Beholder: свет науки

      Едва заканчивается одна рабочая неделя, так сразу начинается следующая, я уже к этому успел привыкнуть, ведь смотрители работают без сна и отдыха. И единственные перерывы, это перерывы на обед, спасибо сестре, не забывает слать мне свою стряпню, а почтовые мальчишки доставляют мне еду лично, без «посредников». Так, что тут у нас? О, пироги с картофелем! Пока неплохое начало недели, тут ещё записка от сестры.       Джейк, я очень ценю, что ты заботишься обо мне, дурёхе. Но всё же, ты не мог бы подумать, о чём-то кроме работы, переложить на день свои обязанности на кого-то другого, выбить полноценный выходной. Мы бы вместе сходили в парк, пока не наступили холода, ты бы научил Питера делать бумажные кораблики. А потом, я бы устроила домашний праздник, напекла бы пироги с ревенем, я же знаю ты их любишь. И вообще тебе давно уже пора остепениться, вот в чём мама была права. Целую, Лайла.       Если бы она знала, как я на работе, ради Неё же, прогораю, то может быть бы перестала меня учить жизни. Если бы я свою сестру хорошо не знал, то решил бы, что ей надоело готовить мне обеды. Но я то знаю, что дело не в обедах. Родила сына, устроилась на работу и заговорила как наша мама, мир её останкам. Никогда не понимал, что вообще у женщин на уме. Так, ладно, пора работать. Для начала посмотрим свежий номер «Дэйли Ньюз»:

Преступные слухи должны быть пресечены!

      «Просто поразительно, как наше государство разъедают вредоносные слухи!» — сообщил глава Министерства порядка Бруно Хэмпф, — «Я уполномочен сообщить каждому, что все слухи о так называемых зверствах нашего госаппарата, в частности касающиеся Шестого отдела (которого нет и никогда не было), являются жалкой попыткой мыслепреступников, оторвать наших граждан от действительно полезного дела на благо нашей родины и во имя Мудрого Вождя, слава Ему!»       Шестой отдел? Никогда о таком не слышал, похоже, что в этот раз кто-то на верху перенервничал, испугался утечки информации и сам себя подставил этим выступлением Хэмпфа, хотя, не исключено, что это всего лишь отвлекающий манёвр, надо будет подумать об этом на досуге, а что по этому поводу говорит «Правда»:       «Пока в министерстве беспокоится об утечках якобы секретной информации, в мирской жизни проблемы на проблемах, проблемами погоняют! Вот сегодня ночью, одного из героев войны, попытались перевести в шахты, для того, чтобы заморить его тяжёлой работой в нечеловеческих условиях! К счастью, достойнейшему Ричарду Зоргену была оказана помощь и он благополучно сбежал. Это говорит о том, что не так страшна система, как её малюют, с ней можно и нужно бороться, ради наших жён и детей, ради славного светлого мирного Будущего!»       И приписка:

Хотите Мира, готовьтесь к Войне!

