Часть II. Глава 13. Ледовое побоище. Аня
25 июня 2019 г., 14:00
— Ты проснулась!
Облегченный шепот Ториэль был едва слышен. Издалека доносились грохот, шипение, шум воды, заглушавшие почти все. Я сидела, поджав одно колено к груди, и наблюдала за каплями, медленно падающими с потолка пещеры. Напоминание о прошедшем когда-то холодном дожде.
Капли выровняли ритм моего дыхания, моего сердцебиения, даже мои мысли обрели этот спокойный и размеренный темп. Вода замирала — замирал и мой разум, а в то короткое мгновение, когда капля летела вниз и разбивалась о камень, все словно оживало.
И вот голос королевы монстров вывел меня из транса. Я повернула голову, осознав, как сильно затекли мои руки и ноги. Дыхание Саши, такое хриплое, участилось. Она сидела, держась одной рукой за мягкое плечо Ториэль, а другую прижав к виску.
Дрожащий и неуверенный взгляд тут же устремился на свежие раны, перевязанные бинтами. Ториэль прижгла самые крупные, и я могла представить, какую боль причиняет Саше каждое движение. С усталостью и даже равнодушием я заметила про себя, что шрамы останутся на всю жизнь. Равно как и у меня — на моей ноге расцветали гематомы от камней, придавивших ее при обрушении, а из царапин и открывшихся старых ран по всему телу я полчаса останавливала кровь. Я видела, что и у Даши дела не лучше.
— Попей, милая, попей воды, — бормотала Ториэль, поднося к губам Саши мех с чистой водой. Кажется, после всей этой заварушки всех должно бы тошнить от воды, но хранительница Руин была права, и Саша пила, пока хватило воздуха в легких.
— У меня опять был сон, — сказала она, повернувшись ко мне. Сердце тревожно вздрогнуло. Ну вот, выбилось из построенного ритма.
— Приходил Джейсон? — спросила я, потягиваясь и переползая поближе. Вставать просто не было сил, а о чистоте одежды я и не задумывалась — вся грязь и песок, что могли ко мне прилипнуть, уже давно прилипли. Теплый сухой свитер немного спасал положение, но все равно было холодно, сыро и колюче.
— Ага.
Саша принялась описывать свой сон. Примерно на середине ее рассказа вернулись Яростная и Крыло Ворона, ходившие на разведку. Кошка заметно прихрамывала, а хвост ее то и дело подрагивал, но она шла вровень с другом, словно ни в чем не бывало. Ей следовало бы провести больше времени, отдыхая, но Яростная как всегда была упрямее барана, отправившись помогать Альянсу.
— Не смотри на меня так, — фыркнула та, заметив мой упрекающий взгляд. — Самой-то надо бы куриный бульон дома пить, а она к сестре побежала!
— Не ворчи так, Яростная, — мягко сказал Крыло Ворона, однако взгляд его был обращен к Саше. — Ну, что там дальше? Что сказал призрак?
— Нам нужно торопиться, — коротко сказала Саша, словно появление товарищей сбило ее, и продолжать подробный рассказ она уже была не в силах. — Призракам тоже нужна помощь. Если мы не ускоримся, они могут исчезнуть, и все труды будут напрасны. Как долго я валялась?
— Около десяти часов, — ответила я. — Ты спала так крепко, что Ториэль уже начала паниковать, не прибило ли тебя по пути к нам каким-нибудь камнем. Но вроде бы ты не такая… пятнистая, как я.
— Это кто тут паниковал? — наклонил голову Крыло Ворона, несильно клюнув меня в плечо. — Ты почти два часа не отходила от нее и…
— Замолкни!
Саша улыбнулась и, обхватив руку Ториэль, попыталась встать. Попытка оказалась вполне даже успешной, и на неверных ногах подруга стояла, оглядывая компанию. Кажется, ей было сильно неловко из-за того, что мы потратили драгоценное время и нервы на нее.
— Ну, есть планы на дальнейшие действия? — бодро спросила она. — Нам правда пора бы взять ноги в руки и уже быть в Руинах.
— Это верно, — кивнул Крыло Ворона. — Однако у нас не слишком приятные новости. На границе со Сноудином тоже есть воины, и их не меньше чем у Хотленда. Вдобавок может быть еще и засада. Эррор ловко расставил ловушки. Если под водой у нас еще есть хоть какой-то шанс, то на поверхности мы и подойти к границе не успеем, как нас превратят в решето.
