Ты - мой, я - твой

       — Джон, ты хотя бы стрелять умеешь?        — Все врачи — военнообязанные. В моем институте была военная кафедра. Не хочу хвастать, но стрельбу я сдал ничуть не хуже, чем акушерство.        — Хорошо, но практики у тебя давно не было?        — Вообще-то… довольно регулярно. Мориарти здорово возбуждал мой вид с пистолетом. Вроде как он даёт мне возможность, но знает, что я ей не воспользуюсь. Его это так заводило. Запах пороха для него лучший афродизиак.        — Чудесно, — беседуя таким образом, Шерлок не стоял на месте. Он быстро отправил несколько сообщений, явно заготовленных заранее и только ждущих своей очереди. Затем подбежал к одной из полок, вынул нечто, издали похожее на сигарету, и положил в нагрудный карман рубашки. Взял с той же полки флакон и повернулся к Джону.        — Слушай, я ценю твое желание спасти меня от Мориарти, но чтобы всё получилось, мы должны действовать как напарники.        — Напарники? — омега просиял. — А что, это звучит. Детектив Шерлок Холмс и доктор Ватсон.        — Ты пока не доктор.        — Так и ты уже не детектив.        — Ладно. Но тем не менее — распределим роли: я ведущий, ты — ведомый, я — говорю, ты — делаешь. И никакой самостоятельности!        — Это потому что ты бета, а я омега?        — Это потому, что у меня есть опыт в задержании преступников!        — Мориарти не преступник. Он артист… своего дела.        Шерлок хмуро смотрел на Джона. Мысли неслись в его голове с первой космической скоростью, калейдоскопом выстраивая возможные варианты развития событий, но с таким неподвластным никаким расчетам неучтенным фактором как этот омега, ничего путного не получалось!        Лучше всего было бы запереть его здесь, но если он сумел открыть потайную нишу, то и с замком может сладить. А неожиданное появление его на арене действий — Шерлока передернуло — нет, пусть уж лучше будет на глазах. Но все же детектив закинул удочку:       — Может останешься в доме с ребенком? — Инстинкт родителя вроде должен взять верх.        — Если ты проиграешь — опять — ни мне, ни ребенку уже ничто не поможет.        — Резонно. — Как ни обидно это прозвучало, Шерлок порадовался этому ответу. Похоже, парень постепенно возвращается к норме восприятия бытия. — Ну, тогда… Джон. Слушай. Ты сомневаешься в моем доверии к тебе. И ты прав. Но ты до сих пор говоришь о своем альфе с придыханием. Ты появился в моём доме так внезапно и так… удачно. Ты твердишь о всепоглощающей любви ко мне, что тоже, прости, выглядит не слишком правдоподобно. В первый же день ты залез в бумаги именно по Мориарти. Ты сумел найти и открыть мой тайник. Ты чуть ли не предвидел его появление сегодня здесь. Вот скажи, кто в здравом уме поверит, что всё это — чистой воды совпадения?        — Уж не опытный сыщик, это точно.        — У меня были случаи, когда то, что выглядело тщательно продуманным планом крупных специалистов — оказывалось удачнейшим сочетанием спонтанных решений кучки дилетантов. Так что я не могу совсем уж сбрасывать со счетов возможность удивительной игры судьбы, но всё же… Помнишь, ты сказал что обязательно найдёшь способ доказать мне, что ты со мной, а не с ним?        — Я от своих слов не отказываюсь.        — Хорошо. Тогда дай мне пистолет. На минуту! Я только проверю, всё ли нормально. Я его специально на подобный случай готовил, но техника может подвести.        — Люди — тоже. Вернешь?        — А ты обещаешь сделать чётко то, что я тебе скажу?        — Это к вопросу о доверии?        — Да.        — Обещаю, Шерлок. Я сделаю чётко то, что ты мне скажешь и тогда, когда скажешь. Держи.        Детектив внимательно осмотрел пистолет, открыл, проверил патроны, и еще что-то там внутри. И вернул.        — Значит, договорились. Так, теперь иди сюда. Положи пистолет на кровать и прикрой покрывалом, чтобы на него не попало. Закрой глаза. Я обрызгаю тебя из этого флакона. Запах сильный и довольно неприятный, но улетучится за три секунды.       Сыщик тщательно обработал омегу, затем попросил его сделать то же самое с собой.        — Что это?        — Поймёшь в свое время. Теперь далее, говорить с Мориарти буду я. И что бы я ни говорил — ты удивляешься, веришь и злишься.        — Без проблем.        — И последнее. Самое важное. Тебе придётся его отвлечь. Чтобы он не на меня смотрел, а на тебя. На секунду. На три. На сколько сможешь. Помнишь, как Моран тогда.        — У тебя же уже есть идея — как? — Джон тоже осмотрел пистолет, как бы копируя Шерлока. Особого внимания удостоилась задняя часть корпуса, что рядом с курком. Затем он вытянул руку и поводил оружием туда и сюда, как бы примериваясь. По тому, как он это проделал, детектив понял, что свои таланты на этом поприще омега если и преувеличил, то не сильно.        — Да. Слушай. Когда я подам тебе вот такой знак, ты сделаешь следующее…        Джон выслушал. Задумался. И кивнул.        Детектив был уверен, что Ватсон откажется и тогда он под этим предлогом заберет у него пистолет. Никто не должен соглашаться на подобное! Особенно, только что познавший счастье родительства омега! Это противоречит всем инстинктам! Кроме одного, пожалуй.        Вертолет как раз унялся. И стал слышен голос Джима.        — Эй, эй, голубки! Я знаю, что вы там! Выходите встречать гостя!        — Я люблю тебя, — сказал Джон, — я с тобой, а не с ним. И докажу это. Идём.