Быть Первой

Мелани. Открыв глаза, первым, что я почувствовала, была странная пустота внутри меня. Я пошевелилась. Пошевелилась… Я — снова я? Процедура прошла успешно, во мне и следа инопланетян не осталось. Но почему-то мне от этого не легче… По какой причине мне плохо от того, что во мне никого нет, почему я тоскую по голосу Души в моей голове? Душа, Тусон, лечебница… Вдруг меня словно током ударило, я резко села и огляделась. Это была какая-то комната, в которой был приглушён свет, и в ней, очевидно, поддерживали определённую температуру. Было прохладно, но на морг это похоже меньше всего, и к тому же я лежала на кровати, а не на железном столе в окружении трупов… Господи, это же Души… какие трупы? Внезапно мой слух абсолютно явственно уловил чьи-то шаги за стеной. Ко мне кто-то направлялся. Я быстро легла на кровать, стараясь принять прежнее положение. Через секунду дверь открылась, и в комнату кто-то вошёл. Судя по стуку каблуков, вошла женщина. Она приблизилась ко мне и провела ладонью по моему лбу, вниз по волосам, и сочувствующе вздохнула. Затем, по шуршанию одежды я поняла, что она повернулась ко мне спиной, и только тогда я рискнула приоткрыть один глаз. Она и вправду стояла ко мне спиной и что-то делала на столике, стоящем неподалёку. Я окинула взглядом её спину, поворачиваться она не планировала. Продолжив изучение ее спины, я задержалась взглядом на ее кармане. В нём лежал пузырёк, который я сразу узнала сквозь тонкую ткань халата. Это был «Сон». Я аккуратно подняла руку, так, чтобы не зашуршала ткань подо мной, и потянула руку к её одежде. Она даже предположить не могла, что труп позади неё мог ожить, поэтому, собственно, и не беспокоилась. Я зацепила пальцем колпачок распылителя и слегка потянула. Целительница замерла, и моё сердце ухнуло куда-то вниз. Однако женщина не повернулась и даже не посмотрела вниз, на свой бок. Она лишь вдохнула через рот и… чихнула. Я тихо выдохнула и продолжила вытаскивать лекарство из её кармана, молясь всем святым, которых помнила, чтобы не выронить его из трясущихся рук. И скоро мне это удалось, и я поспешила принять горизонтальное положение, зажав баллончик в похолодевшей руке. Врач повернулась лицом и склонилась надо мной, сквозь прищуренные глаза я заметила шприц с какой-то жидкостью внутри. Она хотела сделать мне укол? Зачем? Если я и так мертва. Я сильнее сжала баллончик и, когда игла шприца коснулась кожи, я резко села и, воспользовавшись её замешательством, прыснула пару раз снотворным в лицо. Целительница замерла, глаза закатились, и она непременно упала бы вниз, если бы я не подхватила её в последнюю секунду. Положив Вязь на кровать, на которой лежала сама, я начала лихорадочно придумывать план действий. Как мне выбраться незамеченной и как найти Анни… Как она выглядит? Я не видела тела до переселения… Как же мне найти её? Господи, милая, где ты, как выглядишь? Я пошарила глазами по комнате и обнаружила халат Целителя. Сойдёт как прикрытие. Я быстро подбежала к нему и накинула поверх своей одежды, замотавшись так, чтобы моего лица видно не было. В заднем кармане я наткнулась на что-то твёрдое и острое. Ключи от машины. Я вытащила их и сжала в руке. Анни всё продумала. Теперь я вспомнила, как за секунду до того, как повесить джинсы на спинку стула, она ловко сунула их в карман. Девчонка знала, что делает. Я опасливо выглянула в соседнюю комнату и вышла, только убедившись, что там никого нет. Быстрым шагом пересекая комнату, одновременно с тем я машинально искала глазами хоть кого-нибудь, кто подошел бы на роль моей Души. Взгляду не на кого было упасть. Создалось впечатление, что в больнице была лишь я. Только в регистратуре меня встретила улыбкой Лазурь. Сердце заколотилось при встрече с захватчиками. Инстинкты срабатывают. Но я сделала вдох поглубже и медленно, не спеша, чтобы не вызывать подозрений, прошла мимо неё, постоянно опуская вниз глаза. На улице мне повезло