это про любовь

Анжела жарила яичницу. Зрелище было аппетитным со всех сторон, и Марк вдумчиво созерцал эту утреннюю картину прямо из кровати. Особую гармонию процессу придавал стакан лимонада в руке, - добрая женщина не допускала обезвоживания ценных клиентов. Форма ее одежды тоже радовала. Трусики с веселенькими оборками-крылышками и фартук. Прихлебывая лимонад, Марк медленно водил взглядом снизу вверх и сверху вниз. Анжела была дылдой, стройной и длинноногой. За четыре года знакомства, она еще больше подтянулась со спины. Наверняка всякие фитнессы и аэробики. Задница выглядела шикарно. Марк со смутным удовольствием пересчитал на ней следы от своих пятерней. Загорелая спина переходила в длинную аристократическую шею и венчалась небольшой головой с хохолком выбеленных прядей спереди. Переложив яичницу в тарелки, Анжела развернулась и перенесла их на стол. - Иди есть. - Ага. – Марк доцедил лимонад, косясь на разлёт ничем не поддерживаемых сисек, сминающих фартук. Сиськи возвышались над столом, как два капиталовложения в недвижимость на длительный срок, и совершенно не подходили к треугольному Анжелкиному лицу. - Чай, кофе? - Кофе, - парень медленно перебрался за стол. К завтраку Анжела щедро нарезала бутербродов из того, что принес Марк. Он поддел вилкой ломоть яичницы с колбасой, сунул в рот, докинул маслину, прожевал и с наслаждением выдохнул: - Богически. Эх, Анжелка, и почему ты до сих пор не замужем? - Ты будешь сто семьдесят третий, кто неправильно просит моей руки, - она поставила перед ним кружку с кофе и села напротив. - Сам-то что по платным подружкам ночуешь? Ты вроде с девушкой стал жить. Марк вспомнил Леру, поморщился и отхлебнул кофе. - Бесплатные подружки обходятся намного дороже. И без гарантии. Яичницы не допросишься. Анжелка расхохоталась: - Вот ты и повзрослел! Ладно, будет еще на тебя зазноба, какие твои годы. Щи-борщи, регулярный секс. Ешь, давай, мне в зал скоро. До двенадцати скидка. - Угу. Я только в душ еще схожу? Быстро. - Полотенца в шкафчике наверху. Телефон на столе пиликнул, подтверждая, что достаточно зарядился и вернулся в мир живых. Марк машинально включил загрузку, - через пятнадцать секунд поверх шеренги сообщений выскочил входящий звонок от брата. Парень обреченно вздохнул и включил прием. - ТЫ-Ы ГДЕ-Е, БЛЯДЬ???!!! – Взревела трубка с такой громкостью, что Анжелка поперхнулась бутербродом на другом краю стола. - Я у Анжелы, блядь, - мрачно сообщил Марк в динамик с расстояния. – Чего надо? - А… - В повисшей паузе было слышно сопение, словно Роман пытался стравить накипевший пар из ноздрей. – Тогда ладно. Заканчивай там и собирайся. Дело есть. - Какое? - Такое. Нас тут по ходу натянуть пытаются втихаря с одним магазином. Какие-то возвраты пихают, Лейла говорит, что это не её товар. - О, Боже. Слушай, возьми их и ее бухгалтеров, товароведов и устрой очную ставку. Обязательно я во всех бумажках должен копаться и длину огурцов сличать? Едва откашлявшись после бутерброда, Анжела фыркнула смехом. Марк хмуро махнул на нее рукой. - Товароведов. Кто там у вас товар отправляет и принимает? А вообще я давно говорил, что на камеру надо погрузку и разгрузку записывать, со всеми датами, подписями и рожами. Не надо на современной технике жмотиться, это время на разборки экономит. - Короче, я сейчас тут такие разборки устрою, если ты не приедешь!! – Заорала трубка с обновленным напором, - Живо дуй и говори, кому какие бумажки взять, я эти