По-другому

      Лен не знает, когда он влюбился в Барри. Когда его сердце стало замирать, стоило Аллену улыбнуться. Когда флирт стал соскакивать с языка быстрее, чем Лен успевал об этом подумать. Когда он стал замирать с улыбкой на губах и восторженно смотреть Барри в глаза. Когда стал мечтать о том, чтобы Вселенная позволила им быть счастливыми. Лен не знает, совершенно не знает. Знает лишь, что он никогда и нигде не был так счастлив, как с Барри Алленом.       

***

             Однажды их заносит в 2025 год. Какое-то абсурдное совпадение, поломка корабля или что-то ещё. Лен не помнит, что конкретно случилось, но помнит, как Барри заявляется к ним через полчаса после посадки.              Он ничуть не постарел, разве что, выглядит более уставшим и круги под глазами стали чуточку темнее. Но он всё так же с нежностью улыбается ему и мягко целует, прошептав «Ленни». А затем краснеет и отстраняется, спрашивая, нужна ли какая-нибудь помощь. Лен на это лишь хмыкает, потому что его Скарлет ничуть не изменился за семь лет.              Он обсуждает что-то с профессором Штайном и Рипом, который тоже был здесь, и при этом в глазах его Лен видит грусть и тоску, что наводит на странные мысли. С Реем и Сарой он тоже общается более непринуждённо, чем обычно и улыбается так, словно знает что-то.              Когда им приходит время улетать, у Барри звонит телефон. Такое будничное действие заставляет его вздрогнуть, а затем расплыться в улыбке, глядя на экран. Лен замечает фотографию с тремя людьми и собакой на экране, а потом Барри, наконец, отвечает на звонок:               — Привет, милый. О, чёрт, нет, я не на работе. Я с Легендами. У них тут что-то сломалось, и я заглянул проверить. Они из восемнадцатого, судя по Саре. Да, они здесь, — он улыбается и поднимает взгляд на них. — Вам привет от Лена. Говорит, чтобы меньше бесили Бюро и следили за Тотемом Огня в руках Мика. О, Майки, приве-е-ет! Да, профессор Штайн здесь, — на другой стороне телефона раздаётся громкий визг, который слышит вся команда. Легенды улыбаются, а профессор выглядит озадаченным. Барри закусывает губу. — Да, конечно прибегай. Только осто… Он уже убежал, да? Хорошо, мы скоро придём. Люблю тебя.              Он кладёт трубку и убирает телефон в карман.               — У нас сейчас будут гости? — Сара приподнимает бровь, улыбаясь. Барри кивает, смущённо улыбаясь.        — Он, скорее всего, будет жутко стесняться. Он очень хотел с вами встретиться, — последнюю фразу он обращает к профессору Штайну.        — Почему?        — Вы его кумир, — пожимает плечами Аллен и в этот момент дверь распахивается и в комнату вваливается небольшое торнадо.              Торнадо оказывается пятилетним мальчиком в красной толстовке и большими голубыми глазами. Он хлопает ресничками и восторженно оглядывает команду, выглядя при этом так, словно едва сдерживается, чтобы не запрыгать. Когда его взгляд останавливается на Штайне, глаза мальчика расширяются, и он глядит на профессора с открытым ртом.              Штайн первый берёт себя в руки. Он наклоняется и протягивает мальчику руку:               — Мартин Штайн, — Майкл краснеет, но потом хмурит брови и пожимает руку.        — Майкл Снарт, — Легенды дружно вздыхают, и, кажется, мальчика это смущает. Он поворачивается к Барри. — Пап, я сказал что-то не то?        — Всё нормально, солнышко, — ласково улыбается сыну Барри и это вселяет в мальчика уверенность. Он снова поворачивается к профессору Штайну.        — А вы и правда огненный шторм?! Вы сливались с Ронни Реймондом — первым мужем тёти Кейт, да? Я знаю другого Ронни — вашего внука, он старше меня всего на два года, они с моим лучшим другом учатся в одном классе, — он тарахтит, как пулемёт, от чего Лен улыбается. Он не может налюбоваться этим прекрасным мальчиком, своим сыном. Барри понимающе улыбается ему. — Иногда он говорит ужасные вещи — однажды он сказал Линку, что Ронни Реймонд бы расстроился, узнай, что его жена вышла за преступника, но дядя Мик хороший, правда. Он готовит отличные зефирки на костре! Так и скажите своему внуку, а то мы с ним не разговариваем после того, как я вылил ему какао на новый свитер. А потом оно замёрзло, но это я уже не специально, правда!              