Переломный момент

      Мы стояли посреди коридора под тяжелым взглядом Кристины, которая наверняка уже мысленно пристрелила меня. Кирилл Евгеньевич переводил взгляд то на меня, то на девушку, понимая, что сейчас будет далеко не детский лепет.       Девушка, которая стояла передо мной была явно не из простых по характеру. Если предыдущая девочка была божьей коровкой, то эта была настоящим быком, взгляд которой просто прожигал тебя изнутри. Даже не сомневаюсь, что она добилась Кирилла Евгеньевича просто в два счета.       Что бы она там мысленно со мной не делала, но заочно я её немного зауважала, потому что быть девушкой такого непростого мужчины этого многого стоит. Возьмем, например, сегодняшнее утро, в его доме уже успело побывать две абсолютно чужих ему женщины.       И что-то мне подсказывает, что встречаются уже немало времени, потому я и решила, что нужно вновь спасать жопу Евгенича. В который раз. — Я жду объяснений, Кирилл, — холодным тоном произнесла Кристина, даже не обращая на меня внимания, будто я пустое место, — кто эта девушка и что она делает в твоем доме?       Кирилл Евгеньевич незаметно для неё глубоко вздохнул и, выпрямив плечи, уже приготовился рассказывать своей ненаглядной всю правду-матушку, только, как мне кажется, сказать, что я — его студентка — то же самое, что приписать нам обоим приговор.       Во-первых, если смотреть на то, что Кирилл Евгеньевич — молодой преподаватель, который, к тому же, безумно привлекательный, то можно сделать вывод, что у него море поклонниц-студенток, которые только и мечтают затащить беднягу в постель, потому наша ситуация будет звучать донельзя абсурдной.       Но если честно, я просто понимала, глядя на эту девушку, что пизды тут получит не один Давыдов, потому во-вторых даже и не рассматривается. — Здравствуйте, Кристина, — обратилась я к ней, протягивая руку в знак приветствия, — меня зовут Алёна, я дальняя родственница Кирилла.       Как только я сказала это, Давыдов подозрительно прищурил глаза и с интересом стал за мною наблюдать. Я, незаметно для Кристины, повела бровью, подавая знак Евгеньевичу, чтобы не стоял, как истукан и не пялился на меня. Мне неудобно.       Кристина, прищурив глаза, продолжила таращиться на меня, словно не веря моим словам. Меня немного поставило в ступор такое её поведение, но я, не подавая виду, продолжила держать руку, в надежде, что она её пожмёт и я не буду выглядеть настолько тупо.       Ну же, мать твою. Делай что-нибудь. — Он мне очень много о вас рассказывал, Кристина, — сказала я, мило улыбнувшись, — очень рада, наконец-то, с вами познакомиться, — закончила, наблюдая, что взгляд девушки смягчается и она уже не столь сильна напряжена. Кристина протянула свою руку и пожала мою, принимая приветствие.       Мысленно вздохнув, я вновь перевела взгляд на этого мерзавца, который так бессовестно наблюдал за мной и ухмылялся, иногда покачивая головой. — Странно, — наконец, молвила эта его Кристина, — Кирилл никогда раньше о тебе не вспоминал, — сказала она, высокомерно на меня посмотрев, что мне очень сильно не понравилось, — хотя, не думаю, что у меня бы это вызвало интерес, — заключила Кристина, по хозяйски зайдя в квартиру, немного сдвинув меня. Всё былое уважение к ней — сдуло, словно ветром. Остался лишь неприятный осадок от её взгляда и неуважительного тона. Что же, я все равно не собираюсь с этой девушкой общаться. Каких только сук в этом мире только нет. — Что ты здесь делаешь, Крис? С чего такой неожиданный визит? — наконец дал о себе знать Кирилл Евгеньевич. — Я просто была недалеко от твоего дома и решила заехать. Просто соскучилась, — сказала она, после чего поцеловала моего преподавателя.       Пока они оба целовались и делали всё, чтобы я чувствовала себя неудобно, я стояла себе в сторонке, делая вид, что мне безумно интересен напольный паркет. Хороший такой, качественный. Может, даже, дубовый. — Я очень рад, детка, — оторвавшись от неё, сказал Давыдов, — только я сейчас очень занят. У меня через неделю очень важное событие в институте, а Алёна мне помогает к нему подготовиться, — сказал он, обращая на меня внимание. Я с важным видом кивнула и продолжила стоять на проходе с тяжким желанием поскорее выйти отсюда и избавиться от пронизывающего взгляда Кристины. Боже, аж мурашки по коже. Это же надо уметь так нагонять жуть… — Да я итак ненадолго. У меня ещё