Death online 2

      Каждый день во Florentis'е как один: температура воздуха, погода, смена дня и ночи. На моей памяти здесь ни разу не шёл снег или дождь. Вечноцветущая поздняя весна. С одной стороны, это хорошо, но с другой — однообразие надоедает. Поэтому выезжать куда-то за город просто необходимо. Наша команда как раз вернулась с одного квеста из другого города и зашла к Эта Эфта для его сдачи. И теперь мы спокойно шли по узким улочкам Florentis'а. С Дэни я даже глазами боялся пересекаться, мои уши и щёки сразу же начинали пылать румянцем от его томного взгляда. А мне не нужно, чтобы кто-то что-то заподозрил. Он же, в свою очередь, не лез ко мне лишний раз, чтобы не злить меня и не вызывать подозрения.       Уставшие, мы хотели зайти перекусить, поэтому путь наш лежал через главную улицу. На стене одного здания я заметил пёстрый плакат. — Это же Кецуми! — воскликнул сноутер и скривился в лице. — Точно! — девушки начали вчитываться в плакат. — Здесь написано, что проходит японский фестиваль мацури[1] в честь Золотой недели[2]. — Будет японская традиционная еда, магазинчики, тир, выступления и фейерверк, а также обворожительная участница двадцатого турнира "Жадеит" - Кецуми Хачицуба, — продолжал читать капитан. — Хм-м-м... Нам не помешало бы развеяться.       А я разглядывал одежду девушки с плаката и странную палку с бумажками, что она держала в руках. Да, японка стала популярна после турнира. Ей это даже нравилось, раздавала автографы направо-налево, пока не зазвездилась. Дэни вот мозг клевала, что, мол, у него плохой вкус, раз он не обращает внимание на такую знаменитость, как она. Хотя она и вправду сильна! Ей совсем чуть-чуть не хватило, чтобы пройти в тройку лидеров. Но Кецуми обещала, что попытает свои силы в следующем сезоне — турнире "Аквамарин". — Интересно, что она там будет делать? — спросил я. — Придём и узнаем, — ответил жнец.       Если верить плакату, то начало фестиваля как раз сегодня вечером. Дэни ткнул меня локтем, намекая, чтобы я прочёл его мысли. «Нам нужны традиционные костюмы. Буду рад увидеть тебя в юкате[3]» — его ухмылка растягивается по лицу. Я мысленно дал ему подзатыльник за столь непристойные мысли в общественном месте. Просто с тех пор, как я был наделён телепатией, я ещё и научился видеть зрительные образы, воспроизводимые в чужих головах. Вот так у меня и получается видеть прошлое других. Не ручаюсь, что всё из воспоминаний было достоверным, и образы не обязательно должны быть от первого лица, ведь это лишь воображение того, кого я читаю, а не абсолютная истина.       Тем временем, мы всей командой уже кушали в любимой кафешке за столиком снаружи. На нём также лежали флаеры с того фестиваля, и, как гласила глянцевая бумага, по ним полагалась скидка. Каждый взял себе по купону. Экономными быть никогда не помешает. Затем ребята начали живо обсуждать сегодняшнее мероприятие, придя к выводу, что традиционные костюмы все пойдут покупать самостоятельно для создания интриги. И только перед отлётом каждый увидит юкаты друг друга. Я и понятия не имел, в каком месте возможно купить эти костюмы, но в этом мне помог Дэни. Он не только подсказал адрес, а даже вызвался пойти со мной за покупкой. И после обеда, втайне от всех, мы направились в магазин. Когда я вышел из примерочной в короткой мужской юкате голубого цвета с синими иероглифами, мой любовник не смог устоять перед этим зрелищем и закрылся со мной в примерочной.       На закате я и Дэни вышли на крыльцо, ожидая остальных. На парне была длинная серая юката с простым фактурным рисунком, длинные волосы непривычно заплетены в низкий хвост. А он милашка! — Тебе идёт! — приметил я. — Ох, Джинг, поверь, тебе идёт больше! Так бы тебя и съел, — глазами он уже поднимал голубую ткань по бедрам, забираясь мне промеж ног. — Слюни подбери, а то поскользнешься, чудик, — беззлобно посмеялся я.       