Тварь

Юнги ошарашено наблюдает за тем, как муж мечется по кухне, открывая шкафы один за другим. Он все еще течет, Ким все еще это знает, но сосредоточенно ищет что-то на полках, пока не хватает пару склянок, тут же ссыпая их воедино и заливая кипятком. Руки волка дрожат, и вода расплескивается на стол, но никому до этого нет дела. Намджун отставляет чайник и напряженно сжимает столешницу побелевшими пальцами, смотря в чашку с отваром. — Ты ведь не хочешь забеременеть еще раз? — убито спрашивает он, вглядываясь в плавающие в кипятке листья. Пару секунд спустя достает маленькое ситце и процеживает жидкость, убирая все лишнее. — Выпей это, если не хочешь. И выпьешь еще… после. — Что? — вырывается у Юнги, мало соображающего в данный момент. Супруг отказывается от детей… добровольно? Или это все ради Мина? Что за нелепые жертвы в такой момент? Намджун же хотел… До открытого окна доносится срывающийся, отчаянный вопль (неужели люди могут так страшно кричать?), и все мысли вылетают из омежьей головы — он хватает чашку, заботливо долитую холодной водой, и выпивает до дна залпом, слишком напуганный, чтобы думать о чем-то, кроме нежелания быть на месте Чимина. Альфа и омега смотрят друг на друга, не решая двинуться — но живот последнего пронзает тянущая боль, от которой он морщится, обнимая себя; его тут же поддерживает Намджун, прижимая к себе слишком крепко, чтобы младший мог двигаться. Чужой нос зарывается в волосы, пальцы перебирают пряди, желая заполучить больше; Ким спускается ниже, ведет губами за ухом и мягко прикусывает старый след от зубов, который все еще белел на омежьей шее. Прикосновение неожиданно вызывает прошивающую все тело сладкую дрожь, от которой сводит низ живота и ноги. В ту ночь альфа не ставил метку, чему удивлялись все, но Юнги — нет: на его теле и так осталось слишком много говорящих о принадлежности следов. И никогда бы Мин не подумал, что будет так реагировать на простое касание. — Пойдем наверх? — зачем-то спрашивает Намджун, но плохо сдерживаемую похоть выдают вцепившиеся в омегу руки. Он заглядывает в чужие глаза, ожидая ответа, и Юнги понимает — без его согласия супруг снова сбежит, оставив переживать течку одного. — Да, — выходит неслышно, поэтому Мин повторяет. — Да, да, идем, — они делают шаг, и парень чуть не валится на пол из-за пульсирующей по телу боли. «Я не дойду», — хочет сказать он, но альфа в который раз легко подхватывает маленькое тело, не желая больше медлить, и несется по лестнице в спальню.