Гарри Поттер и жизнь в Книгах

Отдельной благодарностью хотелось бы выделить Lady Demetor, за поддержку с самого начала, дружеское отношение к, по сути, незнакомому человеку (т.е. ко мне), а так же за «рекламу» моего фанфика, которую я не просила. Мне очень приятно всё это, знай:3 Читателям рекомендую заглянуть к ней в профиль, там вы найдёте безумно хорошие и интересные фанфики, по моему личному мнению. Так же хочу отблагодарить читателей, за адекватность и конкретику в своих отзывах. Ради вас я и стараюсь)

       — Сами посмотрите! — Рон отступил в сторону от двери, ближе к «дивану гриффиндора», уводя за собой взволнованною Гермиону.        Все посмотрели с надеждой на Снейпа.        Тот хмуро оглядел каждого и со всей несправедливостью в голосе спросил:        — Ну и почему опять я? Хотя бы один весомый аргумент!        — Вас не жалко! — стройным хором ответили студенты Гриффиндора, кроме Гермионы, от которой Рон сразу же получил подзатыльник.        Снейп скептически поднял бровь.        — Мне кажется, не жалко должно быть Минерву. — Проворчал зельевар, вставая с дивана. Было достаточно нескольких широких шагов и он достиг двери, ведущую в кухню.        — Почему же? — опасливо мягко поинтересовалась МакГонагалл.        — Вы уже старая, счёт то на минуты пошёл… — мужчина быстро скрылся на кухне, закрыв дверь как раз в тот момент, когда в дверь влетели трансфигурированные ножи.        — Поттер?..        Воздух, казалось, наэлектризовался. Пахло озоном, а от юноши, стоящего спиной к Снейпу, исходила нешуточная сила. От неё становилось не по себе, была она какой-то… Гнетущей, пугающей. Заставляющей подчиниться.        Что, Мерлин, такого сказал Уизли Поттеру, что он так взбесился?        Определенно, у Поттера намечался магический выброс.        — Поттер! — Снейп начал уже задыхаться. — В комнате становилось жутко душно.        Гарри не откликался, стоял на месте, лишь крупно дрожал всем телом.        Снейп мысленно пожелал себе удачи и медленно начал подходить к юноше.        — Потте-е-р… — протянул Снейп, останавливаясь буквально на расстоянии вытянутой руки. Палочка уже давно было крепко стиснута в пальцах на случай, если Поттер будет неадекватным.        Юноша резко повернулся, впиваясь пустым взглядом в напряжённую фигуру зельевара.        Глаза, потерявшие зелень, на мгновенье сверкнули другим цветом…        Снейп задержал дыханье, молясь, чтобы ему всего лишь показалось.        Наступила воистину мертвая тишина.        Двое изучали друг-друга. Один — словно видит мужчину в первый раз, второй — с настороженностью.        — Профессор? — Гарри быстро захлопал ресницами. — Что вы тут делаете? И где Рон?        Снейп опешил от такого быстрого перехода из одного состояния в другое. Напряжение пропало, осталось лишь недоумение.        Впрочем, Снейп решил оставить ситуацию себе для размышлений, так что скрыл от Поттера его поведение, которое и прогнало Уизли с кухни.        — Мистер Уизли вернулся в комнату, поскольку хотел вернуться к чтению. — Холодно ответил Снейп, незаметно расслабляя хватку на палочке.        — А вы, сэр?        — Что я?        — Зачем вы сюда пришли?        — За огневиски. — Северус сказал первое, что пришло в его голову, но позже пожалел, потому как Поттер расплылся в улыбке.        — В следующий раз не спрашивайте меня, почему я пьяный, поскольку вы служите для меня теперь главным примером, — Гарри обошёл Снейпа дабы проверить что-то явно вкусное в духовке. — Что же интересное я пропустил в книге, что вы решились на такой подвиг?        Снейп помялся, пока Поттер не видел, и с долей разочарования ответил:        — Оказывается, мистер Малфой повёл себя очень некорректно по отношению к вам уже в поезде…        Гарри молча открыл духовку, на половину вытаскивая противень с румяными булочками.        — Вам нравятся булочки с яблоками?        Снейп недоумённо уставился на Поттера.        — Пожалуй да… — Пробормотал Северус. — И что вы имели ввиду под «подвигом»?        — Как же? Вы пришли на кухню, где было целых два ненавистных вам гриффиндорца! — мальчишка нагло улыбнулся. — Это настоящий подвиг!        — Странно, ведь вы ходите на мои уроки…        — Ну, знаете, обстоятельства… — Обиженно пробормотал Поттер, пытаясь голыми руками переложить пирожки в большую тарелку, видимо, забыв, что можно сделать это проще и без последствий.        Снейп помолчал, наблюдая за этой драмой. Наконец, он сокрушённо вздохнул и взмахнул палочкой — пирожки перелетели в тарелку.        — Вот вы и ответили на свой вопрос, Поттер. Обстоятельства!        — Да-да, опять я идиот… — Поттер иногда напоминал кота. Или старого деда. Как чуть-что не так, начинал ворчать и причитать что-то себе под нос.        — На правду не обижаются, а теперь пойдёмте!        — Хм. А как же ваше огневиски? — Поттер ловко увернулся от подзатыльника, спиной отпрыгивая в сторону двери, при том с тарелкой пирожков в руках. — О! Я, кажется, кое-что понял!        — Например, что с такими шутками вы можете побывать на том свете? — процедил Снейп.        — Не-е-ет! Я понял, почему вы выглядите старым! Алкоголь очень вредит внешнему виду! — Поттер весело засмеялся над собственной шуткой и выбежал с кухни, пока с жизнью не распрощался.        Снейп, мысленно повторяя про себя: «Убийство человека карается заключением в Азкабане…» проследовал за ним.        Первое, что он увидел — что Гарри уже «отвоевал» своё кресло и преспокойно жевал булочку.        