На веранду вышел капитан, отчего мы даже отпрянули друг от друга. Костюм у Асджера был что надо! С ним он похож на настоящего японского самурая. Торс его был перемотан эластичным бинтом, а тёмно-серые штаны больше походили на юбку. Дэни мне и тут подсказал — такие штаны в Японии называются "хакама". Также у капитана на поясе в ножнах красовалась катана, а на голове соломенная треугольная шляпа. Девочки собирались дольше всех, но результат того стоил! Наоми вся сияла в этом розовом цветочном кимоно. Её тонкую фигурку опоясывал пёстрый пояс оби с объёмным цветком сакуры, созданного из рисовой бумаги. В волосах блестели заколки с теми же цветами, а косы она забрала в две аккуратные петли. Ну а Диорама, конечно же, неизменно в её любимом голубом. На ткани её кимоно и в аксессуарах читались белые кресты. Синие волосы собраны в высокий хвост, часть спадала на плечи, но это придавало её образу некий шарм. В руке девушка держала небольшой мешочек. Она единственная, кто додумался взять с собой футляр. И теперь я даже знаю, к кому кину свои вещички, если вдруг надумаю что-нибудь прикупить. Всё-таки бездонные карманы и сумки — гениальное приспособление. В них можно запихнуть сколько угодно хлама, и это никак не отразится на весе изделия. — Всё, все в сборе! Тогда в путь! — объявил жнец.       Прилетели мы, уже когда почти стемнело. Народу здесь собралась уйма. Мы встали в очередь на вход. За этой толпой я разглядел множество различных палаток с едой и прочими штучками, отчего просто глаза разбегались. Мы прошли под первой красной аркой, именуемой "тории"[4]. Пока мы ждали, Дэни рассказывал мне о необычной культуре и традициях Японии, и это действительно было увлекательно. И, когда мы встали под третьей тории, я заметил восседавшую на ней девушку. Приглядевшись, мы признали в ней Меланию.       Одетая в короткую фиолетовую юкату с кружевами, девушка весело раскачивалась из стороны в сторону. А потом она завалилась назад и, расправив руки, словно крылья, полетела вниз. У меня перехватило дыхание. Сделав кувырок, Мелания исчезла в открывшемся в воздухе портале. Как же она меня напугала! А Дэни, как я вижу, уже привык к её выходкам. Даже бровью не повёл.       Наконец, мы прошли на территорию ярмарки. Диорама сразу же метнулась к прилавку с карамельными яблоками, а я пока рассматривал всякие побрякушки. Тут были разные деревянные куклы, сувенирные палочки для еды, маски и прочее. Наоми тоже с интересом рассматривала штучки и не удержалась от покупки веера. А Асджер загляделся на лисью маску и также её купил. — Дэни, а что это такое? — я указал на небольшой аквариум с рыбками, где две девушки пытались их выудить.       Рыженькая с усердием старалась поймать малюток неким подобием сачка, а вот у девушки с бирюзовыми волосами получалось всё без особого усердия. В конце концов, сачок у первой порвался полностью. Продавец, посчитав рыбок у второй, положил одну из них в целлофановый пакет с водой, завязал его и вручил победительнице. Но она отдала рыбку рыженькой, на что та воссияла улыбкой. — Это японская игра кингё-сукуй. Кто больше выловит рыбок с помощью этого сачка - "пой", тот выиграл и получает в подарок одну из рыбок, — он немного помолчал, а потом предложил. - А давай сыграем?       Я не стал отказываться, очень необычной казалась мне эта игра. Но вот выловить достаточно рыбок у меня не получилось, поэтому, конечно, Дэни меня обыграл. От рыбки я отказался, поэтому сноутер вручил приз Наоми. Девушка очень удивилась подарку, но с улыбкой его приняла. Я успел заметить, как лицо Асджера будто потемнело. Он отвернулся и, хмурясь, направился к тиру. А потом Дэни потащил меня к прилавку со сладостями, и это вылетело у меня из головы. — А это - ханами данго, — указывал он на разноцветные шарики на шпажке. — Они очень вкусные. Я тебя угощу.       Парень протянул мне сласть, я принял её не без улыбки и смущения. И взял его за руку, как бы невзначай, пока никто не обращает на нас внимания в этой толпе людей. — Спасибо тебе, Дэни. — Не за что, глупый.       Но тут же вырвал у него свою ладонь, потому что Асджер в это время шёл прямо к нам. Он нёс в руках огромного плюшевого зайца и вручил его Наоми. Девушка опешила, спрятала лицо за огромной головой игрушки и смущённо поблагодарила его за подарок. Это он в тире выиграл?       Я смотрю, у тира сейчас как раз находилась очень знакомая компания — Asia. Японка стояла рядом с прилавком с ружьём наперевес и метко попадала в цели. Сегодня на ней было белое кимоно с голубыми и чёрными кругами, внутри которых изображены цветы. Рядом стояла кореянка в оранжево-голубом цветочном кимоно и парни в тёмно-зелёных одеяниях. И мне, и Дэни не особо хотелось сейчас сталкиваться с Кецуми, поэтому мы скрылись от неё в толпе, пока девушка всё ещё была отвлечена другим делом.       