Влюбленный в чувство

      - Финн! Я дома! И лишь тишина встречает меня своей глухой реальностью. Устало стягиваю обувь, опираясь на близстоящий шкафчик. Как же надоело. Каждый день приходить в пустой дом и ждать: ждать, когда он соизволит прийти пораньше, обнять и сказать, что любит; ждать и надеяться, что он здоров и с ним все хорошо; ждать и в мучениях обзванивать больницы, каждый раз забивая себе голову неблагоприятным стечением обстоятельств. Просто ждать…       А любовь ли это вообще?! Вот уже год, как наши отношения находятся на стадии «на людях у нас все замечательно», а на душе погано. Кидаю пальто на диван и сажусь на пол, уже давно заменивший мне кровать, обняв колени. Как же я устала...       Стоит лишь вспомнить, с чего все начиналось? С ухаживаний стеснительного паренька по имени Финн, который с переездом в большой город изменился до неузнаваемости: поддался искушениям огней, забыл, ради чего мы здесь оказались, забыл настоящего себя, забыл меня. Раньше вместе мы могли просто сидеть вечерами и говорить. Буквально ни о чем, без повода, о всякой ерунде. Так мы лучше узнавали друг друга, так мы и стали по настоящему близки, так мы поняли, что вместе подобны единому целому. Сейчас, проводя очередной вечер в одиночестве, полный грусти и тоски по прошлому и несбыточному будущему, я бы, пожалуй, все отдала, чтобы лишь на день вернуть это. Однако, в действительности, я наедине с жестокостью жизни, которая в очередной раз бьет меня в самое сердце без передышки, будто тренируя удары на боксерской груше. Иногда, лишь изредка, я ловлю себя на мысли, что еще несколько таких ударов, и оно просто не выдержит. Хотя, кого я обманываю?! Я думаю об этом постоянно.       Мы мечтали о переезде уже давно. Маленький город Эверетт не мог покрыть всех амбиций и не мог дать то, чего так хотелось. Он лишь забирал все, позволяя погрязать в пучине однообразия. Финну хотелось продвинуться как можно дальше по карьерной лестнице, стать настоящей акулой бизнеса, иметь все и разделить это все со мной. Кларк Гриффин же хотела сбежать и, вместе с любимым человеком, сделать это оказалось намного легче. Я поддерживала его, а он меня, вместе, рука об руку мы прошли этот сложный и тернистый путь. Никто так просто отпускать нас не хотел, но, благодаря настойчивости Финна и моему упорству, мы оказались в Бостоне. И все же, что-то мне подсказывает, что все было зря, и большой город нас погубил.       В телефоне лишь монотонные гудки, а в голове абсолютный бардак. Уйти?! Я бы ушла, но не могу. И в голове один вопрос: «Любовь ли это?». Как будто бы боюсь себе признаться, что это все привязанность души, правда, не к человеку, а к воспоминаниям, о том кем он когда – то был. Сотни оправданий, но и они меркнут на фоне очевидных фактов. На столике в рамке совместное фото. Молодые и счастливые. Пока еще влюбленные, пока еще живые чувства. И снова в голове вопрос: «На эти чувства имею ли я право?». Могу ведь просто взять и отпустить, но воли явно не хватает. А жаль…       Поднимаюсь и, нехотя передвигая ноги, иду в ванную, дабы смыть с себя очередной блеклый тусклый день, такой же серый, как и все другие, такой же одинокий.       Печально, что, будучи в отношениях, с, казалось бы, любимым человеком, я вынуждена каждый вечер проводить в одиночестве. Мы можем и вовсе не видеться днями: я на работе и где он не знаю. Из всех тех мыслей, что меня посещают, о худшем даже думать не хочу, но и возможности не исключаю. Когда, будто услышав мои молитвы, он появляется на пороге квартиры, и я поднимаю, хотя скорее пытаюсь, разговор на тему «где ты был?» и «может нам вообще разъехаться», он, лишь пожимая плечами и упав на кровать, немедленно засыпает.       