Пособие по мазохизму или "Как полюбить монстра?"

***

      Весна наконец добралась до Хогвартса. Где-то недалеко весело щебетали птицы, слышались радостные вопли студентов, вышедших на большой перемене погреться под солнцем. Профессор МакГонагалл со вздохом подумала, что очень хотела бы разделить их эмоции, но возможности выйти из замка до заката не представлялось. Уроки стояли друг за другом без перерывов, к тому же директор попросил в обед зайти к себе. Четвёртый раз за неделю… Ещё одного разговора про введение дня самоуправления женщина просто не выдержит: стоило ей представить, как кто-то вроде юного Джеймса Поттера ведёт трансфигурацию, как непроизвольно начинали дёргаться оба глаза.       В кабинете Дамблдора было настолько светло, что первые несколько минут Минерве пришлось прищуриваться. Солнце светило в огромные окна, а шторы были отодвинуты вбок, насколько это только возможно. Отражающие поверхности, безделушки и зеркала, которыми кабинет изобиловал, слепили со всех сторон. Однако хозяина кабинета, казалось, это всё приводило в полный восторг: блаженная улыбка никак не сходила с лица директора. Наконец, он отошел от подоконника и повернулся к коллеге: — Не правда ли, чудный денёк, профессор МакГонагалл? Говорят, первое весеннее солнце незаменимо для фениксов!        Фоукс согласно фыркнул на ближайшем подоконнике. — Может быть, раз уж все в сборе, перейдём к делу? —  в противоположном углу раздался грубый мужской голос. Минерва невольно вздрогнула и почувствовала, как сердце ускорило ритм. Профессор Снейп тоже здесь? Но зачем? Неужели Дамблдор решил взять Северуса в союзники в вопросе введения дня самоуправления? Минерва подумала, что бы такого мог пообещать директор зельевару ради поддержки, но ей почему-то казалось, что такой вещи в принципе не существует в природе. Если только это не публичное унижение гриффиндорцев в любом доступном формате. Остаётся надеяться, что Альбус на такое не пойдёт.       Со стороны казалось, что после Рождества между двумя деканами всё наладилось - Снейп даже перестал без особой нужды снимать баллы с Гриффиндора, в результате чего их встречи с МакГонагалл были сведены к рабочему минимуму. Вначале Минерва радовалась такому подарку судьбы: даже начала вечерами читать книгу, зная, что больше никто не потревожит её в это время. Спустя полторы недели она насторожилась, поскольку затишье, по её мнению, было слишком долгим. Через три недели она уже практически сходила с ума. Снейп мерещился ей в каждом втором встречном, внутри закипала злость: с чего он вообще позволил себе прекратить это. Женщина сняла пятьдесят баллов со Слизерина за полную ерунду, ожидая хоть какой-то реакции, но зельевар даже не посмотрел в её сторону на следующий день. В конце концов, когда спустя два месяца Минерва обнаружила себя у дверей декана Слизерина, готовая высказать всё, что думает, она вдруг застыла, словно на неё вылили ведро ледяной воды. Постучать она тогда так и не решилась. — Минерва! Ты слышишь меня?! — Профессор МакГонагалл вздрогнула, отрываясь от своих мыслей, в которые, кажется, погрузилась слишком глубоко. Оба собеседника смотрели на неё и явно ожидали услышать ответ на заданный вопрос. — Извини, Альбус, с утра мучает лёгкая мигрень. Можешь, пожалуйста, повторить? — Это почти не было ложью. — Вот как! Может, обратишься к Северусу за зельем от головных болей? Он варил его для меня несколько раз, и всегда отменного качества! — Дамблдор подмигнул Снейпу, но тот, кажется, не заметил этого радушного жеста, поскольку почти закрыл глаза в попытке спастись от ярких солнечных лучей. — Нет, благодарю. У меня ещё остались запасы от Поппи в комнатах. Прошу, давайте вернёмся к сути дела. — Да, об этом... — Альбус вдруг стал непривычно серьёзным, улыбка исчезла с его лица. — Боюсь, коллеги, я вынужден сообщить вам крайне дурные вести. До министерства дошла информация, что несколько сподвижников Тёмного Лорда вознамерились продолжить его дело, и в ближайшее время готовится нападение на дом маглов в пригороде Лондона. Министерство не хотело бы делать этот факт общеизвестным даже среди сотрудников, а значит, не может предотвратить ситуацию своими силами. Поэтому министр Бэгнолд попросила нашей помощи. Думаю, вы оба прекрасно понимаете, какой.       Минерва не могла выдавить в ответ ни слова. После окончания войны и всех судебных процессов ей казалось, что всё это осталось в том ужасном тёмном прошлом, которое больше никогда не повторится. Что она больше не увидит ужас в глазах людей, не услышит их отчаянные крики, не встретит уродливые лица бывших знакомых, полные ненависти и злобы… — Альбус, что, опять?.. — Голос женщины дрожал и почти переходил в шёпот. — Боюсь, что да. Вам необходимо будет отправиться туда завтра вечером. По нашим данным, именно тогда должно случиться нападение. Я прошу именно вас, потому что доверяю вам обоим. И потому что уверен, что эта задача будет вам по силам, — Дамблдор внимательно всматривался в глаза коллег, словно убеждая, что спорить нет смысла. — Директор, — Снейп вдруг подал голос из другого конца кабинета, — я считаю, что нет необходимости отправлять туда нас обоих. У меня достаточно опыта, чтобы справиться в одиночку.       