Zugzwang

После очередного и, видимо, особо удачного толчка Ран издал протяжное «А-а-ах» и упал грудью на матрас. Рэйити еще раз окинул его взглядом: ярко-рыжую макушку, трогательно выпирающие позвонки у основания шеи, мускулистую спину, кулак, с зажатым в нем куском простыни – и закрыл глаза. За всю свою жизнь он, кажется, ни разу не видел ничего эротичнее. Хотелось продержаться подольше, но, увы, так стало слышнее его собственное сбивчивое дыхание, тихие вздохи Рана и глухие шлепки, с которыми встречались их бедра. Ощущения тоже стали острее, так что пришлось сжать зубы и снова открыть глаза. - Ран, – позвал он, провел рукой по влажному от пота боку, сжал бедро. – Ох, Ран… - М-м! Сильнее! – Фудзимия чуть повернул голову, посмотрел из-под взмокшей челки. – Давай… Видимо, подольше не получится. Совсем не получится. Рэйити пошевелился, чуть сдвигая затекшие колени, и задвигался уже даже не для него, а ради себя. Как никогда хотелось быть самую малость повыше ростом, чтобы дотянуться рукой до спинки кровати, ухватиться и вот тогда по-настоящему вбить Рана в матрас. Горячего, тесного, такого… Черт! - Тебе хорошо? – сам не зная зачем, спросил он. – Скажи… И буквально прочувствовал прокатившуюся по телу Фудзимии судорогу: Ран проехался лбом по простыне, резко подался бедрами вниз, охнул и сжался вокруг него, кончая. Рэйити замер, ухватив его за поясницу. Он балансировал на самом краю, и это ощущение, острое, почти болезненное, хотелось длить и длить. Наклонившись, он поцеловал Рана между лопаток, потом в плечо. Нашел шрам, аккуратно прикусил кожу, вызывая волну легкой дрожи, и вздрогнул сам, когда на ягодицу легла горячая ладонь. - Зачем остановился? – Ран сжал пальцы и, судя по тону, ухмыльнулся. – Еще. Зараза! Рэйити застонал, ударил бедрами один раз, другой, третий, а затем на какое-то время совсем перестал соображать. Правда в конце у него все-таки хватило такта не навалиться всем весом, а упасть на кровать рядом. Несколько мгновений ушло на попытку хоть немного отдышаться. Потом он повернулся к тумбочке за салфеткой, чтобы завернуть в нее презерватив, и очками, чтобы наконец-то нормально видеть. - Возвращение развратного учителя, – пробормотал Ран, вытягиваясь на животе и вытирая испачканную руку о заранее подстеленное полотенце. - Что? - Я говорю: с этой оправой ты похож на учителя средней школы, который любит полапать своих учеников после занятий. - Ран! – Он едва не промахнулся мимо мусорной корзины. - Ненавижу эти очки, – Фудзимия повернулся на бок и с каким-то непонятным, то ли сонным, то ли недовольным выражением посмотрел ему в лицо. – Вот увидишь. Однажды я сожгу их на заднем дворе. Устрою ритуальный костер, буду танцевать вокруг него голый. Тебе понравится. Рэйити рассмеялся. Не мог иначе. Потом потянулся и ласково поцеловал его в плечо. - Давай ты просто так потанцуешь голышом, м? - Я на пределе терпения. - А если я начну их от тебя прятать? – Он придвинулся еще ближе и улыбнулся Рану в шею, губы сами нашли старый, кажется позавчерашний засос. - Тогда я снова возьму машину, поеду в город и куплю тебе новую оправу. Сам. Рэйити замер. Эта угроза была до жути реальной. Ран сбежал от него буквально на следующий день после того, как они впервые оказались вместе в этой самой постели. Рэйити тогда проснулся в пустом доме, пошел искать пропажу в саду и только дойдя до края участка понял, что забыл проверить гараж. Потом долго сидел в кухне и переживал. Успокаивало только одно: вещи Рана, включая катану, по-прежнему лежали в кабинете, а значит он должен был вернуться. Приехал Фудзимия слегка за полдень, весело посмотрел на него с порога и водрузил на стол увесистый пакет. Объяснился: - Я тут купил кое-чего. Внутри обнаружился небольшой запас сладостей в ярких упаковках, какие-то мелочи по дому, часть из которых была действительно нужна, а еще большая коробка презервативов и флакон с недвусмысленной надписью: «Вода любви». В ответ на его потрясенный взгляд, Ран усмехнулся и чуть склонил голову к плечу. - Решил, пригодится. От одного только воспоминания об этом начинали гореть уши. С тех пор в душе у Рэйити появился маленький, необъяснимый страх перед его выходками. Мало ли до чего он может додуматься в этот раз? - Раз так, лучше поедем в город вместе. - Вот и хорошо. В этом был весь Фудзимия. Он вторгся в жизнь