Безумные фикрайтеры в Подземелье, или как монстров мучают спойлерами 2: Темная сторона горы

      Когда я оказалась в безопасности, вдали от горящего лагеря рейдеров где-то в захолустье Нового Дома, мое сердце отбивало тарантеллу из беспокойства и радости. Я просто поверить не могла, что осталась жива, что Асгор не разорвал Лохматика, а Крыло Ворона и Свят остались при своих конечностях. Но мысль об оставленных в темнице друзьях не давала мне покоя. Особенно было страшно за Аню, ведь она была моей самой близкой подругой, на которую, как и её сестру, падет испепеляющий гнев короля.       Это было тогда. Сейчас, спустя три дня, я была более-менее спокойна, пусть и беспокойство сменилось злобой и страхом, затемненных подготовкой к битве. Каждый день я то и дело доставала порванную старую тетрадь, что Лохматик забрал вместе с другими важными вещами с поля, где нас захватили. Больше я не позволю потерять ее, думала я, поглаживая пыльную бандану Джейсона на своей руке.       Солнце уже давно взошло над Поверхностью, когда я с Оригинальным Аароном и Андайн из «Wartale» вернулись с вылазки в центр, где обворовали все лавки мандаринов и улиточного мяса. Фриск, которая спасла нас вместе со своими друзьями из лап Асгора и его рейдеров, приветливо помахала нам рукой из запыленного окна и зашторила его грязными дырявыми тряпками. Я глупо улыбнулась, довольная, что хоть кто-то нас заметил, а то по всему двору стояла тишина и ни души. Девочка выбежала нам навстречу, а рядом с ней ковылял Свят, пожавший руку сильного Аарона, который, кажется, планировал оставить мальчика без кисти.       — Вы быстро, — сказала Фриск, забирая у меня пакет с замороженным мясом. — Лохматик и Папирус уже заждались, когда есть подадут!       — Ага, а Чирика ты даже не упомянула, хотя у неё зверский аппетит, — хмыкнула Андайн, поправляя непослушные рыжие волосы, выступавшие из-под капюшона. — Сань, помоги-ка мне с мандаринами!       Так и проходил уже третий день вне плена, но с мыслью об оставленных товарищах. Я, Святослав, Крыло Ворона и Лохматик пытались не думать, что может произойти нечто страшное в наше отсутствие, но все же, вместе с новыми союзниками, торопились к битве. Нас было не так уж и много, но я знала, что простые жители Нового Дома обязательно встанут на нашу сторону в битве с рейдерами.       Я разложила мандарины аккуратно в башенку, обороняя свое творение от пускавшего слюни Папируса из мрачной, но доброй «Undertrust». Этот скелет отличался особой ранимостью, поэтому я старалась не задеть его словами, когда не давала притронуться к мандариновой башне.       Еще одним приятным сюрпризом стало то, что среди грязных домов и коробок под мостовыми столицы мы обнаружили переживших нападение отряда Найтмера Белого Волка и Санса. Скрывались они уже давно, и я представить себе не могла, как здоровенный волчара выжил с каким-то левым протезом, который общими усилиями установили ему бомжики в лице Папируса и Swap! Андайн. Я помнила, что еще в Руинах мы встретили её сородича, Альфис с громадным топором и грузными доспехами. И вспомнила, как она, Хранители Руин и Восьмирук с Голубой Кровью скрылись в пыли и наступавших глючных монстрах.       Мне казалось, что Белый Волк и Ocean! Санс будут ненавидеть нас за то, что мы их бросили. Это была их инициатива, их лучи славы перед возможной кончиной, но то, что мы с друзьями так легко бросили товарищей, а особенно скелета, преодолевшего с нами переход через Сноудин и Хотленд до самой таможни, могло заставить их почувствовать себя ненужными нам. Но когда мы со Святом обнаружили их в редкой толпе монстров, помещавшихся в одной комнате, я видела в их глазах облегчение.       — Я встретился с Чириком, когда смог смыться от Найтмера и его прихвостней, — с болью в голосе сказал Лохматик тогда, вспоминая свой трусливый побег. — Я не знал, куда податься, думал, что один не вызволю вас.       