Успеть до грозы

      Нынче Гэвина Рида раздражало все вокруг. Надоедливые коллеги, мухами слетающиеся на кухню, где хочется провести хоть пару минут в одиночестве; Ричард, постоянно оказывающийся на пути, куда бы детектив не направлялся и протягивающий какие-то бумажки, натянуто улыбаясь со льдом в глазах, мол, быстро взял и все сделал или хуже будет. Мужчина в такие моменты опускал язвительные оскорбления, но на лице Ричи ничего не менялось, лишь искрами рассыпалась насмешка вперемежку с холодом во взгляде, и это еще больше раздражало, выводило из себя, но Гэвин подчинялся, выхватывая папку и быстрым шагом исчезая за поворотом. Лишь бы не видеть эту ухмылку, каменную стойкость и идеально выглаженную форму на крупном теле.       Проклятье.       Он что, опять предается мыслям о Ричарде, вместо того, чтобы выслушивать отчет Фаулера? Тот, к слову, уставился на Рида, с вопросительно изогнутой бровью, и Гэвин, закатив глаза, усаживается на стул по-человечески, не подпирая щеку кулаком и не считая количество дырок в потолке. А Ричи с любопытным выражением лица следит за небольшим конфликтом. Видать радуется, что и самому Гэвину немного достается.       Собрание скучно, как и всегда, так что, когда объявляют конец заседания, Гэвин с радостным «ну наконец-то!» пулей вылетает из кабинета, а Фаулер мысленно обещает себе вновь вызвать к себе на ковер детектива, дабы кое-что разъяснить. Ричард оперативно предлагает помощь в расследовании, и капитан вяло отмахивается от него, уже и так слишком многое на себя берет. И откуда в нем столько энергии и желания помочь везде и всем? Авось так и перевоспитает или, хотя бы, возьмет на цепь Гэвина, вновь разгулявшегося не на шутку.       Ричард в этом не видит никаких трудностей. Ричард умеет терпеть.       И посему следует на кухню, где на перерыве толпятся несколько знакомых. И сам Гэвин, кстати, тоже — сидит, забившись в угол, с гримасой отвращения ко всему миру на лице. Все остальные, привыкшие видеть своего коллегу таким всегда, попросту не обращают внимания.       — Как Рождество встретишь, а, Крис? — слышит отрывок разговора Ричи, пробираясь к кофейнику.       — С семьей, конечно же, — лучезарно улыбается темноволосый мужчина с проседью в некоторых прядях, а в уголках глаз собираются морщинки. — Дочке прямо перед ним исполняется четыре годика, представляешь? Так быстро растет, ты не представляешь! Полицейские одобрительно гудят в ответ, а Ричард ненавязчиво встает рядом, опираясь на стол бедром.       — Ну, а ты? — обращается юноша к Риду, видно, заскучавшему в своем уголке.       — Что? — резко бросает в ответ Гэвин, поднимая взгляд на коллегу.       — Где Рождество встретишь? На лице мелькает тень удивления, и детектив мнется пару секунд, перед тем как грубо отшить Ричи:       — Тебя ебет? Стремительный разворот на месте — и Ричард оказывается слишком близко к мужчине.       — Тебя, видно, ебут мало. И такой же порывистый уход на прежнюю позицию. В ответ — шок на лице и гробовое молчание. Куда-то испаряются все полицейские, и Рид вновь остается один, наедине с вопросом, трепыхающимся в голове об черепушку, словно дурная птица в клетке. Что, это, блять, было?       Как бы ему не хотелось признавать, но Ричард всегда умело увертывался от его ядовитых насмешек, а в отместку заставлял смущаться, из-за чего на щеках мужчины позорно проступали красные пятна, которые хоть немного скрывала отросшая щетина. Но сам факт того, что его вгоняет в краску какой-то юноша, заставлял просто выть от досады и рвать на себе волосы!       Вот и сейчас Гэвин в смятении мял бумажный стаканчик на кухне, пытаясь утихомирить чувства, бурей вскипевшие у него внутри. Удавалось с трудом, но рабочий день вскоре подойдет к концу, и можно будет отвлечься по-настоящему.

