Глава 11
18 августа 2020 г., 18:00
В пещере клубился сизый дым и хаотично двигались тени. Периодически разносилось сиплое фырканье, шебуршение и разносилось эхо гогота. Многочисленные курильницы чадили, давая не столько свет и тепло, сколько наполняя воздух слезогонными ароматами тлеющих трав и смолоподобных составов. В центре этого хаоса разместился огромный стог, над которым появился колдовской портал.
— Аркин! — рявкнул Чорный Властелин.
Лорд тьмы не повел бровью. Его взгляд остался все столь же пуст и лишь из носа вырвались струи дыма.
— Аркин! — вновь рявкнул Чорный Властелин.
Ответом ему стали новые клубы дыма из ноздрей темного лорда. Но в этот раз он сопроводил их могучим зевком.
— Аркин! Прокляну! — проорал Чорный Властелин, понемногу выходя из себя.
— У меня иммунитет, — соблаговолил ответить лорд.
— Тогда благословлю именем безбородого, усилю твой иммунитет так, что тебя дурь вставлять перестанет, — прошипел Властелин.
— Не надо, нашальника, — испугался лорд тьмы Аркин и взгляд его стал осмысленным. По крайней мере перестал быть пофигистичным. — Шо шлушилошь, хошяин? — зевнул он.
— Избранный у нас случился, уже половину лордов извел! — рявкнул Властелин.
— Шо деится, нет ну шо деиться, — вздохнул Аркин, пыхнув дымом. — А от меня то шо надо? Шошрать его што ли? Та у мен ше ш нешварение будет. Колики ешо нашнуться.
— Какие к бороде колики?! Что за дрянью ты обдолбался?!
— Нишего не дрянь. Отлишные шишки. Свеший урошай, — обиделся Аркин за своих ботаников. — А колики от шпалы ишбранного, он ше ш ей мне шивот ишнутри ишколит. Нашмерть ишколит, — вздохнул темный лорд.
— Так, хвост в крылья и ко мне! — приказал Властелин, не собираясь терять время. Общаться с Аркином, пока он находиться в своей пещере не имело смысла.
— Шо, шамому лететь? — захлопал глазами темный лорд.
— Можешь обернуться человеком и ногами притопать, — ехидно посоветовал Властелин.
— Это ше ш долго. Мне лень.
— Портал сотворить нэ? — вздохнул Властелин.
— Шо вы, шеф, это ше ш мошно как в прошлый раш. Я ше ш шамершну, — поджал крылья лорд-дракон. — Вам ше ш шрошно надо. Вот вы и шделайте. Портал, в шмышле.
— Тьфу, — плюнул Властелин, помянул проклятую бороду и принялся колдовать.
Пока бледный дистрофик двухметрового роста и с патлами на голове приходил в себя после мгновенного перемещения, Властелин связался с лордом Мжотом. Сей верный слуга безбородого находился в сокровищнице. Впрочем, эта помесь жабы и хомяка всегда находилась в ней, пересчитывая накопленные богатства и нежно полируя особо ценные артефакты о собственную, удивительно нежную шерстку.
— Мжот! — рявкнул Властелин, которого несколько раздражало отношение подчиненных, вечно не замечающих появления начальства.
— Монетка к монетке, вот и стопочка, стопочка к стопочке, вот и горочка, — напевал жабоподобный хомяк с золотистым, даже на вид мягким волосом, который так и хотелось погладить. Разумеется, появившийся рядом переговорный портал он не заметил, продолжая перебирать золотые кругляшки.
— Мжот! — рявкнул Властелин как-то обреченно. Ответа не последовало, темный лорд был занят. — Монета в угол закатилась, — вздохнул чуть слышно Чорный Властелин.
— Где?! — тут же подскочил темный лорд. — Ой, ваше ужаснейшество, а я вас не заметил. Так увлекся, нет ну так увлекся, вы себе даже не представляете. Новые налоговые поступления с болот собрали. И вот так увлекся, такие мои подданные жадные, такие не аккуратные, такие…
— Мжот! — рявкнул Властелин и невольно вспомнил последнее посещение болотного края, отгораживающего путь к его цитадели.
Нигде он еще не видел настолько тощих и хилых разумных. Да что там, даже его черное сердце сжималось от жалости, при виде подданных Мжота. Если бы они не плодились словно жабы, коими, в принципе, по природе своей и являлись, так и вовсе бы вымерли болота, служащие своеобразным рвом перед Твердыней Тьмы, а так, ничего, на комарах с мошками антропоморфные амфибии держались и даже что-то умудрялись платить лорду. Для Властелина всегда оставалось загадкой то, как они умудрялись это делать. В конце концов, он еще худо-бедно допускал возможность выращивания жемчуга или чего-то в этом роде, но золота в болотах точно не было. Он проверил, а Мжот и вовсе ежемесячно перепроверял. Собственно, когда он не пересчитывал богатства в сокровищнице, он перепроверкой и занимался.
