Death is Gold — 2

      Все были в сборе. Билл стоял на кладбище Гравити Фолз, восседая на одной из надгробных плит. Рядом с ним стояла Мэйбл, с огромным беспокойством смотря на собственную могилу и на могилу брата. Её даже не беспокоила ужасная привычка Жнеца, не почитающего покой умерших. Она была слишком увлечена делом, чтобы ругать его за это, как тогда, когда она была ещё жива.       Гидеон копал могилу ночью, а Стар стоял чуть в стороне от него. Все молчали, но выглядели напряженными. Сердце Мэйбл всё время хотело выпрыгнуть из груди, ведь Глифул копал чуть ли не со слезами на глазах. Было заметно, как его трясет. Как его руки, сжимая лопату, дрожат.       Если бы сейчас кто-то попал на кладбище и застал это, то подумал бы, что Гидеон психически неуравновешенный, раз копает чужую могилу в одиночестве, ночью, как маньяк. Любой-другой человек просто не увидел бы остальных, поскольку их не было в живых.       Глифул чувствовал, что вот-вот сойдет с ума. Билл, о котором Мэйбл говорила ещё будучи живой, в самом деле существовал и стоял буквально в полутора метрах от него. Это был первый раз, когда они увидели друг друга с глазу на глаз. Тело били мандраж и дикий страх. Особенно в этом мучительном молчании.       Длилось это ровно до тех пор, пока лопата с глухим стуком не остановилась.       Это был гроб.       Жнецы подняли его выше, Гидеон вскрыл крышку. Осталось только открыть гроб, где покоилось тело двадцати двух летней девушки.       Мэйбл и Гидеон смотрели друг на друга несколько секунд, как бы бессловесно спрашивая «готовы ли мы?». Но каждый из них знал, что не готов.       Мэйбл дрожащей рукой коснулась крышки, загибая пальцы внутрь. В нос ударил трупный запах, из-за чего она сразу почувствовала себя человеком. Гидеон также поморщился. Стар и Билл замерли, ожидая.       Пайнс ощутила подобравшийся к горлу ком и подняла крышку, скидывая её в сторону.       Перед ней предстал её собственный труп. Глаза и щеки были впалыми, всё тело неестественно белое. Руки и ноги имели очертания костей, тело казалось легким, как пушинка. Одежду слегка погрызли земные насекомые, черви, личинки.       На себя было больно смотреть. Не хотелось верить, что это была она. Месяц назад живая, любящая, счастливая. Если бы только можно было повернуть время вспять — она бы ни за что не уезжала. Стар сочувственно взглянул на неё и коснулся её плеча.  — Не будем задерживаться.       Этими словами Жнец напомнил ей, зачем они все были тут. Пайнс не могла скинуть это на кого-то, ведь должна была действовать сама, чтобы снять проклятие. Чтобы хотя бы душа могла существовать, пускай уже и не на земле. Она коснулась легкой, страшной руки и вытянула её, выворачивая запястье. Тогда ей открылась внутренняя сторона руки, и она, наконец, увидела шрамы, очерченные в руны. Они вдруг сверкнули легким фиолетовым неоном, отчего Пайнс и Глифул вздрогнули. Значит, она всё делала правильно.       Достав нож Стрэнджа, Мэйбл воткнула нож в руку, заскользила ею вниз, затем вбок, вверх, влево. Вырезала целый прямоугольник кожи с рунами, который нужно было уничтожить.       Не в силах замечать за страданиями Пайнс — Билл вырвал кожу с её рук и сжег в своем синем пламени тотчас. Все, затаив дыхание, наблюдали, как сгорает проклятие. Затем же Сайфер использовал левитирование, чтобы опустить гроб вниз. Заставил Мэйбл смотреть.       Провел рукой по ночному воздуху, и перед глазами, словно чудо, труп Пайнс стал принимать живой вид. Тело словно наполнилось жизнью, стало выглядеть здоровым; её щеки стали румяными, на губах осталась легкая улыбка; одежда чистая. Вырезанная кожа заполнилась чистой, без шрамов. И после… гроб наполнился мелкими цветами.       Пайнс, как завороженная, смотрела на это где-то с минуту.  — Это меньшее, что я могу для тебя сделать. — Произнес Сайфер, приобняв её одной рукой. Второй он уничтожил нож, сжимая. Черная кровь капнула на краешек белого платья, в котором Пайнс была похоронена. — Даже здесь я буду с тобой.       Они закрыли крышку, Гидеон закопал гроб. Он устало опустился на землю, смотря на Жнецов нечитаемым взглядом. Мэйбл опустилась рядом, проведя рукой по его рукам, как бы успокаивая.  — Всё хорошо. — Прошептала она. — Ты помог моей душе найти покой. Спасибо.       Гидеон утёр слезы.       И Стар, чувствующий то же, что и он, вдруг отвернулся.       Тяжело.       Переждав минуту, Стар обернулся. Их с Гидеоном взгляды встретились. Он знал, о чем думал. Он знал и чувствовал, что Гидеон хочет покончить с собой. То, что они оба делают — так это просто оттягивают неминуемое.       Стар не хотел видеть этой смерти. Не хотел забирать. Он знал, с чем столкнется за всё свое существование, но эти тысячи лет… пролетели, как один год. И момент настал, когда что-то нужно было решать, предпринимать. Он воспринимал как должное то, что был разделен на две личности. Земную и Бессмертную.       Отговорок больше не будет. Теперь если Гидеон всё решил, то он заберет его. Так, как и было суждено изначально.       Стар перевел взгляд на Мэйбл, медленно выдохнув.       Он помнит, что она хотела, чтобы у Гидеона была семья, дети, хорошее будущее, которого он заслуживает. Но даже сейчас, если присматриваться к нему, можно понять, что он отчаялся. Всю жизнь он был влюблен, и всю жизнь теперь корит себя за то, что не уберег её тогда. Отправил черт знает куда, в черт знает какой колледж.       В тот день он потерял не только любовь. Но и друга детства, с которым поддерживалось, пускай и не сразу, теплое общение.       Её ждет большое огорчение.       Стар старался морально подготовить себя к этому.

