Теряя себя

      Глава 15. Отвечая на «почему?»       — Хорошо, начну отвечать по порядку, — похоже, подобного вопроса Нарцисса ожидала, поскольку отвечать начала практически сразу: — Подать прошение об опекунстве мне не дал Люциус. Понимаете, Гарри, зачастую в старых чистокровных семьях браки заключаются в довольно раннем возрасте, когда юные волшебники ещё толком не познали значение слов «увлечённость», «страсть» и «любовь». Конечно, вначале происходит множество различных подсчётов, сравнений, определяются числа рождения, полюса, векторА пересечений и грани совместимости, чтобы итогом брака стало здоровое и магически сильное потомство. При высокой совместимости в молодую семью также приходит счастье и любовь. Как говорится «стерпится, слюбится», мол, поживут годик-два бок о бок, появится ребёночек, а там и полюбят друг друга. Затем… — Нарцисса подняла руку в предупредительном жесте, поскольку Гарри уже собирался задать вопрос: — Вы чуть позже поймёте. Отец мальчика, опираясь на полученные данные, высылает Главе Рода выбранной девочки (или девочек, если кандидатур несколько) предложение на право ухаживания, результатом которого, если оно будет принято, является помолвка, а затем и брак. Обычно такие предложения начинают отправлять и принимать в то время, когда наследники достигают семи, максимум десятилетнего возраста. Право ухаживания, лет через пять помолвка, и ещё через пять-семь — заключение брака. То есть, в возрасте семнадцати, максимум двадцати двух лет, уже имеется новая счастливая ячейка магического сообщества, а в дальнейшем и появление наследников. Конечно, практически все родители хотят счастья для своих детей, но вот понятие этого счастья у каждого разное. Молодняк, у которого кровь и гормоны бьют в голову, хотят высоких чувств, любви, ухаживаний, где-то даже романтики и приключений, им необходимо реально убедиться, что жизнь с выбранным для них человеком будет яркой, красочной и полной чувств и счастливых эмоций. Родителям мальчика же, или опекунам, важнее результат такого брака, то есть, как я уже говорила, здоровые и магически сильные наследники, которые в дальнейшем смогут принять главенство. Однако родители девочки, — тут Нарцисса как-то грустно улыбнулась: — вдобавок хотят ещё и свой Род сохранить и продлить хотя бы на одно поколение, ведь для чистокровных очень важно, чтоб как можно больше семей с такой же чистой кровью существовали как можно дольше. Выбранная позиция особенно актуальна в том случае, если в семье только наследницы, — вновь грустная улыбка: — поэтому обычно ищут такого жениха, а впоследствии и мужа, который сможет зачать двоих и более детей, чтобы и чистая кровь сохранилась, и потенциал передался, и оба Рода получили продолжение. Поверьте, очень немногие готовы отдать своего наследника в качестве консорта, однако такие случаи тоже бывают, ведь не всегда чистая кровь равно богатство. А за счёт брака можно ещё и финансовое положение поправить.       Гарри во все глаза смотрел на Нарциссу и никак не мог понять: неужели для магического сообщества Британии это норма? Как можно заключать помолвки в столь раннем возрасте? Неужели и ему предстоит лет через десять жениться? Ну нет, к такому он точно не готов! Вот ещё, бегать ухаживать за девчонками, потом проводить помолвку и в конце свадьбу! Он молодой, полный сил и энергии, зачем связывать себя по рукам и ногам обручальным кольцом?! Нет, точно не готов! Видимо, какие-то переживания по этому поводу отразились в зелёных глазах, поскольку Нарцисса поспешила продолжить:       — Конечно, никто не заставляет помолвленных сразу после окончания школы оформлять брак, но чем старше становится волшебник, тем сложнее подобрать ему подходящую пару. В нашем мире даже существуют специально обученные люди, которые проводят абсолютно все подсчёты, сравнивают