Оттенки шоколада

Гэвин не думал до этого, что может скатиться до такого. Секс-клуб с андроидами. Как-то раз он приходил сюда, но в который раз убедился, что ощущения с людьми не заменит ничего. Каким бы навороченными эти андроиды бы не были. Собственно, именно с того раза карточка и осталась. Музыка давит по ушам, несмотря на то, что довольно тихая. Гэвин задумчиво осматривает кибер-девочек и даже не брезгует кибер-мальчиками. Но они не вызывают ничего, кроме отвращения. Они не Коннор, никто не Коннор. Телефон пищит в кармане, оповещая о сообщении. Гэвин на автомате тянет руку в карман за мобильником, но одёргивает себя, аргументируя, что рабочий день давно закончился. Оповещение. За ним ещё одно. Раздраженно выдыхая, Гэвин все же достаёт телефон и довольно резким движением отключает звук. Как же его все достало. Начиная от работы в полиции и заканчивая революцией андроидов. Последнее бесит даже больше. Если работа хоть как-то отвлекает, придаёт жизни хоть какой-то смысл. То напоминания об этих жестянках буквально повсюду. Они въелись в жизнь людей. И Гэвин уверен, что ничем хорошим это не может закончится. Гэвин в последний раз смотрит на экран мобильника, прежде чем убрать его обратно в карман. Однако он не успевает это сделать. Незнакомый номер, с которого шли сообщения, высвечивается на дисплее. — Алло, — недовольно говорит Гэвин, отвечая на звонок. Видимо, этот один из тех, кто не отвяжется, пока не добьётся, чего хочет. — Детектив? Не думал, что вы ответите, — удивленным голосом произносит Коннор. Гэвин шумно выдыхает воздух через рот, чувствуя, как что-то внутри него ломается без возможности на починку. Он не чертов андроид, внутренности которого можно легко заменить. Он человек, который сходит с ума по андроиду. — Детектив? — Коннор явно ждёт ответа. А что Гэвину сказать? Что он не ожидал услышать голос Коннора? Что готов сбежать из этого места, лишь потому что тут нет его? — я знаю, что вы слышите. Ваше дыхание слишком громкое. — Чего надо? — раздраженно выдыхает Гэвин, чувствуя, что андроиды из бара начинают вызывать в нем ничего, кроме отвращения. Чертов Коннор. Опять все из-за него! — Если ты думаешь, что это смешно, то глубоко ошибаешься, — голос срывается на шепот из-за чего Гэвин начинает шипеть, злясь еще больше. — Вам нужно прибыть в участок, нам выдали новое дело. — Причем тут я? Займись этим с Хэнком, — Гэвин чувствует, как начинает постепенно закипать. Сознание в который раз подбрасывает не самые приятные образы, — удивительно, как вы вообще смогли разойтись, — не выдерживает и произносит это он. — Я уже говорил вам, детектив, — Гэвин с легкостью представляет и уверен почти на все сто процентов, что Коннор чуть хмурится, сводит брови вместе, склоняет голову на бок, задумываясь на секунду, — мы с лейтенантом не в таких отношениях. — А я уже говорил, что мне похуй, — Гэвин морщится, понимая, что сам незаметно для себя выходит на улицу. — Судя по тому, что вы упоминаете об этом уже в который раз, то вам совсем не все равно, — произносит Коннор и Гэвин тут же теряет весь свой запал не в силах больше ничего произнести. Знал бы ты, насколько не все равно. — Я скоро буду, — Гэвин резко прерывает разговор и тут же нажимает на кнопку сброса. Первое, что удивляет Гэвина, так это отсутствие машины Хэнка. Вот кто поступает умнее и посылает дело нахрен. И раз уж Коннору не удается убедить Хэнка, то он решает поэксплуатировать Гэвина? Так что ли? Заебись, просто заебись! — Коннор! Если это дело не настолько важное, чтобы вытащить меня из… — Гэвин затыкается. Вытащить откуда? Из дома? Так он был и не дома? Из секс-клуба? Это, конечно, правда, но почему-то сказать это язык не поворачивается. Гэвин демонстративно кашляет пару раз: — Что за дело? Сидящий за столом Коннор поднимает до того растерянный взгляд, что