огурцы ща всем примерю и в рот и в жопу, понял?! - Рома, не ори, ты как гопник в подворотне, генеральный директор, блин. У меня еще институт, между прочим! - Сначала дело, потом там штаны протирать будешь! - Ладно, ща приеду… - И чтоб на мужика был похож, ясно? - Затрахал ты уже, ясно! - Шевелись! – В конце разговора Роман вдруг гыгыкнул и совершенно другим тоном добавил: - Манечке там привет передавай. - Кому? - Марианке моей, - Анжела прислушивалась с живым интересом. - А, сам передашь. Ее тут нет. Пока. - Анжелка пусть передаст! Марк выключил телефон. - Манечка, блин. Вообще, подруге Анжелы это имя подходило куда больше, чем пафосное «Марианна». Маня - она и есть маня. Мерлинмонро кондитерского цеха. Но Рому с нее что-то пёрло. - Слушай, - Марк поднял голову, прищурившись, - А что вы все как на подбор: Марианны, Анжелики, Жанны, Виктории? Попроще имена не котируются? - Попроще, милый, - это другая ценовая категория. - Усёк. Как тебя на самом деле зовут? - Так и зовут. - Да ладно. Колись. В конце-концов, ты лишила меня девственности, – я имею право знать твое имя. Она посмотрела на него с усмешкой. - Евгения. Женя. - О… - Марк подпёр голову рукой. – Ну да. Теперь все сходится. Глянув на себя в зеркало над раковиной, Марк тяжко вздохнул в очередной раз. На мужика он по-любому будет похож, - на опухшего от тяжкой доли гастарбайтера. Наследие матери – восточные веки и скулы выпирали после вчерашнего во всей красе. Еще рожу пошире отожрать, бородой обрасти и «Рома будет щаслив». Вместе можно менеджеров в офисах пугать. - Чучмек, блин, - пробормотал Марк и принялся изучать себя поближе. Обрасти приличной бородой предстояло нескоро. «Благородные» ирано-персидские гены Рами все закончились на Роминой щетине. Марку досталось три волосинки тут, две волосинки там, - лучше даже не позориться с тем, что отрастает. - Же-е-ееень! – Простонал он в приоткрытую дверь. – У тебя бритва есть? Одноразовая. Розовая бритва, фруктовое мыло и холодная вода ситуацию отполировали, но не исправили. Чувствовал себя Марк все таким же опухшим, сонным и желающим лежать в кровати с лимонадом. Приехать бы сейчас домой, забаррикадироваться и поспать пару суток. К сожалению, такой роскоши нельзя было себе позволить. Особенно дома. Марк запретил себе думать о тихой маленькой комнате на даче и тем более об избушке в лесу. Зло встряхнулся. - Ок, прорвемся. Пошарив по карманам, он вытащил помятую белую коробочку с иностранным названием. В блистере на солидном расстоянии друг от друга лежали четыре таблетки-стимулятора. Дорогие и экспериментальные. - Черт с вами, мне сегодня это действительно нужно. *** В институт удалось успеть только на последнюю пару. Марк был собой доволен, - разборки по отработанному сценарию закончились Роминым триумфом. Можно было и поспокойней… Зато новый директор магазина ознакомился с темпераментом поставщика и еще десять раз подумает прежде чем смухлевать или соскочить. Потом был шанс успеть на шестую пару, но Рома поволок обстоятельно обедать. - Вечером чё делаешь? Жду в качалке, глистеныш. – Брат, как всегда, отличался тактичностью. - Пойду по бабам. И хватит мне на яйца наступать, достал. – Марк, не моргнув глазом, вернул монету. – Чтобы не звонил мне до завтрашнего утра. Отвлекает. - Ладно-ладно, - Роман сыто ткнул его в плечо. – Молодец, гуляй, не кисни. Настроение после обеда было благодушным. К седьмой паре Марк явился в просветленном сознании. Снял записи лекций у