом до самых ворот, дожидаясь, пока та, в сопровождении ещё одной машины, не покинула пределы поместья. Прижав сыновей к себе, Чон отошел от окна, замечая, как Джисун зевнул, прикрывая лисьи глазки, и легко улыбнулся уголками губ, проходя в смежную с игровой комнатой спальню. — Ну что, шкодники, пора баиньки ложиться? — поинтересовался альфа, переводя взгляд с одного малыша на другого. Те что-то лепетали, словно возмущаясь, но Хосок явно видел в глазах своих детей усталость и нагрянувший сон, отчего их глазки буквально слипались. Улыбнувшись, он разместил малышей в кроватках, поочередно целуя в лоб.***
Юнги скучающим взглядом смотрел в окно машины, особо не заостряя свое внимание на пейзаже города, что простирался по ту сторону. Все его мысли были не с ним, а с его мужем и детьми. После того, что случилось с ним и Намджуном, совет довольно быстро расторг их брак, и Хосок долго ждать себя не заставил. После той ночи, когда Мину приснился кошмар, а Хосок оказался рядом, границы стёрлись между ними. Юнги решил довериться, и, если честно, не пожалел. У детей появился любящий отец, у омеги — заботливый и верный муж. С того момента, как бы ему не было тяжело, альфа всегда был рядом, поддерживал, как в физическом, так и в душевном плане. Они стали супругами, когда Юнги уже был на пятом месяце, пусть все прошло тихо, так как оба не хотели лишней шумихи, но зато теперь они семья. И только от воспоминания того, как Хосок гладил животик, как разговаривал с детьми и как искренне был рад тому, когда ощутил первые толчки их сыновей, все плохое отступало. Юноша прикрыл глаза, растягивая губы в улыбке, и понял, насколько сильно будет скучать по Хосоку, пока его не будет. Конечно, за возней с дьяволятами время пролетит быстрее, но он настолько привык засыпать в объятиях своего истинного, что не хотелось больше оставаться без него ни на минуту. Несмотря на то, что в особняке клана Мин ещё была прислуга, которая осталась лишь для того, чтобы присматривать за поместьем и поддерживать порядок, в кабинете отца клубилась пыль. После того, как Юнги был здесь в последний раз, омега закрыл дверь на ключ, унося его с собой. Все же эти стены хранили много ценных бумаг и, как бы это глупо не было, он верил, что дух его отца здесь, что даже после своей смерти он не оставил последнее своё пристанище. Он провёл пальцами по корешкам книг, что исправно стояли на полках стеллажей, и вздохнул, поджимая губы. Юноша помнил слова своего супруга и просьбу не задерживаться. Но призрак прошлого, что где-то под сердцем отдавал болью и посыпал солью ещё свербящие раны, его не хотел отпускать. Конечно, теперь у него новая семья, муж и замечательные дети, но он очень жалел, что папа, который так хотел внуков, погиб, что брат так и не стал тем, кем стремился, что отец променял оставшуюся семью на месть. Тяжело вздохнув, Юнги направился к столу и, уложив руку на край стола, вёл по деревянной поверхности пока направлялся к креслу. Сев в него, он окинул взглядом поверхность и начал перебирать документы, надеясь найти то, что нужно. Листы шелестели в руках, глаза быстро пробегались по строчкам, но ничего нужного не было. Омега уже успел подумать, что этих документов просто нет, но оставалась последняя надежда на ящики стола. Как он и думал, один из них был заперт. Достав ключи из кармана джинс, вместе со связкой ключей от особняка, он начал подбирать. Эти ключи его родитель всегда носил с собой на шее, и те отдали омеге после смерти отца. Стоило открыть и выдвинуть ящик, как на глазах появились слезы. В этом ящике Суджо хранил детские фотографии своих детей, фото мужа и старые рисунки. Юнги и забыл про них. Схватив все в руки, он уложил их на стол и начал просматривать, отдаваясь воспоминаниям. Но в папке, где лежали свидетельства о смерти брата и папы, Юнги нашёл те недостающие документы. Но вскоре в кабинете раздался тихий стук, что тихим эхом по помещению разошёлся. Ручка двери медленно опустилась вниз, и уже через миг перед Юнги предстал омега, мужчина в возрасте, что был одним из тех, кто следил за домом. — Господин Мин, прошу прощения, что возможно отрываю Вас от дел, но может быть Вы хотели бы кофе или чай? — мужчина говорил сдержанно, все ещё держа одну руку на стальной ручке. Его взгляд был спокоен и даже чуточку нежен, ведь тот работает на Минов давно и помнил Юнги ещё совсем ребёнком. Улыбнувшись тому, кто однажды сгладил потерю дорогих людей, юноша поднялся со своего места, собирая все бумаги вместе в одну папку, туда же складывая рисунки и фотографии. — Честно, я был бы не против, но времени совсем нет. Я обещаю, что скоро приеду сюда вместе с сыновьями. Понянчите ещё одно поколение пусть не Мин, но Чон, — Юнги поднял взгляд на пожилого омегу, прижимая папку к груди. Он направился к двери, но замер рядом с мужчиной. — Аджосси, может, вы все-таки передумаете и переберётесь из этого пустого поместья ко мне и моей семье? Мужчина по-доброму рассмеялся, чуть сощурив глаза, отчего у самых уголков появились морщинки прожитых лет. Он чуть повернул голову, рассматривая коридор, а после и кабинет, не стирая с губ мягкой улыбки. — Я так привязан к