— Мжот, ты чего по углам шаришься? — тряхнул капюшоном Властелин, отгоняя посторонние мысли.
— Монетку ищу, — ответил лорд.
— Порой, я мечтаю о смерти, — вздохнул Властелин. — Мжот! — рявкнул он.
— Да, повелитель, — выпрямился тот, но глазами в угол косить не перестал.
— Нет никакой монетки.
— Как нет монетки?! — схватился за грудь перепончатой лапой жабоподбный хомяк полутораметрового роста.
— Избранный украл, — вздохнул Властелин.
— У вас? — с надеждой спросил Мжот.
— У тебя! — рявкнул Властелин.
— Да я его вот этими руками, — продемонстрировал Мжот скорее противные, чем страшные конечности, — порву. Да я его самолично загрызу! — завизжал он, распаляясь.
— Рад видеть такой настрой, отправляйся к лорду Зенкиняву, там и найдешь гада.
— Убью вора!!! — бросился к дверям сокровищницы Мжот.
— Армию! Армию, болван, прихвати! — закричал Властелин, но его уже не слышали.
«Тьфу, хоть самому вешайся», — сказал он, посмотрел на индиффирентно попыхивающего самокруткой Аркина и замер. Почесал затылок, усмехнулся и решил — а это прекрасный план.
— Лорд-дракон! — рявкнул он.
— Че? — выпустил черный дым из ноздрей Аркин.
«Да в бороду этих помощничков, давно от них всех пора избавиться», — усмехнулся про себя Чорный Властелин, которому все больше и больше начинал нравиться гениальный план. В конце концов, став тем, кто он есть, он первым делом изучил хроники и даже составил список ошибок предшественников. Вот только у них две трети лордов нормальными были, а у него и трети адекватных не набиралось. «Зато это моими мозгами компенсируется», — самодовольно подумал Чорный Властелин и презрительно взглянул на вассала.
— Известно ли вам, мой уважаемый лорд, что священные листья эльфийских деревьев ни па децки вставляют? — спросил он вкрадчиво.
— Не, — замотал патлами Аркин. — Че, правда? А че я не знал?
— Все знать нельзя, — философски заметил Властелин.
— Но попробовать можно, — отрезал Аркин, поднимаясь. — Я немедленно лечу к длинноухим, — заявил он.
— Зачем же так далеко, — всплеснул руками Властелин, — устанете крыльями махать, мой дорогой друг.
— Так ради новой дури…
— Эльфы есть и в Ре-Хо, — улыбнулся Властелин. — Я дам вам свою армию, вы возьмете своих… Э… Своих воинов неба, ну и с порталом помогу, в основном стойбище покойного лорда Чунарда еще достаточно тьмы, помогу с порталом, а там уж вы сами доберетесь.
— От спсибо бльшое, я ща своих дерну и…
— Да-да, идите, — покивал Чорный Властелин, взмахом руки создавая портал. Он не видел смысла экономить силы, так как его коварный план окончательно созрел, и ему наоборот требовалось ослабить себя как можно сильнее.
Аркин убрался собирать свое укуренное воинство крылатых философов-наркоманов, а Властелин распорядился готовить армию Твердыни Тьмы. Сам он уселся на темный-темный трон и огладил гладко-гладко выбритый подбородок. Прищелкнул пальцами и взглянул на Дага. Тот пил. Не первый день рядовой герой накачивался алкоголем и успешно превращался в нового лорда Хурабик. «Прекрасно. Просто чудесно. Нет, чудненько», — почти пропел мысленно Чорный Властелин и, поднапрягшись, восстановил чары на винном складе. Конечно, продержатся они не долго, но ему долго и не надо. Предотвратить похмельный бунт, дождаться гибели остальных лордов тьмы и дать Дагу убить себя. Ведь лишь Избранный способен упокоить Чорного Властелина окончательно, а остальные, хе-х, остальные станут одним из кандидатов на принятие его духа. Собственно, как раз после темных лордов убийца и окажется в приоритете.