Тохи, побазарил с парнями и даже хлопнул Леру по попе, по старой памяти. Вечер обещал много интересного. Из института выходили все вместе. - Охренеть! – Тоха прижал руку к груди при виде стоящей напротив тачки. – Я такую только в календаре видел! - Интересно, чья? – Нервно облизнулась Лера. - Цвет – пипец. – Сообщил свое мнение Серж. – А красный вообще пошлость. «Да он издевается» - весело подумал Марк, шагнул вперед, разворачиваясь к приятелям: - Ну ладно, мне пора. Водила ждет. И «сделал ручкой»: - Пока, неудачники. Сбежав со ступенек, он тормознул перед желтым Феррари и распахнул дверь. - Марк, подвезешь?! – мигом сориентировалась Лера. - Сорри, детка, - Марк широко улыбнулся, опускаясь на пассажирское сиденье. – Здесь только два места. - Ну как? – Поинтересовался Сарват, улыбаясь одними глазами и, может быть, самыми уголками рта. - Ссут кипятком, - доложил Марк. – Сейчас подошвы расплавятся. Поехали, братишка, я свою тачку потом заберу. А то у меня тоже пригорает. Мать моя женщина, это же Феррари! Он не удержался, провел пальцами по приборной панели, - та выглядела очень по-итальянски, одновременно скупо и дорого. - Что, прям гоночная? - Жесткая. – Сарват хищно оскалился в улыбке. Вип-кабинет в здании бывшей фабрики успел обрасти новыми деталями за прошедший день. Прибавилось подушек и ковров. Диваны встали шире, между ними на подставках появились дико красивые резные курильницы, - от них тянуло сладким дымком. - Я как будто опять к тебе домой попал, - потянул носом Марк, все еще хмельной и возбужденный после поездки. – Чего ты оттуда вообще уехал, асфальт для Феррари не подходит? - Ты своими россказнями о столице мира засорил мне все мозги. Стало интересно. - Ну и как, круто здесь? - В чем-то да… В чем-то нет. Здесь не хватает солнца, тепла, воздуха и настоящей красоты в деталях. Но возможностей много, этого не отнять. На своей территории я делаю так, как удобно мне. Разве это плохо? Сарват сделал широкий жест рукой. Марк вдохнул дым благовоний. Захотелось упасть на диван, скатиться на ковер и там валяться. А потом устроить бой подушками. *** «Если бы ты был девчонкой, я бы тебя украл» - смеется Сарват, когда Малих хвастается обновкой. Новая рубашка длинновата и похожа на платье. А кудри вьются локонами, - Иман так очень нравится и она пока не разрешает никому стричь мальчика. Сарват протягивает руку и по-хозяйски наматывает черную прядь на палец. Марк отпрыгивает, бьёт по протянутой руке: «Я не девчонка!» Сарват выгибает бровь, мальчишки вокруг смеются, дразнят, чмокают губами: «девчонка, девчонка». Марк сжимает кулаки и топает ногой: «Я бы тебе так наподдал!» «Сначала стань похож на парня», - повелитель всех окрестных мальчишек лениво улыбается: «Киньте его в кусты». *** - Сколько можно слушать одно и то же. Подумаешь, «метро, эскалатор», - Сарват встает с нагретого за день камня и величественно поворачивается. – Я ухожу. Его правая рука, молчаливый широкоплечий парень дрессированно вскакивает. Остальные сидят, заворожено глядя на, то, как Марк извлекает из-за пазухи плоскую коробочку с экраном и кнопками. - Как хочешь, - ухмыляется Марк. – Я как раз новую электронную игру привез. Хотел дать всем немножко поиграть. Мальчишки с одобрительным ропотом сдвигаются к нему вплотную. - И мне дашь? – срывающимся от недоверия голосом переспрашивает какой-то шкет, протискиваясь между чужими локтями. - Конечно. Всем по два раза. Занимай очередь. За поднявшимся гвалтом