Часть II. Глава 11. Кипящий поток. Саша
21 июня 2019 г., 14:00
Солнце, поднимающееся над горой Эббот, приносило свой свет в лагеря, раскинувшиеся вокруг нее, словно муравейники. Постепенно пробуждались воины, выходящие из крохотных домиков и хлипких построек, больше похожих на палатки. И словно эхо, глубоко под землей разгоралось искусственное светило на голографическом небе, скрывающем от жителей Подземелья каменные шершавые своды пещер.
Эррор уже давно не спал. Его замок, возвышающийся над долиной, по которой расплылся серым пятном Новый Дом, был словно исключением из всех правил природы. Ночь и день смешивались в вечные сумерки, каменные стены в любое время суток выглядели почти одинаково, как бы ни освещались, а хозяин всего этого великолепия и вовсе не придавал особого значения смене времени суток.
Сегодня было очередное собрание. Немногочисленные слуги в этот день старательно избегали зала, в котором собирались лидеры королевства. Они сновали по узким обходным переходам, едва слышно перешептываясь о подозрительно хорошем настроении Эррора.
Тем временем в зале собраний за столом собрались те, кто редко удостаивался такой чести. Рапирус, глава Королевской стражи Сноудина, Killer!Санс, сидящий с таким видом, словно он зашел лишь на несколько минут, и прочие монстры второго плана.
Среди них лишь выделялась Вариэль, гордо восседавшая на своем месте по левую сторону от Эррора. Она пришла на это собрание несмотря на загруженность графика. «Первая леди Подземелья», как порой звали ее другие придворные. Ничего из того, что говорил Разрушитель Миров, не было для нее и других «важных шишек» новостью, но тот, кто хочет держать в руках власть, должен знать все детали, включая мнения провинциалов и мелких командиров.
А Эррор говорил и говорил. С таким заразительным азартом он рассказывал о своем грандиозном плане по окончанию войны. Казалось, от возбуждения он даже стал «глючить» в разы больше.
— Уже сейчас РЯДЫ наших воинов готовы сдерживать натиск Альянса в Новом Доме, — говорил он, указывая на карту, прибитую к столу. — В моМЕнт наступления отрядов Альянса мы совершим маневр, который загонит их туда, куда они совершенно не ожидают — на ПоверхносТЬ! Там оБщ-И-ими усилиями батальонов ДЕЛЬТА и УмБра мы зажмем их подкрепление у горы, не позволяя продвинуться дальше и прийти на помощь основным силам Инка. Их в СВОЮ очередь будут сдерживать все си-и-илы северо-восточной части.
— Ну и зачем кого-то зажимать, босс? — поинтересовался Киллер, всем своим поведением выражая спокойствие и незаинтересованность ситуацией. Лишь особо внимательный зритель мог заметить напряжение в его жестах, пока он демонстративно зевал и ерзал, словно вот-вот поднимется и уйдет. — Не легче дальше бить их поодиночке и… все такое?
Эррор с прищуром провел пальцем по голубой полосе на самой окраине карты.
— БАРЬЕР с каждым днем становится вСе слабее, — сказал он, полный уверенности. — Люди продолжают атаковать его, стремятся вмешаться в нашу войну. ЕслИ Мы немного пом-о-ожем им в э-этом, вся эта куча танков, военНЫХ самолетов и пехоты ринется РАзНиматЬ монстров, не так ли? И не думаю, что их методы будут достаточно МИРНЫМИ.
Среди собравшихся прошлась волна шепотков. Рапирус напрягся и выпрямился в кресле так, что его позвоночник напоминал столб, воткнутый в кресло.
— В этом и заключается ваш план, господин? — спросил он осторожно. — А как же все те наши воины, которые попадут под удар людей? В отличие от нас, они не слишком буду разбираться, кто где, ведь все мы для них одно — угроза.