Чорный Властелин прикрыл глаза и позволил себе немного помечтать. Он почти воочию увидел, как его травит Даг, а потом убивает. Он не станет сопротивляться, наоборот, поможет, уберет всю защиту. Тогда, увидев легкость победы, Даг начнет сомневаться в Избранном, но всё равно все будут считать героем посланца бороды. Неважно, будет ли Даг спорить или промолчит, главное — в его душе поселится тьма, а укорениться на таком субстрате и завладеть телом станет просто. Главное не спешить, подождать, год-два, нет, лучше лет десять, а то и сразу двадцать лет, тогда события войны забудутся, мир погрузится в свои дела и заботы, даже слуги бороды утратят бдительность. Он знает, он читал хроники, вот тогда-то и можно будет пригласить избранного на пир.
Или самому приехать? А, не важно. В любом случае, светлый же ж. Значит — дурак по определению. Избранный наверняка не откажет старому соратнику ни в лене, ни в примирении, ни в гостеприимстве. Может и вовсе от пьянства к тому времени помрет, а если нет — Чорный Властелин добродушно усмехнулся — отравится грибочками и, совершенно случайно, упадет сердцем на кинжал. Раз двадцать. Ну, а там начнется дележка власти и в мутной воде он выловит самую крупную рыбу — трон Империи. «Да, это будет чистая победа тьмы», — усмехнулся он, представив, как перед ним склоняются дролы ойкумены. «Так и будет», — кивнул он самому себе и велел подать лучшего вина.
***
К великому огорчению, не смотря на все попытки историков восстановить ход штурма Сан-Тариоя, достоверный ход событий остается загадкой до сих пор. Однако, мы можем точно сказать — это была тяжелая и кровавая битва. Лорд Зенкиняв и его приспешники дрались отчаянно и упорно, о чем свидетельствуют описания города, оставленные командирами прибывших нидзякусов. По мемуарам Карзирпа и Нутсалпа, когда их пятерки добрались до Сан-Тариоя, им предстала картина кровопролитного штурма.***
Сергей открыл глаза и поморщился от яркого солнечного света в лицо. Прищурившись, он заставил ватное тело перевернуться на бок. Теперь, когда его не слепили яркие лучи, он смог осмотреться. Золоченые узоры на стенах, покосившиеся картины, частично разбитые статуи, перевернутая и треснувшая ростовая ваза с тонкой росписью под хохлому, вяло шевелящиеся или неподвижно храпящие тела соратников, среди которых особенно выделялись колером носов Дролы Стот и Ний Си-Сон. Из разбитого окна подул свежий ветерок принесший запах гари и звуки далекой песни. «Какой странный зал», — подумал Сергей, заставляя себя сесть. С третьей попытки ему это удалось. Он взобрался на оказавшееся рядом кресло и сжал виски. В голове работал штамповочный цех. Картинка перед глазами покачивалась, но во рту ощущалась всего лишь Сахара с примесью помойки, а вот о желудок, видимо, изнутри, тигр когти поточил. Сергей еще раз огляделся. «Странный зал», — покачал он головой. Живот буркнул. «Пить — это конечно хорошо, но и жрать надо. Хотя бы иногда. Не все же закусывать», — сказал он самому себе и поднялся. Немного постояв, держась за спинку трона, и уже собираясь сделать решительный шаг в поисках перекуса с опохмелом, он услышал мерзкий «Хырк-шварк» над головой. «Тупая птица», — сказал он решившему не вовремя чвиракать воробью и понял, для чего нужны крыши. — Рес, — простонал Гам, разлепляя глаза. — Мы живы? — спросил он. — Вроде как, — ответил Сергей, для верности оглянувшись по сторонам. — Где эт мы? — Спросил Гам, с трудом садясь. Сергей не стал спешить с ответом. Он добрался до разбитого окна. Выглянул наружу. Оценил пейзаж. Многочисленные дымы поднимались среди выстроенных по линеечке домов. В аккуратном саду валялись трупы, шевелились трупы и ползали, ну, судя по внешнему виду, тоже трупы. — Полагаю, — потер лоб Сергей, — мы во дворце. — В чьем? — спросил Гам, утверждаясь на ногах и раскидывая руки для лучшего баланса тела. — Будем размышлять логически. — Ага, — кивнул Гам, и чуть не рухнул. — Башка трещит, — пожаловался он, придерживая упомянутую часть тела руками за виски. — Мы с этим, как его, короче с язвой воевали? — Ну. — Столицу осадили? — Ну. — А в столице дворец. — И? — И если мы во дворце, следовательно мы победили, — сделал вывод Сергей. — Ну ты голова, Ызбранный и Ымператор, — напала