и распределением мест никто не замечает, что Сарват уходит один. *** - Он говорит, что… отмотай назад, неразборчиво. Они сидят с Сарватом вдвоем перед видеомагнитофоном и чуть не стукаются лбами, вслушиваясь в то, что говорит американский актер. Кассета импортная, из тех, что отец не позволяет брать. Без перевода. Марк понимает два-три слова из предложения, и это гораздо больше, чем различает Сарват. Громко включать нельзя, чтобы не запалили. - Он говорит: «твою мать, бросай пушку, или сейчас все мозги по стенке размажу. Где бабки?» - Так я и думал, - шепчет Сарват. Марк шикает на него, чтобы не глушил следующую фразу и парень прижимает пальцы к губам. *** Дым кальяна причудливо струился вверх. Вкус у него был не такой как вчера. Марк пытался выдуть колечки, но так четко, как у Сарвата не выходило. Разговор тянулся и тянулся. Сарват спрашивал, Марк рассказывал, чувствуя себя опытным проводником в этом городе возможностей, видавшим виды бизнесменом, который может позволить себе делиться ресурсом с расчетом на будущие инвестиции. Слуги входили и выходили почти бесшумно, меняли тарелки, приносили напитки. Других развлечений пока не предлагали. Марку не особо и хотелось чего-то другого. Этот кабинет был меньше и проще, чем роскошная ложа в центральном клубе, зато тут было уютно. Ароматный дымок и приглушенный свет создавали довольно интимную обстановку. Взбудораженные поездкой нервы успокоились. Ритмичные басы дискотеки слышались издалека. Казалось, что комната наверху плывет и качается в собственной возвышенной изоляции. Марк расслабленно съехал на диване, передавая мундштук, и ткнулся плечом в плечо Сарвата. Открывшаяся дверь резанула коротким сполохом красного, блестящего. Марк моргнул. Девчонка. Рыжая. Босиком. Босоножки торчали за поясом короткого платья, на лице плясала широченная улыбка. - Сарватик! – Она подпрыгнула на месте от избытка чувств. – Ты здесь! Так и знала!!! - Ты… как сюда попала, кто тебя пустил? – Мужчина приподнялся на диване. - А я залезла! По решеткам и в щелочку. Прикинь, я крута! Твои мордовороты меня не слушали. Девчонка оглянулась и стремительно метнулась вперед, запрыгивая на диван. Следом ввалился охранник и официант, затормозили и уставились на хозяина, как кролики на удава. Девчонка громко чмокнула Сарвата в щеку и закинула обе руки ему на шею. - Ну, ты мне рад? – Она улыбалась победоносно и лучезарно, как будто не сомневалась в ответе. Марк посмотрел на ее улыбку, немного неровные зубы, тонкую шею, часто поднимающуюся маленькую грудь, узкие сильные бедра, едва прикрытые платьем, сверкающие коленки. Огнищще. Девчонка была из тех, кому мужики вслед шею сворачивают и сами не понимают почему. Только мелкая еще. - Привет! - Она улыбнулась Марку и укоризненно коснулась пальцем носа Сарвата. - Приехал и мне не позвонил. Я жду-жду. - Кхм. – Сарват опомнился, и отвел ее руки. Хмуро глянул на охрану, - те мигом подскочили, подхватывая девчонку с двух сторон и сдергивая с дивана. - Сарват! – Взвизгнула она. – Пустите! Вы что?! Сарват! Я к тебе! Я сказать хотела!!! - Я тебе больше не рад, - равнодушно сел обратно хозяин клуба. – Прощай. - Саа-а-рва-а-аат! – Она забрыкалась в дверях. – Пустите!!! Я беременная!!!! У нас будет ребенок!!! - Опа, - Марк переводил взгляд с одного участника сцены на другого. – Это что, все серьезно? Ее звали Алла. Сидя в кресле напротив, она обнимала подушку и хлюпала носом: - Сарватик… Не серди-ись. Я думала, ты меня