меньше. Несколько человек стояли рядом с выходом и о чём-то оживлённо болтали, но увидев меня, все дружно поздоровались, выражая почтение моей одежде, и я, угомонив дрожь в голосе, ответила тем же. Больше я ни на кого не наткнулась. Джип стоял в самом тёмном углу парковки. Я на ходу сняла с себя врачебное одеяние и, скомкав как попало, сунула в багажник. Сев за руль, я захлопнула дверцу джипа, зачем-то проверив, закрыта ли она, закрыла окна и вставила ключ зажигания. Мотор завёлся сразу, и я, надавив на педаль газа, рванула подальше от лечебницы. Проезжая мимо стеклянных дверей, я заметила, что Лазурь разговаривает с кем-то, но, увидев меня в окошке машины, добродушно помахала мне рукой. Я ответила тем же. Руки тряслись так сильно, что я боялась крутануть руль не в ту сторону. Пока взгляд старался сосредоточиться на дороге впереди, мысли неизменно возвращались назад к лечебнице. Тот факт, что я так легко и грациозно выбралась из здания, несомненно, радовал, но на душе скребли кошки: я даже не пыталась найти Анни. А она могла оказаться кем угодно, даже одним из тех, кто стоял у лечебницы. Я усмехнулась. Нет. Она, конечно, хорошая актриса, но только по меркам Душ. Я бы вмиг ее раскусила. Но воодушевление, вызванное этой мыслью, рассосалось, как только я вспомнила про то, с какой легкостью Анни смогла скрыть от меня свои истинные эмоции еще там, в пещерах. Я ведь даже не поняла, что она прощается с Иеном и всеми подряд, даже когда она откровенно заплакала. Либо я разучилась жить, либо я еще очень многого не знаю о своей сестре. Улыбнувшись этой мысли, я вдруг совершенно явственно поняла, что думаю о ней, как об отдельной от меня личности. Я отделяю Анни, Душу, от себя, от своего тела и разума. Теперь я снова человек, теперь я единоличная хозяйка своего тела и жизни. Радостное возбуждение взорвало кровь, и я едва сдержалась, чтобы не расхохотаться во все горло. Эмоции переполняли меня, и я с наслаждением ощутила, как мое тело наливается этой энергией, как руки сжимают руль, как напрягаются мышцы, и как ветер остужает кожу, нагретую солнечными лучами. Светофор. Хотела я того или нет, но остановиться просто необходимо, причем сделать это не в свойственной мне манере «давить-на-газ-в-самую-последнюю-секунду». Всего несколько дней назад я проезжала по этой самой дороге, будучи еще бесплатным приложением, а теперь я сама контролирую каждое свое движение. Я сама, я одна… теперь. Мысли о потерянной Душе волной горечи и разочарования смели подчистую все остатки недавней радости. Я так и не нашла Анни. Ох, где же ты? Как ты выглядишь, сестрёнка? Мой взгляд метался по окрестностям, ища безопасное место, где я могла спокойно подумать. Наконец я нашла небольшую рощу, которая, в общем-то, скрыта от посторонних глаз. Завернув в неё, я заглушила мотор и откинула голову на спинку водительского кресла. Я только что избежала смерти, выбралась из лечебницы, полной Душ, и теперь катаюсь по городу, в котором живут мои враги… Враги. Я несколько раз прокрутила это слово в голове, удивившись тому, что никак не могу соотнести его с Анни. Анни — враг? Что за бред? Чёрт, да она мне так же близка, как и Джейми, роднее Джареда. Джаред – это имя застучало у меня в висках, вновь взволновав кровь. Но почему я не испытываю радости от того, что скоро увижу его? И почему меня переполняет злость? То, как он обошёлся с Анни и мной... Почему он так с нами? «Со мной,» – мысленно поправила себя я. Я одна. Теперь её нет во мне. Я не слышу её голос, который всегда подбадривал меня или осуждал. И вот теперь, когда я добилась тишины и покоя, мне не хватает ее. Я мечтала сама принимать решения, но теперь... Я могу уехать сейчас и отправиться прямиком в пещеры, чтобы жить своей жизнью с Джаредом, Джейми и Джебом и кучей других таких же, как я – людей. Или могу остаться здесь и попробовать найти Анни. Единственное существо, которое знает меня лучше кого бы то ни было, которое