Особые суицидальные наклонности

Утром Маринетт проснулась от шума и приятного запаха, исходящего из кухни. Девушка обернулась на соседнее место и увидела возле себя мирно спящего Луку, рука которого удобно расположилась на её талии. Аккуратно сняв её с себя, голубоглазая поднялась с постели и поспешила накинуть на себя лёгкий халат, который входил в комплект с её атласной пижамой, после чего потрепала волосы возлюбленного и оставила лёгкий, почти невесомый поцелуй на его щеке. Пройдя по коридору, брюнетка заглянула в спальню к родителям, где, на её превеликое удивление, никого не обнаружила, и сослалась на то, что мама с папой находятся внизу и готовят завтрак для дочерей и их парней. После зашла в комнату старшей сестры, где Элиан спала ровно в таком же положении, как и сама Мари, а её парень точно также обнимал её со спины. На это обладательница васильковых глаз лишь еле заметно улыбнулась и спустилась вниз, где, как оказалось, готовила только мама. — Доброе утро, мам, — первой поздоровалась Маринетт, обращая внимание женщины, что неотрывно следила за плитой, и только после обращения дочери обернулась и максимально нежно и мило улыбнулась. — Доброе, Мари, — пожелала в ответ Сабина, переворачивая на сковороде очередной блинчик. — Как ты? — Всё отлично, — темноволосая заправила прядь волос за ухо и подошла ближе, чтобы помочь матери накрыть на стол. — А где папа? — синеглазая начала доставать тарелки, пока мадам Чен ставила грязную посуду в раковину. — Поставщик, с которым мы недавно заключили контракт, позвонил папе, чтобы он приехал и они смогли обсудить некоторые нюансы сделки, — ответила мама, достав из холодильника несколько видов джема. — Так, иди позови Элиан, Луи и Луку, — приказным тоном произнесла Сабина, на что дочь послушно поднялась наверх. Первым делом Маринетт зашла в комнату сестры и бесцеремонно уселась в кресло, стоящее неподалёку от двуспальной кровати шатенки. — Кхм-кхм, — громко кашлянула девушка, привлекая внимание старшей сестрёнки. — Во-первых, доброе утро, — пара начала понемногу просыпаться и непонимающе глядеть на девушку музыканта. — Во-вторых, мама приготовила завтрак и ждёт вас внизу, — на этом моменте в кресло прилетела огромная подушка, от которой голубоглазая ловко увернулась. Брюнетка тут же поспешила удалиться из комнаты зеленоглазой, забежав в свою, где её молодой человек всё также безмятежно посапывал, отвернувшись лицом к стене. Мари тут же подбежала и буквально запрыгнула на постель, чуть ли не приземлившись на своего возлюбленного, что от такого резкого толчка тут же проснулся. — Подъём! — улыбаясь воскликнула девушка, повернувшись к парню, на что тот воспользовался случаем и подмял хрупкое тело под себя, блокируя все пути к отступлению. — Эй, так не честно, — пыталась вырваться из крепкой хватки гитариста голубоглазая, после чего последовал продолжительный поцелуй. — Не отпущу, — после произнёс Лука, не выпуская брюнетку из объятий. Ему хотелось, чтобы это темноволосое чудо всегда было рядом. Она была его кислородом, без которого не может существовать ни одно живое существо. Каждый изгиб её тела, каждая родинка и шрамик сводили его с ума, заставляя с каждым днём всё больше и больше влюбляться в эту сногсшибательную брюнетку со взрывным характером. Он хотел чувствовать её, наслаждаться каждой секундой, проведённой рядом с ней, чтобы она утопала и тонула в его небесно-голубых глазах, что больше походили на озеро, с каждой минутой всё больше задыхаясь от собственных эмоций и чувств, которые будто воронка затягивали её всё глубже и глубже в тёмную бездну. — Нам пора идти завтракать, — звонко смеясь отвечала голубоглазая, не прекращая попыток вновь оказаться на свободе. — Я смотрю, у вас медовый месяц начался намного раньше свадьбы, — внезапно появившаяся в комнате Элиан приковала к себе взгляды возлюбленных. — Ой, да иди ты, — выпалила младшая, повернувшись лицом к своему парню, на что тот лишь указал жестом, чтобы зеленоглазая ушла на первый этаж. Шатенка лишь закатила глаза и последовала мнимой просьбе Луки. Так влюблённые пролежали ещё десять минут, теряя счёт во времени, пока мать семейства Дюпэн-Ченов настойчивым голосом не позвала Маринетт и Луку завтракать. И только тогда пара как