Мик закашливается и мальчик краснеет. Барри негромко смеётся и подхватывает мальчика на руки. Тот обнимает его за шею, утыкаясь лицом в плечо, и Лен видит, как алеют его уши.               — Обязательно передам, — спокойно говорит Штайн. Майкл выглядывает и улыбается, а затем кивает.        — А вы старше, чем в книге.        — А ты милее, чем мы ожидали, — подаёт голос Сара. Она подходит ближе и встаёт рядом с Леном. — Совершенно не похож на отца.        — У меня их два, уточните, — негромко говорит мальчик, и все присутствующие заливаются смехом. Майкл смущается ещё больше и Барри, улыбнувшись, целует сына в макушку.        — Ладно, нам пора. Твоя тётя убьёт нас, если мы опоздаем на день рожденье малышки Ди.        — Она слишком любит нас, чтобы убить. А вот за папу я переживаю.              Барри смеётся, а затем, взмахнув рукой, срывается с места и исчезает во вспышке молнии. Лен провожает их взглядом, а на губах его растягивается довольная улыбка.              Он часто вспоминает этот случай после разрыва с Барри. Его сердце разрывается от боли от осознания того факта, что он своими руками разрушил такое великолепное будущее, где все они счастливы, но он понимает, что так нужно. Ему хочется верить, что всё это не напрасно и приведёт к лучшему. Он отчаянно гонит образ Барри с их сыном на руках…              …и поэтому, когда Барри сообщает, что к нему пришел сын из будущего, он надевает маску безразличия, стараясь не выдать, как плохо ему на самом деле. Он ухмыляется и говорит что-то про радость Айрис, старательно игнорируя сочувственный взгляд Сары.              Но когда в кадре появляется Майкл, его сердце делает кульбит и камнем падает куда-то вниз. Он мгновенно узнаёт в нём того милого мальчика, который так очаровательно краснел на руках у Аллена. И эту искреннюю улыбку, совсем как у отца, когда Майкл говорит:               — Привет, пап! Тётя Сара, выглядишь просто бесподобно! Как поживает Ава?              Когда связь отключается, они с Сарой долго смотрят друг другу в глаза.               — Гидеон, — окрикивает ИИ она. — А Барри в будущем…        — Всё ещё Аллен, — отвечает Гидеон и вздыхает.        — Ну и что это значит?! — рявкает Мик. — Откуда этот мальчишка взялся?        — Ты ведь полетишь к ним, — не спрашивает — утверждает Лэнс. Снарт кивает. Конечно, он полетит туда, хотя при мысли о том, что он снова увидит Барри вживую и сможет его коснуться, заставляет его дрожать всем телом.       

***

             Майкл даже не опаздывает на встречу. Он немного нервничает — это видно по покрасневшим щекам и тарахтящей речи, когда он рассказывает, как капитан Сингх едва не раскусил их и, как Майкл выкрутился. Мало-помалу Лен расслабляется и с улыбкой наблюдает, как мальчишка ест. Ему очень хочется расспросить Майкла об их жизни, но он одёргивает себя, постоянно напоминая себе, что мальчик всего лишь анахронизм, который надо либо исправить, либо уничтожить.               — Почему вы расстались? — вдруг спрашивает Майкл и голос его полон обиды и боли. Лен вздыхает.        — Всё сложно.        — Ничего подобного! Война бесконечности — это сложно. Мои отношения с физичкой — это сложно. А быть вместе двум людям, которые любят друг друга — это не сложно.        — Он всё ещё любит меня? — детский вопрос соскакивает с языка, прежде чем Лен успевает это предотвратить. Он слышит надежду в своём голосе, а сердце его невольно замирает в ожидании.              Майкл улыбается ему.               — Конечно, он любит тебя, пап. Просто поговори с ним. Пожалуйста. Ради нас.              Лен вздыхает, а затем, немного подумав, лезет в карман за телефоном.       