все имеющиеся вектора, и предоставляют полученные результаты заказчику, позволяя ему самостоятельно выбрать и принять решение, чем-то эти специалисты напоминают некольских свах. — Нарцисса лёгким движением руки поправила причёску, сделала глоток вина, задумчиво взирая на бокал, а затем грустно продолжила:       — Так вот, в моей семье не стерпелось и не слюбилось. Более того, примерно за год до заключения брака Люциус умудрился схлопотать какое-то очень противное проклятие, о котором не сообщил никому. В результате нам с трудом удалось зачать хотя бы одного наследника, не говоря уже о продолжении моего рода. И после рождения Драко, нашего сына, я искренне надеялась на появление теплоты и заботы в наших отношениях. Однако Люциусу, похоже, стало откровенно плевать на меня и мои действия. Мол, если хочу, могу найти кого-то на стороне, забеременеть от него и таким образом продлить свой Род. Глупость, не правда ли? Магия, заключившая наш брак, не позволила бы мне изменить. И он об этом прекрасно знал, как и знал о том, что я не смогу уйти от него по доброй воле. В магической Англии, Гарри, страшный патриархат. И все, абсолютно все шаги жены делаются только с позволения мужа.       Нарцисса грустно посмотрела на присутствующих, пригубила вина и продолжила:       — Отвечая на Ваше первое «почему»: Люциус запретил мне подавать документы. Сказал, что опека принесёт нам лишь одни проблемы. Мол, он и так позволил мне слишком много, когда дал своё разрешение на продолжение исследований, связанных с ритуалом, и на проведение полного обряда крестин. По его мнению, этого более чем достаточно и, если бы Лорд узнал, кто с женской стороны является Вашим защитником, мне бы не поздоровилось. А я, по словам того же Люциуса, красивое и воспитанное, но абсолютно глупое (в плане ума), приобретение Рода Малфой, которое не стыдно вывести в свет. То есть он относится ко мне просто как к красивой кукле, которую можно и людям показать, и, простите, полапать, поскольку и слова поперёк сказать не смогу. Он не воспринимает меня как живого человека, я лишь красивое дополнение, подарившее его Роду наследника. — расстроенно закончила Нарцисса.       Гарри от последних слов скривился так, будто прожевал целый лимон, совершенно не понимая, как можно что-то кому-то запрещать. Тем более если речь идёт о взрослом самодостаточном человеке. «Нет, эти маги однозначно имеют серьёзные проблемы с мозгами, — думал он, — неужели личная свобода для них абсолютно ничего не значит?». Этот вопрос он решил повторить вслух, на что сразу же получил ответ:       — Патриархальное общество, Гарри, признаёт власть мужчины, а женщина, по сути, нужна лишь для продолжения рода и сохранения домашнего очага в надлежащем виде, — слово взял Северус: — Конечно, далеко не в каждой чистокровной семье придерживаются таких правил, но Нарциссе, просто не повезло: Малфои кичатся древностью своего Рода, сохранением чистоты крови на протяжении многих веков и полным отсутствием в нём полукровок или, того хуже, магглорождённых. Похожее видение мира было и в роду Блэк до тех пор, пока из двух последних Наследников один не пропал без вести, а второй навсегда не застрял в Азкабане. Если бы Нарцисса родила ещё одного ребёнка, не важно, мальчика или девочку, он бы стал Наследником Рода Блэк, и… — договорить не удалось.       — Не стал бы. — Нарцисса нагло перебила и, как выходец упомянутого Рода, взяла слово: — Сириус, конечно, дурак и шалопай, но он подстраховался. По завещанию, которое было составлено буквально за месяц до трагических событий, он указал Гарри Наследником Блэк и всего состояния, принадлежащего как ему лично, так и Роду в целом. Я, при всём своём желании не могу наследовать, поскольку был заключён полный магический брак и кровь Блэков была выжжена магией Малфоев. Думаете, я с детства имею такой платиновый оттенок волос? — Северус помнил, что Нарцисса всегда была белокурой, но раньше преобладал пшеничный оттенок, яркий и тёплый, будто волос коснулось солнышко: — Драко, при желании, может претендовать на наследие только в том случае, если не останется ни прямых родственников, ни завещаний.       — Но почему тогда при крещении магия назвала вас Малфой-Блэк, если, как вы говорите, при заключении брака блэковскую кровь из вас выжгли? — Гарри пытался разобраться в происходящем, но каждая реплика Нарциссы или Северуса вызывала ещё большее количество вопросов. Пожалуй, информацию в голове нужно будет ещё раз подробно изучить, сейчас же достаточно лишь всё мысленно сложить в огромную коробку и подписать, что в ней.       — А вот здесь причина в Люциусе. Несмотря на женитьбу он не посчитал нужным хранить верность, гулял направо и налево, дебоширил, не заботился о жене. Более того, он совершил несколько поступков по отношению ко мне, которые магия не прощает. — Нарцисса не стала вдаваться в подробности, но судя по тону, которым была сказана последняя фраза, это был очень серьёзный проступок. Похоже, не сдерживай её узы брака, Люциуса давно бы по стеночке размазало. Женщины, как ни крути, управляют магией с помощью эмоций, а злая ведьма — она и в Африке злая ведьма! — Деяние против природы, совершённое Люциусом почти десять лет назад, Магия не забыла, но не могла наказать в силу определённых связывающих ритуалов. Она всегда ищет возможности, обходные пути, тонкости и прорехи. В брачной клятве, которую мы давали, была одна лазейка, собственно, и защитившая меня. По законам магии вы, Гарри, являетесь чистокровным волшебником, ибо оба ваших родителя были магами. Однако у здешних снобов свои законы, по которым вы полукровка, поскольку Лили была лишь первой в своём роду ведьмой, то есть неколорождённой. Для того, чтобы зваться чистокровным, по нормам Англии, оба родителя, а также все бабушки и дедушки должны быть магами. Вы, как вы понимаете, до этого не дотягиваете. Более того Северус, отец которого вообще некол, также считается полукровкой. Причём в его случае по всем нормам так.       — Неужели Люц поставил тебе условие крещения? — Хмыкнул Северус: — Вот уж не ожидал…       — Да, именно так. Он вообще разрешил мне крестить Гарри только потому, что считал его полукровкой. Однако я возложила на себя обязанности по заботе о чистокровном ребёнке. Что Магии мнение каких-то англичан, когда у неё есть свои чёткие законы и правила?       — Что-то я не совсем понимаю, какое значение имеет чистота моей крови к вашей, Леди Малфой, двойной фамилии… — Гарри пытался собрать полную картину, но что-то постоянно ускользало. Конечно, виной всему было незнание магических законов, ведь он только-только попал в мир, где балом правит Магия.       — О, здесь всё просто, — улыбнулась Нарцисса, — во время обряда крещения между защитниками и защищаемым образуется характерная крестильная связь, работающая в обе стороны. При необходимости защитник может попросить помощи у Рода защищаемого в обмен на какую-либо услугу. Такой себе бартер. Однако это правило действует только в том случае, если все участники ритуала чистокровные. Вот здесь-то Люциус и просчитался. Как только вы, Гарри, встанете на ноги и закрепите своё право на Наследование Рода Поттер, а это в случае острой необходимости можно сделать хоть завтра, я могу обратиться к вам, как к единственному живому представителю рода защищаемого, с просьбой оказать мне помощь.       