ошпаренные подорвались с места и стремглав помчались на кухню, где Сабина и Элиан уже обсуждали то, как они проведут день перед Новым годом. — Не прошло и полугода, — иронично подметила шатенка, взглянув на только что прибывших «голубков», на что мадам Чен лишь слегка толкнула девушку в бок. — Завтрак уже давным-давно остыл, — Элли поднялась из-за стола и загрузила всю грязную посуду в посудомойку. — Не слушайте её, — произнесла Сабина, указывая возлюбленным на стулья. — Доброе утро, Лука, — поздоровалась с потенциальным зятем мама, слегка приветливо улыбаясь. — Доброе утро, — протараторил музыкант, взглядом ища кого-то. — Элиан, а где ты Луи подевала? — Твой братец уехал по делам, — ответила обладательница изумрудных глаз, снова вернувшись к столу. — Так, я наверху, если кому-то понадоблюсь — вы знаете, где меня искать, — после этих слов Дюпэн-Чен-старшая поспешила подняться. Мари же тем временем принялась поедать уже давно приготовленный завтрак, что всё также оставался достаточно тёплым, а мадам Чен решила не мешать паре и последовала примеру старшей дочери, радуясь, что наконец-то в их семье всё стало спокойно и хорошо. Вскоре оба позавтракали, и голубоглазая решила помыть оставшиеся тарелки, что не успели попасть в посудомоечную машинку, как вдруг сзади подошёл её молодой человек и обнял девушку со спины, расположив обе руки у неё на талии. — Маринетт Дюпэн-Чен, — обратился к обладательнице глаз цвета вечернего неба, носом зарываясь в шелковистые волосы, всегда пахнущие ванилью. — И почему я тебя так люблю? — гитарист начал целовать шею Дюпэн-Чен-младшей, оставляя после себя бордовые следы, как знак того, что эта девочка принадлежит только ему. На этот вопрос брюнетка лишь улыбнулась. Подумать только, как же она изменилась. От того депрессивного подростка с напрочь изрезанными руками не осталось следа, а его место заняла любящая и любимая девушка с огромным желанием жить и ярким пламенем в глазах и сердце. И стоило ей только открыть своё сердце для достойного человека, как она стала расцветать прямо на глазах. Маринетт перестала чувствовать себя одинокой и беспомощной, и всё благодаря этому прекрасному чувству полёта и лёгкости. Она действительно хотела отрываться на полную катушку, путешествовать и открывать для себя что-то новое. На что же порой способна настоящая любовь, без фальши и наигранности; когда каждый день ты хочешь просыпаться и радоваться тому, что ты можешь жить, а не существовать. Быстро справившись с поставленной самой себе задачей, голубоглазая обернулась к своему возлюбленному и поцеловала того. Через несколько секунд пара отстранилась друг от друга, и обладательница иссиня-голубых волос вновь поднялась на второй этаж, чтобы переодеться и подумать, как же провести сегодняшний день с максимальной пользой, после чего её парень последовал за ней. Девушка забежала в свою комнату и, прихватив с собой свою домашнюю одежду, включающую в себя тёплую чёрную кофту и такие же тёмные штаны, направилась в душ, который, к слову, довольно быстро приняла, и уже была готова к тому, чтобы наконец досмотреть седьмой сезон своего любимого сериала, когда её любимый музыкант поспешил к себе домой, дабы поздравить свою семью с наступающим праздником. Маринетт вернулась в свою обитель; маленький мирок, где было место только для неё и где брюнетка могла спокойно закрыться от внешнего мира. Но с появлением ярковолосого гитариста она смогла открыть этот самый мир и разделить его с возлюбленным человеком. Как-то печально выдохнув, обладательница прекрасных васильковых глаз достала свой ноутбук и подключила его к своей плазме, что также находилась в её комнате, и вбила в поисковую строку название сериала. И вот, голубоглазая уже приготовилась к просмотру, как вдруг она услышала знакомый голос, доносящийся из дверного проёма. — «Игру Престолов» пересматриваешь? — с некой насмешкой спросила Элиан, присаживаясь возле сестры, хоть и сама всей душой обожала этот сериал. — Не то, чтобы пересматриваю, скорее, досматриваю седьмой сезон, — Маринетт взглянула на зеленоглазую, которая уже разлеглась по всему периметру кровати, приготовившись к просмотру, когда Мари лишь закатила глаза и включила очередную серию, предвкушая весёлое времяпровождение.