      Так, похоже Ричард сумел сбежать, значит мне уже пришли обещанные 15.000$ на банковский счёт за помощь. Только одно обстоятельство омрачает ситуацию, а именно ухмыляющийся взгляд Перси, который стоит за моей спиной.       — Ну, что? — сказал я повернувшись к нему лицом.       — Вам пришёл штраф из Министерства порядка, товарищ Ланг, на сумму 5.000$ и 500 е.а. (единиц авторитета), — сказал Перси, почти не скрывая своего торжества.       — Я понял. А ты чего лыбишься? — спросил я, сверля его взглядом.       — Я же вам говорил, чтобы вы были осторожнее в своих действиях. Товарищ Хэмпф просил передать, что наше великое государство готово простить многие ошибки своих граждан, но измену и халатность не простит никогда.       — Слышал я уже такое, а теперь, товарищ Югентс, я бы вас попросил убраться отсюда и не мешать мне исполнять мои служебные обязанности! — сказал я, вложив в каждое слово как можно больше желчи, а Перси, как ветром сдуло. Если бы мои слова превращались в кислоту, то он бы уже растворился в них. А вот то, что почти весь недавно полученный авторитет пошёл на погашение штрафа, это обидно.       — Привет Крис, ну что, какие у тебя новости? — спросил я своего друга, уже направляющегося к выходу.       — Да всё так же, объявления о жилье в доходном доме класса «Д», в нашем районе пока нет, а время оставшееся до нашего выселения из этой лачуги всё меньше. Если так и дальше пойдёт, то придётся снимать конуру в дрянингской гостинице, — ответил он мрачно. И его нетрудно понять.       Дрянингские гостиницы, это по сути один сплошной клоповник, где обретаются те граждане, что находятся в опасной близости к порогу нищеты или имеют большие проблемы с документами. В отличие от обычных домов, эти заведения «растут» под землю, и чем глубже ты живёшь, тем меньше плата, зато больше клопов, тараканов и крыс, и сплошная антисанитария. А на самых нижних уровнях, люди оплачивают уже не комнаты, а пеналы, в которых можно только спать. И обязательно с одним открытым глазом иначе тамошние крысы и другие паразиты могут тебя заживо сожрать. Когда-то, ещё до прихода Мудрого Вождя, эти заведения основал некий Шиммер, почётный гражданин города Хельмер, но потом во времена Великого экономического кризиса, у его семьи начались проблемы, пришлось экономить вообще на всём что только можно, они даже свой особняк превратили в многоквартирный дом, чтобы хоть какую-то копеечку иметь с жилплощади. Под нож экономии также попала и сеть шиммеровских гостиниц, постепенно их стали достраивать в глубину, чтобы обеспечить новую жилплощадь, но её качество падало по мере усугубления кризиса. А когда в таком заведении от укуса крысы скончался Фомин Козловский, журналист окрестил здание «дрянью» и с тех пор, заведения такого типа прозвали дрянингскими гостиницами или дрянингами. И единственная причина, по которой эти клоаки не сносят, это то что в них по прежнему живёт уйма людей, которых просто некуда деть.       — Да, перспектива мрачная. Если что могу вас подселить ко мне, мне из-за препарата «долой-сон» койка не нужна, а вы там вдвоём отлично поместитесь, — предложил я другу.       — Спасибо Джейк, но надеюсь до этого не дойдёт, — слегка посмеялся Крис.       — А твоя супруга тебе что-то говорила… ну ты понял? — сказал я уже, заговорщицким тоном, показывая, что от данной информации зависят многие, в том числе и моя, жизни.       — Да, она поспрашивала, кого следует, но боюсь пока положительных результатов нет. Если честно, то я вообще сомневаюсь, что граждане даже на смертном одре будут распространяться о макулатуре, даже такой важности.       — Это плохо, но всё равно спасибо.       — Если что-то интересное будет, то я тебе об этом сообщу. Да, кстати, вот дела на новую партию, твоих подопечных, — сказал Крис и передал мне шесть папок, где сведения лежат. После этого он покинул отделение, сел в машину полиции и отправился доставлять стариков к месту их последнего пребывания в нашем грешном мире.       Да, негусто тут с делами. Судя по записям, четверо из шести, попали сюда по собственной глупости и ничего путного из себя не представляют, а вот обитатели камер №4 и №6, что-то из себя да представляют.       С тремя первыми заключёнными пообщался и всё как обычно: проклинают консьержа, слёзы, сопли, угрозы — обычные мои будни. А вот при входе в камеру №4 меня поразил лёгкий запах мочи. Вхожу в камеру, смотрю на нечто, что раньше именовалось Арчибальдом Ганжем. Так значит, сумасшествие или симуляция? Надо прояснить это дело, если первое, то этому субъекту только одна дорога, в центр эвтаназии, вроде по радио передавали, что сумасшедшие дома закрываются, а пациенты, соответственно, умерщвляются. Но если это симуляция, то придётся выбить из клиента всё дурь. Но попозже, когда остальных отвезут на фабрику.       