Спустя некоторое время сладости были съедены с превеликим удовольствием, а по громкой связи народ созвали ближе к сцене — готовилось какое-то интересное выступление. В темноте на сцену мелкими шашками выбежала танцовщица и села на пол. Одеяния её, словно волны морские, разлились по сцене. Вокруг все замерли и перестали дышать. Тут же зазвучали флейты и заполнили собой всё пространство, сопровождаемые звуками струнного инструмента и постукиванием дощечек. Свет на сцене озарил деву, и японка неторопливо поднялась на ноги, подняв с пола что-то вроде погремушки из бубенчиков. Девушка открыла глаза и посмотрела, как мне казалось, прямо на Дэни. Это была Кецуми в такой же ярко-красной хакама и белой рубахе с широкими рукавами, достающими ей до пят, как на плакате. Движения её были умиротворёнными и плавными, время от времени её рука позвякивала погремушкой, придавая танцу ещё больше таинственности и мистики.       Я увидел маленькую девочку с тёмными волосами, сидящую в храме. Она молилась. Её с детства учили всему тому, чего должна уметь будущая жрица. Вот только им не разрешалось иметь отношения с мальчиками до конца своей службы. А Кецуми росла, и её заинтересованность к противоположному полу тоже. В деревне как раз жил мальчик, чем-то похожий на Дэни. Наверное, поэтому она за красноволосым и увивается. Мальчик в тайне общался с Кецуми, встречались они в лесу около дерева глицинии. Но однажды, когда начался сильный ураган, девушка потерялась по пути к месту встречи. Ветер беспощадно трепал её волосы и одеяния, а дождь промочил бедняжку насквозь. Сквозь плотные шторы ливня не видно дальше своего носа. Небо и лес озарились светом молнии, и огромное дерево со скрипом упало на юную жрицу. «Наверное, в деревне пошли слухи, что меня забрали духи леса» — пронеслось у неё в голове.       Танец закончился, музыка стихла, и девушка ушла со сцены под бурные аплодисменты. — Я видел, как она служила в храме, — сказал я Дэни. — Она была мико[5]? — удивился он. — Теперь понятно, почему она такая высокомерная.       На смену Кецуми выбежали танцовщицы в белых звериных масках с веерами в руках и закружились в танце, словно птицы. В толпе мы потеряли из виду своих друзей и решили пойти в уединённое место. С обрыва открывался чудесный вид. Когда-то мы здесь кушали вместе с Асджером после тренировки, и как-то с этого обрыва меня чуть не скинула разгневанная японка. — А как ты познакомился с Кецуми? — задал я вопрос красноволосому. — На тренировке, — ответил он. — Я тогда уже был в команде.       Дэни погрузился в свои мысли: — Она замотала леской моба, что хотел прыгнуть на меня со спины, и воткнула ему в голову сюрикен[6], — я видел образы в его голове.       Девушка представилась, подмигнула и послала ему воздушный поцелуй. Этот поцелуй даже можно было увидеть — эфемерные губы коснулись щеки сноутера, отчего тот скривился. — Мальчик из её воспоминаний был немного похож на тебя. Наверное, поэтому ты ей приглянулся. В её вкусе. — Но мальчик из моих воспоминаний не просто похож на тебя, он и есть - ты, — Дэни приблизился ко мне, рукой придерживая мой подбородок. — Извращенец, — возбуждённым голосом выдохнул я. — Значит тебя интересуют маленькие мальчики? — Только ты один.       И прямо тут мы занялись сексом, под сияние трёх лун и россыпи звёзд. И даже когда начался праздничный фейерверк, он ублажал меня, прижав к дереву. Взрывы отдавались у меня в грудной клетке раскатами, оставляя после себя щекочущее ощущение внутри. Вспышки огней игриво мелькали на белоснежной коже любовника, отражаясь в изумрудных глазах. И, когда фейерверк закончился, мы нашли своих друзей и продолжили развлекаться: зажигали с ними бенгальские огни, фотографировались, жарили мясо на гриль-столе, на скорость ели такояки[7]. Воспоминания обещали быть незабываемыми, а главное — он был рядом. Первый день фестиваля закрыл запуск бумажных фонариков в небо. Нарисовав на фонарике рожицу, я загадал желание и раздвинул руки в стороны, доверяя ему самостоятельно продолжить свой путь. Небо заполнилось свечением тысячи душ — разноцветными фонариками. Я с каждым вздохом всё больше проникался азиатской культурой, крепче сжимая ладонь Дэни, пока никто не смотрит.