— То есть, плывем? — без энтузиазма уточнила я.
— Плывем. Но на этот раз все вместе.
— А где… ну, рыбья семейка? — словно очнувшись, спросила Саша. — Это ведь они нас спасли? Или у меня уже глюки?
— Да, они вовремя пришли на помощь, — кивнула Яростная. — Ну и пернатый тоже подоспел. Чувствую, плавали бы мы кверху брюхом, если бы не они. Но мы даже толком отойти не успели от всей этой заварушки, как они сбежали со своими «агентами».
— Но благодарность приняли, — заметила Ториэль. — Вежливые, но скромные. Нам все равно придется плыть без них, ни мы, ни они не хотим подвергать опасности мирных жителей.
— Раз все проснулись, можем уже выдвигаться? — рутинным тоном спросила Яростная, проверяя свой рюкзак. — Мы и так заметно задержались, пока помогали Альянсу и ждали, пока Саша соизволит отоспаться и прийти в сознание.
Саша лишь промолчала, отведя взгляд. Мне внезапно захотелось врезать Яростной, хотя я не меньше нее осознавала, что если мы опять забудем о прямом назначении своего отряда, ошибка может стать критической.
— Мое дитя еще не восстановило силы, — возразила Ториэль, выпрямляясь.
— И что? Семеро одного не ждут, это давно надо бы понять, — с каждой секундой голос кошки звучал все более раздраженно. Она решительно затянула шнур на рюкзаке.
— Мы не выдвинемся, пока она не будет в полном порядке. Ты не видишь? Она трясется, да и Ане не мешало бы отогреться у нормального костра. Но нет, вы двое запрещаете мне даже маленький огонек развести, чтобы согреть нас…
— Королева Ториэль… — хотел было что-то возразить Крыло Ворона, но никто словно не слышал его. Я почувствовала, как волосы по всему телу приподнимаются, словно в преддверии грозы.
— Нам нельзя идти, а уж тем более плыть дальше в таком состоянии. Я забочусь о безопасности участников отряда.
— А я забочусь о жизнях целого народа, который ждет нас с победой, — Яростная подошла к Ториэль, и несмотря на небольшую разницу в росте, умудрялась смотреть на королеву так жестко, словно это она была выше по статусу и росту. — И меня не волнует ни ваш статус бывшей королевы, ни ваша хвалёная магия. Когда-то из-за мягкотелости нашего лидера мы потеряли все, что у нас было. И я не позволю вам повторить эту ошибку.
— Заткнитесь живо!
Саша стояла, наклонив голову. Отросшие за время пребывания в Подземелье волосы упали ей на лицо. Где-то в них застряли кусочки водорослей, которые Ториэль не успела вытащить из спутанной гривы моей подруги.
— Яростная права. Я в порядке, могу ходить и сражаться. Я не дитя, которому вечно нужен уход и забота. Даже если я подохну там в Сноудине от переохлаждения, или меня унесет поток — плевать! Не нужно нянчиться со мной, как с фарфоровой вазой!
Голос ее звучал столь уверенно, что я невольно содрогнулась, подумав о том, кто же стоит передо мной. Моя подруга? Обычная девчонка с наркоманскими шутками, любовью к сериалам от «Нетфликс» и безумными идеями? Да, она никуда не делась. Но сейчас не только в глазах — в позе, в движениях, в дрожащем голосе была упрямая воительница, которой в самом деле было не так много дела до своей жизни. Она волновалась за монстров из Альянса, за Ториэль, за меня, за Дашу со Святом, за Джейсона… но только не за себя. Словно она прекрасно понимала, что в этой истории мы с ней не герои, но инструменты, козыри в рукаве неведомой силы, что стояла выше Асгора, выше Инка с Эррором, выше Тоби Фокса.
— Выдвигаемся сейчас же.
С этими словами она наконец выдохнула и, не глядя ни на Яростную, ни на Ториэль, подошла к своей сумке, осторожно прислоненной к стене. Почти не глядя, затянула, нажала на едва приметную кнопку во внешнем кармане. Наши ученые позаботились о том, чтобы на рюкзаки наложили водоотталкивающие чары Охотника. Я попыталась поймать взгляд подруги, и она ответила, взглянув мне прямо в глаза. Не говоря ни слова, я тоже подошла к своей сумке и стала собираться.
Я ожидала, что Ториэль возразит, попытается остановить кого-нибудь из нас, но она лишь молча смотрела на нас. Яростная и Крыло Ворона начали бродить по пещере, где мы обосновались, заметая все следы нашего присутствия здесь. И несколько секунд спустя Ториэль присоединилась к ним, все еще глядя прямо перед собой, словно отходя от пережитого.