Набираю ванну, добавляя немного пены. Надеюсь, это поможет мне расслабиться и забыться. Порой представляю, что все это сон, плохой, пугающий, ужасный, но невероятно реалистичный. Так почему вся моя жизнь один сплошной кошмар?       Нет ничего, что могло бы хоть как - то отвлечь. Нет ничего, что смогло бы перетянуть одеяло на себя. Полностью погружаться в работу, как по мне, удел слабейших из нас. Это значит бояться встретиться с проблемой лицом к лицу. Так вот я не боюсь. Я храбрая, я - боец! Так всегда говорил мне папа и как же мне его сейчас не хватает. Он ушел, покинул этот мир уже как 10 лет назад, забрав с собой и часть моей души. Тогда, в самый тяжелый период моей жизни, именно встреча с Финном помогла мне справиться с сильнейшей болью, тогда он заменил ее любовью, позволил вверить ему себя, и, видимо, жизнь все же бумеранг, и мне возвращается вся та боль, что он забрал когда-то. Но, что плохого я в итоге натворила?! В чем я провинилась?! Все, к чему я все-таки пришла, так это то, что жизнь не делится на черные и белые полосы. В моем случае она вечно серая и до жути однообразная.       Ухожу под воду с головой. Мне так осточертело все. Быть может взять и переехать?! У меня неплохая репутация преподавателя, однако, отвратительная репутация художника. Гриффин - самоучка так и не смогла справиться со всем, противостоящим ее творениям, миром. Быстро взлетела и быстро угасла.       Сколько себя помню, всегда мечтала о работе с красками. Создавать и творить буквально стало моим жизненным кредо. Поддержка отца была очень важна для меня, он был моим вдохновителем и музой, его образ был пронесен через все мои работы. На тринадцатый Новый Год он подарил мне мольберт, что храню я до сих пор. На мою первую выставку он был в командировке, однако, несмотря на угрозы вышестоящих чинов, срочным рейсом вылетел ко мне, чтобы поддержать. Он всегда мог дать дельный совет, всегда знал, как осчастливить меня, был строг, но и этого было в меру. Он был рядом всегда, но не сейчас…       Сейчас уже обо мне никто и не вспомнит. Ни моего подъема, ни моего стремительного падения. Никто не вспомнит ни моих картин, ни моей печали, ни моего позора. Лишь отец всегда верил в меня и, благодаря нему, мне было к чему стремиться, но вот уже 10 лет я лишь смотрю на пустой холст, стоящий в углу нашей с Финном комнаты, на запылившемся стареньком мольберте.       Как можно аккуратнее встаю, дабы не упасть. Смерть, возможно, была бы идеальным решением всех моих проблем, однако она сейчас явно будет не к месту. Оборачиваюсь в полотенце, быстро смотрю на себя в зеркало, понимаю, насколько устало я выгляжу, разворачиваюсь на носочках и выхожу. От дверного скрипа на диване, в полной темноте, слегка дернулась одиноко сидящая фигура. - Я уж думал, ты утонула – с явной ноткой сарказма произнес Финн, отпивая из бокала что-то, по-видимому, алкогольное. Кажется, все начинается по новой. - Где ты был? – чуть слышно спрашиваю я, боясь, что голос дрогнет. - Может, уже сменишь пластинку? – твердо говорит Финн, поворачиваясь ко мне лицом, источающим злобу и агрессию. Набираюсь смелости, ведь если не сейчас, то думаю, еще не скоро удастся вывести его на разговор, и чуть громче произношу: - Сменю, когда ты хоть раз ответишь мне на вопрос!       Он отвернулся, будто боится смотреть мне в глаза. Молчание. И эта тишина бьет по ушам раз в тысячу сильней. В голове вновь целая кипа вопросов: «Как мы к этому пришли?», «Что мы сделали не так и когда?», «Почему человек, которому я готова была посвятить всю себя, так ненавистно настроен? И что из всего этого выйдет?».       