Гарри чувствовал только одно: его мозг сейчас вскипит, и это вообще не просто. Столько тонкостей, живая, по сути, Магия, разное понимание и принятие одного и того же… Вот и правда отличный пример причинно-следственной связи «мысль-желание-результат»: хотел семью, получите и автограф не забудьте оставить! А Нарцисса тем временем продолжала:       — Плюс вас, меня и Сириуса объединяет кровь Блэков, которая в значимой мере течёт по нашим жилам. Вы, например, на четверть Блэк по отцу, но может быть и такое, что среди родственников Лили затесался какой-нибудь сквиб из этого же Рода. Я, в свою очередь, при рождении Блэк наполовину, моя матушка была из Рода Розье. К ним, при необходимости, я также могу обратиться за помощью, но… Лучше уж к Дамблору на поклон, чем к ним. В Сириусе лишь четверть от Рода Крэбб, остальное, как вы уже догадались, всё блэковское. Кровь в мире магии, Гарри, имеет огромное значение. Несмотря на вхождение женщины в Род мужчины, несмотря на заключение союзов с магическими существами с целью усиления магических способностей и Родовых Даров, несмотря на мезальянсы. Кровь, даже будучи разбавленной, остаётся кровью. И она защищает, ведь является основой любого Рода.       — И всё равно я не особо улавливаю связь… — попытался оправдаться Гарри.       — Совершив преступление против природы Магии и предав человека, связанного с ним брачными узами, Люциус тем самым разрушил связывающие ритуалы и показал, что он не может заботиться о тех, за кого взял ответственность, поэтому мне дали возможность при необходимости вернуться в свой Род и перетащить за собой сына. Толчком к этому стало проведение ритуалов, затем полный обряд крещения. Точкой невозврата послужило поведение Люциуса и его преступление против основоположных законов Магии. Зачастую расплата приходит и не за столь серьёзные нарушения.       — Проще говоря Люц облажался, предал Нарциссу, и Магия лишила его права единолично распоряжаться жизнью жены, по сути, разведя их. Теперь Нарси может послать Люца далеко и надолго, разорвать брак, забрать Драко и свалить куда-нибудь на Майорку. А в случае какой-то опасности, на основании Ритуала Защитника Нарси может обратиться к тебе за помощью, так как в вас течёт кровь одного рода. — фыркнул Северус, не любивший все аристократические заморочки и привычку говорить обтекаемо, а не прямо в лоб.       — Фи, Северус, это было очень грубо, но, по сути, верно. Не знала, что ты умеешь так выражаться. И не на Майорку, а на Лазурный берег. Ты же знаешь мою любовь ко Французской Ривьере… — И мило так, как школьница, похлопала глазками, смеясь.       «Да-а, в леди Малфой умерла великая актриса! — думал Гарри, пытаясь разобраться в водовороте мыслей. — Если всё действительно так, значит, нужно спасать и крёстную, и крёстного… И найти даму сердца для профессора Снейпа. Что ж, план минимум на ближайшие пару лет составлен».       — Итак, Гарри, — продолжила Нарцисса, отсмеявшись: — Если я не ошибаюсь, во втором вопросе вы интересовались письмом, которое было написано мною практически на коленке, поскольку место вашего нахождения определилось совершенно случайно, неизвестно на какое время, и произошло это абсолютно неожиданно. Не было времени распинаться на красивые фразы, придумывать сложный план, собирать документы и свидетелей. Счёт действительно шёл на минуты, а я хотела рассказать вам как можно больше. Тем более что точных данных у нас не было, только примерное положение. Мне невероятно повезло встретить вашу тётушку, Петунью, возле Госпиталя Святой Марии и вручить ей конверт с просьбой передать в ваше семилетие. Уж не знаю, что тогда повлияло на её положительный ответ, но конверт с посланием она взяла и честно пообещала передать в полдень 31 июля 1987 года вам. Кстати, вы знаете, что Петунья Дурсль-Эванс — сквиб? — Гарри отрицательно покачал головой, хотя нечто подобное предполагал: — Ритуал поиска, который я проводила практически каждый месяц, показал, что вы были в Лондоне, в том самом Госпитале. Я прибыла на место спустя минут десять после получения результатов, но не смогла почувствовать вас. Зато увидела и почувствовала вашу тётушку, и это