***

      Мирным потоком коллеги выстраивались в очередь у терминалов, дабы отметить свой уход с работы, негромко переговариваясь, радуясь выходным, а Гэвин только-только закончил с предпоследним отчетом, любезно выданным ему Ричардом. Глядя на спешащих домой людишек, мужчина подавляет громкий стон обиды, понимая, что ему придется задержаться здесь еще надолго.       От толпы отделяется Ричи, направляясь к Риду, и тот хмурится, сжимая зубы на колпачке от ручки, таким образом, хоть как-то перенаправляя свое раздражение.       — Закончил? — спокойно интересуется юноша, приседая на край стола Рида, скрещивая руки и принимая защитную позу. Готовится к потоку ругани в ответ, уже ставшему привычным.       — Как видишь, еще нет, — язвительно отвечает в ответ Гэвин, стараясь игнорировать явные попытки Ричарда нарушить его личное пространство. Уж было собирается оставить заковыристую подпись на нижней строчке, как ладонь коллеги мягко опускается на белый лист, чуть ли не сливаясь с ним. Детектив замирает с занесенной рукой и поворачивается к юноше, чуя какой-то подвох.       — Домой иди, завтра доделаешь, это же не срочно, — рука все таким же плавным и аккуратным движением закрывает папку, проводя кончиками пальцев по шероховатой поверхности, а после прячет папку в столе. Чужое плечо задевает руку Гэвина, и тот вздрагивает, выходя из оцепенения, и рывком отодвигается в сторону. В глазах Ричарда до боли знакомые смешинки, но на губах молчание, даже ни намека на издевку или желание отомстить. Проявление заботы, про которую Гэвин Рид уже успел забыть.       Ричи уходит, оставляя детектива с кучей сомнения на плечах, в плохо освещенной комнатушке, куда золотом проливается последний луч солнца, спеша скрыться за горизонтом. А Гэвин понимает, что ему нужен кофе и спокойная атмосфера, идеально подходящая для раздумий.       Перепрыгивая через ступеньки, Гэвин быстро оказывается на втором этаже, где уже царила пустота, только уборщик скребся где-то в кабинетах. Детектива не волновало, что он сильно задерживается. Он в ладах с охранником — выпустят его отсюда когда угодно. В руках горячий кофе, а перед глазами тонкие пальцы Ричарда.       Гэвин Рид не был желанным ребенком в семье. Мать залетела от черт пойми кого, ненавидела своего сына всей душой и сердцем, игнорировала счастье в его глазах и восторг, когда у маленького Гэвина что-то выходило. Годы шли, и ребенок не понимал, почему мама отвергает его, не дает ласку и заботу, почему он чувствует себя кукушонком, подкинутым в чье-то гнездо? Он думал, что все из-за него, что он недостаточно старается в школе. Но даже когда он показывал сверкающими красной пастой отличные отметки по всем предметам, он не видел на устах матери ни намека на улыбку. Сухое «молодец» в ответ, и она отворачивалась от Гэвина, ломая его душу, кромсая его сердце на мелкие кусочки, даже не осознавая, что она с ним делает. Плохая компания в старшей школе — и единственный выход, дабы скрыть боль — стать говнюком. Когда разрушают тебя, и ты разрушаешь кого-то другого. Гэвин курит крепкие сигареты, Гэвин чуть не скатывается к наркотикам, Гэвин употребляет дешевый алкоголь. Из этого ада его вытаскивает она, его первая любовь и единственная, как считал он тогда. Выбивает терпкие сигары из рук, терпит его вспышки гнева, и целует в искусанные до крови губы, чтобы излечить от горькой, противной скорби где-то под кожей. Он поступает в полицейскую академию, он восстает из пепла, словно феникс и отворачивается от своего прошлого, от матери и его обиды. Он борется со своими демонами, почти сожравшими черную душонку и пытается отмыть ее, вывернуть наизнанку самого себя, лишь бы стать нормальным человеком. Она смеется звонко-звонко, словно соловей заливается трелями на рассвете, и он не может сдержать счастливую улыбку, чувствуя как раскрывают побитые крылья бабочки в животе.       А после все рушится. И Гэвин почти срывается, стоит на тонком льду при весне, пятнает ванную алой кровью и почти встречается со смертью. Но она спасает в последний раз, гневается и исчезает из его сердца и жизни, оставляя после себя прогорклый привкус по рту, да дыру, где должно биться здоровое сердце. Гэвин чувствует липкие объятия загробного мира, но вырывается на свет, вновь убегая от всего этого.       Работа, работа и еще раз работа — его спасение. Видя, как Хэнк меняется после потери напарника, Гэвин видит в нем себя самого. Прячет боль под своей шкурой, выставляя иглы напоказ, но скрывает мягкое нутро и сильную боль, стягивающую сердце. Но он не подбодрит, он не посоветует. Ему плевать, он больше не желает кому-то открывать свою душу, выставляя нараспашку себя.       А Ричард, проклятый Ричард с его тонкими изящными пальцами, вдруг пытается разрушить его защиту, пробиться внутрь, к нему. Гэвин Рид чувствует, как поддается, как ломается под ним и не может более терпеть, он никогда особо не отличался хорошим терпением.       Алые лучи закатного светила скользят по его лицу, и Гэвин откидывается на мягкую спинку кресла, скрещивая ноги, наблюдая за тем, как заканчивается очередной день. Небо темнеет, тучи скрывают яркий свет, и Риду становится неуютно в этом огромном и тихом помещении. Казалось, будто тени ожили и пустились в пляс, словно бесята, выскользнувшие из врат ада. Детектив резко встает, но замирает, заслышав чьи-то шаги на лестнице.       По перилам скользит до жути знакомая бледная рука, и в проеме показывается Ричард, с задумчивым выражением лица. Гэвин Рид не замечает, как проливается остывший кофе ему на руку и как сминается стаканчик. Не замечает как оказывается на улице, подальше от Ричи, как вдыхает морозный воздух всей грудью.       — Чего сбежал-то? — мурлычет Ричард на ухо, каким-то образом оказываясь прямо возле него.       — Да чтоб тебя! — Гэвин отпрыгивает от юноши, все еще чувствуя призрака теплого дыхания, защекотавшего мочку уха. — Нахер ты подкрадываешься так внезапно?       — Извини, — просто отвечает в ответ тот, дернув плечом, а Гэвин зависает в нерешительности, не совсем ожидая такой ответ. А пока Рид пытается перезагрузить свой мозг, Ричи продолжает, как ни в чем не бывало. — Знаешь, я вот подумал, что праздновать Рождество одному слишком скучно, так что, можешь заглянуть ко мне, если вдруг захочешь. Ричард с таким же равнодушным выражением лица называет адрес, кидает улыбку на прощание и, не дожидаясь ответа, удаляется.       Гэвин Рид продолжает стоять с ошалелым выражением лица посреди улицы еще минуту, а после, встряхнувшись, сваливает домой обдумывать произошедшее.