на Гама икота. — Похмелиться есть? — Нет. И вообще, если мы победили, где этот, да как его, — Сергей аж пальцами прищелкнул. — Язва этот где? — Не знаю, — мотнул головой Гам. На этот раз куда более удачно. Всего лишь поморщился. — Добр ты больно, посланец отца нашего, да не укоротиться борода его, — прогудел Фат, появляясь из-за спинки трона. — Всех жалеешь, даже над темным смилостивился, — махнул он рукой на трон. — Не понял, отче, — сообщил Сергей, упорно пытаясь понять, причем тут золоченое кресло героически пропорций с вычурной резьбой и россыпью драгоценностей. — Ноги видишь? — спросил Фат, протягивая фляжку Гаму. — Ну, — кивнул Сергей, обратив внимание на кожаные сапоги по типу угов. Золоченные такие, с серебряными тесемками. Вроде еще и узором из жемчуга, но тут герой сомневался. И угол не тот и шарики какие-то не такие. — Это ноги Зенкинява, — сообщил Фат. — А сам он где? — захлопал глазами Сергей. — До ветру отошел, — вздохнул Фат. Терпеливо так терпеливо вздохнул, ну как пастырю и положено вздыхать, когда с конченным идиотом сводят изгибы бороды творца. — Эт, — выдохнул порозовевший Гам, — а вернется когда? И эт, че мы ему рога не обломали? — осуждающе посмотрел он на Сергея. — Вы ему много что обломали, а кое-кто и вовсе башку оторвал, — поведал Фат о печальной судьбе темного лорда. — В смысле? — уставился на клирика Сергей. — В прямом. Когда мы в тронный зал ворвались, и ты его одолел, он пощады запросил. Проклятье снял. От тьмы отрекся, а Гам решил его проверить и налил выпить. — И че, бухнуло отродье безбородого? — Нет, отказалось, а ты, Гам, — Фат осторожно покачал головой, — решил, что без причащения ему веры нет. В общем, он сопротивлялся, но после того, как ты ему руки сломал, сдался и выпил. — Так это, без причащения никак. Вот. — Ну да, тоже верно, — кивнул Фат. — В общем, напоили мы Зенкинява, он сразу и ушел под стол. Мы отмечать победу продолжили, окончание похода объявили, все честь по чести, во имя святой бороды и творца сущего молебен устроили. — Э… Вот прямо-таки и молебен? — Удивился Сергей. — Ну, я тут один, так что по сокращенному ритуалу. Ты, как Избранный и прямой посланец создателя, благословил, я, как представитель матери нашей церкви, объявил о причащении. — Кто бухает, тот узрит свет. Возможно, сразу тот. — Воистину так. Сам понимаешь, другого варианта все равно не было, а тут разом такой город от тьмы почистили. Сергей задумчиво посмотрел на дымы, проломы в далекой стене, несколько разнесенных по камешкам домов ближе к площади, черные проплешины сгоревших строений, прикинул численность лежащих, ползущих, бредущих и сидящих людей, прислушался к голосам горланящих песни и кивнул. Большой город, иначе никак. Фат же продолжил рассказ: — Вернулись мы с балкона, ты с него речь толкал, — Сергей хмыкнул и шевельнул рукой, продолжай, мол, сам он ничего этого не помнил. — Вернулись значит и отмечать начали, а тут это Зенкиняв очнулся и завыл дурниной. Корежило его — жуть. Никогда не видел, чтобы так от похмелья выли, — Фат аж плечами передернул. — В общем, принялся Зенкиняв по полу кататься, головой биться, праздник портить, ну вы с Гамом и решили ему помочь. Да только не рассчитали. Один за голову взял, второй за ноги потянул, но друг друга вы как-то не приметили ну и вот, — Фат развел руками. — Оторвали вы ему башку. — Эт, теперь болеть не будет, — заметил Гам, после осмысления и ополовинивания фляжки. — Угу, мигрень, простуда, ревматизм и все остальное его больше не побеспокоят, — заметил Сергей. — И грехи отмаливать не придется, никакого педагогического эффекта, ну да на все воля бороды. — И да растет она во век, — согласился Гам, протягивая флягу Сергею, но тот ее не взял. — Хватит с меня, сил пить нет, жрать хочу, — помотал он головой. — Так пошли в пиршественный, там еще осталось, — махнул рукой Фат, указав на створку, чудом удерживающуюся на одинокой вывороченной петле. Пиршественный зал встретил троицу длинным столом, валяющейся под ним головой Зенкинява и седыми слугами лет двадцати. Что примечательно, трезвыми. Сергей с соратниками уселись с торца стола и не успели рта открыть, как им тут же подали жаркое, наваристый суп, разнообразных копченостей, сыров и маринованных