with you

      — Ты уверен, что нам вообще сюда можно?       Тяжёлая дверь, которую до них явно давно никто не трогал, закрывается нехотя, приходиться приложить немалые усилия, пихая её ногой, отчего она, словно в отместку издаёт противный громкий звук, захлопываясь. Лиса вздрагивает, а Юнги хмыкает, удобнее перехватывая покрывало, небрежно висящее у него на согнутой в локте руке.       — Уверен, — отвечает Юнги на заданный вопрос и улыбается хитро, — что нам сюда абсолютно точно нельзя.       Девушка вздыхает, но забирает у него из рук покрывало, чтобы через пару секунд расстелить его прямо на крыше, на которую они незаконно пробрались под покровом ночи, выйдя из квартиры и пройдя несколько лестничных пролётов, чтобы посмотреть на не различимые на сеульском небе звёзды. И Лисе бы радоваться — это «приключение», идея которого почему-то пришла в голову Юнги, полностью в её стиле — но она лишь оглядывается по сторонам растеряно и пытается выкинуть из головы тоскливые мысли.       Время далеко заполночь, но Лиса слышит, как рядом с их домом громко разговаривают люди, а где-то в квартирах под ними переругивается — в очередной раз — пожилая пара. В окнах здания напротив мелькает красный свет, отражаясь, но быстро исчезает вслед за утихающей сиреной полицейской машины. Юнги не смотрит туда и не прислушивается, он садится на покрывало и, недолго думая, утягивает в свои объятия задумавшуюся о чём-то своём, не особо сопротивляющуюся девушку. Лиса ёрзает, устраиваясь, посторонний шум становится ещё громче, и ей кажется, что она может услышать даже музыку, которую тихо включает себе на ночь их соседка снизу, живущая на втором этаже, с которой они иногда пересекаются на лестничной клетке. Она жмурится и прячет тихий вздох в воротнике домашней толстовки Юнги, который мягко перебирает её волосы.       — Хей, — его тихий голос пробивается через общим шум, но Лиса не откликается, лишь сжимает пальцы на его рукаве, за который цепляется, чуть сильнее, чтобы показать, что слышит его, — не расстраивайся ты так.       Лиса неожиданно для себя шмыгает носом и ощущает, как слёзы подступают к горлу.       — Ну же, Лиса, подумаешь, не поедем на море и пару недель посидим дома, от этого ещё никто не умирал.       Девушка фыркает, выражая несогласие и чуть отстраняется.       — Знаю, — сдаётся она, заглядывая Юнги в глаза, — но мне обидно, что всё так получилось. Мы столько всего запланировали, столько всего сделали, и! — Лиса взмахивает руками, показывая крайнюю степень разочарования, а парень невольно улыбается, из-за чего получает возмущённый взгляд и слабый тычок в плечо. — Эй! Ты…       Юнги не дослушивает, склоняясь к её лицу, легко касается её губ своими. Девушка замолкает и смотрит на него растерянно, полыхая щеками.       — Никуда ни улица, ни море от нас не денутся, — говорит Юнги, — Обстоятельства сильнее нас, но мы можем заменить это всё этой прекрасной крышей, а? Свежий воздух и приключения в одном флаконе, не зря я в своё время сделал дубликат ключей. — Лиса хихикает в ответ, и он улыбается, — Мы можем даже притащить сюда палатку и остаться здесь на какое-то время, почти поход получится. И вообще прекрати расстраиваться, я тут закон даже нарушаю, ради того, чтобы ты улыбнулась.       Лиса смеётся уже в открытую, и Юнги подхватывает её смех, чувствуя, что его план — развеселить совсем потухшую в четырёх стенах девушку — сработал.       — А ещё теперь мы можем накопить денег и махнуть зимой в Таиланд, — успокоившись, продолжает он, — В январе, например, когда все ограничения точно снимут.       Лиса смотрит на него несколько секунд, прежде чем кинуться к нему с тихим радостным писком на шею и упасть на покрывало. Таиланд. Юнги предлагает ей поехать к ней на родину. И это отчего-то приводит её в невероятный восторг, покрывает её кожу мурашками и затапливает сердце теплом. Она целует вновь смеющегося Юнги в щёку, заглядывает в его светящиеся счастьем глаза и неожиданно для себя осознаёт, что больше не слышит так надоевший городской шум, будто в мире нет никаких звуков кроме смеха парня и их сливающегося дыхания.       — Знаешь, я, конечно, за, но — говорит Лиса, — мне и тут хорошо, — и устраивается в его руках удобнее, чтобы вместе смотреть на ночное небо, на котором всё ещё не видны звёзды.       Впрочем, кому они нужны?