Близнецы уже взялись за обработку Драко и подбивали его на какой-то идиотский поступок, при этом неведомым образом заставив сесть к ним на диван. Что-то подсказывало, что Малфой уже готов сдаться под таким напором…        Рон очень опасливо поглядывал на своего друга, того сейчас достанет распятие со святой водой…        — Что же, мы можем продолжить читать? — сухо спросила МакГонагалл, но взгляд, направленный на Снейпа, выдавал её тревожность.        — Конечно, Миневра, — Снейп ухмыльнулся. Старая кошка действительно хочет, чтобы он ей что-то рассказал? Через его труп! Хотя, такая возможность не за горами… — И кто же собирается читать? Нам надо бы поскорее выбраться из этой комнаты… — Снейп прошёл ко второму дивану, садясь.        — Мы тоже очень хотим остаться живыми, профессор, понимаем, — тихо пробормотал Рон, но Гарри его услышал.        — Особенно когда спишь буквально через ширму с настоящей ходячей язвой, — так же тихо ответил Гарри своему другу.        Тот заулыбался, но настороженности в поведении не уменьшилось.        — Я буду читать! — вдруг громогласно заявил Фред, чем напугал бедного Драко, что тот подскочил на месте.        — Нет я! — Джордж перегнулся через Малфоя, смотря на брата с вызовом. — Я старше тебя на четыре минуты!        Малфой медленно сползал с дивана на пол, натурально сбегая.        — А я шучу лучше! — возразил Фред.        — Нет я!        — Молчать, — не выдержала Гермиона.        Близнецы заинтересованно взглянули на подругу.        — Вы, в конце концов, уже взрослые, неужели нельзя прекратить дурачиться?! — продолжала возмущаться девушка.        Близнецы сделали большие удивлённые глаза, но молчали.        — Ну и что вы на меня вылупились, парламент?*        — Почему все так любят ранить нас?! — притворно всхлипнул Джордж, почти натурально обидевшись на Гермиону.        — Ты должна была защищать нас от напора тёмных сил, — Фред вскинул руку в сторону Снейпа. — А не примкнуть к ним!** — голос звучал почти что надломлено, с ноткой истерики.        — Какой поразительный талант актёра! — саркастично захлопал Драко, который уполз под стол.        — Лучше помолчи, Малфой, — шикнула Джинни.        — Мне кажется, лучше помолчать тебе, Уизаллета, — отозвался Драко.        — Так, прекращаем, — Минерва громко хлопнула в ладоши, привлекая внимание. — И начинаем читать. Мистер Уизли, Фред, прошу вас.        Фред гордо выпрямил спину, задирая голову вверх, почти полностью запрокинув голову назад.        — Ну-с, давайте мне книгу! — воскликнул Джордж.        — Но это я Фред! — запротестовал брат, сразу же принимая нормальный вид.        — Теперь да, — Джордж улыбнулся, передавая ему книгу.        — Глава седьмая, Распределяющая шляпа. Это должно быть интересно!        — Читай уже, комик недоделанный, — вновь отозвался Драко, который так и не вылез из-под стола.        — Хм, я так и так читать собирался, — Фред прокашлялся. — Дверь распахнулась. За ней стояла высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зелёных одеждах. Лицо её было очень строгим, и Гарри сразу подумал, что с такой лучше не спорить и вообще от неё лучше держаться подальше.        — Мистер Поттер? — недоумённо уставилась на своего ученика Минерва, явно такого не ожидавшего.        Гарри слегка покраснел.        — Я…был маленьким ребёнком… — попытался оправдаться Поттер.        — Конечно, Гарри, конечно… — хихикнул Фред. — Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, — сообщил ей Хагрид.        — Спасибо, Хагрид, — кивнула ему волшебница. — Я их забираю.        Она повернулась и пошла вперёд, приказав первокурсникам следовать за ней. Они оказались в огромном зале — таком огромном, что там легко поместился бы дом Дурслей. Интересное сравнение!        — Мне не с чем было сравнивать, — тихо пробормотал Гарри.        — На каменных стенах — точно так же, как в «Гринготтс», — горели факелы, потолок терялся где-то вверху, а красивая мраморная лестница вела на верхние этажи.        Они шли вслед за профессором МакГонагалл по вымощенному булыжником полу.        Проходя мимо закрытой двери справа, Гарри услышал шум сотен голосов — должно быть, там уже собралась вся школа. Но профессор МакГонагалл вела их совсем не туда, а в маленький пустой зальчик. Толпе первокурсников тут было тесно, и они сгрудились, дыша друг другу в затылок и беспокойно оглядываясь.        — Ах, воспоминания! — грустно вздохнул Джордж, прикрыв глаза.        — Да, братец, да, понимаю… — кивнул Фред. — Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их профессор МакГонагалл. — Скоро начнётся банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты.        Отбор — очень серьёзная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьей. Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведённой для вашего факультета. Профессор, никогда бы не подумал, что вы такая ленивая! Когда мы поступали, речь была слово в слово такой же!        Пришла очередь МакГонагалл краснеть.        — Это удобно… Всегда использовать одну речь.        Фред покачал головой, мол «я не одобряю!»        — А как будет проходить этот отбор? — спросил он Рона.        — Наверное, нам придётся пройти через какие-то испытания, — ответил тот. — Фред сказал, что это очень больно, но я думаю, что он, как всегда, шутил.        Гарри ощутил, как бешено заколотилось его сердце. Испытания? Перед всей школой?        