— На этот счет не ВОЛНУЙСЯ, — с этими словами Эррор поднялся с кресла. — Все уже давно готово. Сети туННелей, по которым можно попасть в ЛЮБУЮ часть ПоДЗемелья. Я могу прямо сейчас открыть ПанЕЛЬ, — он с оскалом покосился на ближайшую стену, — И пройти в коридор, что выведет меня в Руины. А может, в СноУдин. Или Хотленд. И точно такие же пРохоДы есть под пОЛЕм, где будет проходить поединОК. Мы появимся и ускользнем, словно тени, пока люди будут выполнять нашу работу. И бьюсь об ЗАКЛАД, никакая магия не спасет монстров от Их слепого Гнева.
На этом он закончил свою речь. Собрание было окончено. Все начали расходиться и с поклонами покидать замок. Вариэль была одной из последних, кто вышел из-за стола и вышла. Закончив собрание, Эррор расслабился и прижал черные пальцы к вискам, словно надеясь выдавить из головы боль или навязчивую мысль. Надписи «Error» и белые прямоугольники-глюки витали вокруг него, как вечные спутники. Обманчивый оскал черепа, так похожий на улыбку, застыл на его лице, не имея ничего общего с настоящими эмоциями черного скелета. Он пробормотал что-то неразборчивое, но воинственная Ториэль к тому моменту уже не могла расслышать ни слова.
Часом позже она бродила по замку. Выходить на улицы становилось небезопасно, да и любого начинало мутить от вида улиц, заполоненных бездомными. Отголоски того времени, когда этим дворцом заправлял король Асгор, болезненно кололи королеву.
Тогда ее и догнала Королева Солнца. Ториэль из Wastelandfell продолжала быть тенью своей госпожи, взявшей ее подданных под свое покровительство. Сейчас же она поравнялась с герцогиней в алом платье, полы которого шелестели по полу.
— Ты слышала? — кратко спросила Вариэль, не сбавляя темпа. Та коротко кивнула. — И что тебе надо?
— Разведчики уже заметили воинов Альянса в нескольких километрах от города, — заговорила госпожа пустынь. — Они собираются с силами, но их пока недостаточно, чтобы составить достойное сопротивление армии Эррора. И все же они прибывают. Я бы хотела предложить помощь моих воинов и повести первую волну, чтобы выбить их из колеи. Каждый из моих рейдеров стоит двух солдатов Эррора, да не в обиду ему будет сказано… — с этими словами она подозрительно огляделась и вновь двинулась вперед. — Нам нужно лишь дозволение.
— Нет.
— Но…
— Нет, — настойчиво повторила Вариэль, глядя прямо в янтарные глаза своей альтернативной версии. — Вы истощены, больше половины полегло во время бунта бездомных, и твои воины лишь отдадут свои жизни без какой-либо помощи нам. Войско Эррора пополняется каждый день, вы по сравнению с ним — ничто. Но у меня есть идея получше…
***
Никогда еще в моей жизни ожидание не было таким мучительным. Беготня, погони, битвы не на жизнь, а на смерть — все это было где-то позади и в то же время еще впереди, а сейчас отвратительное, давящее ожидание. — Не беспокойся так, мое дитя, — говорила Ториэль, пока я ерзала в широком кресле, где с легкостью уместились еще минимум две Саши. — Они скоро вернутся, а пока нам нужно использовать все время и восстанавливать силы. — Да давно уже восстановились, — огрызнулась я, со злобой пнув ногой воздух. Потом смягчилась и добавила: — Прости, Тори. Просто терпеть не могу бездействие! Лучше бы я увязалась за ними. А как там Аня? Бьюсь об заклад, она там трижды помереть успела! — Не недооценивай свою подругу, — покачала головой Ториэль. Она гладила мой свитер, пока я куталась в колючее жесткое одеяло. Бессмысленное занятие, если вспомнить, что совсем скоро нам придется плыть по реке. Наверное, ей просто нужно было заняться хоть чем-то, что связывало бы ее с привычным миром. Я понимала ее. — Не недооцениваю я, — буркнула я в ответ, сильнее кутаясь в одеяло, кусающее кожу и цепляющееся за волосы. — Но черт, ее нервы слишком непостоянные, я и не представляю, что она может на эмоциях выкинуть! Я