Сборник AUшек

Я буду любить тебя! Я буду любить до конца… А ты лги, изменяй, бросай, убивай меня, Но помни это… Я буду любить тебя… Я буду прощать тебя, подлеца… А ты ешь, молись, люби, живи, дыши, Но близко где-то… Звуки музыки отбиваются от стен, голос певицы растворяется в комнатах полутемной квартиры, а по стенам пляшут две тени, сливаются воедино — двое обнаженных мужчин, тесно прижавшись друг к другу, исполняют свой танец. Музыка стихает, но звуки не исчезают, наоборот, становятся громче: тяжелое дыхание, хриплые стоны. Светловолосый парень выгибается, откидывая голову на плечо партнеру, который обхватывает его за шею, а второй рукой сжимает его бедро, толкается резче. — Арс! — парень со стоном всхлипывает от очередного толчка, от губ, скользнувших по его шее. — Я больше не могу, — шепчет он хрипло, вздрагивает, цепляется за шею мужчины, который своими ласками доводит его до исступления и хриплых стонов. — Я хочу кончить, а-а-а… — очередной стон слетает с его губ, когда член мужчины толкается глубже, когда горячие ладони сжимают его ягодицы и легонько царапают. Жаркая страсть вперемешку с похотью окутывает с головой, сбивает дыхание, заставляет кричать, а после темноволосый мужчина накрывает его рот ладонью, толкается глубже, резче, затем шепчет:   — Тс-с, дай Лепса послушать, — неуместное и глупое заявление в данный момент, если бы не одно «но». — Хочу любить тебя долго, — добавляет Арсений, подчиняя себе молодое горячее тело своего любовника. Голос диджея, объявляющего второе место в золотом хит-параде «Русского радио», утопает в очередном хриплом стоне, но уже через мгновение появившегося на просторах радиоволны Григория Лепса перекричать невозможно, впрочем, Антон и не пытается, хрипло рычит имя Арсения ему на ухо, когда мужчина, в очередной раз подхватив парня под бедра, резко насаживает его на свой член, толкается глубже, но кончить не позволяет, ласкает, целует дрожащее разгоряченное тело, а затем, меняя позу, толкает его на смятую постель. Антон матерится, скулит уже в подушку, когда его длинные руки сжимают у него же за спиной, лишая всякого соблазна дотронуться до своего собственного члена, который сочится смазкой, пачкая простыни. — Я тебя обожаю, — теплые губы касаются мочки уха, и Антон выдыхает, сцепив зубы и ощущая жар внутри себя, он дрожит, чувствуя, что уже на грани, ведь толчки становятся резче, размашистей. Стоящий колом член, словно поршень, вколачивается в растраханную дырочку, они оба идут к финалу, к первому месту их собственного хит-парада. Ибица — и биться сердце стало чаще, Она поймала свое счастье; Под ритмы Ибицы кружилась и влюбилась! Ибица! Она поймала свое счастье. Под ритмы Ибицы кружилась и влюбилась. — На первом месте нашего хит-парада Филипп Киркоров и Николай Басков «Ибица», голосуйте за любимых исполнителей, слушайте хорошую музыку… — бодро вещает радиоведущий, но его уже, кажется, не слышат. Антон со стоном, выгибаясь, кончает себе на живот, ощущая, как по его бедрам стекает чужая теплая вязкая сперма. Весь мир словно перестает существовать, исчезают все звуки, кроме бешенного стука выпрыгивающих сердец. Потные разгоряченные тела замирают на смятых простынях, и Антон прикрывает глаза, ощущая нежный поцелуй на своем плече. Этот долгий марафон длиною в десять мест золотого хит-парада утомит любого… любого, кто в этот момент находится снизу. — Устал? — Арсений первый решает нарушить тишину, и Антон беззлобно фыркает. — Завали, затрахал, — а после плавно стекает с кровати, буркнув, — я в душ, — скрывается в дверном проеме. — Ну и ладно, — Арсений натягивает на себя одеяло, с улыбкой наблюдая за передвижениями высокого обнаженного парня. — Тох, тебе спинку потереть? В ответ слышится лишь звук включенной воды, и эти пять минут молодой мужчина тратит на новостную ленту инстаграма. Антон вновь появляется в спальне обнаженный, все еще мокрый и такой манящий. — Шаст, — Арсений восторженно закусывает губу, а затем хмурит брови оттого, что гаджет из его пальцев ускользает в руки все еще голого парня. — Есть хочу, — Антон с шумом выдыхает носом и смотрит так, что по коже бегут мурашки. — Ага, — Арсений завороженно наблюдает за действиями светловолосого парня и за тем, как он заказывает две пиццы, ведь это значит только одно… — У нас двадцать минут, — Антон отбрасывает телефон в стоящее рядом кресло, а затем резко хватает одеяло, отбрасывая его в дальний угол комнаты. Арсений хохочет, позволяя стянуть себя за ноги на пол, на пушистый ковер, в следующий миг уже хрипло стонет оттого, что теплые губы смыкаются на его члене, а длинный палец, смоченный слюной, плавно толкается в узкий вход. — Блять, Шаст, — мужчина вскрикивает, пальцами запутывается в светлых волосах, выгибается, подчиняется, заводясь с полоборота, ведь впереди его ждет феерический необузданный жаркий секс с самым лучшим парнем на свете. — Думаешь, не успеем, да? — Антон на мгновение отстраняется, а затем толкается глубже, рукой дотягиваясь до телефона, толкается резче, не сбавляя темпа, подносит трубку к уху и закрывает мужчине рот ладонью в тот момент, когда на том конце трубки на звонок отвечают. — Я еще суши заказал, хочу любить тебя долго-долго… — жаркий шепот опаляет кожу, и двое мужчин сплетаются телами, растворяясь друг в друге без остатка. Люби меня долго-долго, чтобы больше Не было больно-больно, одиноко. Люби меня долго-долго, невозможно, Долго-долго-долго! Долго-долго-долго!