Поели мы на славу, если считать только то, что мы забили животы, но вовсе не насладились вкусом. К мандаринам, кроме Папируса, никто не притронулся, ведь горький вкус улиточного мяса просто не давал распробовать кисло-сладкую мякоть. За обедом Белый Волк без интереса наблюдал, как Андайн и Аарон от нечего делать кидают друг другу попавшуюся в блюде раковину, а я утешала животик, что скоро смогу нормально поесть. Поскорее бы этот миг настал.       Весь оставшийся день мы дорабатывали какой-то сырой и клишированный план, зачирканный фломастерами на маленьком клочке бумаги. Все было предельно просто: вечером собрать всех, кто только захочет сражаться, в южной части Нового Дома под предлогом митинга с предложением понизить цены на выезд в другие измерения (затея подобного рода заработка мне совершенно не нравилась, и я действительно была готова предложить Эррору инициативу, пока ему снова не взбрело в голову всех к херам взорвать), рано утром снарядиться различным мусором и пойти тараном на рейдеров, коррумпировавших Новый Дом еще с начала этого длительного апокалипсиса с сотнями вселенных. План простой, не хватало стратегии, которую и пытался вбить в голову в меру тупому Фраску, лупоглазому придурку в красном свитере. Я не понимала, как его вообще могли выбрать лидером, но пыталась держать мнение при себе… хотя, черт возьми взяли бы ученую Андайн, и все окей! Она умная и застенчивая, и хоть не создана для боя, зато ума хватало на составление вполне понятной и хитрой стратегии.       Но главное для меня было, конечно, освободить друзей и извиниться перед подругой за то, что в прошлый раз не хватило времени на попытку помочь Ане и Даше.       — И все? — фыркнул Белый Волк, в очередной раз поморщившись от рези в плече. — Кто этот чертов план придумал?!       — Догадайся, — хмыкнула Чирик, показывая пальцем на Фраска. — Он же ведь отлично знает, что нужно сделать, чтоб не сдохнуть!       — Пвулять попугайхчиками! — весело ответил мальчишка, прыгнув на стол с планом, но тотчас упал. — Мвы вже не убивать идем, а доказыхвать, как плохо они поступают с нами!       — Да, я совсем забыл, что у вас лидер олух, — грустно вздохнул Святослав.       Крыло Ворона наконец подал голос из-за спин двух Андайн.       — Впрочем, не все так плохо, — добродушно сказал мой друг. — Посыл ясен, а дальше мы уж сами разберемся. Фраск, ты молодец!       — Спасибофффки!       Фриск, сидевшая на корточках рядом со мной, встала и кинула испепеляющий взгляд на монстра.       — Сами?! — сквозь стиснутые зубы переспросила она. — Нет уж! Раз мы решили показать Асгору, кто тут мачо на районе, так давайте сделаем это добросовестно, а не через жопу!       Да, в грубости ей не уступала разве только Чирик и другие ребята из Подземкино. Её милый капюшон с маленькими шипами сполз ей на лоб, и глаз больше не было видно.       — Это так, — тихо ответил Крыло Ворона. — Но основа заложена. Набрать союзников, ворваться в лагерь, начать мордобой.       — Может, не «ворваться», а «проникнуть»? — хмыкнул Лохматик. — А то больно смело просто идти и набивать рожи, после того, как мы с Фриск и парой Флауи нехило так поджарили их лагерь. Наверняка у них охрана на каждом шагу после этого.       — Но в совокупности монстров не так уж и много, — ответила ему Андайн, поправляя на себе очки. — Не думаю, что из их АУ выбрались все монстры, что находились на Пустоши.       — Вот именно! — оптимистично гаркнул Крыло Ворона. — Вот увидите, нас скоро станет больше, и мы наваляем рейдерам за все, что они сделали с Новым Домом!       — Ага, с учетом, что это подготовленные убийцы с крутыми пушками, а мы — нищеброды из мусорных баков, — фыркнула Чирик. — Лично я прощаюсь с жизнью с завтрашнего утра.       Я не стала слушать их дальше. Мне хватало того, что даже сейчас, накануне битвы, монстры не могут найти компромисс. В обоих планах была изюминка и существенный минус, а с учетом обставленной охраны со всех сторон Нового Дома выбирать особо не из чего. Просто наугад — ввалиться без приглашения или найти лазейку на карте столицы, через которую можно было внезапно проникнуть в лагерь рейдеров.       