Рэйити умело и бесцеремонно, перекроив весь его быт под себя. Теперь каждое утро он просыпался под топот и ритмичные выкрики с веранды. Ран начинал свои пляски с мечом на рассвете и поначалу выполнял упражнения тихо, но уже ближе к семи расходился настолько, что поднимал лучше любого будильника. Он ужасно готовил, норовя спалить даже простейшую яичницу, но как никто другой умел заваривать чай. Он расхаживал по дому полуголым, закидывал ноги на диван, не сняв тапочек, заразительно смеялся и не стеснялся ставить точки над и. Сейчас он аккуратно высвободился из объятий, сел на кровати и с чувством потянулся. - Я, наверное, спать. А Рэйити знал, что это плохая идея и ничего не выйдет, но все равно спросил: - Может останешься? Когда он задал этот вопрос впервые, то заработал сочувственный взгляд и спокойное, внятное объяснение, почему это невозможно: Ран привык спать один, ему будет неудобно и слишком жарко, он пинается во сне, Рэйити же не хочется заработать синяк, и при чем тут гостеприимство, если его вполне устраивает футон. Но это тогда. В этот раз он молча встал, прихватив испачканное полотенце, прошелся по комнате, нисколько не стесняясь своей наготы. Обернулся уже у двери: - Доброй ночи, Сирасаги-сан. И тихо закрыл ее за собой. Проводив его взглядом, Рэйити вздохнул. Потом перевернулся на спину и еще долго смотрел в потолок, размышляя, как же его так угораздило? Жизнь, впрочем, продолжала идти своим чередом. Через пару недель после начала их с Раном сожительства (термин был довольно мерзенький, но назвать то, что происходило между ними как-то иначе – не поворачивался язык), на горизонте снова объявилась Ферзь, на этот раз с миссией. Встречались они, как обычно, в лав-отеле. Всю дорогу Рэйити скрипел зубами: эта глупая конспирация даже в лучшие времена действовала ему на нервы, а сегодня так и вовсе оседала во рту песком. Захлопнув за ними дверь, он замер, ожидая, что секретарша передаст ему папку с документами и начнет вводить в курс дела, но вместо этого та аккуратно присела на край кровати и внимательно посмотрела снизу вверх. Рэйити невольно напрягся. Чего она ждет? - Ну и как у вас дела? – наконец спросила Ферзь. - Дела? – не сразу сообразил Рэйити. Потом понял, что речь, вероятно, про Рана. – Ты про нашего нового Ладью? Он обвыкся, проблем не создает. Все хорошо. А еще я с ним сплю, но об этом лучше тактично умолчать. - Вот как, – секретарша нахмурилась, видимо ответ ее не устроил. – Ладно. Тогда к делу. Они проговорили еще минут двадцать. Ферзь рассказала о целях, о некоторых, не вошедших в досье деталях, мягко поинтересовалась о сроках и необходимом оборудовании, затем поднялась, дав понять, что встреча окончена, но уходить почему-то не торопилась. - Как давно мы друг друга знаем? Рэйити выгнул брови. Что же с ней сегодня такое? - Лет пять? – он нервно поправил очки и только сейчас сообразил, что на нем новая, тонкая и ужасно модная, выбранная Раном оправа. - Да, – Ферзь кивнула. – Лет пять… – Она вдруг шагнула почти вплотную и осторожно прикоснулась к его руке. – Позволь дать совет. Я говорила об этом Коню, теперь скажу тебе. Не привязывайся слишком сильно, хорошо? И, не дожидаясь ответа, вышла из номера, оставив Рэйити недоумевать в одиночестве. Из города он вернулся в растрепанных чувствах, отмахнулся от расспросов, которыми мгновенно забросал его Ран, и ушел в кабинет. В дороге он успел уже сто раз обдумать, что значили слова Ферзь. Не привязываться к кому? К Фудзимие? С чего бы? И почему она вообще об этом заговорила? Как-то узнала, что они спят вместе? Но откуда? Неужели из-за очков? Знают ли в Критикер? И что теперь будет? Футон, аккуратно свернутый, лежал у стены, и единственный взгляд на него вдруг вызвал дикую злость. Его жизнь была такой хорошей, такой устроенной и упорядоченной, зачем он все испортил? Очень хотелось постучаться головой о стену, но это гарантированно привлекло бы внимание Рана, а видеть его сейчас Рэйити не хотелось. Надо было срочно отвлечься. Он несколько раз глубоко вздохнул, упал в кресло и открыл крышку лэптопа. Работа над миссиями всегда действовала на него успокаивающе. Он успел загрузить все данные и даже набросать пару адекватных вариантов начала операции, когда в комнату заглянул Фудзимия. Склонился над его плечом, принеся с собой запах солнца, земли и цветов, и поставил