хмыкнула, осознав, что-то же самое можно сказать обо мне, но легче от этого мне не стало. Пока наши друзья где-то под водой, мерзнут и разведывают территорию, мы сидим и даже не пытаемся сдвинуть свои задницы, чтобы помочь им! Наш разговор был прерван Крылом Ворона. Чуть ранее он был поставлен у берега, ожидать возвращения Ани и Яростной. Запыхавшись, он влетел в дом и, резко затормозив, едва не врезался в перепуганную Ториэль. Я мрачно отметила, что его когти оставили глубокие следы на паркете. — Что стряслось? — спросила Ториэль, хватая за плечи монстра. — Они вернулись? — Нет, — замотал головой ворон. — Но они не вылезают уже час! Мы договаривались, что они возвращаются через полчаса, но их все нет и нет. А сейчас я слышал, как в воде что-то бухнуло, словно Онионсан решил прыгнуть в воду «бомбочкой». Чую я, произошло что-то плохое. Ториэль ахнула и тут же отставила старый чугунный утюг, в котором слабо светились тлеющие угли. Я даже не хотела думать, откуда у Андайн такое «ископаемое», да и не до того было. Электричества не было, так что это чудо нам очень даже пригодилось. — Нам нужно отправляться на поиски! — воскликнула королева монстров, хватая со стола маску. — Я отправлюсь за ними. Если что-то случилось… — Я тоже с тобой! — заявила я, вытягиваясь в кресле. — Не позволю себе дальше просиживать тут штаны! — Тогда мне придется остаться, — вздохнул Крыло Ворона. — Кто-то должен охранять наши вещи и ждать, на случай если они вернутся. Быть может, их просто унесло потоком… — А на сколько там, говорил старик, хватит кислорода? — поинтересовалась я. — На два-три часа точно, но это не слишком воодушевляет, — нахмурился Крыло Ворона. — Ладно, чего ты сидишь? Собирайся, если решила плыть. — Кхм, — выразительно прочистила горло Ториэль, взглядом показывая на мой свитер, болтающийся на хлипкой гладильной доске. Монстр ойкнул и демонстративно отвернулся, позволив мне по-быстрому одеться. Уже через несколько минут я торопливо натягивала маску и открывала клапаны в кислородном баллоне. Не было времени на прощания и пожелания. Крыло Ворона лишь кивнул нам и коротко пожелал удачи. Мы в большем и не нуждались. Холодная вода после относительно теплого дома Андайн подействовала, как отрезвляющее. Если я и хотела спать, то всякий намек на сонливость унесло течение. «Куда мы направимся?», — спросила я у Ториэль с помощью немногочисленных жестов. Она никак не отреагировала, — ну, по крайней мере с моей стороны это выглядело так. А потом вдруг махнула рукой против течения, туда, где вдали должен находиться Сноудин. Именно туда уплыли Аня и Яростная. Именно туда плывем мы. Было холодно и страшно, а сопротивляться мощному течению было почти невозможно, но я продолжала плыть. Ториэль, белая шерсть которой казалась отдельным организмом под водой, старалась не отставать от меня. Но их не было. Где же, где наши подруги? Мы плыли десять минут, двадцать, но не было никаких следов пребывания разведчиц, кроме оборванных побегов водорослей, за которые они явно цеплялись. Я уже было начала терять надежду, отчаяние, плескавшееся на окраинах моего сердца, все росло и затапливало больше и больше его пространства. И вот мы нашли… нет, не наших друзей. На нас плыли, шипя и извиваясь, глючные Андайн. Я насчитала их не меньше полудюжины, отвратительные черные твари, победно шевелящие жабрами при виде нас. Так они еще и плавать обучились?! Здесь даже нормально и не отшутишься, это было отвратительной новостью для нас. Сердце отказывалось биться от мысли, что эти монстры могли напасть на Аню и Яростную. Будь возможность, я бы издала боевой вопль, но поскольку он все равно не достиг бы ушей врагов, не стоило тратить сил. Бежать нельзя, остается только сражаться. Я с полной уверенностью заявляю, что более странного сражения в моей жизни не было и не будет. На дне реки, когда