На улице было слишком тихо, и резкая смена обстановки меня немного смутила. Я успокоилась быстро, ведь в тишине всегда думается легче. Образы друзей, оставленных в темнице, словно наяву стояли передо мной, удивленно открывая свои клетки. Я не могла думать ни о чем другом, кроме как того сладкого момента, когда мы стаей ринемся на подмогу Фраску и его бездомным воякам. А потом — я и Лохматик не без удовольствия порвем короля пустыни на куски, забрав драгоценный ключ обратно. Я надеялась, что предстоящая битва станет последним препятствием на пути к базе Альянса.       Лохматик отворил дверь и, стоя рядом со мной, вздохнул холодный воздух. Его человеческие голубые глаза мне все равно казались несочетаемыми с мощным телом, обросшим лохматой длинной шерстью бурого окраса.       — Они уже успокоились? — осведомилась я, прислушиваясь к приглушенным звукам в домишке.       — Напротив, самый разгар спора, — ответил мне монстр. — Фраск тупит, Чирик грубит, Крыло Ворона старается всех угомонить.       Мы постояли в тишине еще минуту, думая каждый о своем. Я вновь окунулась в том день, когда поздним вечером Лохматик ввалился в темницу и освободил всех, кого мог. Бросая при этом печальные взгляды на Яростную, которая тоже могла бы смыться вместе с нами. А Аня… мне казалось, она сейчас разревется, не отрывая взгляда от меня. Словно я предала её, но разве это было правдой?       — Слушай, может, отсидишься во время сражения? — сказала я осторожно, чтобы не дай бог не задеть чувства Лохматика. — Асгор тебя сильно потрепал, и я не уверена, что ты сможешь нормально биться… вот Белый Волк не собирается никуда идти, потому что с новым протезом неудобно держать ружье.       Лохматик взглянул на меня, будто я сморозила самую великую глупость в мире.       — Может, раньше я и был трусом, — серьезно сказал Лохматик, и его кулаки сжались. Мне казалось, он видел перед собой врага, или этим врагом была я. — Но все изменилось. Я не могу оставить своих друзей на битве. Ты пойми, я обязан быть рядом с Яростной.       Я весело улыбнулась, глядя на Лохматика заинтересованно и насмехавшись.       — Я повторю: ты втюрился, бедняжка!       — Сань, думай, что хочешь, мне все равно, — фыркнул монстр так, будто ему и вправду было по барабану. Но мое любящее чужие дела и отношения сердце точно знало, что Лохматик врет самому себе.       Вечером я вновь пересеклась с Лохматиком. Вернее, я решила наведаться к нему, когда кухня опустела. Санс быстро ушел оттуда укладываться спать на диван, и никто не мог прервать наш разговор. Крыло Ворона, Фраск и Аарон отправились на «митинг» собирать соратников. Я надеялась, что все пройдет у них хорошо.       Кажется, Лохматик учуял мой запах, поэтому замер, его шерсть на спине встала дыбом. В доме было жарко, а его длинная шерсть не давала ему носить нормальную одежду, посему он был лишь в штанах. И от этого смотрелся из темноты еще более угрожающе: я могла разглядеть каждую мышцу на его плечах, каждый клочок шерсти на упругой и усеянной шрамами спине. Меня передернуло при взгляде на когти Лохматика — сейчас я поняла, какие они длинные и острые, что и топор ему был не нужен.       — Скажу честно, — начал монстр, не оборачиваясь ко мне. — Я скучаю по времени, когда я с друзьями просто жили себе вдали от Сноудина, в свое удовольствие вырубая деревья и очищая дороги от снега. А потом появились вы.       Я, опешив от слов друга, замялась с ответом. Мне не показалась боль, что я ощущала в его голосе, нет?       — Мне жаль, что все так получилось. Этот путь мы должны были преодолеть только вчетвером, — одними губами произнесла я. — И наша с Аней вылазка в Сноудин заставила вас покинуть свой дом… мне жаль. Прости, что вы влезли во все это, что Яростная, Блудник и Пернатка теперь в плену.       Лохматик наконец повернул голову в мою сторону, на его страшной морде сияла добродушная улыбка.       — Я не злюсь. Мы сами решили, что раз уж нас все равно хотят сожрать, можно и с человеческими детенышами кинуться на поиски базы Альянса. И мы стали вас защищать.       — Хотя должны были кинуть при первой же возможности и не оглядываться, — буркнула я, на что Лохматик лишь недовольно дернул ухом.       — Нет, Саша. Мы воины, потерянные и в отставке, но все равно воины. И вам была нужна наша помощь. Я не хочу казаться хвастуном, но без нашей помощи вы бы и десяти километров в Сноудине не прошли без неприятностей.       Мы оба сели за стол, очищая по оранжевому мандарину. Они пахли сладко, как нечто далекое, что осталось в моем родном мире. Новый Год, домашний уют, уходящий декабрь.       — Если уж помирать, то объевшись этих странных овощей, — признался Лохматик, с удовольствием впившись зубами в сладко пахнущую мякоть.       — Это фрукт, Лохматик.       Раннее утро, я бы сказала, около четырех утра. Через два часа мы выдвигаемся на битву, чтобы освободить друзей и весь Новый Дом от рейдеров. Пришло совсем мало народу, всего пятеро. Я думала, нам этого хватит, ведь мы с Лохматимом в первую очередь побежим освобождать друзей. Чирик, Аарон, Фраск, Андайн, Санс, Папирус, Лохматик, я, Святослав, Крыло Ворона, а также Мэджик, Уранус и три мелких монстра из оригинальной вселенной. Пятнадцать против… я не знаю, сколько было рейдеров! Возможно, не так уж и много. Но у них были действительно интересное оружие, байки, цепи… фактически все, чтобы забить нас насмерть в первые пять минут боя.       — Возьми, — подошедший со спины Святослав протянул мне кинжал. — Даже не спрашивай, в какой жопе я его откопал.       — Спасибо, — сухо ответила я, не сводя глаз от грязной и потрепанной стали. Это был тот самый кинжал из Нового Дома, старой комнаты Азриэля и Чары, в которой хранилось столько памятных вещей того времени. Костюм Санты под размер Оригинального Асгора, рецепт ирискового пирога, а также медальон в виде сердца, который я уничтожила, и кинжал, что сейчас был в моей руке. Оранжевая бандана лежала на столе передо мной. Я крепко перевязала её вокруг головы, туго натянув на лоб. Мне казалось, словно крохотная капля Храбрости потекла по моим жилам, как год назад, когда я впервые надела свой незабываемый амулет. Мне снова вспомнился момент, когда я с усмешкой перечила Флауи и сыпала глупыми шутками, будучи при этом связанной крепкими лианами глубоко в Руинах. Может, где-то там меня ждет мой ключ?..       Когда наше небольшое войско выбралось из заброшенного двора, заструившись пятью группами по улицам Нового Дома, я не могла отделаться от мысли об Ане. Такой вот парадокс, что мы по очереди попадаем в беду, а потом несемся стремглав к друг другу на выручку. Я чувствовала колющую затылок энергию, исходившую от тетрадки в рюкзаке. Конечно, мне это чудилось, но мысль, что после сражения я вручу подруге утерянный подарок Мики, было самым теплым желанием за последнее время.       Глючные монстры, каменными центурионами стоявшие патрулями на улицах, кажется, не замечали нас. Они бы вряд ли обратили на нас внимание, не видя при этом лиц засветившихся в самых свежих новостях отступников, защищавших людей из другого мира. Рядом со мной шествовал Свят, и он явно был доволен, что его не поставили в другую группу. И я знала, о чем думал он. Об Охотнике и Даше, верно? А Лохматик из третьей группы, идущий фактически прямым путем в сторону лагеря… конечно, о Яростной! Я знала, о чем думает Крыло Ворона, удаляющийся со своей группой в противоположном направлении. о Блуднике и Пернатке.       Что ж, два часа истекли. Мы скрылись среди домов и извилистых поворотов, окружавших площадь, на которой обосновались рейдеры. Через установленные деревянные колья вокруг лагеря, я увидела дом, считавшийся темницей. Там нам уже ждали друзья. Я была уверена, что они ждали нашего возвращения, и ни о чем другом, кроме как хорошем, я думать не могла.       