на стол кружку с чаем. - Пей, пока не остыл. - Сам знаю, – буркнул Рэйити. Он ждал, что Ран уйдет, но тот по-прежнему нависал над ним, прижав к груди деревянный поднос. - Это план нашей следующей миссии? - Пока только набросок, – Рэйити пожал плечами и обернулся. Ран еще несколько секунд смотрел в монитор, как завороженный, потом тыкнул в него пальцем. - Это же моя позиция? Зачем мне обходить этот сектор, если можно пройти напрямик? - Потому что вот здесь, – вздохнув, Рэйити тоже показал участок на карте, – пост охраны, а у охраны есть пулеметы, безопаснее в обход. - Безопаснее, не значит лучше. – Ран вдруг усмехнулся и выразительно посмотрел на него сверху: – Переживаешь за меня, Сирасаги-сан? Это непрофессионально. - Вовсе нет! – тут же возразил Рэйити. Хотя, конечно переживал, и плевать он хотел на профессионализм. - Как скажешь, – Фудзимия понимающе ухмыльнулся и снова перевел взгляд на карту. – Тогда можно устроить диверсию. Как тогда в Маруяме, помнишь? Фейерверк. - Нет, – Рэйити решительно качнул головой. – Там было открытое пространство, а здесь стена. Слишком опасно. Что если тебя заденет рикошетом? - А если не заденет? Так мы сэкономим кучу времени. Заодно, отвлечем внимание части охраны. Рэйити задумался. У него была одна теория, которую не мешало бы проверить. - Скажи, тебе нравится планирование миссий? – Он откатил кресло чуть в сторону и теперь видел, как внимательно Ран вглядывается то в монитор, то в содержимое лежащей у его локтя папки. - Да, – Фудзимия перевел на него сияющий взгляд. – Это весело. Как сеанс одновременной игры. Вот оно. В точку. - Похвально. Только, видишь ли, здесь не выйдет объявить техническую ничью и попробовать сыграть матч снова. Если тебя заденет, пусть даже не серьезно, ты задержишься, а кто тогда прикроет Пешку? Твоя идея хороша, но если что-то пойдет не так, под удар попадешь не только ты. Иногда медленнее, но безопаснее – не значит хуже. Ран нахмурился. - Мне казалось, что план, в первую очередь, должен быть эффективным. - Должен конечно, – Рэйити пожал плечами. – Но надо учитывать, что ты работаешь не с шахматными фигурами, а с людьми. Главная обязанность руководителя группы сделать так, чтобы все его подчиненные остались живы. Понимаешь? - Понимаю. – Ран отвел было взгляд, но вдруг снова пристально на него посмотрел. – Сирасаги-сан, а можно я сейчас схожу на кухню, возьму себе чай, и мы еще поговорим об этом? Несколько мгновений Рэйити вглядывался в его неожиданно серьезное лицо, а затем кивнул. Так они обзавелись новым, странно увлекательным хобби. У Рэйити за плечами был почти пятилетний опыт планирования и руководства всевозможными операциями и несколькими командами, у Рана – недюжинный ум и превосходные аналитические способности, которые он не стеснялся демонстрировать. Закончив с планом миссии и передав технические детали Ферзь, они занялись воображаемыми заданиями: рисовали друг другу карты, придумывали противников и различные ситуации во время боя. Ран хватал все на лету, пару раз обыграл его вчистую, и в какой-то момент Рэйити понял, что испытывает по этому поводу страшную гордость. Накануне миссии они должны были встретиться с остальными Крашерс в Токио. Стоило не приспособленной для такой езды Тойоте преодолеть покрытую колдобинами грунтовку и выехать на шоссе, как Фудзимия вытащил из сумки клипборд с бумагами и ручку, и принялся что-то рисовать, периодически хмурясь и крутя лист из стороны в сторону. Полдороги Рэйити бросал на него заинтересованные взгляды, но полноценно заглянуть ему за плечо удалось только когда они встали в затор на въезде в Сэтагайю. Он успел увидеть поле и что-то вроде комплекса складов, когда Фудзимия пихнул его локтем и прижал клипборд к груди, мешая рассмотреть остальное. - Еще не готово. Покажу, когда закончу. Случилось это, правда, уже на подъезде к Сибуе, так что бумаги перекочевали обратно в сумку, а Ран пожал плечами и пообещал, что покажет все вечером, в гостинице. После чего с совершенно невинным видом поинтересовался, закажут ли они номер с одной кроватью, вогнав Рэйити в состояние легкого ступора, и довольно ухмылялся весь остаток пути. Дверь штабной квартиры оказалась не заперта и внутри уже вовсю орудовал Пешка. Едва завидев их, он подскочил с кресла, чуть не задел стоявшую на подлокотнике здоровенную миску с попкорном