***

 — У нас не играют свадеб, как у вас. — Решил рассказать Билл. — Но так как ты земная душа, я думаю, что мы найдем альтернативу.       Мэйбл сидела в огромном кресле, пока Билл читал, сидя там же. Она прижалась к нему поближе, чувствуя теплый свитер под пальцами. Обычно Жнец не любил отдавать предпочтение другим вещам, кроме костюма. Но так отчего-то было весьма уютно. Пайнс была готова провести так целую вечность.  — Мне кажется, я скоро привыкну к этому миру. — Улыбнулась Мэйбл. — Осталось только получить какую-нибудь силу, чтобы соответствовать тебе.       Билл хмыкнул, будто она сказала глупость.  — Ты куда сильнее, чем думаешь. — Ответил Сайфер.  — Я даже защитить себя не могу. — Пайнс носом уткнулась в парня. — Всё время ты меня спасаешь.       Билл сложил книгу и отложил в сторону. Вздохнул, обнял её покрепче.  — В один момент не смог этого сделать. — Сказал он. — Это ты спасла меня от бесконечного существования. До твоего появления я и не думал, что Жнецы могут любить. Ну, а браки между Коллекционерами душ и простыми людьми, душами — воспринимал, как простую формальность. — Билл коротко улыбнулся. — Я и не думал, что ребенок, однажды увидевший меня в больнице, станет смыслом моего существования.       Мэйбл согрело подобное откровение.  — Теперь ты стала моей женой. — Он провел большим и указательным пальцами по её кольцу. И тогда Пайнс заметила такое же черное кольцо на пальце Билла.       Видели бы родители, брат, дядя… они были бы рады знать, что она замужем за таким… человеком. По сущности Билл был существом извне, чем-то высшим, но душа у него человеческая, добрая. Просто с трудной судьбой. Они бы одобрили её выбор и поняли. Несомненно.       Мэйбл Дэйа Сайфер.       Она и сама не думала, что будет носить такое имя. Что будет под такой фамилией. В гробу она Мэйбл Пайнс. И всегда ею будет для других. Для тех, кто вырастил её в любви.