***

             Когда Барри толкает его в сторону, убирая с пути Маркуса, который вновь завладел сознанием Норы, всего на мгновение его наполняет облегчение. Его действительно пугает это существо, завладевшее телом его дочери и сделав из неё монстра. И он совершенно не хотел становиться его сосудом.              Но это облегчение стремительно сменяется ужасом, потому что в следующую секунду девушка хватает Барри за горло и отрывает от земли. От её тела отделяется тень — чёрный вибрирующий силуэт человека, который сливается с телом Барри, а Нора тряпичной куклой падает к его ногам. Лен вскрикивает и где-то за его спиной кричит очнувшийся Майкл.              Аллен хрипит, его глаза закатываются, и всё его тело дёргается в разных направлениях. Затем он замирает и выпрямляется. И когда он поворачивает голову, Лен видит его глаза, которые сейчас напоминают чёрные дыры. Барри улыбается и эта улыбка настолько жуткая и неестественная, что по коже бегут мурашки.               — Надо признать, такой расклад событий мне нравится намного больше. Флэш никогда не подводит, когда дело касается его близких, — Маркус звучит довольно. Но затем он хмурится и смотрит прямо на Лена. — Он так сильно любил тебя. Это его и погубило.              На лице Барри на мгновение отражается сочувствие, а затем он срывается с места и убегает, оставляя Лена с дырой в душе. Он чувствует, как крик отчаянья застревает в горле и он просто не может произнести и звука, в то время как Майкл негромко завывает. Он подползает к Норе и пытается нащупать её пульс. Руки его дрожат, а по щекам одна за другой бегут слёзы.              Он осторожно берёт её на руки, положив голову к себе на колени.               — Не оставляй меня, — шепчет он, гладя её по лицу. — Пожалуйста, держись. Я не смогу без тебя. Нора, умоляю, только держись. У нас всё будет хорошо, ты только держись.              Он смотрит на своих детей, которые выглядят сломленными и потерянными. На Нору, которая, вероятно, мертва и Майкла, который задыхается от горя, баюкая сестру в своих объятиях. И Лен буквально слышит, как сердце его разбивается.              Он не помнит, как они добираются до СТАР Лабс. Он помнит, как на шатающихся ногах Майкл несёт Нору и как он следует за сыном, готовый подхватить. Он не может говорить, потому что боится, что если откроет рот, то сразу же разрыдается. Слова Маркуса похоронным маршем звучат в его голове, и Лен изо всех сил сжимает зубы, стараясь не думать об этом.               — Она жива! — вскрикивает Майкл, кладя сестру на кушетку в Кортексе. Девушка выглядит такой хрупкой, что Лен не хочет смотреть на неё, боясь раздавить своим взглядом. И ему так и хочется попросить Кейтлин, которая осматривает девушку, быть осторожней, но он молчит.              Сноу выглядит жутко недовольной и ей определённо что-то не нравится в девушке, но Лен даже подумать боится, что. Наконец, она хмурится и поднимает взгляд на Майкла.               — Нужна тёплая вода и полотенца.              Мальчик кивает и убегает, но через мгновение возвращается с тазиком в руках. Вдвоём они моют Нору, вытирая с неё грязь и кровь, и с каждой секундой сердце Лена сжимается всё сильнее. Под слоем грязи оказывается бледная, сильно натянутая кожа зеленоватого оттенка, сильно торчащие кости и впалый живот.               — Она очень сильно истощена, — подводит итог Кейтлин, подключая девушку к какому-то аппарату, который сразу же начинает отражать её сердцебиение и ещё какие-то показатели. И по лицу Сноу, Снарт понимает, что показатели эти не самые лучшие. Она вставляет ей в руку катетер и подключает к капельнице.        — Почему она не просыпается? — шепчет Майкл, и голос его звучит испугано. Кейтлин смягчается и кладёт ему руку на плечо.        — Её организм ослаб, Майкл. И чтобы поддерживать жизнь, её мозг как бы включил режим энергосбережения. Она будет находиться в коматозном состоянии до тех пор, пока не восстановится. Это может продолжаться от часа, до нескольких лет.        — Как когда папа девять месяцев пролежал в коме после удара молнией? — понимает мальчик и девушка, улыбнувшись, кивает.        — Да, именно так. Просто дай ей время. И с ней всё будет хорошо.              Майкл снова кивает и берёт Нору за руку. Кейтлин же подходит к Леонарду. Она указывает на соседнюю комнату и Лен послушно идёт туда. Там он снимает парку и свитер, позволяя Кейтлин осмотреть его искалеченное тело.              В комнате появляются Циско и Айрис. Может быть, они с самого начала были здесь, а он просто не замечал, но для него это неважно. Его мысли сейчас очень далеко.               — Что произошло? — наконец не выдерживает Циско. — Снарт, где Барри?              При упоминании имени алого спидстера Лен напрягается всем телом. Он закусывает губу, приказывая себе держаться, но вид Барри с чёрными глазами не выходит у него из головы.              Он чувствует ласковое прикосновение к плечу. Подняв голову, он видит Айрис, на лице которой — печаль и немой вопрос. Лен глубоко вздыхает.               — Он забрал Барри, — говорит он и голос его хриплый. — Маркус забрал Барри. Ему нужно было новое тело, потому что Нора умирала и… — он шумно сглатывает и прикрывает глаза, пытаясь сфокусироваться. — Он хотел забрать меня. Сказал, что моё тело ему подходит. Что я сильнее и выносливей. Но Барри назвал полное имя Норы, и она на мгновение пришла в себя. Но Маркус вернул себе контроль и тогда… Барри оттолкнул меня. Мне очень жаль, — он говорит искренне, из последних сил сдерживая эмоции.              Он ждёт, что друзья Барри осудят его, закричат, что это его вина и что на месте Барри должен быть он… Но, видимо, они настолько поражены, что не в силах издать и звук. По щекам Уэст текут слёзы, Кейтлин болезненно вцепилась в его плечо и её ногти впиваются Лену в кожу, но он почти не чувствует боли.               — Барри жив, — говорит Циско и все взгляды в комнате обращаются к нему. — Я уверен, он жив. Нора и Майкл бы тут же исчезли, если бы он умер.        — Нора была жива, когда он завладел её телом, — поддакивает Уэст, вытирая слёзы. — И значит Барри тоже. И мы сможем спасти его.              Лен кивает. Не потому что уверен в этом, а потому что хочет верить. Верить в то, что Барри жив и что ещё есть шанс всё изменить.              Кейтлин протягивает ему стакан с бесцветной жидкостью.               — Выпей это, — говорит она. На его немой вопрос она поясняет: — Это снотворное. Тебе надо отдохнуть, Лен.              Он кивает и выпивает содержимое стакана залпом. Жидкость отдаёт мятой и разносит по телу покой. Он закрывает глаза и проваливается в сон.       

***

             Он просыпается в Кортексе один. Кожа покрывается мурашками от холода, стоящего в комнате, а потом он замечает кусочки льда, покрывающие одеяло. События прошлой ночи накрывают его с головой, и он на мгновение зажмуривается, пытаясь отогнать воспоминания.              Он так сильно любил тебя. Это его и сгубило.              Лен сбрасывает одеяло и поднимается с кушетки. Мышцы ломит от резкого движения и какое-то время он разминает их, а потом бесшумно выходит из комнаты.              Сквозь стекло он видит близнецов в соседней палате. Нора всё так же подключена к системе жизнеобеспечения — на лице у неё кислородная маска, а аппарат отсчитывает ей пульс. Пип. Пип. Пип. Пип.              Майкл лежит рядом. Он умудрился уместиться на крохотной полоске свободного места. Одну руку он положил себе под голову, а другой он обнимает девушку за талию.              В этот момент Лен особо остро осознаёт, что Майкл и Нора — близнецы. Несмотря на то, что разнополые близнецы в девяносто процетов случаев кардинально отличались друг от друга, эти двое были похожи. Одна форма бровей, одинаковая форма губ и одинаково бледная кожа. Но черты лица Норы, даже несмотря на истощение, были более мягкие, словно мазки краской, а у Майкла — резкие линии карандашом.              