каждая капля текла против меня, а движения были скованными и замедленными, мы старались задеть друг друга. Острые зубы рыбин то и дело мелькали в паре сантиметров от моего горла, едва прикрытого краями маски. Вот уж кто чувствовал себя как рыба в воде. Это было на самом деле страшно. Мое сердце колотилось, как безумное, гоняя кипящую кровь по жилам, я жадно хватала ртом сжатый воздух, пахнущий резиной. Стоило мне схватить противницу за ногу, как она ускользала из моих рук, словно ртуть. Я не могла ни за что уцепиться, и меня то и дело поднимало на поверхность, где шум потоков оглушал и лишал сил. А я пыталась занырнуть обратно, преодолев законы физики и плотность своего тела. Руки гудели от одного только прикосновения к глюкам. У них не было глаз, но я была уверена, что если бы их можно было разглядеть сквозь алые надписи «Error», то большей злобы невозможно было бы и вообразить. Мне оставалось лишь дальше бороться с чуждой мне стихией, душить тварей, хватая их за жабры. До какого-то момента я не представляла себе, где находится Ториэль. Ее белый мех, в воде больше походивший на серый, мелькал и вновь исчезал из моего поля зрения. Видеть сквозь носатую маску было неудобно, еще труднее было в ней двигаться — она заметно смещала центр тяжести и то и дело путалась в водорослях. Единственным плюсом от нее было то, что тяжелым клювом было здорово бить врагов в морды. Но вот Ториэль дала о себе дать, появившись недалеко от меня. В голове мелькнуло облегчение от того, что с ней все в порядке. А нервные окончания тут же забили тревогу — я почувствовала, как вода вокруг Ториэль нагревается и начинает кипеть, так быстро, что несмотря на течение, вокруг королевы образовался некий шар из кипятка. Глюки зашипели, зарычали, запищали, извиваясь и стараясь отплыть как можно дальше, но теперь им приходилось сопротивляться стремительно поднимающимся пузырькам газа. Одна из Андайн тут же сунулась на поверхность, спасаясь от кипящей воды, но громкий вопль возвестил о том, что Крыло Ворона как раз подоспел к нам на поверхности. Ториэль, казалось, чувствует себя спокойно в центре безумия, что она начала. Одной рукой она махнула мне, показывая, чтобы я уходила прочь, и я повиновалась. До сих пор не совсем понимая, что происходит, я почувствовала, как кожа съеживается от разницы температур, словно вот-вот разорвется и освободит ритмично двигающиеся под ней мышцы. Вопли агонии вырвались из глоток монстров, которые тут же постарались выплыть из зоны действия магии Ториэль. Я последовала их примеру. Но даже в нескольких метрах от Ториэль вода продолжала бурлить и шипеть, и я своими глазами видела, как две противницы, не успев достаточно отдалиться, всплыли на поверхность. Рыба вареная без риса была готова к подаче, готовьте лимоны. Взгляд Ториэль за толстыми стеклами был ничуть не хуже слов. «Оставь меня и ищи остальных», — говорил он. Нет, с ужасом говорило мое сердце, маленькая сентиментальная Саша в моем разуме сжималась в комок от страха. Не как в тот раз, не как во время предыдущих таймлайнов. Вновь бросить Ториэль на растерзание врагу? Вновь трусливо бежать, пока моя спина прикрыта матерью, защищающей дитя до последнего вздоха? «Не могу!». «А сражаться в воде можешь?», — ехидно замечал холерик, засевший во все той же голове. «Не могу!». «Так руки в ноги и плыви искать Аню!», — рявкнуло мое второе «Я», с силой пиная все остальные мои многочисленные личности. Лишь объединением сил этой больной компашки я смогла заставить себя шевелить ногами, руками, головой — всем, что только у меня было. Я уже давно перестала чувствовать усталость, конечности ослабли и тряслись в судорогах, и все мое тело превратилось в одну огромную мышцу, работающую без остановки. Это продолжалось до тех пор, пока я не очнулась и не затормозила. Уцепившись за длинную водоросль. Все