Брови Минервы поползли вверх, она с удивлением уставилась на зельевара. Сердце неприятно сжалось. — Это не обсуждается! Соперников будет трое, и я не хочу рисковать ни тобой, ни профессором МакГонагалл. Я знаю, что вы оба достаточно сильны, чтобы справиться с ними всеми самостоятельно, но нам не нужны случайные жертвы. Вы подстрахуете друг друга, а в случае, если всё окажется так просто, как ты предполагаешь, тем лучше. Раньше вернётесь в Хогвартс.       Снейп недовольно фыркнул в ответ. Внутри Минервы зарождалась ярость: с чего вдруг это показательное выступление? Неужели ещё осенью в кабинете с зеркалами она не доказала ему, что тоже чего-то стоит?! — Что ж, если вопросов больше нет, ожидаю вас завтра в своём кабинете в 9 вечера. Отсюда вы перенесётесь по нужному адресу с помощью порт-ключа, — директор открыл дверь кабинета, демонстрируя, что разговор на этом окончен. — Хорошего вам дня, коллеги. Наслаждайтесь весной!       Фоукс радостно щебетал на подоконнике, подтверждая слова своего хозяина. Но какое там наслаждение! Стоило Альбусу закрыть дверь с той стороны, Минерва не сдержала едкого комментария: — Забавно. В кабинете ЗОТИ вы, кажется, не жаловались на моё присутствие. — Во взгляде мужчины мелькнуло что-то странное, но через мгновение на его лице снова появилась ледяная маска. — Кажется, за несколько недель до этого вы не смогли справиться с парой десятков паучков. Откуда мне знать, что из двух этих ситуаций было случайностью? — Минерва возмущенно вскликнула и собиралась сказать что-то Северусу в ответ, но тот уже скрылся за поворотом. Женщина вдруг почувствовала, что в уголках глаз противно щиплет.

***

      На следующий вечер, ровно в 9, оба профессора снова стояли перед дверью директорского кабинета. Ни один из них не проронил ни слова, и без того напряжённая обстановка казалась накалённой до предела. Дамблдор пригласил их войти жестом; лицо его было сосредоточенным, а сам он на редкость молчаливым. — Альбус, когда мы можем отправляться? — Минерва первая прервала гнетущую тишину. — Не ранее, чем я приведу вас в надлежащий вид. — Прошу прощения, директор, но что это вообще значит? — тон Снейпа был привычно раздражённым. — Северус, вы отправляетесь в магловскую деревню, конечно же это означает, что вы должны выглядеть соответствующе, — Дамблдор взглянул на зельевара с укором, мол, можно было догадаться и самостоятельно, но тот в ответ лишь шумно выдохнул и закатил глаза.       Директор направил свою палочку на Снейпа, и через мгновение на месте мантии появились чёрные брюки со стрелками и тёмно-коричневый свитер поверх рубашки. Волосы были собраны в низкий хвост и перевязаны шёлковой резинкой изумрудного оттенка. Дамблдор бросил оценивающий взгляд на своё творение и, удовлетворившись, повернулся к МакГонагалл. — Минерва, дорогая, шляпу придётся оставить здесь, — он слегка улыбнулся и подмигнул коллеге. Та послушно взмахнула палочкой и отправила головной убор в угол директорского стола.       Её новый образ оказался таким же простым, как у Снейпа: на месте изумрудной мантии оказалось платье того же цвета, приталенное, но полностью закрытое. Вместо тугого пучка волосы оказались заплетены в свободную косу, и передние пряди непослушно спадали на лицо. Помимо изучающего взгляда Альбуса, Минерва чувствовала пристальный взгляд зельевара сбоку, но виду не подала. — Что ж, думаю, можно отправляться. Министерство на время выманило маглов: они внезапно выиграли путёвку в туристический центр на два дня. Так что дом свободен, и на их месте сегодня будете вы. Не привлекайте к себе внимание, не издавайте лишнего шума. Помните, противников будет трое, защищайте друг друга, — директор внимательно посмотрел поверх очков-половинок в глаза коллегам, акцентируя их внимание на последнем наставлении. — Порт-ключом будет эта вещь, — Дамблдор продемонстрировал небольшую серебряную брошь в виде четырёхлистного клевера, усыпанную изумрудными камнями. — Я закреплю её на поясе профессора МакГонагалл, и как только битва будет окончена, вы вдвоём дотронетесь до неё, чтобы вернуться. Вопросы остались? — Профессора синхронно мотнули головами. — В таком случае, прошу коснуться этой чашки, она перенесёт вас в нужный дом.       