куча дел в городе, которые я не успела закончить, — сказала она, оборачиваясь на каблуках и направляясь к выходу. Кирилл же направился за ней, после чего помог надеть куртку. Та вновь страстно его поцеловала, но почему-то мне показалось, что это было слишком наигранно что ль, — давай сегодня вечером в ресторан? — сказала Кристина, поглядывая на меня, на что я лишь закатила глаза. Либо эта девушка страх какая ревнивая, либо она немного туповатая и до неё никак не дойдёт, что вроде как сеструха и эти спектакли как бы ни к чему. Но да ладно, я вообще удивляюсь, почему я это заметила. — Крис, у меня сегодня куча дел, я не смогу… — ответил Кирилл, складывая руки на груди, но девушка сразу же нахмурила брови. — Кирилл, мы итак проводим слишком мало времени вместе с тех пор, как ты начал работать в своём институте, — начала лепетать она, от чего мужчина закатил глаза и, громко выдохнув, сказал: — Хорошо, я попытаюсь что-нибудь придумать, — сказал преподаватель, громко вздыхая и с вымученным лицом посмотрел на меня. В его взгляде можно было чётко прочитать насколько же он заебался. И мне, как ни странно, стало немного его жаль, потому что, как мне кажется, то, что я только что наблюдала маленькие цветочки, и эта мадам может устроить действительно настоящую бурю.       Улыбнувшись и посмотрев на меня победным взглядом, Кристина вновь поцеловала Давыдова в губы и, развернувшись на каблуках, направилась в сторону двери. А я наконец смогла спокойно выдохнуть, потому что находиться в одном помещении с этой женщиной и под таким тяжелым взглядом мне было просто ужасно неудобно. Фух, надеюсь это наша первая и последняя встреча.       Закрыв за ней двери, Кирилл Евгеньевич так же вздохнул и, присев на кушетку, уткнулся взглядом в пол, о чём-то думая. Я же чувствовала себя очень неудобно, ведь первая соврала девушке о том, что являюсь сестрой её парня или, возможно, жениха.       Слыша тяжелое дыхание мужчины, я все-таки решила нарушить тишину и извинится. — Кирилл Евгеньевич… — сказала я, обратив его внимание на себя, — вы меня простите. Мне кажется, что я неправильно поступила, когда соврала вашей девушке. Мало того, я ещё и вас заставила… — не успела закончить предложение, как преподаватель меня перебил. — Не нужно, Алёна, — поднимаясь с места, сказал он, — ты всё правильно сделала, сказав про сестру. Кристина не та женщина, которая будет терпеть сторонних девушек в моём доме, — открывая дверь, продолжил он, а после, усмехнувшись, добавил: — тем более студенток.       Как только мужчина закончил говорить, то меня словно попустило, и выдохнув с облегчением, я направилась в открытую дверь, выходя из квартиры. Спустившись на лифте, мы вышли из подъезда и оказались на улице. Я уже хотела направиться в сторону центра, как меня окликнули: — Ты куда это? — спросил преподаватель, заставляя повернуться назад, — парковка в другой стороне. — А мы на машине поедем? — спросила я, следуя за мужчиной, который даже не дожидаясь ответа, направился на парковку. — Ну конечно, а как ты думала? — ответил он и, найдя свою машину, снял с блокировки, — пешком к центру? — Так тут недалеко, да и последние дни хорошей погодки… — не успела я продолжить, как наткнулась на взгляд мужчины, который смотрел на меня с усмешкой.       Промолчав на это в ответ, я села на переднее сидение, отметив про себя, что кто-то, кажется, немного зажрался, раз пойти с простым людом в центр у него вызывает удивление. Но когда я села в салон этой дорогой машины, то поняла почему он отказался идти пешком. Сразу заметно, что авто премиум класса, потому что далеко не каждый может себе его позволить. Да и как вообще можно отказаться от поездки на такой малышке? Наверняка при движении она словно плывет, доставляя истинное удовольствие водителю такой ласточки.       