Тут мальчик вздрагивает во сне и морщится, но всё же не просыпается, лишь сильнее прижимается к сестре. Лен идёт дальше, стремясь найти людей.              В лаборатории он видит Циско и Ральфа. Последнему Кейтлин обматывает голову бинтом. Снарт напрягается.               — Что произошло?        — Мы нашли Барри, — отвечает Циско и тут же морщится. — Но этот Маркус оказался той ещё скотиной.        — Да, — поддакивает Дибни. — Это было странно — видеть, как Барри покрывает нас грязью. Но, к счастью, он всё ещё уязвим.              Глаза Лена удивлённо расширяются.               — Вы поймали его?!        — Он в Ускорителе, — отвечает Циско, но прежде, чем он успевает дойти до буквы «р» в слове «ускоритель», Лен покидает комнату.              Он идёт быстро, а сердце его колотится где-то в горле. Он не задерживается ни на секунду — огибает пролёты и перепрыгивает через лестницы.              Перед дверью в ускоритель Снарт замирает, пытаясь восстановить дыхание. Когда лёгкие перестают гореть адским огнём, а сердце — сходить с ума от тахикардии, он глубоко вздыхает и прикладывает ладонь к сканеру. Тот дважды пищит и окрашивается в зелёный, а дверь, с негромким скрипом, открывается.              Лен заходит внутрь и, оглядевшись, сворачивает вправо. Он уже видит Барри в третьей камере. Тот выглядит расслабленным — сидит, откинув голову назад, а глаза закрыты. Снарт в ужасе замечает огромную гематому на пол лица и струйку крови, которая течёт из его правой брови.              В этот момент Барри просыпается и Лен обречённо стонет. Крохотный лучик надежды на то, что он сейчас увидит знакомую зелень глаз, угасает, когда он натыкается на зияющую черноту. И стоит ему только задуматься о том, видит ли его Барри, как тот усмехается и произносит:               — Посетители, как мило. Соскучился по своему Скарлет, Ленни?              Лен поджимает губы. Басистый голос, звучащий изо рта Барри, заставляет его вздрогнуть. Он глубоко вздыхает, мысленно повторяя, что это не Барри, а затем начинает говорить.               — Кто ты такой? Демон? Дух?        — А тебе-то какое дело? — усмехается Маркус и эта усмешка выглядит жутко.        — Хочу знать, как убить тебя и вернуть Барри назад.        — Как мило. Твоя проблема, Ленни, в том, что твой милый Скарлет мёртв.        — Ты лжёшь.        — Мне нравится твоя непоколебимость. Но, ты серьёзно думаешь, что я позволил бы Барри Аллену жить, после фиаско с его дочуркой? Как бы не так.              Лен молчит, закрыв глаза.              «Нора и Майкл живы» — говорит он сам себе. — «А значит, и Барри жив»               — Зачем тебе нужен сосуд?        — Ты же видел меня, Ленни. Я не могу существовать тенью.        — Ты всегда был таким или…        — Всё ещё пытаешься вызнать, как убить меня? — усмехается Барри. — Нет, я не был таким. Когда-то я был таким же, как ты.        — Но что случилось потом?        — Вся моя жизнь покатилась к чертям собачим из-за одного мудака. В один день я потерял всю свою семью. А когда попытался всё исправить… превратился в это, — он моргает, а затем приподнимает бровь. — Хочешь узнать, как убить меня? Тебе придётся убить мой сосуд. И, если я не успею покинуть его тело до того момента, как сердце остановится, то я умру. Но мы оба знаем, что ты никогда не поднимешь руку на это очаровательное тело. Так что, считай, я бессмертный.        — Ты монстр, — выплёвывает Лен.        — Единственный монстр здесь — это ты, — спокойно отвечает Маркус. Барри поднимается с пола и подходит ближе к стеклу. — Он ведь любит тебя. Просто обожает, я бы сказал. Каждую частичку твоего тела, каждую извилину души. Всего и полностью. Он умер ради тебя. Потому что ему проще пострадать самому, умереть и искалечится, чем позволить тебе хотя бы поцарапаться. И это после того, как ты бросил его, не объясняя причин.        — Так было…        — Кончай заливать! — закричал Маркус, и лицо Барри исказилось от ярости. — Я превратился в грёбанную тень без тела и был заперт в клетке, из-за того, что пытался спасти любовь всей своей жизни. Я просто хочу вернуться домой! — он ударил кулаком по стеклу, да так сильно, что пошла трещина. — Поцеловать своего мужа и обнять детей, которых я не видел сотни лет! Сказать им, что папа их любит! Всё, что я делаю, всё это ради них. Но ты, — он указывает на него пальцем. — Ты разрушил собственное счастье своими же руками из-за грёбанного эгоизма и при этом, я ещё монстр?! Катись к чёрту, понятно?!              Лен держит маску безразличия до последнего. Каждое слово Маркуса, вырывающееся изо рта Барри ножом режет по сердцу, но он не подаёт виду.               — Тогда поздравляю, — холодно говорит он. — Ты вернулся домой. Отныне эта камера — твой дом.              Он разворачивается и уходит, слыша яростные крики у себя за спиной.              Затем вдруг раздаётся громкий треск и скрежет и в следующую секунду Лена окатывает потоком воздуха. Воздух наполняется запахом озона и мимо проносится желтая вспышка. Лен закрывает глаза и вздыхает.              Они пытаются его найти. Циско и Айрис психуют, бегают и проверяют все радары. Но тщетно. Барри и Маркус словно растворились, исчезнув с лица земли. Видимо, он всё же понял, что по спидфорсу его можно выследить, потому что след Тёмной материи обрывается на ближайшей автобусной остановке.              Лен тоже участвует в поисках. Он связывается с Вейврайдером и просит их просканировать местность, но и это оказывается провалом. Барри не было нигде. Ни в одном из его убежищ, ни в одном отеле или мотеле. Нигде.              В конце концов, Лен сдаётся. Он возвращается в СТАР Лабс с кучей стаканчиков кофе из Джиттерс. В его стакане ещё и алкоголь, который неприятно горчит на языке, но проветривает голову.              Он сидит, уставившись в стену, и думает, думает, думает. Где он может быть? Как его спасти? И, конечно: Кто, чёрт возьми, такой Маркус? Хоть и его речь звучала искренне, Лен не поверил ни единому слову. Не может это быть человеком. Просто не может.              За раздумьями он не замечает, как в комнате появляется ещё один человек. Он проходит за его спиной и садится рядом, а затем берёт у него стакан и делает глоток.               — Виски, — подводит итог Майкл и возвращает кофе ему. Он поднимает взгляд и их глаза встречаются. — Ты всегда пьёшь кофе с виски, когда думаешь.        — Здесь есть о чём подумать, — вздыхает он. — Как Нора?        — Кейт сказала, что ей уже лучше, но она всё ещё не просыпается. И я не думаю, что она проснётся скоро, — на последней фразе голос мальчика ломается, и он снова тянется к стакану, но Лен убирает кофе в сторону. Майкл вздыхает. — Она всё, что у меня есть. События повернулись совсем не в ту сторону, которую хотелось бы и, велик шанс того, что я никогда не вернусь домой, в своё время. Так что она — весь мой дом. И если она не очнётся…        — Она очнётся, — твёрдо говорит Лен. Майкл молчит какое-то время, а потом кивает.        — Очнётся. Она сильная. Сильнее меня. Она справится. Ведь справится же? — он поднимает взгляд на Снарта и тот видит, что глаза мальчика полны слёз. Он вздыхает и обнимает его за плечи, прижимая к себе.        — Конечно справится, — негромко шепчет он. — И мы спасём Барри, и всё у нас будет хорошо.        — И ты никуда не уйдёшь? — с надеждой в голосе спрашивает Майкл. Лен усмехается.        — Как я могу куда-то уйти, когда у меня будет двое таких замечательных детей?              Майкл широко улыбается и обнимает его за шею. Лен чувствует запах его шампуня, пота и совсем чуть-чуть озона от молнии.               — Он может быть дома, — вдруг говорит Майкл. Он отстраняется и Лен видит, что он абсолютно серьёзен. — Ваша квартира свободна от камер и датчиков и никто не будет искать его у себя дома. Это идеальное место, чтобы отдохнуть и набраться сил.              