Век мозазавра

       Генри Ву медленно и с трудом открыл сонные глаза. Он помнил, что именно сегодня его выпустят на свободу. Он с нетерпением отсчитывал дни до его освобождения, и вот настал его последний день в этой ужасной камере. Он вообще не верил, что этот день всё-таки настанет. Он думал, что вряд-ли доживёт до этого, что он даже половины срока не отмотает. Несколько раз он конечно пытался покончить с собой, но каждый раз его буквально вытаскивали с того света, где он на мгновение видел мегарекса, ультрарекса, индоминус, индораптора… и мозазавра…       Правда потом он всё-таки понял, что жизнь ему дорога, и даже очень дорога, и пусть лучше она будет длиться дальше, своим чередом, а он постарается не мешать ей в этом.        Эти десять мучительных, невыносимых лет прошли для него ужасно и нестерпимо долго. Один день длился для него прямо как один год: долго, невыносимо и с ожиданием следующего дня. Он не очень-то и изменился с первого дня в тюрьме. Волосы немного поседели, он похудел, рана зажила, оставив неизлечимый шрам, как напоминание обо всём этом случившемся. Но память и воспоминания до сих пор остались те же и ничуть не изменились, лишь стали намного мрачнее и печальнее. Они каждый день во всю гуляли в его голове и быстро прокручивали перед его глазами все события его жизни, от самых запоминающихся и ярких до незначительных, тусклых и даже слегка подзабытых.        Генетик нехотя сел на кровать и достал из-под потрёпанной и рваной подушки грязный и старый зуб мозазавра. Он его не забыл, ни чуточки.        Вдруг к решётке подошли охранники. — Ву, вставай. Ты отсидел своё. — сказал один из них, открывая дверь.        Доктор Ву взглянул на них и тут же встал, не выпуская зуб из руки, чтобы случайно не потерять его, ведь этот клык, это единственное, что у него осталось от Аарона.       Генри Ву вышел на улицу. Теперь он свободен! Он так долго этого ждал! Но что теперь делать, когда рядом никого нет? Ни друзей, ни родных… Ни Аарона, которого он полюбил как родного…        Тут он вспомнил о своём доме, где он жил последние шесть лет. Он как-то не был уверен, что он до сих пор там стоит, ведь его скорее всего уже давно снесли, а если нет, и дом всё ещё стоит, то тогда принадлежит другим людям, которые ни за что не согласятся его впустить даже на пять минут: кто впустит в свой дом бывшего заключённого?       Но несмотря на свои догадки, он всё же решил пойти туда, ведь больше ему идти некуда, а денег мало, и на гостиницу, даже самую дешёвую ни за что не хватит даже на одни сутки.       Генетик медленно шёл, слушая как где-то вдалеке шумят синие волны, бьющиеся о берег снова и снова. За всё это время он улыбнулся лишь на выходе из тюрьмы, да и то как-то фальшиво и не от души, будто он был совсем не рад своей свободе, хотя на самом деле просто светился от счастья, но изо всех сил скрывал это.       Вот и его старый дом. На удивление доктора Ву, он до сих пор стоял целый и выглядел как новый. Генетик, посмотрев на него, подошёл к двери и, достав из кармана старый ключ, вставил его в замочную скважину и повернул. Дверь поддалась и открылась, а значит в доме с самого его ухода никто вообще не живёт, ведь новые хозяева сто процентно поставили бы новый замок, ведь ключ от этого был только один, тот который у него, а копий никаких нет и не было.       Генетик осторожно заглянул внутрь и тихо зашёл, закрыв за собой дверь. Всё было в пыли. Он ходил по комнате, с какой-то тревогой и осторожностью, осматривая её так, будто он видит её в первый раз во всей своей жизни и находится там тоже впервые.        Он медленно обошёл весь дом, рассматривая всё, что там есть. Практически все вещи стояли на тех же местах, что и когда-то десять лет назад. Генри Ву осторожно провёл дрожащей рукой по столу, после чего на ладони остался тёмный отпечаток пыли.        После этого он решил пойти в лабораторию. Он встал перед дверью и остановился, словно сомневаясь, входить ему или нет. Но, простояв там несколько секунд, он всё-таки вошёл внутрь и спустился вниз по лестнице.        В лаборатории всё было как раньше, и после его ухода ни одна человеческая рука не тронула ни единого предмета. Он осмотрел оборудование, которое на удивление было в более-менее рабочем состоянии. В некоторых инкубаторах лежали старые яйца, пустые и уже бездушные яйца.       Генетик смотрел на них, после чего достал из кармана зуб и бережно стал держать его в руках и печально смотреть на него. После этого он пошёл в комнату с бассейном.       Бассейн пустовал. Вода потемнела и стала зеленовато-серой, стены покрылись толстым слоем грязи и всяких мелких водорослей. Доктор Ву поднялся на платформу и взглянул в грязную воду. Его воображение предательски рисовало в бассейне плавающего мозазавра.