Косы из веток бузины

Прошло около получаса, прежде чем перед воротами дома, которые видны из окна комнаты, теперь уже, покойной матери девушки, припарковалась машина с брезентовым верхом. Свет фар потух, открылась передняя дверь автомобиля, и в темноте позднего вечера мелькнула мужская фигура с саквояжем в руках. Отворив незапертые ворота, она проникла в сад, боясь оступиться, прошла по вымощенной камнем дорожке к дому, постучала в дверь. С той стороны послышались быстрые, но лёгкие шаги, по заросшему саду разлетелся усталый скрип дверных петель, и в образовавшемся проёме в тусклом свете показалась голова Хинаты. Юноша посторонился, пропуская коллегу внутрь дома. Не снимая пальто, Сугавара проследовал за Шоё в гостиную. В довольно просторной комнате, где основная мебель расположилась вдоль стены, а середина оставалась пустой, было открыто окно, но, несмотря на это, воздух всё ещё был во власти дурманящего горьковатого запаха. Перед камином стояло лёгкое плетёное кресло, в котором и сидела, ныне покойная, хозяйка дома. В угольках тлели остатки веточек из вазы. Коуши поставил сумку на пол и, заглянув в камин, прижался спиной к стене, окинул взглядом гостиную, лишь на мгновение останавливаясь на некоторых, заинтересовавших его предметах. — Хината,— наконец заговорил он,— будьте так любезны, зажгите свечи и расставьте их по комнате. Только аккуратнее, постарайтесь ничего не трогать и не двигать. Рыжий кивнул и обратился к своему напарнику: — Кагеяма, вы, думаю, слышали просьбу Сугавары-сана. Будьте добры... Нахмурившись, Тобио всё-таки прошёл на кухню, открыл нижний ящичек и извлёк оттуда несколько свечей. Вскоре вся гостиная была озарена мягким, словно дневным, светом. — Сугавара-сан, вы же принесли ту книгу, которую я просил по телефону?— Шоё потушил почти догоревшую спичку, поставил канделябр на столик и развернулся к коллеге. — Принёс,— Коуши расстегнул саквояж, вынул из него средних размеров книгу в красной обложке с почти вытертыми позолоченными буквами и протянул её детективу.— Её любезно предоставил наш директор. — Благодарю. Пока Сугавара осматривал тело женщины, а Кагеяма подносил ему необходимые инструменты из сумки, детектив взял отложенную ранее веточку, сел за стол и открыл книгу. На жёлтых страницах были изображены различные растения, кустарники, листья, цветы, корешки и подробное их описание. Придвинув свечу поближе и взяв в руки веточку, юноша аккуратно расправил один листочек. Покопавшись в книге, Хината отодвинул всё в сторону, подпёр голову рукой и задумался. — Нашли то, что искали?— подходя к столу, Коуши стянул с руки тонкую резиновую перчатку и заглянул в открытую книгу. — Нашёл. Но мне нужно осмотреть первый этаж. — Вы вдвоём справитесь?— Сугавара сложил использованные перчатки в пакетик, застегнул его и отправил на дно сумки, где уже ютились различные колбочки и пузырьки. — Вполне,— кивнул Шоё.— Это не займёт больше часа, а затем, думаю, можете выставлять охрану. — Отлично, тело я забираю на экспертизу. Завтра утром ждите результата,— юноша поднял с пола саквояж и направился к выходу, навстречу ему тут же вышли двое крепко сложенных мужчин с носилками. Когда машина, слепя ярким светом фар случайных припозднившихся прохожих, скрылась в конце улицы и завернула за угол, рыжий повернулся к своему напарнику. — Будьте добры, осмотрите второй этаж, а я пока займусь вазой. Тобио слегка кивнул и, взяв канделябр с тремя свечами, направился к лестнице. Наверху ничего не изменилось, да и что здесь могло измениться? Разве что воздух был прохладнее и пах пылью, тепло шло лишь из гостиной, а тут осенний ночной холодок пробирался под одежду, заставляя ёжиться. В это время детектив рассматривал уже подсохшее, но всё ещё влажное пятно на ковре. В вазе, лежащей на боку, сохранились несколько капель воды, в которой стояли ветки кустарника. Хината вынул из-за пазухи несколько необходимых инструментов, предназначенных для сбора и хранения улик; ватной палочкой он аккуратно собрал розоватые капельки, запечатал улику в пакет и сунул в нагрудный карман рубашки. Точно таким же образом Шоё конфисковал чашку, из которой пила женщина; чай, который был заварен, и шкатулочку с письмом, которую нашёл в спальне пропавшей. Закончив с осмотром, детектив и его напарник вышли из дома, дали указания охране и поспешили в хостел. Около двух часов ночи юноши уже пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам. Правда, только Кагеяма, вымотавшись за день, лёг спать, в то время как Хината приступил к тщательному изучению собранных предметов.

***

Утром темноволосого вновь разбудил стук в дверь, и он, бурча спросонья, пошёл открывать. На пороге стоял Сугавара, он прижимал толстую папку с нужными бумагами к груди и, несмотря на раннее время, бодро улыбался. — Доброе утро,— поприветствовал хозяина квартиры Коуши.— Я кое-что узнал и пришёл сообщить результат. Коллега Шоё отправился в соседнюю комнату, сказав, что они ждут Тобио через пятнадцать минут. Как и было велено, юноша переоделся и поспешил к Хинате. Вскоре трое сидели за обеденным столом, пили чай и делились результатами вчерашнего обыска. — Я вскрыл тело и выяснил причину смерти,— Сугавара придвинул лист к детективам. Те, внимательно прочитав отчёт, подняли глаза на юношу. — Отравление?— рыжий ещё раз перечитал рукопись.— Я тоже вчера кое-что нашёл,— он встал со стула и прошёл к письменному столу, открыл верхний ящик.— Я изучил воду из вазы и ветки, которые в ней стояли. — И?— Кагеяма переводил взгляд то на напарника, то на Коуши, но ничего не понимал. — Бузина,— Шоё протянул стопку листов темноволосому.— Ветки бузины. — Но ведь бузина считается съедобной. Что же тогда послужило отравлению?— Тобио просмотрел бумаги и отложил их в сторону. Юноши напротив него переглянулись и хором ответили: — Синильная кислота*.