все произошедшее кажется Гэвину просто сном, его разыгравшейся фантазией. Глаза Коннора расширены, рот чуть приоткрыт. А диод предательски мигает желтым, изредка окрашиваясь в красный. В полутьме помещения это кажется еще более заметным. Гэвин не любит смотреть на диод Коннора, но сейчас взгляд прикован к нему. Эта деталь служит чертовым напоминанием, что Коннор не человек, что ему никогда не стать им. А нужно ли это собственно? Гэвин приходит к мысли, что ему уже все равно. Человек, андроид. Какая нахуй разница? Если в итоге это все равно Коннор. — Я до сих пор жду ответа, — Гэвин скрещивает руки на груди, нервно отбивая пальцами дрожь. — Я… — Гэвин думает, что никогда прежде Коннор не говорил таким неуверенным тоном, — никакого задания нет. Гэвин не сразу осмысливает эту фразу. Несколько секунд тупо смотрит вперед себя отрешенным взглядом, тяжело вздыхает, поджимая губы. — Какого черта тогда, Коннор? — Гэвин переводит дыхание цедит слова сквозь зубы, чтобы не сорваться. Тут нет других людей — меньше поводов выпендриваться, — я спрашиваю тебя, какого черта? — Гэвин делает несколько шагов вперед. На секунду возникает мысль, что Коннор испуганно отступит назад. Но тот не двигается ни с места. Гэвин мысленно дает себе оплеуху. Андроиды? Боятся? Просто какого хрена он думает об этом? От вида такого Коннора внутри все сжимает. И Гэвин не знает, чего ему хочется больше вмазать Коннору, чтобы не раскисал, или же самому себе, чтобы больше не допускал таких мыслей. И Гэвин склоняется ко второму, потому что почти на сто процентов уверен, что рука на Коннора не поднимется. Хотя в первый день Гэвин не побрезговал ударом, когда Коннор отказался принести кофе. Улыбка едва тронула его губы. Такой Коннор Гэвину нравится определенно больше. Какой такой? — Извините меня, детектив, — Коннор никогда не обращается к Гэвину по имени. И, наверное, это и к лучшему. Если только от этого уже сносит крышу, то сам Гэвин боится представить что будет, если Коннор назовет просто «Гэвин». Гэвин чуть прикрывает глаза, чувствуя как по спине пробегают мурашки. Голос звучит чуть хрипловато. Язык пробегает по нижней губе. Это действие делает его еще больше похожим на человека. Гэвин. Это кажется таким правильным. — Твои извинения ничего не дадут мне, — с нажимом произносит Гэвин. Он мотает головой, прогоняя фантазию. — Простите, — кажется, что Коннор даже не обращает внимания на то, что говорит Гэвин, — я не хочу, чтобы вы ходили туда. Мне просто невыносимо даже знать об этом, — Коннор перестает говорить лишь на пару секунд, чтобы подобрать слова, — одно дело, если вы вступите в отношения с человеком, — он слабо улыбается, склоняя голову вниз, — я не могу в это вмешиваться. Но когда вы связываетесь с другими андроидами… Я не хочу этого. Гэвин вслушивается в слова, затаив дыхание. Он не должен думать об этом. Коннор говорит это недвусмысленно. Но Гэвин даже не хочет предполагать, что это может быть ревность. Страх ошибиться скручивает все изнутри. — Жестянка, крыша совсем поехала? — Гэвин не может найти способа лучше, чем быть агрессивным. Лучшая защита — нападение? Если Коннор может сказать, что чувствует — Ха! — то Гэвин не готов к этому, — тебе стоит пройти проверку у Киберлайф. — Киберлайф больше этим не занимается, и вы знаете это, — Гэвин думает, что Коннор начинает. — Но кто-то же есть? — взволновано спрашивает Гэвин, даже не замечая, что говорит с беспокойством. — Нет, — Коннор качает головой и легонько улыбается уголками губ, — по крайней мере пока. Однако детали есть в свободном доступе в магазинах. — И что это значит? — Гэвин хмурится. Он прекрасно понимает к чему ведет Коннор. Он знает, что происходит в городе. Гэвин, черт возьми, один из передовых работников полиции. И если в Детройте что-то происходит, то эта информация не