огурчиков с помидорчиками. — Просто мысли читают, — хмыкнул Сергей, проявляя поистине геройскую волю. Он не превратил воду в первач, чем вызвал еще большее уважение друзей. — Ды это, после вчершанего-то, — сказал Гам, небрежно отодвигая голову прежнего владельца замка. — Свет бороды их осенил. «Угу», — кивнул Сергей, набивая рот и вспоминая майора с военной кафедры. Неплохого мужика, в меру требовательного и любящего травить поучительные байки. Особенно упорно он вбивал в головы будущих офицеров запаса, так называемых пиджаков, главное правило армейской учебы. Прием был прост и незатейлив — за косяки одного, отвечают все. Новизной он не блистал, но майор уверял, если хорошенько задрочить бойцов группой, с утра даже самый тупой и непонятливый начнет проявлять чудеса сообразительности. «Буквально мысли читать будет», — любил приговаривать наставник. Плотный обед закончился и осоловелая троица, в лице одного воздержавшегося Избранного и пары правильно опохмелившихся героев, выбралась на балкон. Где и повстречалась с посланцами Дага. Повезло нидзякусам, ой как повезло, могли бы и головы лишиться, а так, ну немного помяли их, когда они по стене забрались и дружно через резные каменные перила перебрались. — Чего не через дверь? — Поинтересовался Сергей у приведенных в чувства тружеников кинжала и плаща. — На ее месте завал, — сообщил новость Карзирп, прижимая к глазу холодную сталь клинка. — Это мы что ли? — Удивился Сергей. — Не, — мотнул головой Гам, — это дварфусы криво парковали. Сергей подошел к краю балкона и выглянул с него, вытянул шею и хмыкнул: «Как-то неаккуратненько». «Да и безбородый с ним», — махнул он рукой, возвращаясь к стулу и плетеному столу с фруктами. — Рассказывайте, орлы, ну в смысле летучие мыши. Тьфу, — тряхнул головой Сергей, — говори, бэтмен, — распорядился он, ткнув пальцем в Нутсалпа, как наименее пострадавшего нидзякуса. Всего-то шишка на лбу, типа рог обыкновенный. В общем, узнал Император о проблемах Дага и приказал седлать коней. Но не тут-то было. На балкончик выползли Дролы Стот и Ний Си-Сон, которых весьма интересовал вопрос — кто за главного и что вообще дальше? Короче говоря, пришлось Избранному задержаться. Нет, вначале он собирался одного из друзей припахать, но Фат с Гамом наотрез отказались и пообещали смертельно обидеться. — Дело мое служить и свет бороды святой нести, — отрезал клирик. — Это, людей пожалей, — продемонстрировал сжатые кулаки Гам и кивнул на город. Вот и пришлось Сергею назначать наместником одного из дролов. Собственно, проблема как раз и заключалась в наличии двух кандидатов. С одной стороны, они были родственниками и хорошо ладили, что облегчало задачу. С другой, оба имели амбиции и отличались честолюбием. Впрочем, мозгами их творец не обделил и они предложили стандартный выход — магический договор. — Еще и освятишь во имя творца нашего и именем его. — Ваще нерушимый станет. — Да будет так, — кивнул Сергей. Собственно, пока дролы договор составили, вечер и наступил. Император его заверил и скомандовал по коням. Благо, тех уже давно приготовили. Вот только парадный выход из дворца так и не расчистили. Впрочем, героев и особенно избранных такая мелочь не смутила, а нежелание тащиться до альтернативных ходов и вовсе подсказало простой выход. — Ух, — сказал Фат, спрыгивая с балкона. — Ха, — выдохнул Гам, кроша пятками каменную брусчатку перед дворцом. «Шмяк», — воткнулось венценосное тело Избранного. Нидзякусы и прочие напряглись, но Фат лишь вздохнул, а Гам, где-то уже и привычно, поднял одеревеневшее тело. — Бдильник, — сообщил он остальным. — Привязывайте, — распорядился Фат, пока Гам водружал тело Императора в седло. Приказ был выполнен мгновенно, благо у ниндзякусов всегда при себе имелось достаточно веревок, удавок и прочих гибких материалов. Разной длины и назначения. Гам потыкал тело Избранного посохом, убедился в надежности крепления и кивнул Фату. Тот махнул рукой, и отряд поспешил в путь. Разумеется, выезжать под вечер не самая лучшая идея, но Сергей решил, и остальные согласились — так он избавит подданных от скатывания в беспробудное пьянство. Все же, рассказанные нидзякусами последствия неуемного возлияния жителей лена Хурабика впечатлили всех.