и даже убавил звук телевизора. - О! Привет! Я вас жду-жду, а вы опаздываете! – тут же затараторил он. Потом бросил на Рэйити заинтересованный взгляд. – Слон, что это у тебя? Новый имидж? Зачетные! Не зная, что ответить, Рэйити кашлянул и поправил новые очки. - Ну… спасибо… - Не за что, – пробормотал Ран, проходя мимо. Рэйити бросил на него сердитый взгляд, разумеется проигнорированный, и снова переключился на Пешку. - А где Конь? - Без понятия, – Нару пожал плечами. – Может по дороге задержался? - Увидел себя в зеркале и остановился подрочить, – тут же предположил Ран. Он успел устроиться на диване и теперь щелкал каналами. - Ладья! – возмутился Рэйити под громкий хохот Пешки. - Ну а что? – Фудзимия нарочито медленно пристроил свои неприлично длинные ноги на журнальном столике. – Зная нашего Коня… - А он прав, – все еще хихикая, поддержал его Нару. Рэйити очень хотелось закрыть лицо руками. Критикер и их манера вербовать вчерашних школьников… - Вы как дети. - Конь – возможно, а я уже взрослый мальчик, – Ран бесстыдно ему подмигнул и снова перевел взгляд на телевизор. Да уж, не маленький. И они уже говорили об этом. Не далее, как вчера вечером. И Ран всю дорогу закатывал глаза, а потом полез целоваться. - Если ты попробуешь выдать что-нибудь такое в его присутствии, вы опять подеретесь, – в очередной раз напомнил Рэйити, потому что такая у него была обязанность. – И я отказываюсь вас разнимать. Так что, пожалуйста, не провоцируй его. - Я-то не буду, – Ран вздохнул. – А вот за него не ручаюсь. Конь появился только через полчаса и, действительно, какой-то странно встрепанный. Зашел, ни с кем не поздоровавшись, заметил Рана, страшно изменился в лице и почему-то покраснел. Нару тут же схватился за попкорн, Фудзимия, все еще развалившись на диване, делал вид, что ничего не замечает. - Опаздываешь, – сказал Рэйити, чтобы как-то разрядить обстановку. Конь обернулся, выгнул брови, нахмурился, метнул короткий взгляд в сторону Рана, снова перевел его на Рэйити и сжал зубы. Пробормотал: - Пробки… И больше не сказал ни слова. На его памяти это был первый раз, когда во время брифинга никто не задавал вопросов. Нару больше интересовало происходящее между Конем и Ладьей, Ран весьма убедительно изображал статую, а Юси хмурился и периодически бросал на Рэйити такие взгляды, что он даже начал сомневаться: не прав ли был Фудзимия, когда говорил, что Конь к нему неравнодушен и драка была из-за ревности? Влезать между ними сейчас – было как пытаться обезвредить бомбу с помощью молотка, но был ли выбор у Рэйити? Если они пойдут на миссию с таким настроем, то скорее убьются, чем выполнят задание. Он уже ошибся так, с Масато, предпочел не заметить его привязанность к той медсестре, вдвойне непонятную, потому что медсестра была женщиной. Его привязанность к Рану, тем временем, была очень понятной: Рэйити хотелось одновременно закрыть его собой, защитить от всего мира и надавать по голове. Он вздохнул. - И ваши внутренние разногласия не должны помешать выполнению миссии. Они же не помешают? - Нет, – тут же отрезал Ран. Юси поперхнулся воздухом и вскочил. - Ты… – начал он, и Рэйити срочно пришлось напомнить себе об обещании их не разнимать. А потом сделать это еще раз, потому что Фудзимия медленно обернул к нему свое безупречно красивое лицо, на котором огромными, светящимися буквами читалось: «Я же говорил». - Какого черта! – наконец нашелся Юси. - Могу повторить еще раз: я не трогал твою сестру, – Ран прострекотал это с быстротой, точностью и равнодушием пулемета. Паузы ему, в отличие от Коня, были не нужны. - Не примешивай сюда Таё! - А кого еще мне сюда примешивать? – Ран выгнул брови. – Нас с тобой? Это был настолько меткий и ужасающий в своей простоте намек, что Рэйити невольно восхитился. И Юси тоже его понял, потому что покраснел, в очередной раз задохнулся и заорал: - Ты чуть не сломал мне ребро! - А ты чуть не разнес свой дом, потому что гонялся за мной с оружием! – Ран, даже сидя, умудрялся смотреть на него сверху вниз, и Конь вдруг неожиданно сдулся, поник и даже сел обратно в кресло. - Извини. - Извиняться тебе надо не передо мной! – буквально выплюнул Ран. Они замолчали, и в наступившей тишине стало слышно, как увлеченно хрустит попкорном Нару. - Зато помирились, – сказал он в ответ на их укоризненные взгляды и пожал плечами.