пролетает мимо него. Гэвин знает всю обстановку, но старается не думать об этом. Зачем? Он не хочет искушать себя лишний раз. Чем меньше напоминаний о Конноре, тем лучше. — Это значит, что если андроиды стали больше походить на человека, — ровно проговаривает Коннор, не показывая своих чувств при этом, и, замечая недоумение на лице Гэвина, добавляет, — у нас теперь тоже одна жизнь. — И в чем была суть этой борьбы за жизнь? — раздраженно выдыхает Гэвин и плюхается на стул прямо напротив Коннора, — девианты же боятся смерти, не так ли? — Суть была не в том, чтобы бороться за жизнь, — Коннор качает головой, — за свободу. За равенство в обществе. — И к чему привело все это, — Гэвин усмехается и тут же опускает голову, проводит рукой по столешнице, следя взглядом за рукой, — вы теперь точно такие же уязвимые, как и люди, только чаще подвергаетесь нападениям. Нужно ли было стремиться к этому? — Вы ничего не понимаете, — со вздохом говорит Коннор. Скрип отодвигаемого стула разносится по всему помещению. Гэвин вздрагивает от неожиданного звука, резанувшего по ушам, и тут же задирает голову. Он моргает несколько раз, а затем также встает и идет вслед за Коннором, за что тут же ловит удивленный взгляд. — Не торчать же мне там, — Гэвин пожимает плечами, растягивает губы в хищной ухмылке. Как он думает в хищной. Скорее уж она выглядит уставшей, чем хоть в какой-то мере устрашающей, — интересно, кто в этом виноват? — иронично произносит Гэвин. Выключатель света щелкает под пальцами. — Я уже извинился за это, — тихим голосом произносит Коннор и поворачивает голову в сторону Гэвина, — если надо, то… — Мне не нужны твои извинения, — резко обрывает его Гэвин. — Значит, вы не злитесь? — Коннор резко останавливается, — не злитесь на меня? — Диод окрашивается в красный. Коннор взволнован. Нет, скорее он в панике. — Иди к черту, и ты и твои извинения! — выдыхает Гэвин и тянется рукой в карман за сигаретой. Пламя вырывается из зажигалки. Гэвин задумчиво смотрит на огонь. Он приходит в себя через несколько секунд, замечая, что Коннор внимательно наблюдает за ним. — Чего? — бурчит Гэвин и наконец-то поджигает эту сигарету. — Ничего, — Коннор качает головой. Гэвин скептически хмыкает, а затем делает большую затяжку, чувствуя, как тело начинает расслабляться. — Вам стоит прекратить курить, детектив, — Коннор хмурится. А затем его лицо приобретает такой вид, словно он решает, нужно ли ему поступить, как он придумал, или лучше отступить. — Сам решу, что будет лучше, — Гэвин выдыхает дым и собирается сделать новую затяжку, как сигарету неожиданно выдергивают из пальцев и бросают на землю, — какого? Ты что совсем офигел, Коннор?! — Гэвин сжимает руки в кулаки, поворачивается лицом к андроиду, — зачем ты это сделал? Коннор моргает, а затем отстраняется, отходя на шаг назад ближе у участку, дальше от Гэвина. — Вы должны относиться к себе более ответственно, — нравоучительно произносит Коннор и делает еще шаг назад, когда Гэвин начинает наступать. — Тебе какое дело? — Гэвин думает, что он почти в состоянии нервного срыва. Голос Коннора, его внешность, поведение, все это провоцирует. Мнимая забота, которая Гэвину нахер не нужна. Это сидит в печенках. Раздражает, выводит из себя, заставляет надумывать то, чего никогда не случится. — Что если я беспокоюсь за вас? — он серьезен. И это настолько важный факт. Что у Гэвина просто сносит крышу. Ему уже все равно, что будет потом. Почему он вообще должен сдерживаться? Рид сокращает расстояние за секунду, подталкивает Коннора к участку. Тело вжимается в стену, а Гэвин довольно растягивает губы в ухмылке. Коннор растерян и это радует. Гэвин хватает его за шиворот, притягивает ближе к себе, проклиная эту хоть и небольшую, но разницу в росте, и впивается в губы грубым поцелуем. Как же долго он об этом мечтал.