этому месту, что даже после всего, что произошло, не хочу его покидать. Но я подумаю над Вашим предложением, увидеть детишек и правда хочется. Даже интересно. — Они те ещё дьяволята. Хоть и маленькие, но хитрые, — хохотнул Юнги, прикрывая ладошкой рот. Сильнее прижав к себе папку, омега уложил руку на плечо старшего и слегка улыбнулся. — Я буду безумно счастлив, если Вы будете рядом со мной. Омега улыбнулся, слыша слова юноши, и кивнул, смотря тому в глаза. — Я обязательно подумаю над Вашим предложением, возможно, что скоро мы опять встретимся. Все же, как я слышал, детишек Вы свету не показывали ещё, хотя и правильно, много языков неверных. — В первую очередь, пока Намджун не найден, мы боимся за них. Как-никак именно близнецы являются наследниками двух кланов, ставших одним. Будь мой бывший муж порядочным человеком, то совершил бы покушение на них, когда те вырастут, но у него-то чести нет, — хмыкнул Юнги и грустно улыбнулся. — Хосок держит нас троих словно в золотой клетке. Я, конечно, не в восторге, но понимаю его опасения и принимаю это. — Его чрезмерная забота и переживания вполне понятны, да и для детей так лучше, я считаю, нету никакого негативного влияние из вне. Они растут в полноценной семье с любящими их родителями, — мужчина слегка кивнул своим словам, сцепляя руки в замок перед собой. — Думаю, что для счастья этого хватает, а со всеми трудностями вы справитесь вместе. Юнги улыбнулся, прикрывая глаза. Все же пожилой омега был прав. Как бы Хосок не давил на Юнги своей заботой и как бы она не стояла ему иногда поперёк горла, он очень сильно любил его и понимал, что тот делает это всё прежде всего для их же безопасности. — В любом случае в этом браке я действительно счастлив. Я не думаю о том, как бы мне оградиться от своего супруга или как притвориться спящим ради того, чтобы он не прикоснулся ко мне. Сейчас я наоборот до последнего держу глаза открытыми, стараясь дождаться, когда Хосок вернётся, — от того как Юнги говорил о своем супруге и о детях, его глаза загорались и это было действительно видно. — Я правда надеюсь, что Вы решите переехать к нам и воспитаете еще одно поколение маленьких чертят. — Воспитаем, не переживайте, — улыбается омега, смотря на младшего, и вздыхает. — И да, я внизу встретил Воншика, он просил передать, что будет ждать Вас в машине. — Хорошо. Спасибо Вам, господин До. Я поеду тогда. Хосоку нужно улетать, не хочу задерживать его или заставлять опаздывать, — Юнги достал телефон из кармана и набрал сообщение Воншику, что уже выходит. — В любом случае, Вы можете приехать к нам в любое время и будете желанным гостем. — Рад буду вновь увидеться с Вами и увидеть маленьких альфочек, — улыбнулся омега, кивая на лестницу. — Тогда не буду Вас задерживать, Вас ждут дома. Но и Вы не забывайте про нас, приезжайте чаще. — Я постараюсь. Все же пока Ким не найден, нам и правда может угрожать опасность, хоть вероятность и не особо высока, — омега кивнул своим словам, поворачивая голову в сторону окна, и тяжело вздохнул. Он простоял так пару секунд, а после вернул своё внимание на старшего. — До свидания, господин До. Надеюсь, что Вы вскоре посетите нас. Вы будете, как я уже сказал, желанным гостем в доме моей семьи. — До скорой встречи, — омега тепло улыбнулся, смотря юноше прямо в глаза, и кивнул на прощание. Поправив папку в своих руках, Юнги улыбнулся в ответ и направился вниз по лестнице, тихо стуча подошвой обуви по дубовым ступеням. Он не оборачивался, пока не спустился на первый этаж, и только у двери, словно прощаясь с чем-то слишком дорогим, позволил себе это, хотя так оно и было, парень с некой тяжестью на сердце уложил руку на ручку двери и открыл её, выходя наружу. Стоило подойти к машине, как он незамедлительно сел в салон. — Скорее домой, — неуверенно проговорил он, откидываясь на спинку сидения, и уложил папку рядом с собой. Водитель не заставил себя долго ждать, тут же трогаясь с места и покидая пределы поместья Минов, выезжая на дорогу, что вела из частного сектора в город. Было тихо, и хотя в будние дни эти дороги полны машин, сейчас казалось, будто вокруг нет ни единой души, словно никого не было в радиусе пары километров вокруг. И может для пригорода это и нормально, но при виде подобной картины у человека, привыкшего к постоянному нахождению в обществе, что-то внутри заскребется, неприятным чувством в теле отдавая.***
Юнги прикрыл глаза, прислонившись головой к стеклу дверцы машины. Лёгкая вибрация успокаивала, как и тихая музыка, играющая из динамика. Он тяжело вздохнул, расслабляясь, и даже позволил себе немного вздремнуть. Все же усталость давала о себе знать. Несмотря на помощь нанятых нянь, Юнги старался все делать сам по отношению к детям. Все же теперь его не тяготили проблемы клана и дела отца, что умело скрывали тайную деятельность его семьи перед обществом. Сейчас его заботы были в двух маленьких людях, которым он и его любимый муж дали жизнь. Думая о своей семье, омега тепло улыбнулся и открыл глаза, желая посмотреть на заставку телефона, где было их семейное фото, но резкий звук тормозов, заставил его повернуть голову лишь перед самим столкновением.