тело пульсировало, голова кружилась, а слабость, накатившая на меня, была похожа на цунами. Аня. Яростная. Как далеко я уплыла, сопротивляясь течению? Не переплыла ли еще границу со Сноудином? На температуру воды я не полагалась, ибо просто не чувствовала ничего, кроме усталости и боли в трясущихся конечностях. Нет, еще нет. Дно было темным, и лучи солнца не плясали на дне, как в последнем нашем подводном путешествии. Мы все еще в Водопаде. В попытках заставить мозг работать, я оглядывалась, чтобы не бездействовать. Ни единого звука с поверхности воды, но всплывать я не собиралась — был страх, что если отпущу водоросли, поток понесет меня обратно в глубины Водопада, а я не смогу ему воспротивиться. И потому я с трудом восстанавливала дыхание, стараясь не думать о том, на сколько мне хватит кислорода после этой гонки с потоком. И вдруг взгляд зацепился за то, что я увидела в той крохотной точке у самой «линии горизонта». Что-то едва приметное, крохотное, но все же уцепившееся за сознание. Осторожно подплыв чуть ближе, я пригляделась. Это был лоскут черной ткани, зажатый между двумя покрытыми песком камнями. Здесь была Аня. Она была в черной футболке. Цель должна быть где-то близко, я знала это. Осторожно, медленно прощупывая взглядом каждый сантиметр на дне реки, я искала еще признаки прибывания подруги здесь. Берег над тем местом, где я нашла единственную улику, обвалился и вода мерно плескалась в образовавшейся небольшой заводи. Это уже интереснее… — На помощь! — раздалось вдруг откуда-то снизу. Звук был приглушенный из-за воды, но громкий. От неожиданности я взвизгнула и отплыла в сторону, но потом до меня дошел смысл слов. Аня! — По-мо-ги-те! И вновь голос стих. Но я сжала в кулаке разбегающиеся под давкой эмоций мысли, вцепилась в этот крик, стараясь определить, откуда точно он доносился. — Аня! — взвыла я во всю мощь своих легких. Минутная пауза. — Юдина! — Мы здесь! — наконец донеслось в ответ. Вода глушила половину звука, но по интонации я уловила, что девушка орет до хрипа. — Нас… Я не услышала продолжения ее фразы. — Что? — За-пад-ня! Не успел ее крик отзвучать до конца, как в воду с поверхности на меня обрушился здоровый ком из острых когтей, зубов и волос. Взвизгнув, я попыталась отцепить от своей шеи глючную Андайн, вцепившуюся ногами мне в грудь. Каждое прикосновение к глюку отдавалось покалыванием, словно от детских электрошокеров для приколов. Я извивалась, стараясь задеть кинжалом врага, но глюк то и дело уходил от меня, прилипнув к телу, словно разросшийся паразит. Где же сейчас моя Храбрость? — Яростная! Используй… — я подавилась словами, когда разъяренная Андайн выдрала у меня клок волос. — Ту силу! — О чем ты?! На краткие несколько секунд я смогла оттолкнуть воительницу от себя. Камень, преградивший путь замурованным подругам, чуть сдвинулся, и в щели я увидела вытянутую лапу Яростной, когти на которой сточились о камень. — То! В лагере рейдеров! Скорее! — слова вырывались беспорядочными обрывками того, что я на самом деле хотела сказать. Андайн вновь мощным движением мускулистых ног подплыла ко мне. Течение становилось все неумолимее, нам обеим приходилось прилагать усилия, чтобы не уплыть прочь. В пылу боя я не сразу заметила, что из моего раненого плеча вытекает струйка крови. Поток подхватывал ее и уносил, словно извивающуюся алую нить. — Я не знаю, как! — взвыла Яростная, и еще один мощный удар ее лап попытался сдвинуть камень с места. Увы, даже вода не помогала — снаружи на камень давил поток, не пускавший его. — Не умею я! В эти слова было вложено столько злобы и отчаяния, что у меня мурашки прошлись по коже. Сражаться становилось все тяжелее, у меня было чувство, словно кожу вывернули наизнанку, а каждую мышцу прикрепили к кости другой стороной. Всплыть… на воздух, на поверхность… И помощь пришла, откуда