Словно прочитав мои мысли, Кирилл Евгеньевич довольно улыбнулся и, нажав какую-то кнопку, завёл машинку. Не удержав своё любопытство, я решила все-таки спросить владельца то, что последние пять минут меня ой как интересует. — А какая марка этой машины? — спросила я, отмечая про себя, с какой уверенностью мужчина ведёт себя за рулем. Скажу честно, выглядит это просто очень привлекательно. А то, как его сильные, жилистые руки плавно управляют машиной, заставляет дыхание немного участится. Не раз уже замечала за собой, насколько сильно меня привлекали мужчины за рулем. Ух… — Лексус, — спокойно ответил Кирилл Евгеньевич, внимательно следя за дорогой, — вижу понравилась? — все с той же свойственной ему ухмылкой сказал он, немного переведя на меня взгляд. — Такая малышка не могла не понравится, — ответила я, проведя рукой по кожаному креслу. — У тебя, оказывается, есть вкус, Бондаренко, — проследив за моим движением, сказал преподаватель. — О, даже не сомневайтесь, Кирилл Евгеньевич, — усмехнулась я, приняв такой своеобразный комплимент от него, — вы, кстати, тоже не прогадали со своим выбором, — продолжила я, ловя на себе заинтересованный взгляд водителя, — эта марка одна из самых надёжных. — А как же Мерседес? — удивлённо спросил он, поглядывая на меня. — Вот как раз ему ваша машина и уступает, — улыбнувшись уголком рта, ответила я, — ну и ещё Ламборджини, только он… — не успела добавить я, заметив странную улыбку на лице преподавателя и такой же взгляд. — Вы чего так на меня смотрите? — спросила я, как раз в тот момент, когда Кирилл Евгеньевич заезжал на парковку крупного супермаркета. — Да я просто удивляюсь откуда у девушки такой интерес к машинам? — откинув голову на кресло и повернувшись ко мне, спросил мужчина. Я же, удивившись такому вопросу, точно так же повторила его действие и, насмешливо подняв одну бровь, сказала: — То, что я девушка — ещё не значит, что меня не интересуют автомобили, — немного прищурив глаза, сказала я, а потом, кинув взгляд ему за плечо, немного тише добавила, — или мотоциклы.       Проследив за моим взглядом, Кирилл Евгеньевич увидел недалеко от нас припаркованный байк, который игриво блестел на солнце своей выхлопной трубой, привлекая на себя внимание чуть ли не каждого. Как неудивительно, но его марку я знала просто прекрасно, вспоминая, как точно такой же «Yamaha» был у моего соседа, когда я была ещё совсем ребёнком. И каждое утро по дороге в школу я любовалась этим произведением искусства. А какой у него был звук, когда соседский парень его заводил. О-о-о, как же он ревел… — Оу, — отозвался мужчина, привлекая к себе моё внимание, — мотоциклы были моей страстью в институте. Ох, как мне нравилось рычать на нём, привлекая к себе внимание. А это ощущение, когда ты с бешеной скоростью летишь по дороге. М-м-м… — застонал Кирилл Евгеньевич, прикрывая глаза и вновь откидываясь на кресло.       Как только он это сделал и мне вновь открылся взор на байк, я увидела парня, который подошёл и, заведя его, с громким звуком умчался отсюда, оставляя лишь облачко пыли. Услышав рёв мотора, мы одновременно с Кириллом Евгеньевичем ахнули, словно кавказцы, которые увидели красивую «дэвушку», сделав характерное «уф…». Но потом от этого мы только посмеялись и вышли из машины, направившись в супермаркет.       Провели мы там больше чем полдня, потому что оказывается наш Кирилл Евгеньевич все-таки любит покушать и вышли мы оттуда с большими пакетами продуктов, которых, как мне казалось может хватить на целый месяц питания для одного человека. Но, как он утверждает, этого ему хватит примерно на пару дней, потому что остальное это всякие крупы, приправы, замороженные продукты и прочие покупки, которые не портятся.       Уже завалив домой, мы наконец смогли расслабится и немного отдохнуть от всей этой суматохи, потому, вместе распаковав все пакеты, Кирилл Евгеньевич пошёл в душ, а я принялась готовить нам чаёк, потому что нужно все-таки что-нибудь сделать для нашего приёма. Ну не зря ведь я здесь торчу целый день. Нам нужно было немного согреться, потому что на улице после обеда заметно похолодало, хоть и сейчас начало октября, но уже вовсю льют дожди, в добавок к сильному ветру.       Сделав чай, я направилась в гостиную, чтобы вновь вернутся к тем распечаткам, которые Кирилл Евгеньевич так и не дал рассмотреть, дернув меня на покупки.       Сев на мягкое кресло, которое было в углу комнаты, и накрывшись теплым пледом, которое я спёрла с дивана своего преподавателя, я все-таки принялась рассматривать интерьер гнездышка Кирилла Евгеньевича, потому что за всё пребывание здесь я так и ничего не приметила. Странно, конечно, но эта квартира совершенно не похожа на жилище холостяка, потому что мужчина не мог бы сделать и поддерживать здесь столь уютную остановку.       Все комнаты оформлены в теплых тонах, со старенькой, но ухоженной мебелью, очень мягкие кресла и диван очень кстати дополняют теплую атмосферу, а полочки, завалены различными книгами, говорят о том, что хозяева этой квартиры образованы и интеллектуальны, что вызывает уважение.       