***

Вечер наступил довольно быстро за домашними делами и просмотром новогодних фильмов. Маринетт Дюпэн-Чен стояла у окна и наблюдала на плавно опускающимися на землю снежинками, что порой скапливались в целые хлопья, образовывая огромные сугробы. Девушка на этот раз искренне улыбалась, не веря во всё то, что произошло с ней за этих два с половиной месяца. Она жила, чувствовала, любила, и мир стал казаться намного красочнее нежели полгода назад. Уже стемнело, в окнах некоторых домов то и дело мерцали гирлянды, добавляя ещё большей атмосферности всему происходящему. Часы показывали без пятнадцати десять, стол был накрыт, а все родные с нетерпением ждали полночи, чтобы наконец обрадовать друг друга неожиданными подарками. Свет в комнате был полностью выключен, а единственное освещение исходило лишь от то и дело мерцающих разноцветных огоньков, которые висели над кроватью брюнетки, и что ей помогала вешать старшая сестра. Вдруг обладательница волос цвета ночи почувствовала холодные, словно лёд, но такие родные руки сквозь ткань своего ярко-красного платья, и обжигающее кожу дыхание на уровне шеи, от чего она немного вздрогнула, а по телу пробежалась толпа мурашек. — Как ты? — шепнул любимый бархатный голос, прижимая девушку ближе к себе и не желая никуда и никогда отпускать ту. Лука несомненно волновался за неё, боясь оставить голубоглазую даже на час в одиночестве. — Всё в порядке, — вдохнула аромат роскошного мужского одеколона голубоглазая, прикрыв глаза, не прекращая улыбаться и положив ладони на руки возлюбленного. — Как Джулека? — Передавала тебе «привет», — поцеловал Маринетт в макушку музыкант. — Тебя там твоя мама и Элли звали к столу, — внезапно брюнетка резко развернулась и прильнула своими мягкими к немного шершавым губам, после чего ощутила еле уловимый привкус мяты. — Идём, — всё так же быстро схватила ошарашенного парня за руку его девушка и потянула его на первый этаж, где уже давным-давно стояла праздничная ёлка с разноцветной гирляндой и остывало огромное количество разных блюд, от которых стол буквально ломился под их общим весом. — О, наши голубки наконец-то соизволили посетить нас, простых смертных? — хоть и Мари любила свою старшую сестрёнку всем сердцем и душой, но порой с иронией она перебарщивала, чем нередко немного выводила из себя брюнетку. — Элиан, не паясничай, — строго вымолвил Том, приветливо улыбаясь только-что спустившейся паре, что ещё не успели спуститься с лестницы. — Привет, Лука, — поздоровался с голубоглазым месье Дюпэн, пожав тому руку. — Здравствуйте, — отчеканил парень, периодически поглядывая на улыбающуюся синеглазку, что стояла немного поодаль от них. Контакт между её возлюбленным и родителями был налажен, и это не могло не радовать. Сабина же то и дело мельтешила то на кухне, то возле стола, ведь её перфекционизм просто не позволял сделать хоть что-то не идеально, поэтому женщина по нескольку раз перекладывала различные тарелки, вилки и ножи с одного места на другое, пока её старшая дочь напевала себе под нос довольно известную песню, что напрочь засела у девушки в голове, параллельно помогая матери. Маринетт также присоединилась к этому действию, и когда уже всё было готово, женская половина позвала мужскую к столу и те с удовольствием присоединились к ужину. Последующий вечер проходил просто замечательно: мадам Чен и месье Дюпэн сидели рядом и обсуждали то, насколько как хорошо прошёл этот год, а также вспоминали все их удачные сделки, Луи с Элли вели диалог о том, как же всё удачно сложилось, что старший брат Луки вновь вернулся в Париж, а Мари и Лука просто болтали ни о чём. Периодически все присутствующие разговаривали о чём-то общем. И вот, когда часы пробили ровно полночь, а семейство успело посмотреть «Один дома», пришло время раздачи подарков. Первым делом музыкант решил подарить презент своей возлюбленной, который находился в небольшой коробочке, аккуратно запакованной в подарочную