В ухе я услышала голос Андайн, оставшейся вместе с Белым Волком на базе:       «Вы на месте? — спросила она так неожиданно резко, что я, да и все группы одновременно, дернулись. Наверное, это выглядело странно со стороны — шевелящиеся, будто черви, тени. — Извините, громкость поубавлю. Ну так что?».       «На мвесте! — гоготнул Фраск, его голос я тоже услышала в ухе. Дешевый приемник барахлил. — Патрууууль…».       — Да не ори ты, — прорычала War! Андайн, состоящая со мной в одной группе. — Нас могут заметить.       Лагерь за стеной колей и вправду был окружен охраной. Четверо у тюрьмы, двое ходили взад-вперед по всему лагерю, сталкиваясь с другой парой — Догами и Догарессой. У входа я насчитала целых пятерых, вокруг — не могла насчитать. Но их и вправду было много. А еще они были до зубов вооруженными, по всему лагерю я видела разбросанные катапульты и огненные байки.       Если бы тут собрались все мои друзья, а не только Святослав, я бы в лицо им сказала, как была счастлива преодолеть с ними этот долгий путь и умереть в их милом окружении. Я уже чувствовала себя покойницей. Ах, если бы у меня был амулет…       Я понимала, что ною, как Голубка из «Котов-Воителей», после потери сил, но сейчас я понимала эту недоделанную Мэри Сью. Она потеряла свой суперслух, а я больше не могу одной рукой перевернуть машину. Я не чувствовала себя тем человеком, что одной левой выколол глаз чертовому Омега Флауи. Я была просто я.       Стража в упор не замечала нашу компашку до тех пор, пока мы не подошли к границам лагеря вплотную. Тогда один из патрулирующих границу хохотнул при виде нашей разномастной компашки нищих. Другой был несколько серьезнее товарища и хмуро сказал:       — Нет, сегодня объедков нет. Пошли прочь, отребье!       Он поднял грубую старую саблю, чтобы отогнать нас, и едва не задел Андайн, успевшую сделать шаг назад.       — Ну подайте хоть медяков на колбасу к обеду! — жалобно проскулила я, не поднимая головы и протягивая ладони с просительном жесте. Одежда моя, грязная и перемазанная пылью, не оставляла сомнений в том, к какой социальной группе я принадлежу.       Другой стражник, рассмеявшийся при виде нас, выпрямился и, недолго думая, достал из кармана две маленькие монетки, не обращая внимание на упрекающий взгляд товарища. Я ловко запихнула их в карман джинс. На самом деле деньги мне не были нужны, но нужно было потянуть время. Мы все ждали сигнала от одного из монстров, который, по задумке, должен сидеть сейчас на крыше одного из крайних городских зданий и выжидать подходящего момента. Краем глаза я могла увидеть другой отряд, в котором те же самые махинации проделывала Чирик. Хотя очаровывать у нее получалось куда хуже, чем ожидалось. Судя по выражению ее лица, она давно уже перешла на сленг своей исторической родины, шокируя несчастного патрульного, который вдобавок был ниже ее самой.       — А… давно вы здесь работаете? — запинаясь, спросил Свят, чтобы прервать внезапно воцарившуюся тишину. Голос его был чуть приглушен из-за шарфа, которым он обмотал почти все лицо.       — А тебе какое дело, патлатый?       — Да просто у меня есть один знакомый, который работает на консервной фабрике… и у него есть брат, жена которого изменяла ему с кем-то похожим на вас…       По ушам ударил дикий хохот Андайн на той стороне. Я поморщилась, а патрульный так и встал, пытаясь нашарить упавшую челюсть. Другой хотел было что-то сказать, но в этот момент я услышала заветное слово: «Вперед!»       — А знаете, мы лучше погуляем у вас немного! — воскликнула War! Андайн, в ее руке появилось сияющее копье. — Да свершится правосудие!       Свят махнул рукой на анимешницу, мы оба достали кинжалы. Более мелкий из патрульных взвился и сразу же бросился с саблей на Андайн, крупный же словно остолбенел, чем мы сразу и воспользовались, чтобы вдвоем повалить на землю. Скрываться смысла уже не было, и я сняла так мешающий капюшон. В нескольких десятках метров Аарон, Чирик и Лохматик громили поспевающее подкрепление. Поднялась шумиха, и мы не стали медлить. Рожнов, недолго думая, врезал костлявому монстру рукоятью кинжала в челюсть, а потом и в шею, вырубив беднягу. Несмотря на жестокость этих монстров, убивать сейчас не хотелось никому.       