не ждали. С боевым визгом в воду обрушилось мелкое тельце, извивающееся и шустрое. Когти, сжимавшие мое горло, внезапно пропали, и лишенная сил, я всплыла над водой. Я почти не слышала, как сражаются под водой, у меня не было сил. Кто-то схватил меня и с силой потащил к берегу, пока течение не унесло меня прочь, а я что-то бормотала, глядя сквозь начинающие запотевать стекла. Перед глазами мелькали пятна, всплывающие над водой и вновь скрывавшиеся под ней — серая шерсть Яростной, потемневшие от воды волосы Ани и переливающаяся чешуя водяной семейки, пришедшей к нам на помощь. С меня резким движением стянули маску, и холодный речной воздух ворвался в легкие. Я тяжело дышала, все тело панически пыталось примириться с тем, что вновь я в воздушной среде, где нужно бороться с силой тяжести и многим другим. Так я погрузилась в сон, тревожный и полный смутных чувств. Кто-то говорил что-то над моим ухом, а время от времени острая боль прожигала меня, словно к моей коже прикладывали раскаленный утюг. В такие моменты я инстинктивно вздрагивала, словно надеялась встать, не приходя в сознание. Думать, двигаться, вообще как-либо подавать признаки жизни не было никакого желания. Не знаю, сколько у меня ушло времени на то, чтобы понять, что я стою в Руинах. Подвал под домом Ториэль, ведущий к выходу в Сноудин, был окутан тьмой. Ни одного источника освещения, пылинки витали в воздухе, щекоча ноздри, и кажется, здесь уже давно никого не было. Словно это место никто не посещал после нашего с ребятами трусливого побега. Впрочем, мне не нужен был свет. Может, прошел час, а может, два, пока я бессмысленно пялилась на сероватую стену, не осознавая, где я и кто я. Но когда я наконец перевела взгляд, передо мной сидел Джейсон возле дверей в Сноудин. Он развалился у колонны, положив голову на колено поджатой к груди ноги. Сейчас, в этом спокойствии и неподвижности, я не сразу узнала в нем того, кто еще недавно приходил ко мне во сне и панически старался сообщить мне как можно больше. — Джейс? — промямлила я, стараясь вспомнить, как говорить. Мальчик повернулся ко мне. В его глазах была усталость и пугающая меня вялость, которая то и дело боролась с твердым пониманием своей цели. Изображение призрака подрагивало, резко исчезая и возвращаясь вновь. Словно он заразился от разрушаемого кода игры и теперь тоже вот-вот начнет глючить, превратившись в бесчувственную голограмму. — Вы до сих пор не нашли ключ? — как-то тускло спросил он, и его голос отразился эхом от стен. — Мы уже близко, Джейсон… мы скоро найдем его, — заверила я друга и наклонилась, чтобы сжать его плечо, но моя рука прошла сквозь него. По коже прошлись мурашки, когда я осознала, что это не привычный холодок от прикосновения к призраку. Пульсация и покалывание в пальцах напоминали мне глюков, несчастных монстров, код которых был разрушен Эррором, который превратил их в своих рабов. — Хэй? Джейсон посмотрел мне в глаза. Этот ребенок, мальчишка на пару лет младше меня, был похож на мертвеца куда больше, чем когда-либо. — Изменения в Подземелье… — тихо сказал он, заметив мой ужас. — Сказываются на всех нас. У меня почти нет сил, скоро мы с остальными и вовсе растаем. Вам нужно быстрее найти ключ и забрать наши души, пока от нас еще есть польза. — Мы стараемся!.. — прошептала я, сильнее сжимая кулак, словно надеясь, что если сожму его достаточно крепко — почувствую под своей ладонью прохладное тело призрака. — Только держитесь там, ребята… Джейсон устало улыбнулся. — Я верю, что вы с Аней справитесь. Вы найдете верный путь. Но лучше… поторопитесь. Он исчез, а вслед за ним исчезли и фиолетовые стены, и серый пыльный пол, и засохшие ростки плюща вокруг колонн. Исчезло все, оставив меня восстанавливать силы во тьме моего уставшего сознания.
Примечания:
Прим. Соавтора: Ребята... а вы где? Мы соскучились.