бумагу и перевязанный чёрной атласной ленточкой. И пока остальные члены семьи обменивались всякой разной приятной мелочью между собой, голубоглазый подошёл к брюнетке, что уже успела раздарить всё, что приготовила для каждого сидящего за столом, и разглядывала сюрприз от старшей сестры, который включал в себя шикарный комплект чёрного кружевного белья, не доставая его предварительно прочитав записку, что также находилась в коробке. Но как только обладательница васильковых глаз заметила приближение своего молодого человека, тут же успела спрятать довольно пикантный подарок и перевела свой взгляд на любимого гитариста. — Мари, — обратился к Дюпэн-Чен-младшей её возлюбленный, присев возле неё, когда та лишь улыбнулась уголками губ и взглянула своими голубыми глазами на парня, от чего у него всегда сносило крышу и он не мог привести свои мысли в порядок. — Я тебя люблю, солнце, — выпалил музыкант, поцеловав брюнетку в щёку и протянув ей презент. — И помни об этом всегда, — Маринетт тут же осторожно потянула за ленту и подняла верхнюю часть коробочки, где лежал прекрасный браслет из белого золота в виде цепочки, что несколько раз должна обматываться вокруг кисти. Глаза цвета вечернего неба то и дело бегали по украшению, периодически переводя свой взгляд на того, кто его подарил, пока Лука лишь стоял немного поодаль и улыбался тому, что смог удивить свою девушку. — Спасибо, — прошептала брюнетка и накинулась на парня с объятиями. — Он и вправду очень красивый. — Не за что, — всё также продолжил улыбаться обладатель бирюзовых волос, как внезапно Мари вспомнила и о своём подарке для Куффена-младшего, после чего ринулась к себе в комнату, и уже спустя несколько минут вновь оказалась возле стола, отдав такую же небольшую коробку своему молодому человеку. — Я тоже тебя люблю, — шепнула ему на ухо голубоглазая, подарив музыканту презент, в котором, как позже выяснилось, лежали три пары серебряных запонок с сапфирами, изумрудами и рубинами. — С Новым годом, — произнесла обладательница иссиня-чёрных волос под бой курантов и поцеловала своего возлюбленного, пока её близкие залпом осушили все бокалы шампанского. И вот, вроде бы все подарки уже подарены, наступил Новый год, но вдруг Томас обратил всё внимание семейства на себя. — Так, дорогие мои, у меня есть один подарок для всех вас, — начал месье Дюпэн, приобняв свою жену и достав как будто из неоткуда несколько конвертов, по одному каждому человеку и раздал их всем, кто сидел за столом. — Мы с мамой решили отдохнуть от столь тяжёлого года, поэтому решили взять вас с собой в Марокко на двухнедельный отдых, — у девушек открылись рты от удивления, а парни же просто стояли в полнейшем ступоре. После дочери просто подбежали к своим родителям и обняли их, пока парни ограничились простым «спасибо» и рукопожатием, дабы показать свою сдержанность. — А когда вылет? — поинтересовалась Элиан, мысленно уже примеряя на себя новый купальник. — Через неделю, — ответила Сабина, наблюдая за реакцией дочек и радуясь, что смогли их удивить. Женщина всегда любила больше дарить подарки, нежели принимать их, ведь она всегда была счастлива, если смогла обрадовать другого. — Так что можете уже начинать готовиться, — сёстры в очередной раз поцеловали родителей в щёки и, взяв своих парней под руки, пулей помчались на второй этаж, чтобы достать из кладовой свои чемоданы и обдумать все самые необходимые вещи для поездки. В скором времени Маринетт и Элли всё же вновь спустились вниз, чтобы помочь матери убрать всё со стола и пойти гулять со своими вторыми половинками по ночному Парижу, поскольку часы показывали всего лишь без пять два часа ночи. Быстро попрощавшись с родными, девчонки и парни ушли, а мадам Чен и месье Дюпэн лишь радовались, что из дочки наконец-то смогли найти достойных парней, после чего направились в спальню, так как день был безумно насыщенным и ярким, но всё же следующая неделя обещала быть ещё более интересной.