Сколько себя помню, я всегда хотела создать семью с человеком, которому буду всецело доверять. Я не хотела, чтобы с меня сдували пылинки и всячески оберегали, но я хотела простого внимания и заботы. Хотела равенства в отношениях, хотела отдавать и получать взамен. Все время я верила и надеялась, что Финн именно тот человек, принц, о котором мама читала сказки в детстве: добрый, честный, ответственный, храбрый, а самое главное испытывает ко мне лишь теплые и нежные чувства. Но что мы имеем в итоге?! Чувств давно уже нет, десять лет, проведенные вместе, теперь кажутся вечностью, которую мы, поначалу, несли с честью, а в конце все нагло растеряли. Мы погрязли в этой вечности, мы в ней утонули.       Слезы скапливаются в уголках глаз, вновь собираюсь с силами и продолжаю: - Ответь, когда все пошло к черту под хвост, Финн?! Когда мы плюнули на все и перестали стараться оставить хоть что-то теплое?! Хоть какие - то нежные воспоминания о том далеком и несбыточном, что были у нас?!       Уже не сдерживаюсь и срываюсь на крик: - Когда мы забыли о существовании друг друга? Хотя бы раз, проводя вне дома, ты думал, что я чувствую? Возвращаясь пьяным, спустя несколько дней, думал ли, что мне сказать или как оправдаться? Оставляя меня одну, вспоминал о моем существовании хотя бы на минуту? - Я никогда и не забывал! - уже не так уверенно произнес Финн. - Тогда ответь, когда ты понял, что больше не любишь меня?! – буквально утверждаю уже несколько отчужденно, словно выдвигая приговор, как вдруг, слышу злобный рык. - Замолчи!       И полетевший в стену бокал рассыпается на множество осколков. Трясясь, уже скорее от страха, аккуратно подхожу, на мгновение, останавливаясь за спиной у Финна и наблюдая за тем, как вздымаются его плечи, сажусь перед ним на пол и беру лицо в ладони, проводя по щекам подушечками больших пальцев. - Когда мы перестали быть одним целым? Ведь ты же помнишь, как все было хорошо?! Как мы все делили на двоих: вместе мечтали, поддерживали, воодушевляли. Мы были едины, Финн - говорю я чуть тише. - Если нам так хорошо вдвоем, то зачем нам нужен кто-то третий?       Эти слова прозвучали, словно гром среди ясного неба и я прекрасно понимала, о чем идет речь. Всего одна фраза и словно выстрел в самое сердце.       Я всегда хотела создать семью, подобную той, что была у меня в детстве, однако именно в этом Финн моего рвения не разделял. Я знала, что он не любит детей и не хочет, он всегда говорил, что они убивают всю силу и энергию, которую человек должен тратить, прежде всего, на себя, а в итоге отдает этим "неблагодарным созданиям". Я постоянно избегала этой темы, до недавнего времени. Я, было, думала, что он изменился и повзрослел, а все его негодование было связано с нашим прошлым, ведь сейчас возможности позволяют нам ребенка содержать и воспитывать. Но как оказалось, я снова витаю в мечтах, которые разделить с кем-то не имею возможности. - Финн... - Мне плевать! - произнес он, убирая мои руки с лица. - Я ненавижу все это! Дети, семья... разве так как есть не лучше?! Разве все, что есть у нас сейчас не хорошо? Почему все всегда должно упираться во что-то большее? Привязать друг друга к себе навечно?! Так и кольцом на пальце сейчас не привяжешь!       Секундное молчание переросло в новый поток несдерживаемых криков. - Знаешь, что я делал последний месяц?! – спрашивает он, смотря на меня, чуть сузив глаза, и ехидно усмехаясь, а я не могу проронить и слова. - Я пил! Я очень много пил! И я курил, много чего курил... – с каждым словом, стискивая зубы все сильнее, произносит Финн. - Пожалуйста, не надо... - прорезавшийся наконец-то голос, больше похожий на всхлип, и слезы, ручьем скатывающиеся по щекам.       Однако словно молоток Финн решает вбить в меня последний гвоздь: - И я трахался, Кларк! Я много с кем трахался!       