В камере №5 заключённому, конкретно, белена в голову стукнула, он попытался избить меня, как есть, голыми руками. Но мы, полицейские, всегда готовы усмирить заключённых и бунтарей, благо рефлексы отточены годами: я налету поймал его интеллигентский кулачок, а потом вывернул руку и прижал клиента к полу, после чего в лучших традициях службы отпинал гада. Похоже сегодня ему не светит паёк, будет отлёживаться, всё-таки наша задача привести человека в чувство, а не выбить дух, этим занимаются настоящие палачи на зонах строжайшего режима.       Так, кто тут у нас в камере №6, ага: Августин Ролл, 23 года, попал сюда за нарушение директивы о запрете производства и хранения балалаек.       — Здравствуйте, меня зовут Джейк Ланг, но вы можете обращаться ко мне: «товарищ капитан». — поприветствовал я своего нового подопечного.       — Добрый день, товарищ капитан, если этот день можно назвать добрым, — ответил мне кудрявый парень, по всей видимости это человек интеллигентный.       — Скажите, ну разве трудно было следить за директивами и вовремя избавляться от запрещённых предметов. Ведь вещи не стоят того, чтобы из-за них тратить свои лучшие годы в тюрьме?       — Не стоят, особенно если это не твои вещи, — сказал Августин отрешённо.       — То есть вы хотите сказать, что вас банально подставили?       — Да нет же, я просто должен был вернуть в консерваторию казённый инструмент.       — Тогда надо было продать балалайку, выручили бы деньжат.       — Выручить-то бы выручил, но тогда бы меня арестовали за кражу государственной собственности.       — А разве нельзя было договориться с вашим управляющим дома, чтоб он не сдавал вас нам?       — С этим можно договориться, только если имеешь на руках не меньше пятихатки, — сказал он совсем подавленно, похоже парню не повезло капитально. Нет, конечно, всем наблюдателям, необходимо зарабатывать деньги, но требовать за молчание 5000$, это уже свинство.       — А вы сами хорошо играете?       — Довольно неплохо.       — А можете исполнить гимн «Славься Вождь», на барабане?       — Вполне.       — Тогда считайте, что у вас завалялся счастливый билет, думаю я смогу вас пристроить в музыкальный полк, будите на парадах поднимать дух наших бойцов.       — Это было бы замечательно! Но там ведь нужно подтверждение, что я могу играть, — заметно воодушевился Августин.       — Не проблема, звукозаписывающее устройство у меня имеется, а подходящий инструмент я вам добуду.       — Я буду вам признателен до конца моих дней! — воскликнул парень.       — Спокойно парень, это будет потом, а сейчас тебе предстоит поехать на фабрику, немного поработать, хорошо подкрепиться, чтобы в ближайшее время быть готовым к прослушиванию. Это понятно?       — Да, товарищ капитан!       — И ещё кое-что, вам предстоит изучить воинский устав, справитесь?       — Думаю да.       — Хорошо, тогда завтра я вам устрою прослушивание.       Раздался гудок, все заключённые, которые способны сегодня работать уже покинули камеры, надо только с Ганжем разобраться. Ох, как не хочется тягать из кладовки ремонтный инвентарь с паяльником.       Попытка, привести Арчибальда во вменяемое состояние успеха не принесла. Если и имитирует сумасшествие, то весьма и весьма качественно. Надо вызвать сюда доктора, который разберётся с этим случаем. Так какие у наших докторов расценки авторитета для вызова, всего 100 е.а. Повезло хватает!       Авторитет, это одно из самых сомнительных изобретений нашей политической машины. И в тоже время, при наличии дел с госаппаратом, авторитет очень полезен. Авторитет — это не деньги, в привычном понимании, и работает он только в делах с госслужащими. Очки авторитета, позволяют напрямую общаться с некоторыми важными лицами в Министерстве, если ты с ними не имеешь тесного знакомства за пределами Министерства. Их можно потратить на условно бесплатные услуги, оказываемые государством, а также их можно использовать как инструмент давления на обычных граждан (к заключённым это не относится). В Министерстве, к примеру, чиновники работают за этот самый авторитет, потом конвертируют его в деньги, а те, кто сидит на самом верху, сами распоряжаются кому и сколько авторитета давать. Впрочем, за пределами Министерства, вдали от камер наблюдения (а именно они передают в Министерство информацию о расходах авторитета), можно воспользоваться другим видом авторитета, банальной физической силой.       Ну, что-же дело сделано, остаётся только ждать специалиста.