Путь в лагерь был свободен, и вот мы прошмыгнули через маленькие ворота, больше похожие на куски дубовой коры, плохо приколоченные к стене.       В лагере было не так безумно, как несколько дней назад при вторжении Фриск и двух Флауи, но тоже неплохо. Я поняла, что разделиться на мелкие группы было хорошей идеей. Выбегающие из домов вооруженные монстры не понимали, в какую сторону бежать — бездомные атаковали со всех сторон, пусть их и было совсем мало. Никто не надеялся причинить большой вред, куда важнее было отвлечь основные силы от дверей тюрьмы. Ценой тех еще психологических усилий мы со Святом разбежались в разные стороны, распихивая встречающихся на пути рейдеров, и лишь сделав крюк вокруг лагеря с разбегу навалились на двери тюрьмы, пока стража ничего не успела предпринять.       Только установленная дверь не выдержала, и мы буквально ввалились в тюрьму, где от неожиданности подскочила Аня, со всей силы ударившись об потолок клетки. Только сейчас я поняла, как же странно видеть их со стороны за решетками, а не глядеть на мир через прутья собственной миниатюрной тюрьмы.       Помимо усиления охраны была еще одна маленькая деталь, изменившаяся после нашего побега. Теперь на ногах каждого пленного были тяжелые кандалы, связанные цепью. С такими убежать будет проблематично, да даже если их снять — такие штуки наверняка оставили на мягкой ткани вмятины. Впрочем, их не было на Яростной — кошка давно сняла их и отложила в сторону, как истинный взломщик.       — Ну наконец приперлись! — заорала на нас Даша, пока мы со Святом и подоспевшим Лохматиком разбирались с очухавшимися стражниками. Одного из них Лохматик просто схватил за ногу и со всей силы шибанул об одну из решеток. Монстр был явно крепким, потому что по замку пошли трещины. — Нас как раз сегодня должны были повести на растерзание негру-скелету, а вы штаны протирали хрен знает где!       С улицы доносились крики бомжей про «Свободу попугаям» и «Революцию в экономической жизни страны». Кажется, наши сообщники были куда лучшего мнения о нашей шайке, чем мы сами. Мэджик заставлял магические сферы гоняться за охранниками (правда, потом охранники стали гоняться за ним), Уранус громыхал доспехами, наскоро снятыми с какого-то рассыпающегося монстра, Аарон… он просто позировал и психологически убивал врагов видом своих бицепсов.       Когда Лохматик разобрался с воинами, я достала из кармана отмычку. Честно, не припомню, чтобы я когда-то взламывала замки, но сейчас мне придется испробовать свои силы, чтобы спасти друзей. Я секунду металась, не зная, с кого начать. И решила — Блудник, освобожу его, и он поможет Лохматику с рейдерами.       — Быстрее там! — пропыхтел монстр, когда Меттатон внезапно встал и зарядил ногой с длинным каблуком прямо в грудь Лохматика. Тот потерял равновесие, облокотившись, о стену, но смог отразить второй выпад.       Я стала нервно водить отмычкой внутри замка, не в силах подавить панику.       — Нажимай, — отчеканил Блудник, скаля зубы. — Вводи отмычку таким образом, чтобы её края…       — Есть! — Я с невероятным облегчением сняла замок с решетки, и Блудник ногой вышиб дверь, после чего стал спасать свою вторую конечность.       — Это я и пытался сказать, — ответил мне монстр, расправив плечи и потрясся ногой. — А теперь освободи остальных, а я помогу ребятам, — Блудник встал в боевую позу, выставив кулаки вперед. Кажется, он и не думал порыскать в поисках оружия, а просто кинулся на Меттатона с когтями и мощным хвостом. — Эй, трансвестит недоделанный, заведи кенгуру обратно в клетку!       