меня, мягко скажем, удивило. Подошла, представилась, объяснила, а миссис Дурсль лишь смотрит на меня огромными глазами и слова сказать не может. Хотя видно, что пытается и хочет что-то сообщить. Вот тогда-то мне и пришлось срочно вызвать Кричера, взять пергамент и написать вам письмо в будущее. Верила ли я, что Петунья ничего не перепутает и передаст конверт вам ровно в семилетие? Да, верила. Надеялась ли я, что вы банально доживёте до этой даты? Да, надеялась. Предполагала ли я, что всё окажется настолько плохо? Нет, даже мысль такая в голову не пришла, ведь Петунья выглядела действительно взволнованной и переживающей.       Гарри было сложно представить, чтобы тётушка переживала или волновалась за него, хотя что-то такое иногда проскальзывало в памяти. За Дадли — да, конечно, ведь это её родной сын, но за него, за странного сироту и невыносимого мальчишку? Нет, никогда.       — Ты хочешь сказать, что кто-то умудрился взять с неё Непреложный Обет? — с удивлением отметил Северус.       — Нет, дело не в Обете, это точно. Да и как-то слишком много Непреложных Обетов на один квадратный метр, вам не кажется? — решила пошутить Нарцисса. Правда, шутку не оценили. Что ж, не аристократическое это дело…       — Тогда что? — тихо спросил Гарри, примерно предполагая ответ и крайне надеясь, что он ошибается.       — Возможно, магический контракт о неразглашении. Действует по похожему принципу, но можно заключить и с обычными людьми, и со сквибами, и с некоторыми разумными расами. И, в отличие от Обета, может быть заключён под давлением или угрозой жизни.       Маленькие кулачки яростно сжались, а во взгляде читался гнев на одного бородатого светоча. Похоже, быть Великим Спасителем у Альбуса не получится. Вряд ли Гарри оценит все его действия в отношении семьи…       — В дальнейшем я пыталась интересоваться вашей жизнью, даже проникла в архив Госпиталя, чтобы найти ваш адрес, но… Документов не было. Вообще. Будто такой человек никогда не попадал в реанимацию. Залезть в компьютерную базу у меня банально не хватило умений, а накладывать какое-либо заклинание казалось просто опасным, ведь вокруг было множество приборов, отвечающих за жизнь пациентов. — Гарри только хотел сказать, что адрес можно было уточнить у тётки, но Нарцисса сама ответила: — Да, можно было спросить у Петуньи, вот только ни сказать, ни написать адрес она не могла. Уж не знаю, чьи это чары, но факт остаётся фактом.       — А можно ли как-то узнать автора заклинания? Или провести ритуал? — конечно, Гарри ещё не знал всех тонкостей магии, но надеялся, что ответ будет положительным.       — Можно. Я, кажется, писала, что каждый волшебник оставляет некий след, своеобразную подпись, по которой и определяется авторство. Причём это касается абсолютно любого магического действия, будь то вызов духа или приготовление зелий и эликсиров. Однако нужно обладать не дюжими силами, чтобы вначале обнаружить, а затем прочитать и определить след. А что, у вас есть зацепки? — поинтересовалась Нарцисса, в которой проснулся дух исследователя.       — Полно. Целый дом, оплетённый кучей разных чар, от защитных до отталкивающих, да с какой-то хитро вывернутой сигналкой на колдовство, которая в доме работает, а на пороге уже нет. Просто рассадник заклинаний. — усмехнулся в ответ Северус. Гарри, который также видел странные плетения над домом на Тисовой улице, подтверждающе кивнул.       — Хм… — похоже, эта информация зажгла в Нарциссе исследовательское кострище на месте мелькнувшей было искорки: — Я с радостью приступлю к изучению, поскольку хочу убедиться в своих домыслах и сравнить имеющиеся следы с теми, что нашла на доме в Годриковой Впадине.       — Леди Малфой, с вашего позволения, я бы хотел задать ещё несколько вопросов, — Гарри чувствовал, что нужно спросить, но не знал, как правильно сформулировать мысль, поэтому поинтересовался следующим: — Из всего сказанного я понимаю, что Лорд Малфой здесь явно лишний, но как вы ему потом объясните, что просто, м-м-м, приспали его?       Ответом ему был дружный хохот чистокровной аристократки и профессора-полукровки. Пожалуй, это и был ответ. Вот только ребёнок, живущий в абсолютно немагической семье, вряд ли понял его… Впрочем, непонимание отразилось на лице Гарри, и Северус решил объяснить:       — В мире магии возможно многое. Я бы даже сказал, почти всё. Так что ничто не помешает нам немного подкорректировать воспоминания Люца при помощи Confundus или Obliviate. Первое заклинание сбивает с толку, а второе — стирает необходимые воспоминания. На всякий случай советую запомнить.       — Стереть воспоминания? — казалось, удивлению Гарри не было предела: — То есть я смогу стереть из своей памяти жизнь с Дурслями и их ужасное отношение ко мне?       — К сожалению, нет. В этом случае слишком много завязано на памяти. Так, например, с их помощью ты научился ходить, говорить, читать, держать столовые приборы, даже банально ухаживать за садом. То есть все сферы твоей жизни так или иначе пересекаются с Дурслями. Если стереть воспоминания о них, твоя память со временем начнёт задаваться вопросом, откуда ты знаешь определённую информацию и где ты научился выполнять то или иное действие. Организм в шоке будет искать ответы, но, понятное дело, так и не найдёт их, и потихоньку начнёт нападать на собственные клетки памяти, что приведёт к очень печальным последствиям. Человек просто начнёт сходить с ума. И да, сумасшествие — одно из немногих состояний, которые невозможно исправить магическим путём.       — У Лорда Малфоя вы просто сотрёте воспоминания о визите, так что ли? — Гарри честно пытался разобраться в тонкостях магии, но это было сложно, поскольку он только начинал постигать её.       — Нет, слишком многие знают, что Люц и Нарси собирались ко мне. Мы просто изменим суть разговора и сотрём тебя из его воспоминаний.       — И всё равно я не понимаю… Зачем тогда вообще нужно было его приглашать?       — Я не могу ходить в гости к неженатым мужчинам в одиночестве. Даже если это светский визит. — ответила Нарцисса, тут же добавив: — Ты же помнишь о патриархате в чистокровных магических семьях? — Гарри кивнул. — Вот это одно из его проявлений. Даже в Косой переулок я не могу выбраться самостоятельно. Либо эльф за мной присматривает, либо кто-то, кому Люц всецело доверяет. А он не доверяет никому. — кривая усмешка неуместно смотрелась на красивом лице.       — Слишком сложно. И неоднозначно. — Северус удивлённо вскинул брови, а Нарцисса вопросительно взглянула на Гарри, и тот пояснил: — Я имею в виду, что магия уже решила, что ваш брак трещит по швам, но в то же время вы хотите исправить воспоминания Лорда Малфоя. Может лучше просто развестись? Ну или как это называется с магической точки зрения?       — Я уже давно подумывала над тем, чтобы разорвать наш брак, но пока не имею возможности покинуть манор Люца. Подав документы, я лишусь титула Леди Малфой и многих привилегий, дарованных титулом. Так, например, у меня не будет законных оснований жить в поместьях или манорах, приобретённых на деньги семьи Малфой. То есть мне банально негде жить, а бракоразводный процесс займёт довольно много времени, ведь независимо от решений Магии, бюрократическую волокиту никто не отменял. Своё приданое я получу в лучшем случае через полгода.       Сказанное Нарциссой заинтересовало Гарри. Она может подать документы на развод хоть сейчас, если будет иметь крышу над головой. Похоже, у него есть решение…       — Тогда почему бы вам не пожить это время у профессора Снейпа? Манор большой, места много…       — Почему бы не пожить у меня? Или в лондонской резиденции Блэков?       