Но ведь он не знаком с магией. И что же он в таком случае будет делать? Если честно, он совершенно не рассчитывал, что сразу по приезду сюда его ждёт нечто подобное. Он беспокойно огляделся и заметил, что и остальные тоже напуганы. Все молчали, кроме Гермионы Грейнджер, которая стояла рядом с Гарри и шёпотом рассказывала всем вокруг о том, какие заклинания она уже выучила, и вслух гадала, какое из них ей понадобится на церемонии отбора.        Гарри закрыл лицо ладонями, густо покраснев, до кончиков ушей.        — Почему мне стыдно за то, что я был маленьким? — сипло спросил он.        — А мне смешно, — хихикнул Рон.        — Вот это у нас комплексы… — ухмыльнулся Снейп.        — Не больше, чем у вас, — Поттер отнял ладони от лица и нагло улыбнулся, что вкупе со смущением выглядело забавно.        Снейп решил промолчать.        — Гарри старался её не слушать. Он ещё ни разу в жизни так не нервничал — даже когда Дурсли получили письмо из его школы. А в письме, между прочим, говорилось, что Гарри имеет самое прямое отношение к тому, что парик его учительницы каким-то образом поменял цвет и из чёрного превратился в голубой. Гар, а сделаешь так же со Снейпом? — Фред заулыбался.        — Если только захочу умереть, дружище, — серьёзно ответил Гарри, убийственно взглянув на друга за идиотское сокращение имени.        — Теперь понимаешь, почему я не люблю это «Герм»? — лукаво улыбнулась Гермиона.        — Да, да… — вздохнул Поттер.        — Гарри даже представить себе не мог, что на свете существует такое красивое и такое странное место. Зал был освещён тысячами свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие ученики. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. Профессор МакГонагалл подвела первокурсников к этому столу и приказала им повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам.        Перед Гарри были сотни лиц, бледневших в полутьме, словно неяркие лампы. Среди старшекурсников то здесь, то там мелькали отливающие серебром расплывчатые силуэты привидений. Чтобы избежать направленных на него взглядов, Гарри посмотрел вверх и увидел над собой бархатный чёрный потолок, усыпанный звёздами.        — Абсолютно невероятная атмосфера, — улыбнулась Гермиона. — Сразу ощущение… Сказки. Настоящая сказка, особенно для незнакомых с магией.        — Если только ты не Гарри Поттер, которого в этой сказке кто только не пытался убить, — на Джорджа сложно было обижаться, ведь сказал он чистую правду.        Гарри улыбнулся уголками губ.        — Его специально так заколдовали, чтобы он был похож на небо, — прошептала опять оказавшаяся рядом Гермиона. — Я вычитала это в «Истории Хогвартса».        — Гермиона-а-а! — Застонали все студенты Гриффиндора, кроме, собственно, девушки.        — Что? Что не так-то? — раздражения в голосе было хоть отбавляй.        — Как можно было испортить такой-то момент? — белобрысая голова Драко выглянула с другой стороны стола. — Хотя да, вы любите это дело — портить всё. — Надменно добавил он.        — Закройся! — рыкнул Рон и вдруг повернулся к подруге, которую, по сугубо его мнению, он попытался защищать.        Грейнджер была явно недовольна, осуждающий взгляд исподлобья тому подтверждение.        Рон мгновенно замолчал, отворачиваясь.        Драко победно ухмыльнулся, но столкнулся с проблемой посерьёзнее, чем злой взгляд гриффиндорки. Если быть точнее, его за шиворот рубашки вытащил из-под стола крёстный и вместо слов прописал подзатыльник.        Это работало абсолютно безотказно. На время…        — Читаю! — оповестил всех Фред. — Было сложно поверить в то, что это на самом деле потолок. Гарри казалось, что Большой зал находится под открытым небом.        Гарри услышал какой-то звук и, опустив устремлённый в потолок взгляд, увидел, что профессор МакГонагалл поставила перед шеренгой первокурсников самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную Волшебную шляпу. Шляпа была вся в заплатках, потёртая и ужасно грязная. Тётя Петунья сразу бы выкинула такую на помойку. — Фред прошёлся по нескольким следующим строкам и засмеялся.        Джордж недоумённо уставился на брата и заглянул в книгу. Какое-то время он искал нужные строчки и вдруг расплылся в улыбке.        — Гарри, Мерлин, ты был до слёз наивным, при таком-то детстве!        Поттер покраснел и впал в лёгкий ступор, видимо размышляя, застесняться или разгневаться.        — Отдам что угодно, читать не смейте! — Гарри даже подорвался с кресла.        — Замётано! — Фред подмигнул другу и отпихнул сестру, которая больно хотела увидеть, что там такого смешного. — Подглядывать нехорошо!        Джинни надулась.        — Читай тогда!        — Всенепременно, ваше Величество! — Фред прокашлялся, за это время найдя нужные строчки, и продолжил: — Он огляделся, заметив, что все собравшиеся неотрывно смотрят на Шляпу, и тоже начал внимательно её разглядывать. На несколько секунд в зале воцарилась полная тишина. А затем Шляпа шевельнулась. В следующее мгновение в ней появилась дыра, напоминающая рот, и она запела. Кто из вас не слышал песню шляпы? — Фред оглядел присутствующих. — Никто? Я пропущу?        — Даю добро, мистер Уизли, — кивнула МакГонагалл.        Фред уставился в книгу, тихо бормоча что-то про себя, явно ища нужные строки.        — Нашёл! Кхм-кхм! Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Шляпа поклонилась всем четырём столам. Рот её исчез, она замолчала и замерла.        — Значит, каждому из нас нужно будет всего лишь её примерить? — прошептал Рон. — Я убью этого вруна Фреда, ведь он мне заливал, что нам придётся бороться с троллем.        Гарри с трудом выдавил из себя улыбку. Да, конечно, примерить Шляпу было куда проще, чем демонстрировать свои познания в магии, но его смущало, что на него будет смотреть такое количество людей. А к тому же Шляпа требовала от него слишком многого — сейчас Гарри не чувствовал себя ни сообразительным, ни остроумным, ни тем более храбрым. Если бы Шляпа сказала, что один из факультетов предназначен исключительно для тех, кого от волнения начинает тошнить, Гарри бы сразу понял, что это его факультет.        — Вот это вера в себя! Невероятно! — саркастично заявил Драко.        — Я реалист, — Гарри, кажется, начинал потихоньку закипать от подколов в сторону его неуверенности и немного заниженной самооценки.        — Профессор МакГонагалл шагнула вперёд, в руках она держала длинный свиток пергамента.        — Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнём. Аббот, Ханна! Это тоже не интересно! — Фред начал что-то мямлить и стучать зубами, пока искал, откуда можно продолжить. — Гарри заметил, что иногда Шляпа, едва оказавшись на голове очередного первокурсника или первокурсницы, практически молниеносно называла факультет, а иногда она задумывалась. Так, Симус Финниган светловолосый мальчик, стоявший в шеренге перед Гарри, просидел на табурете почти минуту, пока Шляпа не отправила его за стол Гриффиндора.        — Гермиона Грэйнджер!        Судя по всему, Гермиона, в отличие от Гарри, с нетерпением ждала своей очереди и не сомневалась в успехе. Услышав своё имя, она чуть ли не бегом рванулась к табурету и в мгновение ока надела на голову Шляпу.        — ГРИФФИНДОР! — выкрикнула Шляпа.        — Иногда мне кажется, что Миона эмоционально неустойчивая, а её триггер — любой шанс получить знания, — прошептала сестра Рону, пока Фред читал. Рон хмыкнул — он был согласен со своей сестрой.        — …«А что, если Шляпа решит, что я не подхожу ни для одного из факультетов?» — подумал он.        Гарри вдруг представил, как он сидит на табурете с шляпой на голове, как проходит минута, другая, а потом десять и двадцать, и кажется, что уже прошла вечность, а Шляпа всё молчит. Молчит до тех пор, пока профессор МакГонагалл не срывает её с головы Гарри и не сообщает ему, что, по всей видимости, произошла ошибка и ему лучше сесть на обратный поезд до Лондона.        — И это, по твоему, реализм? — скептически уточнил Рон.        — Слегка мрачноватый реализм… — Гарри покачал головой из стороны в сторону, движеньем напоминая змею.        — Неисправим! — тяжело вздохнула Гермиона.        — Не прошедших отбор первокурсников оставалось всё меньше. Мун, Нотт, Паркинсон, девочки-близнецы Патил, затем Салли-Энн Перкс и, наконец…        — Поттер, Гарри!        Гарри сделал шаг вперёд, и по всему залу вспыхнули огоньки удивления, сопровождаемые громким шепотом.        — Она сказала Поттер?        — Тот самый Гарри Поттер?        Гарри скривился.        — Что, Поттер, так тяготит слава? — хмыкнул Снейп.        — Могу отдать всем вам по кусочку, если желаете, — не разжимая рта ответил Гарри.        — Последнее, что увидел Гарри, прежде чем Шляпа упала ему на глаза, был огромный зал, заполненный людьми, каждый из которых подался вперед, чтобы получше разглядеть его. А затем перед глазами встала чёрная стена. — Гм-м-м, — задумчиво произнёс прямо ему в ухо тихий голос. — Непростой вопрос. Очень непростой. Много смелости, это я вижу. И ум весьма неплох. И таланта хватает — о да, мой бог, это так, — и имеется весьма похвальное желание проявить себя, это тоже любопытно… Так куда мне тебя определить?        — У Поттера? Ум с талантом? Не смешите! — Снейп всегда был скептичен к таким вопросам как наличие ума у Поттера-младшего.        — За что же вы так не любите меня? — пробормотал Поттер, недовольный таким раскладом. — Придираетесь больше, чем к остальным…        — За шкафом, Поттер, за шкафом, — лаконично ответил Снейп.        — Гарри крепко вцепился обеими руками в сиденье табурета. «Только не в Слизерин, — подумал он. — Только не в Слизерин».        — Гм, Поттер, у меня к вам резонный вопрос — почему вы не любите Слизерин?        — Почему? — Гарри уставился на Снейпа с долей удивления. — Вас устроит три причины?        — Вполне, — хмуро кивнул Снейп.        — Раз — это Малфой, — Гарри стал загибать пальцы. — Два — это вы, ну и три… — Поттер замолчал, указывая на шрам. — Вопросы?        Вопросы, быть может, и были, но Фред не дал возможности другим их задать.        — Ага, значит, не в Слизерин? — переспросил тихий голос. — Ты уверен? Знаешь ли, ты можешь стать великим, у тебя есть все задатки, я это вижу, а Слизерин поможет тебе достичь величия, это несомненно… Так что — не хочешь? Ну ладно, если ты так в этом уверен… Что ж, тогда… ГРИФФИНДОР!        — Что же, хвала Мерлину, что Гарри попал на Гриффиндор, — заключила Джинни. — А то мало ли как могла измениться история…        — Гарри показалось, что Шляпа выкрикнула этот вердикт куда громче, чем предыдущие. Он снял Шляпу и, ощущая дрожь в ногах, медленно пошёл к своему столу. Он испытывал такое сильное облегчение по поводу того, что его всё-таки выбрали и что он попал не в Слизерин, что ему аплодируют более бурно и продолжительно, чем другим.        — Вот это я понимаю, насколько сильное облегчение! — Джордж говорил почти с гордостью.        — Рыжий староста Перси вскочил со своего стула, схватил руку Гарри и начал её трясти, а близнецы Фред и Джордж в это время вопили во весь голос, — Фред и Джордж переглянулись и закричали: — С нами Поттер! С нами Поттер!        — Вы можете не кричать? — недовольно спросила МакГонагалл.        — Конечно! — в один голос громогласно ответили довольно улыбающиеся близнецы.        — Пять баллов с Гриффиндора за паясничество, — Снейп поморщился.        — Пожав руки всем желающим, Бедный, бедный Гарри! Все так желают оторвать его руку! — Пришла очередь недовольно морщиться Поттеру. — Гарри плюхнулся на свободный стул, оказавшись как раз напротив призрака в трико, которого он видел перед началом церемонии. Призрак похлопал его по руке, и Гарри внезапно испытал очень неприятное ощущение — ему показалось, что он сунул руку в ведро с ледяной водой.        Теперь он наконец получил возможность увидеть главный стол, за которым сидели учителя. В самом углу сидел Хагрид, который, поймав взгляд Гарри, показал ему большой палец, и Гарри улыбнулся в ответ. А в центре стола стоял большой золотой стул, напоминавший трон, на котором восседал Альбус Дамблдор.        — Никогда не понимал это позёрство, — вдруг подал голос Малфой.        — Что ты имеешь ввиду? — Джинни подозрительно сощурилась.        — На золотых тронах обычно сидели те, кто правил. А в случае с директором и его «золотым стулом», идёт сильный контраст на фоне учителей, которые сидят на вполне себе обычных стульях. Директор Дамблдор и так личность известная, так зачем ещё сильнее выделять себя?        Профессора переглянулись.        — Пф, да бред это! — легкомысленно ответил Рон.        — Хм, а вместе с рыжей шевелюрой мозги отшибают? — хмыкнул Драко.        — Не начинайте! — шикнула Гермиона. — Мы так никогда не дочитаем!        — Но… — Рон попытался было отстоять свою якобы честь, но был остановлен злым шипением.        — Рональд Уизли…        Рон рефлекторно вжал голову в шею.        — Да молчу я, молчу…        Драко победно улыбнулся, но лишь мысленно.        — Читаем дальше! — нетерпеливо распорядилась Гермиона.        — Будь по-вашему, мадемуазель, — подмигнул Фред. — И так. Гарри сразу узнал его — он был таким же, как на карточке-вкладыше из «шоколадной лягушки». Серебряные волосы Дамблдора сияли ярче, чем привидения, ярче, чем что-либо в зале.        Ещё Гарри заметил профессора Квиррелла, нервного молодого человека, с которым он познакомился в «Дырявом котле». Сейчас на голове Квиррелла красовался большой фиолетовый тюрбан, так что профессор выглядел ещё более странным, чем раньше.        Гарри переглянулся с Роном.        — Знали бы мы, что скрывает этот головной убор, — нервно хмыкнул Рон.        — Уж действительно… — кивнул Гарри.        — Альбус Дамблдор поднялся со своего трона и широко развёл руки. На его лице играла лучезарная улыбка. У него был такой вид, словно ничто в мире не может порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики его школы.        — Добро пожаловать! — произнёс он. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнём наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Всё, всем спасибо!        Дамблдор сел на своё место. Зал разразился радостными криками и аплодисментами. Гарри сидел и не знал, смеяться ему или нет.        — Он… он немного ненормальный? — неуверенно спросил Гарри, обращаясь к сидевшему слева от него Перси.        — Поттер, неужели здравая мысль? — удивился Драко.        Снейп был с ним солидарен, но мысленно.        — О, не волнуйся, я думаю, она последняя, — оскалился Гарри.        — Ненормальный? — рассеянно переспросил Перси, но тут же спохватился. — Он гений! Лучший волшебник в мире! Но, в общем, ты прав, он немного сумасшедший. Как насчёт жареной картошки, Гарри?        Гарри посмотрел на стол и замер от изумления. Стоявшие на столе тарелки были доверху наполнены едой. Гарри никогда не видел на одном столе так много своих любимых блюд: ростбиф, жареный цыплёнок, свиные и бараньи отбивные, сосиски, бекон и стейки, варёная картошка, жареная картошка, чипсы, йоркширский пудинг, горох, морковь, мясные подливки, кетчуп и непонятно как и зачем здесь оказавшиеся мятные леденцы.        Надо признать, что Дурсли никогда не морили Гарри голодом, но и никогда не давали ему съесть столько, сколько ему хотелось. А Дадли всегда съедал то, что особенно нравилось Гарри, даже если его самого от этого тошнило. Но сейчас Гарри был не в доме Дурслей. Он положил в свою тарелку всего понемногу — за исключением мятных леденцов — и накинулся на еду. Она была просто великолепной.        — Как будто дикари! — негодование Гермионы было велико, когда она вставала с дивана и отходила немного в сторону, начиная делать разминку.        — Ну почему сразу дикари? — раздосадованно поинтересовался Рон.        — Да потому что, Рон! Ну разве нельзя есть не набрасываясь на еду и забивая ей весь желудок до состояния амебы?!        Рон возмущённо запыхтел, но не смог найти нужный аргумент.        Драко хмыкнул:        — Ну нужен же людям хоть какой-то смысл в жизни?        — Молчи, Хорёк! — прошипел Рон.        — Молчу, Уизиллет, — ухмыльнулся Малфой.        — Пять баллов с Гриффиндора за оскорбление студента, — пророкотал Снейп.        — Пять баллов с Слизерина по той же причине, — лукаво улыбнулась Минерва.        — …Пока Гарри наполнял свою тарелку разнообразными десертами, за столом заговорили о семьях.        — Лично я — половина на половину, — признался Симус. — Мой папа — маггл, а мама — волшебница. Мама ничего ему не говорила до тех пор, пока они не поженились. Я так понял, что он совсем не обрадовался, когда узнал правду.        Все рассмеялись.        — А ты, Невилл? — спросил Рон.        — Я… Ну, меня вырастила бабушка, она волшебница, — начал Невилл. — Но вся моя семья была уверена, что я самый настоящий маггл. Мой двоюродный дядя Элджи всё время пытался застать меня врасплох, чтобы я сотворил какое-нибудь чудо. Он очень хотел, чтобы я оказался волшебником. Так, однажды он подкрался ко мне, когда я стоял на пирсе, и столкнул меня в воду. А я чуть не утонул. В общем, я был самым обычным — до восьми лет. Когда мне было восемь, Элджи зашёл к нам на чай, поймал меня и высунул за окно. Я висел там вниз головой, а он держал меня за лодыжки. И тут моя двоюродная тетя Энид предложила ему пирожное, и он случайно разжал руки. — Джинни ахнула, ошарашено глядя на книгу — Я полетел со второго этажа, но не разбился, — я словно превратился в мячик, отскочил от земли и попрыгал вниз по дорожке. Они все были в восторге, а бабушка даже расплакалась от счастья. Вы бы видели их лица, когда я получил письмо из Хогвартса, — они боялись, что мне его не пришлют, что я не совсем волшебник. Мой двоюродный дядя Элджи на радостях подарил мне жабу.        — Ну и родственники у Невилла, конечно… — покачала головой Гермиона.        — МакГонагалл беседовала с профессором Дамблдором, а профессор Квиррелл, так и не снявший свой дурацкий тюрбан, разговаривал с незнакомым Гарри преподавателем с сальными чёрными волосами, крючковатым носом и желтоватой, болезненного цвета кожей.        Все уставились на Снейпа, профессор же недовольно зыркнул на Поттера.        — Что я? Это не мои мысли! — Гарри медленно сполз с дивана, уползая за кресло, при том не меняя положения и не сводя взгляда с зельевара. — Возможно не мои! Я не помню! И вообще, отдыхайте побольше — и выглядеть будете лучше! — донеслось из-за кресла.        — Поттер! — зло прошипел мужчина.        — Ничего не знаю!        — Северус, может, вам действительно стоит больше отдыхать? — порекомендовала Минерва. — Мистер Поттер вряд ли виноват в горькой правде.        — Во-во, слушайте, что старшие говорят, профессор Снейп! — лохматая голова Поттера выглянула из-за кресла, оказавшись ближе к своему декану.        — Мистер Поттер, прекращайте паясничать, — требовательно попросила МакГонагалл.        — Так точно! — и скрылся за креслом.        Грейнджер тяжело вздохнула, смотря на своего развесёлого друга, поскольку с её позиции это было сделать легко.        — Неисправим! — Гермиона подошла к Гарри и села возле него, молчаливо поддерживая в этой «нелёгкой» ситуации.        Гарри тепло улыбнулся.        — Спасибо, Мион.        МакГонагалл по доброму фыркнула, напоминая ёжика.        — Читайте, мистер Уизли.        — Всё произошло совершенно внезапно. Крючконосый вдруг посмотрел прямо на Гарри — и голову Гарри пронзила острая боль. Ему показалось, что его похожий на молнию шрам на мгновение раскалился добела.        — Мистер Поттер?.. — позвал Снейп.        — Я не знаю, почему так произошло, — хмурый Гарри выглянул из-за кресла. — Возможно Квиррелл посмотрел на меня в тот же момент, а я просто не заметил. — Герой чуть помолчал и с сомнениями добавил: — Вы как-то часто находились рядом с Квирреллом, или наоборот, поэтому я всё на вас валил. — Гарри улыбнулся.        — Интересно, почему все считают меня злодеем? — немного перебарщивая с язвительностью задал, скорее риторический вопрос, Снейп.        — Да потому что надо к детям нормально относиться! И смените уже свой гардероб, Северус! — совершенно внезапно воскликнула декан Гриффиндора. — Или вы чьих-то похорон ждёте?        — Хм, — Северус оглядел всех присутствующих в комнате. — Я пока не определился.        Джинни испуганно икнула, но Джордж буквально через мгновение приобнял сестру.        — Не бойся, мы будем использовать на профессоре наши изобретения и тогда мы все очень скоро придём на его похороны! — шёпотом уверил её брат, широко улыбнувшись.        — Какой-то похоронный юмор, — слегка улыбнулась Джинни, но сразу же добавила серьёзно: — Не трогайте профессора, он не виноват, я в этом почти уверена.        — Как знаешь, сестрёнка, — кивнул Джордж.        — Ой! — Гарри хлопнул себя ладонью по лбу.        — Что случилось? — поинтересовался Перси.        — Н-н-ничего, — с трудом выдавил из себя Гарри.        Боль прошла так же быстро, как и появилась. Но вот ощущение, которое возникло у Гарри, когда он поймал взгляд крючконосого, — ощущение, что этому преподавателю очень не нравится Гарри Поттер, осталось.        — Что на деле чистейшая правда, — прокомментировал Гарри. — И из-за этого вы ко мне предвзяты! — уже обиженно проворчал Поттер.        — Ну почему? Я вполне себе объективен в ваших способностях и знаниях, — уверенный в своей правоте, ответил Снейп.        — Хм, интересно, почему же тогда по остальным предметам у мистера Поттера всё хорошо? — задала риторический вопрос МакГонагалл, вглядываясь в потолок с явным интересом.        — Вы ему завышаете, — почти обвинил Снейп.        — Я? Северус, я же никогда не завышаю! — Минерва действительно оскорбилась. — Это была прерогатива Слизнорта. — С долей хитрости осведомила профессор трансфигурации.        — Вы на что намекаете, дорогая коллега? — Снейп зло прищурился, складывая руки на груди.        — Ну что вы, Северус, я нисколько не сомневаюсь в вашем профессионализме, — лукаво улыбнулась МакГонагалл. — Я лишь говорю правду об этом преподавателе.        Снейп с оскорбленным видом отвернулся, не отвечая.        — А кто это там разговаривает с профессором Квирреллом? — спросил он у Перси.        — А, ты уже знаешь Квиррелла? Не удивляюсь, почему он такой нервный — занервничаешь тут, когда рядом сидит профессор Снейп. Он учит тому, как надо смешивать волшебные зелья, но говорят, что это ему совсем не по душе. Все знают, что он хочет занять место профессора Квиррелла. Он большой специалист по Тёмным искусствам, этот Снегг.        Гарри какое-то время понаблюдал за Снеггом, но тот больше не смотрел на него. Когда все насытились десертом, сладкое исчезло с тарелок, и профессор Дамблдор снова поднялся со своего трона. Все затихли.        — Кхм-м-м! — громко прокашлялся Дамблдор. — Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать ещё несколько слов. Прежде чем начнётся семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Некоторым старшекурсникам для их же блага тоже следует помнить об этом…        Сияющие глаза Дамблдора на мгновение остановились на рыжих головах близнецов Уизли. Брат, нас даже директор заметил!        — Так давно уже, — улыбнулся Джордж.        — Но всё же! По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчёт тренировок по квиддичу — они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Трюк. И наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью.        Гарри рассмеялся, но таких весельчаков, как он, оказалось очень мало.        — Он ведь шутит? — пробормотал Гарри, повернувшись к Перси.        — Может быть, — ответил Перси, хмуро глядя на Дамблдора. — Это странно, потому что обычно он объясняет, почему нам нельзя ходить куда-либо. Например, про лес и так всё понятно — там опасные звери, это всем известно. А тут он должен был бы всё объяснить, а он молчит. Думаю, он, по крайней мере, должен был посвятить в это нас, старост.        — Это странно, — отозвалась Гермиона из-за кресла.        — Согласен! — подтвердил Гарри. — Почему он ничего нам не рассказал? — Гарри выглянул из-за кресла, смотря то на своего декана, то на слизеринского, будто одним взглядом он сможет понять истину.        — Я… я не знаю, мистер Поттер, — Минерва нервно сглотнула. — Мы никогда не оспариваем решения директора.        — Кроме меня, — подал голос Снейп.        — Да-да, кроме вас, Северус… — закивала МакГонагалл.        — Ну так? — Гарри подозрительно сощурился, чем-то напоминая Грюма с его «постоянная бдительность!».        МакГонангалл нервно пожала плечами.        — Увы, я не знаю, мистер Поттер. Возможно это связанно с убийствами единорогов, но… я не уверена.        Поттер фыркнул, скрываясь обратно за креслом.        — А теперь, прежде чем пойти спать, давайте споём школьный гимн! — прокричал Дамблдор.        Гарри заметил, что у всех учителей застыли на лицах непонятные улыбки.        Дамблдор встряхнул своей палочкой, словно прогонял севшую на её конец муху. Из палочки вырвалась длинная золотая лента, которая начала подниматься над столами, а потом рассыпалась на повисшие в воздухе слова.        — Каждый поёт на свой любимый мотив, — сообщил Дамблдор. — Итак, начали! При всём моём уважении к Дамболдору и школе, можно я пропущу гимн? — Фред оглядел всех, кто был в его поле зрения. Товарищи по несчастью кивнули, даже Гарри с Гермионой, которых всё равно никто не видел. — Каждый пел, как хотел, — кто тихо, кто громко, кто весело, кто грустно, кто медленно, кто быстро. И естественно, все закончили петь в разное время. Все уже замолчали, а близнецы Уизли всё ещё продолжали петь школьный гимн — медленно и торжественно, словно похоронный марш. Дамблдор начал дирижировать, взмахивая своей палочкой, а когда они наконец допели, именно он хлопал громче всех. — Близнецы дали друг другу «пять»        — Тоже мне достижение… — проворчал Драко.        — …Перед ними в воздухе плавали костыли. Как только Перси сделал шаг вперёд, костыли угрожающе развернулись в его сторону и начали атаковать. Но они не ударяли, а останавливались в нескольких сантиметрах, как бы говоря, что он должен уйти.        — Это Пивз, наш полтергейст, — шепнул Перси, обернувшись к первокурсникам. А потом повысил голос: — Пивз, покажись!        Ответом ему послужил протяжный и довольно неприличный звук — в лучшем случае похожий на звук воздуха, выходящего из воздушного шара.        — Ты хочешь, чтобы я пошёл к Кровавому Барону и рассказал ему, что здесь происходит?        Послышался хлопок, и в воздухе появился маленький человечек с неприятными чёрными глазками и большим ртом. Он висел, скрестив ноги, между полом и потолком, и делал вид, что опирается на костыли, которые ему явно не были нужны.        — О-о-о-о! — протянул он, злорадно хихикнув. — Маленькие первокурснички! Сейчас мы повеселимся.        Висевший в воздухе человечек вдруг спикировал на них, и все дружно пригнули головы.        — Иди отсюда, Пивз, иначе Барон об этом узнает, я не шучу! — резким тоном произнес Перси.        Пивз высунул язык и исчез, уронив свои костыли на голову Невиллу. Они слышали, как он удаляется от них, из вредности стуча чем-то по выставленным в коридоре рыцарским доспехам.        — Невиллу вечно достаётся… — с долей жалости оповестил Рон.        — Где-то на одном уровне с Поттером, — хмыкнул Драко.        — Ха-ха, как смешно! — саркастично выкрикнул Гарри.        — Вам следует его остерегаться, — предупредил Перси, когда они двинулись дальше. — Единственный, кто может контролировать его — это Кровавый Барон, а так Пивз не слушается даже нас, старост. Вот мы и пришли.        Они стояли в конце коридора перед портретом очень толстой женщины в платье из розового шёлка.        — Пароль? — строго спросила женщина.        — Капут драконис, — ответил Перси, и портрет отъехал в сторону, открыв круглую дыру в стене. Все пробрались сквозь неё самостоятельно, только неуклюжего Невилла пришлось подталкивать. Круглая уютная Общая гостиная Гриффиндора была заставлена глубокими мягкими креслами.        Перси показал девочкам дверь в их спальню, мальчики вошли в другую дверь. Они поднялись по винтовой лестнице — очевидно, комната находилась в одной из башенок — и, наконец, оказались в спальне. Здесь стояли пять больших кроватей с пологами на четырёх столбиках, закрытые тёмно-красными бархатными шторами. Постели уже были постелены.        Все оказались слишком утомлены, чтобы ещё о чём-то разговаривать, поэтому молча натянули свои пижамы и забрались на кровати.        — Классно поели, правда? — донеслось до Гарри бормотание Рона, скрытого от него тяжёлыми шторами. — Уйди отсюда, Короста! Представляешь, Гарри, она жуёт мои простыни!        Гарри хотел спросить Рона, что из сладкого ему больше всего понравилось, но не успел — он заснул, едва голова коснулась подушки.        Наверное, странный сон, приснившийся Гарри, объяснялся тем, что он слишком много съел — Фред молча вчитывался в дальнейший текст, начиная глупо улыбаться.        Гарри выглянул из-за кресла, поднимаясь на ноги.        — Что там? Что опять? — голос звучал нервно.        — Гарри, у тебя божественное воображение! — похвалил смеющийся Фред. — Я зачитаю это всем остальным!        В пару мгновений Гарри подскочил к другу и попытался отобрать книгу, дёрнув один из краёв на себя        — Не смей!        — О, я посмею! — Фред злорадно улыбнулся. Он отпустил книгу, от чего отчаянно тянувший её Гарри «улетел» спиной на стол, а затем под собственное недовольное шипение сполз под стол, крепко прижимая книгу к груди.        Близнецы, не сговариваясь, взяли его за ноги и, встав с дивана, вытащили из-под стола в сторону, на открытое пространство, так сказать. Гарри пытался брыкаться, но всё было бесполезно.        Снейп встал с дивана.        — Прекратите немедленно!        Братья хитро уставились на профессора зелий, затем обратно на Гарри.        — Смотрите, мы и до вас доберёмся! — оповестил Снейпа Джордж и начал щекотать Поттера. Фред последовал его примеру, присев на корточки.        — П-прекратите! Ну же, х-хватит! — пока Поттер отбивался, книга улетела за кресла.        Гермиона, пользуясь ситуацией, подобрала книгу и начала листать её, ища нужную страничку.        Снейп попытался прекратить это представление, но близнецы оказались сильнее. На их счастье, профессор нисколько не боялся щекотки, потому в конце концов смог «одолеть» Фреда, Джордж же сдался без «боя».        Джинни проскочила мимо «боевых действий», скрываясь за креслом, за которым расположилась Гермиона. Девушка присела возле подруги и сама начала искать нужную строку, тихо зачитывая, чтобы никто кроме их двоих не услышал.        — Во сне он расхаживал в тюрбане профессора Квиррелла, а тюрбан беседовал с ним, убеждая его, что он должен перейти на факультет Слизерин, поскольку так ему предначертано судьбой.        Гарри категорично заявил тюрбану, что он ни за что не перейдет в Слизерин. Тюрбан становился всё тяжелее и тяжелее, и Гарри пытался его снять, а тот сжимался, больно сдавливая голову. Рядом стоял Малфой и смеялся над тщетностью предпринимаемых Гарри попыток. А затем Малфой превратился в крючконосого преподавателя по фамилии Снегг, который хохотал громким леденящим смехом. — Девочки захихикали, привлекая к себе внимание других.        — Вы прочитали… — с обреченностью, скорее подтвердил, чем спросил Гарри.        — Да! — кивнула выглянувшая рыжая голова Джинни. — У тебя забавная фантазия!        — Только попробуйте проболтаться, — почти зашипел Поттер.        — Гарри, ну мы же твои друзья, как мы сдадим тебя? — Гермиона почти захлебнулась воздухом от праведного возмущения.        — Это конец главы? — задал вопрос Снейп.        Гермиона решила дочитать:        — …Потом ярко вспыхнул зелёный свет, и Гарри проснулся, обливаясь потом и содрогаясь.        Гарри перевернулся на другой бок и снова заснул. А когда проснулся следующим утром, он даже не мог вспомнить, что ему приснилось. Вот теперь конец!        — Хоть какая-то хорошая новость, — зевнул Драко.        — Я есть хочу! — капризно воскликнула Джинни.        — Поттер, кухня в вашем распоряжении, — оповестил Снейп, наглым образом занимая «кресло Гарри».        — Ужин готовите вы, сэр, — напомнил Гарри.        — Считайте это отработкой за своё вчерашнее поведение, — отчеканил Снейп, а Гарри, вспоминая безобразную пьянку, покраснел аки закат над морем и поспешил удалиться на кухню. За ним молча последовал Драко.        Снейп оглядел оставшихся, в том числе студентов Гриффиндора, что успели чинно рассесться на своём диване. Один единственный вопрос он хотел задать всем присутствующим, который мучил его уже некоторое время:        — Все заметили странности в Поттере?