Глаза Лена расширяются. Конечно, он же лично доказывал Команде Флэша, что им не нужны датчики, отслеживающие движение и угрожал увезти Барри в деревню в Норвегии. И если Майкл прав и Барри действительно там…               — Мне нужно это проверить, — заявляет он, поднимаясь с места. Майкл вскакивает вслед за ним.        — Я пойду с тобой.        — Исключено, — качает головой Лен, надевая парку.        — Ну, пап…        — Нет. Оставайся здесь. Я не хочу, чтобы ты пострадал, а судя по всему, Маркус сильно зол на тебя. Пожалуйста, Майк.              Мальчик сжимает кулаки, но потом вздыхает и кивает.               — Хорошо.        — Спасибо, — говорит Лен, а затем, поддавшись порыву, целует мальчика в лоб. — Ты чёртов гений.        — Ну, я же Снарт, — пожимает плечами он и Снарт смеётся.              Он разворачивается и уходит, искренне надеясь, что его сын не ошибся.              Лен добирается до их квартиры за полчаса. Он так давно не был здесь, но в памяти сохранилась каждая чёрточка, каждый уголок, каждая трещина. Он взбирается по лестнице так быстро, что приходится остановиться, что бы отдышаться. Он замирает перед дверью, не в силах сделать шаг. А потом кладёт ладонь на ручку и тянет вниз.              Дверь поддаётся и открывается, а мозг Лена пронзает радостный вскрик. Значит, он действительно здесь. А лежащий у порога костюм это подтверждает.              Снарт заходит внутрь и закрывает за собой дверь. В квартире стоит ужасный запах табачного дыма и крови, от которого сводит желудок. Мгновение ему кажется, что его вырвет, но ком застревает в горле.              Он проходит дальше по коридору, пытаясь в сумерках и дыму разглядеть Барри. Он замечает его силуэт у окна и замирает, не зная, что делать дальше. Выстрелить? Начать угрожать? Попытаться договориться?              В результате он делает единственное, что приходит в голову.               — Скарлет, — окликивает он парня.              Тот замирает, а затем оборачивается. Его глаза всё ещё чёрные, а между тонких пальцев зажата сигарета. Когда Барри начал курить?               — По-моему, я уже говорил — твой Скарлет мёртв. Здесь только его тело.        — Я не верю тебе.        — Я знаю. Но это ничего не меняет.        — Давай заключим сделку, — вздыхает Лен. Барри усмехается.        — Это было ожидаемо, — он закуривает, а затем складывает губы трубочкой и выдыхает дым. Затем тушит сигарету и, выбросив её в окно, складывает руки на груди. — И что же ты предложишь мне в обмен на него? Себя?        — Да.        — Ты мне не нужен, Ленни. У меня есть тело, способное путешествовать во времени без посторонней помощи и обладающее регенерацией.        — Что же ты хочешь тогда?        — Я просто хочу спасти свою семью, понятно тебе? И ты меня не остановишь.        — Но я могу помочь, — выпаливает Лен и Барри замирает. Он подходит ближе. — Я могу спасти твою семью. Назови только дату и время. И я всё сделаю.        — Я хочу сделать это сам. Это из-за меня мой муж умер и это я должен всё исправить.        — Но, спасая своего мужа, ты убьёшь моего, — почти шепотом произносит Снарт и голос его срывается.              На лице Барри появляется страшная гримаса. Он рычит, а в следующее мгновение Лена с силой ударяют об стену. Лопатки горят и он вскрикивает.               — Как ты блять смеешь так говорить, — его лицо находится в нескольких сантиметрах от лица Лена и Снарт видит собственное отражение в чёрных, как нефть, глазах. — Я любил его. Всём своим существом. И я превратился в это, пытаясь спасти его. А ты почти довёл его до самоубийства своим эгоизмом.              Он рычит, по-настоящему рычит, словно зверь в лесу и крепко-крепко жмурится, словно от головной боли.               — Как же ты меня бесишь, — Маркус, словно яд, выплёвывает каждое слово. — Как же я ненавижу тебя, Леонард Снарт. Он постоянно думает о тебе. Каждая его мысль наполнена тобой. Ленни, Ленни, Ленни… Как же это отвлекает, чёрт возьми!        — Скарлет, — хрипит он. — Скарлет, я в порядке.        — Заткнись! — вопит Маркус. — Ты достаточно прожил, Леонард Снарт. Пришло время тебе отправиться в Ад.              Его ладонь начинает вибрировать. Сердце Лена бешено стучит в груди. Он думает о Барри, его милом светлом Барри, а по щекам его катятся слезы.               — Я люблю тебя, — шепчет он, глядя в эту бесконечную тьму и надеясь увидеть хоть что-то от его Барри. — Я люблю тебя.              Маркус кричит, замахиваясь, а Лен зажмуривается, ожидая удара…              …которого не следует. Вместо этого он слышит негромкий хрип, а затем хватка Маркуса слабеет, исчезая вовсе.              Снарт распахивает глаза и видит Барри. Зелёные глаза, полные слёз, смотрят прямо на него, а по белой футболке, прямо напротив сердца, расползается красное пятно.               — Ленни… — шепчет Аллен и медленно падает. Лен подхватывает его в последний момент.        — Нет, Скарлет! — вскрикивает он. До его мозга только доходит, что сделал Аллен. — Нет, нет, нет! Барри, останься со мной. Не уходи, умоляю, Барри, останься со мной.              Лицо Аллена передёргивает и он до крови закусывает губу. Всего на секунду в его глазах появляется чернота, но она тут же исчезает, сменяясь зеленью. Его тело пытается вибрировать, но Барри подавляет вибрации, ладонями цепляясь за парку Лена.              «Хочешь узнать, как убить меня? Тебе придётся убить мой сосуд. И, если я не успею покинуть его тело до того момента, как сердце остановится, то я умру»               — Не умирай, умоляю, не умирай, — шепчет Лен, чувствуя, как по лицу его одна за другой текут слёзы.              Барри закашливается и кровь тоненькой струйкой течёт из уголка его губ. Сознание Лена пронзает вспышка. Все те видения, что являлись к нему и окровавленное лицо Барри… Всё это было предзнаменованием будущего. Этого будущего, которого Лен так боялся. И, пытаясь защитить Барри, он сам же навлёк на него беду.               — Прости меня. Это я виноват, Скарлет, ты только не умирай. Прошу тебя, останься со мной.        — Папа? — раздётся тихий голос и Лен вздрагивает. Он поднимает глаза и сквозь слёзы видит Майкла, входящего в гостиную. Лицо его искажается от ужаса, и он падает на колени рядом. — Пап! О боже, он умирает. Пап, ты только держись, всё будет хорошо, ты только не умирай.              И тут Барри улыбается. Слабо и едва заметно, но всё же улыбается. А затем его глаза стекленеют и рука, сжимающая парку, безвольно падает.              Лен хочет закричать. Громко, так, чтобы все стекла в этом доме полопались. Взвыть, словно раненый зверь. Трясти Барри, целовать его лицо и молить, чтобы он вернулся. Но изо рта не вырывается и звука.               — Пап, — вдруг зовёт его Майкл. — Пап, что-то мне нехорошо.              Лен поднимает на него взгляд и их глаза встречаются. Оба они понимают, что это значит.              Снарт притягивает его к себе, и Майкл утыкается ему лицом в плечо. Свитер Лена почти мгновенно намокает от его слёз.               — Я в порядке, — шепчет он и от этого шепота у Лена разбивается сердце. — Я достиг того, чего хотел. Я дома, со своей семьёй.        — Тшш, Майк, — хрипит Лен. Он гладит мальчика по волосам, краем глаза видя, как его худое тело начинает разбиваться на квадратики. — Я здесь. Всё хорошо.        — Я знаю, — кивает мальчик. Он поднимает на него глаза и Лен с ужасом видит, что его лицо тоже разбито паутинкой. Прожилки начинают светиться. — Сара однажды сказала… — слова даются ему с трудом. Снарт видит, как ноги его начали исчезать, растворяясь в пространстве и времени. Майк тоже это видит, но продолжает смотреть ему в глаза. — …что ломать таймлайн, это у нас семейное. Помни об этом.              Он улыбается ему — ярко и искренне, а после чего исчезает. И Лен остаётся один.