Эмоции, казалось, покинули меня, разум затуманен и лишь сердце, пронзенное острой болью, продолжает стучать не так часто. Он с силой сжал мои руки и продолжил говорить: - Каждый раз, когда я смотрел на них, каждый гребаный раз, мне становилось так противно от самого себя. Но я не хотел останавливаться! Я мог, Кларк, но я не хотел! - прошипел он прямо перед моим лицом, буквально выплевывая эти слова. Мне так противно, неприятно и страшно. Видеть его таким и знать, что в этом есть и твоя вина. Понимать, что своими намеками и напором ты довела человека до точки. Ты привела к краху то, что строилось годами, но также понимать и то, что рушила все ты не одна, а под руку со «своим» человеком. Смотрю в его глаза и не понимаю ничего.       Глухой удар - я падаю на пол, Финн прижимает меня своим телом. Предпринимаю попытки скинуть его, ударить, но лишь больше достается мне. Очередной удар головы об пол и будто прибитые к нему же руки. До ушей доносится звук расстегивающейся ширинки. - Финн, ОСТАНОВИСЬ! НЕ НАДО, ФИНН! – кричу я как можно громче, в надежде достучаться до него. Он под воздействием алкоголя, он не в себе и не понимает, что делает. Глубоко же внутри я осознаю, что тот Финн, которого я раньше знала, не поступил бы так будучи даже в стельку пьяным и я, наконец, понимаю, что это не тот парень, в которого я влюбилась. Это все словно очередной страшный сон. Но на сей раз, я падаю в бездну по-настоящему. - Да заткнись же ты блять наконец!       Громкая пощечина и боль, пронзающая мое лицо. Я чувствую, как горит щека, как его ладонь словно отпечаталась на ней. Полотенце с яростью развернуто, хотя, скорее, разорвано, и за этим последовал первый грубый толчок.       Больно, противно, обидно. Обидно, что человек, который был для тебя всем миром, калечит тебя, как физически, так и морально. Толчки становятся все сильнее, сил сопротивляться все меньше, с каждым разом сердце больше наполняется пустотой. Финн полностью выходит из меня и тут же входит на всю длину, буквально разрывая изнутри. Его руки яростнее цепляются за мое тело. В один момент он с силой сжимает бока, в другой он уже душит меня, обвив руками шею. Следуют несколько очередных ударов по щекам и, лишь затем, я слышу его стон и чувствую, как он покидает мое тело.       Подобно стервятнику он растерзал меня, попросту убил. Я чувствую, как с уголка губ сочится кровь, и вижу, как она капает на белый ковер. - Провожать не обязательно! – последнее, что слышу я от Финна, за чем следует звук захлопнувшейся с силой двери.       Лежа на полу, не двигаясь, боясь пошевельнуться, искалеченная духовно и физически понимаю: я сломлена, определенно и не безосновательно. Я разбита и подавлена. Все, что хочется сейчас – умереть. После такого думаю жить мне явно незачем. Продолжаю лежать и, наконец, первая слезинка скатывается, а вот уже через минуту я рыдаю навзрыд. Опустошенная и никому ненужная.       Оповещение о входящем сообщении. Вытираю слезы и, не вставая, тянусь дрожащими руками к телефону, покоившемуся на журнальном столике. Снимаю блокировку. Входящее сообщение от: Мисс Вудс 23:56 «Мисс Гриффин, простите, что беспокою в поздний час и простите за сегодня. У меня выдался не самый лучший день.» Нервно хмыкаю и продолжаю читать: « Знаете, думаю, потерю отличной оценки я как-нибудь переживу, однако, потерю такого преподавателя как Вы мое сердце не выдержит… Еще раз простите и доброй вам ночи:)»       Легкая улыбка и душа, погруженная во мрак, уже не кажется такой изуродованной. Может, все-таки что-то я делаю правильно?! Может не все потеряно в этой жизни?!       Но слезы с новой силой рвутся наружу и капля за каплей вовлекают меня в суровую действительность…