любишь. И обрадуешься… - Ты в курсе, что есть такие штуки «презервативы», - тихо поинтересовался Марк не по-русски, слегка наклоняясь к Сарвату. - Это не твое дело, - так же ответил тот, набирая номер на телефоне. - Ты совсем рехнулся? Сколько ей лет? Это дело, случайно не подсудное? - А кто на меня в суд подаст, ты? - Я здесь при чем? Она и подаст. - И что? Кто ей поверит? - Ну-у-у.. Сарват усмехнулся: - Поверь, здесь ее никто не видел и не знает. Мало ли с кем она шлялась на дискотеке, я за это не отвечаю. - Но так нельзя. - Что нельзя? Девушке нельзя такое платье надевать, когда из дома выходит. Очередная шлюха, которая хочет денег. - Не похоже. Гудки в трубке сменились мужским голосом. - Доктор Сахим, - Сарват встал и повернулся спиной, медленно шествуя к ширме в углу, - Да… Пришлите мне курьера… - Эй, - девушка снова шмыгнула носом. – Невежливо разговаривать на непонятном языке. - Невежливо лезть без спросу, куда не надо, - буркнул Марк. – Сидела бы ты дома, уроки учила. - Тебя спросить забыла, - она крепче стиснула подушку. – Ты вообще кто, его новый любимчик? Марк тихо фыркнул, не собираясь ничего объяснять и рассказывать. Тем более то, что говорил по телефону Сарват, было более напрягающим. - Ты чего удумал? – Подойдя ближе, Марк сдвинул брови и снова понизил голос. – Соображаешь вообще? Обкурился? Ты не у себя в городишке, где вся ментура на поводке. Всплывет, не отмоешься. Давай по-хорошему с ней реши. Может она вообще всё придумала. - Успокойся. – Сарват выключил телефон. – Считай, что я ей просто помогу. Современная медицина. Пара таблеточек для верности. Должно сработать. - А объясниться с ней сначала не хочешь? Может, она против такого, блин, эксперимента. И вообще, это наверное так не делается. Не на коленке посреди ночи. Вдруг что. Есть же нормальные частные клиники. И вообще, ты не думал, что это на самом деле может быть твой ребенок? Поговори с ней по-человечески. Я могу выйти, если что. - Я тебя не держу. - Сарват. Не делай глупостей. Подумай. Неправильно это все. - Здесь я решаю, что правильно. Чей бы ни был этот ублюдок, я не позволю всякой безродной твари меня порочить. - Ну вообще. Ты же сам с ней спал! - Убирайся отсюда. - Придурок, я пытаюсь помочь разрулить все без последствий. - Это не твое дело! – Рявкнул Сарват, выходя из себя. - Сарватик… - испуганно пискнула девчонка. – Не сердись, пожалуйста. О чем вы говорите? - Оке-е-ей, - нехорошо протянул Марк, отступая. – Вижу, ты не сильно изменился. Он подхватил с дивана свою сумку с ноутом и направился к выходу. Охранники расступились. У порога Марк обернулся. - Алла, слушай. Сарват очень злится. Тебе сейчас лучше уйти. Пойдем, я посажу тебя на такси до дома. Вернешься завтра… с кем-нибудь вместе. Когда он остынет, протрезвеет и как следует подумает. Тогда поговорите. Младший Гассан скрежетнул зубами с такой яростью, что девчонка сжалась в своем кресле. - Или хочешь остаться вот с ними? – Марк кивнул на охрану. - Ты об этом пожалеешь, - прошипел Сарват. - Что? Твой косяк и ты мне угрожаешь? Еще прикажи бросить в кусты. – Марк зло усмехнулся. – Это не твой город, здесь так не прокатит. Алла сутулилась, одергивала платье. На улице было прохладно. Подходы к фабрике отрезали жилые массивы от бывшего производства длинными, темными, неухоженными аллеями. - У тебя родные есть? Отец, брат, дядя? Завтра с ними придешь, иначе тебя никто даже слушать не будет, - проворчал Марк. – У восточных людей