Тот же ритуал я стала проделывать с клеткой Ани и Даши, которые с трепетом ждали, когда наконец их дверца откроется. Я почти все сделала, но вдруг сильная лапа схватила меня за шиворот и откинула прямо в центр, между сражавшимися Лохматиком и прибежавшим Догами. Мне казалось, их топоры одновременно уткнутся мне в живот и разрубят на кусочки, но я из последних сил скользнула спиной по полу и наконец разглядела свою противницу.       Предо мной стояла Ториэль, но уже совсем не в красивом белом платье, в котором она в прошлый раз гоняла на коне, а облаченная в легкие, но крепкие доспехи, подчеркивающие её на удивление стройную, но упругую фигуру.       — Эти дети теперь собственность моего короля! — сверкнула красными глазами королева, и раздвинула руки, размяла лапы. Я увидела блестящие стальные когти с золотыми концами. — И тебе лучше не переступать ему дорогу, девчонка!       Я не знала, как только места хватает нам, чтобы прыгать из стороны в сторону. Я просто уворачивалась от стремительных полосующих ударов Ториэль, не веря, что её лицо может быть таким озлобленным. Я осознавала, что это не та Хранительница Руин, а беспощадная Королева Солнца, но мое сердце и воспоминания не давали мне принять эту правду. Это другая Ториэль, которая хочет измельчить меня в фарш.       Я парировала когти, едва не дотронувшиеся до моего предплечья, сталь скользнула об легкий и ржавый клинок, и после я скользнула у неё подмышкой. Мне хватило духу, ударить противницу ногой в поясницу, но та лишь больше озверела. Из распахнутой пасти Ториэль пахло… пахло тем же ирисковым пирогом, который она наверняка недавно съела, прямо перед вторжением.       — Саша! — до меня донесся крик Ани, вернувший меня на пару секунд в действительность. Я снова парировала выпад острых когтей, на этот раз накрест вцепившихся в мой клинок. — Не обращай внимание на её лицо! Это Королева Солнца! Она хочет убить тебя!       Слова подруги на меня не сильно сработали. Я пыталась не смотреть в лицо Ториэль, но мою голову все не покидало одно воспоминание.       Она застыла на месте. Один заключающий удар, распоровший ее кожу от правого бедра до левого бока. Крови и кишок, как в настоящих фильмах ужасов, не было. Она начала медленно рассыпаться, сначала края раны, затем пальцы…       Меня охватила ярость, я вспомнила, что Фриск убила её. А из-за Фриск в мир хлынули альтернативные версии монстров. Я и свою вину признавала, и все же. И теперь меня пытается убить другая Ториэль.       Я в силу своего роста рубанула кинжалом по колену Ториэль. Её это никак не покоробило, ведь металл её доспеха был прочнее того, что было у меня. Но я продолжала полосовать её броню, чудом уворачиваясь от когтистых лап. Один раз коготь на указательном пальце скользнул по моему лбу, и я пронзительно закричала, закрывая рукой глаза, на которые хлынула горячая кровь. Меня ослепило… а потом второй удар. Когти прошли по ребру, и от боли я не удержалась на ногах.       Но вместе заключительного удара я видела, как Ториэль свалилась, как-то неуклюже вывернув руку. Дверь темницы Ани и Даши отворилась, ударив козу прямо по спине.       — Ку-ку, — невесело улыбнувшись, Кравцова пробежала глазами по полу, а потом просто схватилась за каблук Меттатона, лупя им Ториэль по голове. Та не умерла, так как пыли и в помине не было, зато потеряла сознание. Вот так глупо. — Ты извини, замок просто заклинило.       Я хотела что-то сказать, но мне просто не хватило воздуха на слова. Аня подняла меня на ноги и крепко-крепко обняла, словно мы не виделись несколько лет.       Я просто выпала из реальности, ощущая в носу её светлые волосы и руки на спине.       — У нас тут… битва идет. Ты не могла бы…       — Неа, — буркнула Юдина. — Ты три дня пропадала, еще двое суток мы пробыли в разных камерах, и я уже успела соскучиться без обнимашек. Так что терпи!       — Даша, зря ты её оставила без объятий…       Путь был очищен, и потому Блудник и Лохматик стали отворять камеры Пернатки, Охотника и Яростной. Первое мгновение для кошки и громадного пса стало временем самых крепких объятий, кажется, крепче, чем в прошлый раз. Яростная вновь была убеждена, что Лохматик, что её друзья вернулись за ней.       — Где Крыло Ворона? — было первым, что спросил Пернатка, обняв Блудника и похлопав того по спине.       — Он в самой гуще этой каши-малы, — хмыкнул Блудник. Его взгляд устремился на убегавшего Догами, а потом на лежавшую без сознания Ториэль. — Идем, ему нужна наша помощь!       Но наш совместный бег продлился недолго. Битва разделила нас, но было уже не так страшно, как раньше. Я фактически нырнула в кипяток, когда три пары сражавшихся и наседавших на Мэджика промчались перед моими глазами. Изорванная бандана теперь висела у меня на ладони, мокрая от крови. Я ощущала, как кровь заливает лоб и ногу, но это были не те раны, глубоко вонзавшиеся иглами по самую кость. Я могла ходить, а страх перед смертью в этой неразберихе заставлял меня идти вдвое быстрее. Аня, Свят и Даша бежали передо мной, но Юдина, по крайней мере, сбавляла скорость — все-таки, нога еще болела от кандалов, а Даша носилась, как угорелая. Раскаленные булыжники красными огнями засияли у нас над головами, стремительно несясь вниз. На нас, как несчастных насекомых, на всех сражавшихся вблизи с нами.       — Ложииись! — Я схватила Аню и Святослава за волосы, а девушка за локоть Даши, и мы кубарем покатились в эпицентр битвы, и как можно дальше от взорвавшегося рядом с нами шара из камня и огня. Горячие искры дождем посыпались на землю, воздух пропах дымом. Второй снаряд был совсем неточным — он угодил прямо в древесные колья, и оставшиеся щепки у входа воспламенились, унося пламя по всему кругу, что защищал лагерь. Дело становилось все хуже и хуже.       — Потушите огонь, кто-нибудь! — кричали некоторые рейдеры, но никто и не повернулся спиной к своему противнику. И вдруг на поле боя я увидела Санса из морской АУ. Это был один из тех моментов, когда его способности приносили небывалую пользу.       — Сейчас потушим огонь!       Пока струи воды нещадно хлестали по бушевавшему огню, а рейдеры и стая бомжей только с новыми силами стали рвать друг на друге плоть, я поняла кое-что важное. Это случилось сразу после того, как нас вновь чуть не задавили байками. На этот раз Догаресса носилась за Дашей по кругу, пока та не изловчилась и, схватившись за руль, улетела вместе с Догарессой прямо на Мэджика и Фриск. Чирик с небывалой точностью осыпал байк свинцовыми пулями из автомата, и вскоре передвижное средство собаки покачнулось. Даша вовремя соскользнула с пылающего мотоцикла, пока огонь не смешался со свежей пылью при взрыве.       — Мы забыли про фиолетовый ключ, — сказала я, скользнув кинжалом по глотке рейдера-Вимсалота, и мой и без того грязный свитер окрасился в серый. Я думала, что не стану никого убивать… но я понимала, что без этого сейчас никак, потому что целая толпа разъяренных монстров хотели убить меня и моих друзей! — Где он может храниться?       Даша пригнулась под летящим на неё фиолетовым шаром огня.       — Где-то в покоях Асгора, наверное! Они должны были уехать вместе с нами в замок Эррора, но вы пришли вовремя. Но я совсем не вижу здесь Асгора, поэтому предполагаю, что сейчас он прячется у себя в доме!       — Вот же трус! — только и смог сказать Свят, бросившись на обстреливавшего нас Гриллби. — А еще строит из себя короля!       — Значит так, — крикнула я. — Даша, ты и Свят отправляетесь в его пок…       Я не успела договорить. В метре от меня появился Гастер, и в его дырявых ладонях блестели переливающиеся черно-белым цветом шары магии. Его пустая глазница полыхнула янтарем, а аппарат на втором глазу сверкал красным, будто вспышка. Один из его снарядов угодил мне в грудь, и я свалилась на пыльную, холодную землю. Аня бросилась на Гастера, загородив меня от нового удара. Ученый на мгновение исчез, но вновь материализовался и ударил ногой ногой Аню по спине.       Святослав и Даша все поняли и без завершения, бросившись как можно быстрее через поле боя.