А это кресло… До чего же оно удобное и мягенькое, которое с первых же секунд стало просто моим любимым, и в котором хочется утонуть. Либо на меня такая усталость накатила, либо я всерьез задумалась о том, чтобы выкупить у преподавателя это кресло и поставить его посреди своей комнаты в общежитии.       Хлебнув ещё немножко теплого и ароматного чая, я услышала, что шум душа из соседней комнаты стал утихать, по сравнению с тем, что было на улице. За каких-то полчаса небо затянуло темными облаками, и уже вовсю гремело на пару с яркими молниями.       Очередной громкий звук — и по стеклу начало барабанить сильным потоком дождя, который с каждой минутой все больше нарастал. Такая атмосфера добила меня окончательно, и я ещё больше укутавшись в плед и попивая чаёк, чувствовала себя донельзя уютно и хорошо, даже немного начала клевать носом, но потом, вспомнив у кого я дома, взяла себя в руки и уставилась в кружечку, вдыхая приятный фруктовый запах.       Очередная вспышка молнии, и теплый свет, который раньше царил в комнате в мгновение исчез, и я осталась сидеть одна в полумраке. Только одиночество продлилось моё совсем недолго, потому что как только гром вновь ударил — на пороге появился он.       От неожиданного звука я подняла глаза и уставилась на мужчину, силуэт которого освящали частые вспышки молний. Стоя на пороге, он держал в руках футболку, хоть сам был по пояс обнаженным, что не осталось мною незамеченным. Только сейчас я поняла слова Лизы, когда она говорила чем отличается настоящий мужчина от мальчика.       Взглядом, которым Кирилл Евгеньевич меня сейчас прожигал, можно было резать металл, потому что даже в таком полумраке я увидела что-то не то в его глазах. Они стали темными, как ночь, и скрывали в себе что-то действительно дьявольское. И именно от этого у меня настолько спёрло дыхание. Я уже не чувствовала ни запаха ароматного чая, ни тепла пледа, ни шума дождя. Лишь мурашки, которые бегали по моей коже, шум в ушах от той оглушающей тишины и неотрывный взгляд, который никто из нас не спешил прервать.       Кирилл Евгеньевич сейчас был необычайно красив. Я уже не раз видела своего парня в таком виде, и я совру, если скажу, что разницы между ними почти нет. Да мой Даня был тоже красивым парнем, с милой и довольно привлекательной внешностью и выше среднего ростом, но по телосложению он и вправду не был силачом, что нельзя сказать о моём преподавателе.       Только когда он снял с себя эти рубашки и пиджаки, я увидела какое шикарное у этого мужчины тело. Я ещё в машине увидела его сильные руки, но как-то не приняла это во внимание. А сейчас у меня есть наконец возможность по достоинству оценить моего преподавателя. Широкие плечи, сильная грудь, в меру накачанные руки с безумно сексуальными венами, что наверняка свело с ума не один десяток девушек. И я даже не сомневаюсь, что ноги и задница у него в таком же прекрасном состоянии.       На одну секунду я позволила себе подумать о том, как бы эти сильные руки сжали мою талию и притянули к себе, прижав к мужскому телу и…       И громкий звук грома заставил меня вернутся с небес на землю и вспомнить о том, что у этого мужчины уже как бы есть девушка, которую он любит. И эта мысль немного отрезвила мой разум, от чего я немного смущенно прервала наш зрительный контакт, мысленно благодаря грозу за то, что свет выключен и мои покрасневшие щеки не видно из-за темноты.       Вновь пригубив уже не теплого янтарного напитка, я краем глаза увидела, что Кирилл Евгеньевич все же рушил с места и, надев футболку, прошел внутрь комнаты и, несколько раз щелкнув включателем, со вздохом присел на диван.        