любит меня, несмотря на мою эгоистичность и стервозность. Мои размышления прервало деликатное покашливание. Я вздрогнула и перевела перепуганный взгляд на того, кто отвлек меня от моих раздумий. Это оказался какой-то парень лет двадцати, может старше. Он приветливо мне улыбнулся. Я отвернулась от окна и, глубоко вздохнув, нацепила вежливую улыбку. - Простите, что напугал вас. Я не хотел. Просто увидел машину посреди рощи и подумал, может что-нибудь случилось. Вам нужна помощь? - Нет, спасибо за беспокойство, но я в порядке. Я просто здесь проездом, путешествую по штатам, остановилась немного отдохнуть. В довершение своим словам я улыбнулась парню и кивнула на торчащую из бардачка карту. Незнакомец понимающе кивнул. - Я, знаете ли, тоже путешественник. Обожаю этим заниматься. Как ваше имя, простите? - Смотрящая-в-небо-сквозь-воду, – сказала я, назвавшись именем какой-то подруги Анни на планете Водорослей. Он вдруг улыбнулся ещё шире, и я почувствовала мелкую дрожь. - Планета Водорослей? Я тоже оттуда. Вы жили на южных кущах? - Нет. Я жила на востоке. Солнце, я любила его встречать. - Какое ваше любимое солнце? Этот вопрос поставил меня в тупик. Все лекции Анни по этому поводу я благополучно проспала. В памяти обрывками всплывали её слова о трёх солнцах. - Синее, оно всегда меня завораживало. Я очень скучаю по нему. - Моё тоже. - Внезапно он помрачнел. - Вам следует быть очень осторожной, Смотрящая-в-небо. - Почему? – я напряглась. - В лечебнице недалеко отсюда произошло ужасное событие. На Целителя кто-то напал, вдруг это человек? Я вскрикнула, как мне показалось, натурально, и прижала ладонь ко рту. - Господи, какой ужас. - Да, все боятся. Люди - жестокие существа, их нельзя оставлять в живых. - Я с вами полностью согласна, думаю, я поеду. Ой, поскорее бы дома оказаться, – притворно вздохнула я, унимая дрожь в конечностях. - Конечно, удачи. Яркого вам солнца и интересного дня. Парнишка улыбнулся и ушёл. Я выдохнула. Меня била крупная дрожь. Обо мне уже узнали, и надо сматываться. Но как быть с Анни? Я не могу вот так просто уехать… С другой стороны, она именно этого и хотела, чтобы уехала, чтобы я жила своей жизнью. Я глубоко вздохнула, проглотила слезы, подступившие к горлу, и нажала на педаль газа. Несколько часов спустя я остановилась у придорожного магазинчика. Того самого, в котором мы с Анни когда-то брали воду для дальнейшего пути к Джейми и Джареду. Джаред. Это имя вновь стукнуло у меня в голове. Я выскочила из машины и побежала в магазин. У дверей я резко затормозила. Выровняла дыхание и, нацепив улыбку, вошла вовнутрь. Как и в прошлый раз, звякнул колокольчик. Продавец поднял на меня взгляд, полный радости и тепла. Я весёлым, пружинистым шагом подошла к нему и ласково улыбнулась, несмотря на то, что внутри всё дрожало от страха. - Добрый день, леди. Чего желаете? – спросил пожилой продавец магазинчика. - Я бы хотела взять несколько галлонов воды, в путешествие собралась. - У нас очень красивые места, прошу, вода вон там, - он указал вглубь магазина. - Спасибо, - я поспешила скрыться с глаз продавца. Я взяла три галлона с водой, пить я хотела не сильно, но постоянное недоедание и недопивание дали о себе знать. Я взяла воды, запаслась едой, прихватила пару рюкзаков, в которые плотно утрамбовала еду, попрощалась с приветливым продавцом магазина и поспешила вернуться в свою относительно безопасную машину. Как я только себя не выдала? Это настоящая загадка. Не думаю, что для работающего в магазинчике мужчины составило бы большого труда узнать во мне человека. Я, конечно, была мила и вежлива, но все же отличительной особенностью моего внешнего вида были карие глаза, и «незначительное» отсутствие серебристой радужки у зрачка. Пара минут, и вот я снова в пути. Я открыла окно, и сухой воздух тут же наполнил салон машины и мои лёгкие запахом свободы. Я до упора надавила на газ, и машина стрелой помчалась к моей новой жизни.