голова по-другому устроена, понимать надо. - Я не могу! У меня отец мент, он меня вообще убъёт, если узнает. - А чем ты вообще раньше думала? - Я не знаю. Я просто на дискотеку пошла. Все как-то само… так быстро случилось. - Само… Первый раз что ли? - Мм-м-м, - Она еще сильнее попыталась стянуть вниз подол платья. Яркая тряпочка была не по фигуре: коротковата, широковата, топорщилась складками вокруг пояса. - Дурында. Так и хочется сказать, что сама виновата. - Почему? Он ведь был как настоящий принц. Пригласил к себе наверх, угощал, потом на машине катал. Я ему поверила… с первого взгляда. У меня подружки поумирали от зависти. - Откуда вы такие наивные. А еще дочь мента. Сказок не бывает. - Я что, ему теперь совсем не нужна? В голосе девчонки нарастало отчаяние. Марк вздохнул: - Мой тебе совет: разберешься с… этим и забудь про Сарвата, живи своей жизнью. Чем дальше от него, тем лучше. Такси в этом районе словно перевелись. Марк набрал водителю Володе, но абонент был вне зоны доступа. Редкие машины даже не притормаживали. Метро закрылось, автобусов, наверное, тоже ждать не стоило. - Да что за нафиг, - парень набрал еще раз. Алла дрожала рядом и выглядела как человек, над которым начал рушиться мир. - Эй, соберись. Это еще не конец света. - А что… - она шмыгнула носом. – Что хуже? Марк мог бы привести много примеров, но буркнул: - Все нормально будет. Наконец рядом остановилась порядком потрепанная тачка. Марк сунулся внутрь, глянул на чернявого водилу: - Барии ереко! - Бари ереко, аргели! – обрадовался немолодой армянин. - Куда едем? - Отвези сестренку, будь другом. Прямо до дома, тут не очень далеко, посмотри, чтобы нормально дошла. - Сделаем, уважаемый! - А… он точно довезет? – Жалко прошептала Алла, заметив темное усатое лицо. – Это же не такси. - Теперь-то что опомнилась, - вздохнул Марк. – Довезет, нормальный дядька. Садись. Проводив взглядом номера машины, парень встряхнулся, закинул наверх отрастающую челку. Ему было в другую сторону и вообще. Наверное, надо было немного пройтись. *** Когда он подъехал к дому, майское небо начало светлеть. Добравшись до спальни, Марк плотно задернул шторы и скинул одежду как попало, - что на пол, что на тумбу поверх книг . Вполз под одеяло. Глаза ломило от усталости. На душе было как-то гадостно. Парень помял подушку, накрылся с головой, только нос торчал. В спальне было прохладно, и он все никак не мог согреться и расслабиться. Повертелся, стараясь гнать от себя мысли. Надо просто выкинуть лишнее из головы, отключиться и выспаться. Тогда все пойдет на лад. Почему-то собственная удобная кровать теперь наводила на мысли о мучительной тихой панике. Бессонница тикала в висках. Сон не шел. «Надо бухнуть, чтобы вырубило». В шкафу под барной стойкой стояла начатая бутылка коньяка. Ёжась от внутреннего озноба, Марк налил полную стопку, выдохнул, опрокинул в себя. Алкоголь обжег горло, разошелся в груди жаром и влился в кровь, так что вены натянулись. Кухня стала ярче в два раза. - Так… - Марк налил вторую. – Так не пойдет. Надо ч-чтобы сразу. Обратный путь до кровати был долог и извилист. Пол предательски проминался под ногами, зажатая в кулаке бутылка стукалась обо все углы. - Вот так в по-ря-де… Майка почему-то была мокрой и мерзко холодила грудь. Марк стащил ее непослушными пальцами, шатнувшись и врезавшись боком в шкаф. Шкаф. Там должно быть. Переодеться. Марк вытащил скомканный Лёхин свитер, обнял его и завалился в постель.