Откинувшись на спинку, он прикрыл глаза, словно уходя от какого-то наваждения. В душащей тишине и под шум дождя, который, кажется, не собирался утихать, мы молча сидели, думая о чем-то своём, но я все-таки решила, что нужно прервать наше молчание. — Кажется, ваш чай уже остыл, — сказала я тихим голосом, возвращая Кирилла Евгеньевича от раздумий. Тот наконец открыл глаза и посмотрел на меня, ничего не отвечая, вновь заставляя почувствовать мороз по коже. — А мне кажется, что сегодня всё против того, чтобы мы начали нашу работу, — наконец отозвавшись, сказал мужчина, отведя от меня взгляд и усмехнувшись. — Возможно, — ответила, немного улыбнувшись, отставив уже пустую кружку на стол, — но, если честно, я ни капельки не жалею, что мы ничего не успели за этот день, — добавила я и откинулась на спинку кресла. — Да наш день прошёл просто в пустую, — сказал Кирилл Евгеньевич, немного засмеявшись. — Ну не знаю, — с улыбкой сказала я, немного поведя бровями, — как мне кажется, это был своеобразный выходной, в котором мы оба нуждались. Не думаю, что мы бы сегодня сделали что-то стоящее. — Да, но ведь день ещё не окончен, — поставив руку на подлокотник, ответил преподаватель и опустил голову на ладонь, при этом пальцами поглаживая щетинистую бороду. — Да, но света нет, мы оба устали, а у вас ещё свидание с вашей девушкой, — скинув одеяло с плеч, я поднялась с кресла, намереваясь собираться домой, поскольку дождь начал понемногу утихать и, наверняка, пока я оденусь, то и вовсе остановиться. — Да ты, права, — холодным тоном ответил, так же вставая с дивана, — сегодня уже ничего не получиться. Лучше уже завтра продолжим, — сказал он, а потом немного подумав, добавил: — Я тебя подвезу. — Спасибо, но не стоит, — ответила я, собирая наши кружки со стола, — автобусы ещё ходят, а вам нужно… — не успела и закончить, как меня грубо перебили. — А я не спрашивал, — сказал он, выходя из комнаты и даже не посмотрев на меня, словно моё мнение его совершенно не интересует.       На это я только промолчала, боясь поспорить, чтобы не наткнуться на его грозный взгляд. Лучше уж делает, как хочет, потому что противоречить такому мужчине, как мне кажется совершенно бесполезно. Я слабая, чтобы переть против него. Да и то, каким властным тоном он это сказал, заставило меня неосознанно подчинится. Потом уже поразмыслив, я сама не поняла, как так вышло. Если бы я не хотела, чтобы он меня подвёз, я бы ещё как поспорила. Так что это только что со мной было?       Подождав минут пятнадцать, после того, как я собралась, мы вместе вышли из квартиры, Кирилл Евгеньевич шёл впереди, словно не замечая меня, а я плелась сзади, мысленно завидуя белой завистью той Кристине, на свидание к которой он нарядился. В который раз я отметила, как он красиво и привлекательно выглядел. А этот легкий парфюм, который шёл от него незаметным шлейфом, заставлял голову кружится. Мне всегда мужские духи нравились намного больше, нежели женские. Ведь, есть в них что-то такое, от чего так сильно дурманит…       Как только мы сели в машину, то на улице вновь стал барабанить несильный дождь, который против моей воли усыпил меня, и я наглым образом уснула на переднем сидении машины моего преподавателя.       Но сон мой продлился совершенно недолго, потому что проснулась я от того, что кто-то вытаскивает меня из моей зоны комфорта и холодные мелкие капли на пару с ветром остужают мою кожу, заставляя вернуться в сознание и приоткрыть глаза.       Почувствовав странную невесомость и уже знакомый мужской запах, я полностью открыла глаза и осознала, что мой преподаватель только что вытащил меня из машины и, с легкостью подняв меня на руки, собрался нести в общежитие, где каждый может в любой момент выглянуть в окно и увидеть столь деликатную картину.       Как только об этом подумала, я неосознанно дернулась в руках Кирилла Евгеньевича, от чего тот остановился и, посмотрев на меня, прошептал: — Я тебя разбудил? Прости, я не хотел, — сказал он, все так же держа меня на руках, и, кажется, не собираясь меня отпускать. — Кирилл Евгеньевич, — так же прошептала я, пряча от него взгляд, и немного покрутилась, дав ему понять, чтобы меня опустил на землю, что тот в следующее мгновение и сделал, — это вы простите, что уснула, — сделав небольшую паузу, сказала я, а потом добавила: — вы могли меня просто разбудить. — Я не хотел тебя беспокоить, — сказал он, засунув руки в карманы брюк, — тем более, ты из-за меня такая уставшая, — добавил, немного виновато улыбнувшись. — Да ничего, — в ответ улыбнулась я, — мне даже немного понравилось.       Как только я это сказала, новая волна грома ударила по небесам, от чего мы с Кириллом Евгеньевичем синхронно подняли головы вверх, разрывая зрительный контакт и теплый разговор. Внезапный порыв ветра заставил немного меня вздрогнуть, и холодный октябрьский дождь новой волной обрушился на наши головы, от чего мы вместе резко отступили, быстренько что-то буркнув на прощание, и убежали каждый в своё укрытие.