Две фразы были произнесены в один момент. Гарри и Северус уставились друг на друга, поражаясь тому, насколько похожи были их мысли и пути решения проблем. Нарцисса изящным пальчиком провела по столь же изящному подбородку, кивнула чему-то и наконец произнесла:       — Что ж… Не думаю, что эта идея понравится Люцу… Бывшая жена с лучшим другом под одной крышей… Про тётушкин дом на Гриммо я совершенно забыла. Но это же великолепная идея! — и радостно, по девчачьи, захлопала в ладоши. В этот момент, казалось, Нарцисса преобразилась: ушла вечная усталость во взгляде, в глазах поселилось счастье, плечи распрямились, подбородок взлетел вверх, а вся напускная аристократичность рассеялась без следа; даже дышать ей, похоже, стало легче. «Неужели на человека так могут давить отношения? — думал Гарри. — Никогда не женюсь на девушке, если она не будет меня любить! Никогда!»       — Нарси, не поверю, что это мысль не приходила в твою умную голову раньше? Или Люц так сильно и долго капал на мозги, что весь здравый смысл пропал в неизвестности? — Северус не изменил себе и даже в таком тонком моменте умудрился поддеть Нарциссу, которая лишь снисходительно улыбнулась и погрозила пальчиком, будто перед ней находился мальчишка, а не целый профессор!       — Думаю, осмотреть дом можно хоть завтра. И завтра же подать документы на развод. В конце концов в крестильных бумагах написано, что я Малфой-Блэк, а значит Магия на моей стороне. Пусть только этот министерский планктон попробует пискнуть! — Ой-ой, лучше не попадаться на пути разгневанной ведьмы, у которой поселилась в голове навязчивая идея. Гарри, наблюдая за Леди пока-ещё-Малфой понял, что лучше держаться подальше от вот таких вот ведьм, которые и глазом не моргнув, хоть Эверест сдвинут с места, лишь бы добраться до своей цели. Да и вообще лучше держаться подальше от любых ведьм, а то, кто знает, что в них прячется. Не зря же говорят: в тихом омуте черти водятся…       На том и порешили: Гарри попросили уйти из комнаты, Нарцисса разбудила Люца, а Северус быстро и филигранно подредактировал ему память. Теперь сиятельный Лорд будет думать, что весь вечер говорил об акциях компании «Нимбус», советовал непутёвому зельевару лучших поставщиков ингредиентов и доказывал, что он, как обычно, точно прав и всё знает лучше других. Такое поведение было очень похоже на Люциуса, который любил поучать всех и вся, поэтому вопросов не возникнет.       Нарцисса, подхватив пока-ещё-мужа под белы рученьки, распрощалась с Северусом и отбыла в манор.       Что ж, день можно назвать удачным. Всё прошло без сучка, новая информация заняла своё положенное место, а в голове постепенно складывалась картинка дальнейших действий. Гарри решил для себя, что, раз уж Леди пока-ещё-Малфой скоро будет Леди уже-не-Малфой-а-снова-Блэк, можно каким-нибудь образом соединить два одиноких сердца и создать, как там, счастливую ячейку магического сообщества. Почему-то он был уверен, что эта парочка точно будет счастлива.       С такими мыслями Гарри погрузился в объятия Морфея, а один из объектов его мыслей допивал остатки вина и размышлял практически на ту же тему. Нарцисса была красивой, умной, воспитанной и в меру расчётливой женщиной, всегда находила общий язык практически с любым человеком, могла легко и непринуждённо вести как светскую беседу о новых мантиях, так и поддерживать на должном уровне споры о применении душицы в зельях от головной боли или целесообразности введения запрета на работу оборотням. Её улыбка зачаровывала, смех заражал позитивом и хорошим настроением, в серьёзном взгляде ярких голубых глаз всегда плясали чертята, чёткие скулы и правильная линия губ приковывали взгляды, а тонкие идеальной формы бровки подчёркивали общую линию лица… Северус моргнул и недоуменно уставился на бокал: неужели он влюбился в жену своего друга за один вечер?