На столе Минерва увидела аккуратную белую фарфоровую чашечку, по краям которой расползалась голубая веточка с аккуратными листьями. Почему-то тревога охватила её только в этот момент. Видимо, она настолько устала за неделю, что даже не осознавала, что в действительности им предстоит сделать. Она посмотрела на Снейпа, но лицо его не выражало ни одной эмоции. Минерва вздохнула и протянула руку в сторону чашки. Снейп повторил за ней. В следующую секунду они почувствовали резкий толчок вперёд, и, едва сохраняя равновесие, приземлились в незнакомой гостиной. В углу потрескивал камин, наполняя комнату приятным тёплым светом, огромные дубовые шкафы с книгами заполняли большую часть пространства. Было тихо. Сделав небольшой шаг, Минерва услышала скрип половицы, приглушённый толстым ковром. Северус посмотрел на коллегу и поднял бровь, безмолвно спрашивая, куда это она направляется. — Нужно осмотреть дом. Если мы изучим поле битвы, у нас будет преимущество перед противниками, — объяснила МакГонагалл. — Разумная мысль.       Следующие 15 минут ушли на изучение магловского жилища, в котором, помимо гостиной, обнаружились небольшая уютная кухня, кладовая и две спальни на втором этаже. Обставлено всё было довольно просто, но со вкусом: на каждом окне висели белые кружевные занавески, в каждой комнате обнаружилась небольшая картина с морским пейзажем, написанная маслом. Жили здесь, судя по обстановке, семейная пара с дочерью младшего школьного возраста — в одной из спален всюду были разбросаны куклы и мягкие игрушки, а в центре комнаты лежал потрёпанный букварь. На камине в родительской спальне стояла фотография с какого-то праздника: мужчина и женщина с двух сторон обнимали радостную девочку со смешными хвостиками и воздушным шариком в руках. Минерва посмотрела на неё и сжала губы в тонкую линию, представив, что могло случиться с этой семьёй, если бы только Министерство ничего не узнало. Внутри закипала злость.       Внезапно на первом этаже раздался грохот слетевшей с петель двери и звуки ожесточённой борьбы. Не раздумывая, Минерва рванула вниз по лестнице. Никто из врагов её ещё не видел, а значит, можно напасть внезапно. Первое заклинание, брошенное из-за угла, пришлось точно в цель – седой мужчина в тёмно-зелёной мантии замертво рухнул на пол. Два его друга, увидев это, словно озверели: глаза их пылали яростью, они сыпали одно заклинание за другим то в сторону МакГонагалл, то в сторону Северуса. Профессора едва успевали отбиваться, вокруг всё мерцало яркими разноцветными вспышками, книги сыпались с полок, в дальнем углу что-то горело. Сзади раздался сильный треск, и за мгновение до того, как тяжёлый книжный шкаф упал прямо на то место, где стояла Минерва, она успела отскочить в сторону. Битва резко затихла; в воздух поднялись огромные столпы пыли. Минерва сидела на полу и пыталась тихо откашляться, прячась за ближайшей дверью. Не успела она прийти в себя, как услышала отчаянный крик Снейпа, и с ужасом разобрала в нём своё имя. Она не видела, что происходило дальше, только слышала проклятия, больше похожие на рёв, которые Снейп сыпал в сторону врагов. В их числе были Круцио, Империо и Сектумсемпра, прежде неизвестная МакГонагалл. Наконец, звуки стихли, и женщина аккуратно выглянула из-за двери.       Вокруг был хаос, валялись предметы и тела в самых неестественных позах, кто-то тихо постанывал. Поморщившись, МакГонагалл перевела взгляд на лежащие на полу обломки шкафа. Рядом на коленях сидел Снейп, и трясущимися руками отодвигал один деревянный кусок за другим. Его губы дрожали, он бормотал что-то неразборчивое и постоянно заправлял за ухо выбившуюся из хвоста прядку. Охрипшим от пыли и усталости голосом, Минерва позвала его по имени. Он поднял затуманенные глаза и несколько секунд смотрел на неё, словно на привидение. А затем бросился в её сторону так резко, что она отшатнулась назад, и прижал к себе со всей оставшейся силой, уткнулся носом в изгиб шеи и без конца шептал: «Мерлин, ты жива, ты жива…». Минерва чувствовала, как его трясёт, но не могла вымолвить в ответ ни слова, лишь сильнее прижималась к мужской груди и широкими движениями поглаживала его руки и спину в попытке успокоить. Она не знала, сколько прошло времени, прежде чем хватка Северуса хоть немного ослабла, а она сама вспомнила про порт-ключ, про Дамблдора, про то, что нужно скорее сообщить об успехе, чтобы министр могла арестовать нападавших и отправить их в Азкабан. МакГонагалл осторожно взяла ладонь Северуса, шепнула, что пора возвращаться, и потянула его руку вместе со своей в сторону изумрудной брошки. Не успели они её коснуться, как седой мужчина, лежавший без чувств с начала битвы, вдруг схватил палочку и, направив её в затылок Снейпа, выкрикнул что-то неразборчивое. Минерва почувствовала, как мужчина в её руках обмяк, а глаза его медленно закатились вверх. В следующее мгновение резкий рывок перенёс их обратно в Хогвартс.