— Я не хотела тебя обидеть, — сказала Саша спустя несколько минут, когда мы уже двигались к берегу, сжимая маски с частично истраченным запасом воздуха. — Просто… я не хочу, чтобы меня считали ребенком и обузой. Это унизительно.
— Все в порядке, мое дитя. Я понимаю.
Мы нырнули в полном молчании. Я не знала, сколько кислорода осталось в моем баллоне, но по подсчетам должно было хватить хотя бы до границы Сноудина. Пока я осторожно, стараясь экономить силы, плыла за Сашей в конце вереницы, в голове у меня вертелись слова Яростной. «Потеряли все из-за мягкотелости нашего лидера»?
Я не могла даже представить себе Жрицу, эту серьезную и даже диковатую женщину слабой и, как выразилась кошка, «мягкотелой». О ней ли вообще шла речь? А может, из-за давней ошибки она и стала такой? И… связано ли это как-то с историей заточения монстров из безымянной вселенной в Подземелье?
Вопросов, как всегда, было больше, чем ответов. И сейчас нельзя было сосредотачивать на этом особое внимание. Вместо этого я стала внимательно осматривать речное дно, камни, сглаженные до блеска потоками воды, и следить за тем, чтобы не отставать от остальных. Саша то и дело выбивалась из вереницы, дрожала, когда ее подхватывало хитрое подводное течение, но продолжала упорно плыть. Ее уверенность восхищала, но я искренне боялась, не будет ли из-за этого проблем. Все же мы остаемся обычными людьми из плоти и крови, здесь Ториэль была права. Если в нужную минуту силы покинут нас, это может стоить нам жизней.
Где-то над нами плыл Крыло Ворона. Бедному монстру приходилось труднее всех, ибо всем известно, что птицы для плавания не предназначены. Он был значительно меньше в весе, и не только из-за общей худобы — тут его собственные полые кости мешали Крылу Ворона погрузиться на дно. Думаю, если бы не тяжелое оперение, беднягу и вовсе снесло бы первой же волной.
Так продолжалось о тех пор, пока мы не стали замечать заметное понижение температуры. Вода становилась все холоднее, а Крыло Ворона сверху сообщил, что мы уже почти на границе, но пока что выйти на берег негде. Радовало одно — льда, что оказался такой проблемой раньше, не было, лишь изредка проплывающие обломки ледяные пластины.
Мы были уже готовы всплывать и там наконец двигаться пешим ходом. Я даже морально подготовилась к мысли, что придется мерзнуть и в будущем даже, быть может, пролежать неделю с насморком, не выходя из своей комнаты на базе. Конечно, для начала бы добраться до базы, а на это лучше в ближайшее время не рассчитывать.
Я всплыла первой и не без помощи Крыла Ворона, чьи цепкие когти смогли помочь взобраться практически по вертикальной поверхности, уселась на снегу. Ледяной воздух тут же обжег и сковал кожу, превратив меня в один оголенный нерв боли. Крыло Ворона тоже трясся и стучал клювом, поэтому следующей стали вытаскивать Ториэль. Но не успела та поставить ногу на маленький промерзлый уступ, как вдруг в кристальной воде я заметила быструю тень. Не успела я отреагировать, как громкий вскрик Саши заставил меня поскользнуться, и лишь лапа Крыла Ворона удержала меня от падения обратно в воду.
Впрочем, все равно через секунду я уже летела обратно в показавшуюся кипятком воду и набросилась на тень. Монстр зашипел, забулькал, завизжал, пытаясь извернуться, но я сжала колени на уровне поясницы чудовища и вонзила между лопатками кинжал. Выбор места для удара был неудачным, но глюк прерывисто зарычал, я ударила еще раз — на этот раз точь-в-точь в затылок, а точнее в ту небольшую область, где шея соединяется с головой. И тотчас тварь подо мной рассыпалась, вновь отдав меня воле потока. Я едва успела восстановить баланс и зашевелила ногами, сопротивляясь течению. На осмотр времени не было, но хватило времени, чтобы понять — у врагов численный перевес. На Сашу и Яростную напирали по три твари разом. Нас опять поймали.
Времени было мало. Подплыв к Саше, я попыталась отцепить от нее одну из Андайн, но безуспешно.
И тогда в голову пришла неожиданная идея. Резко схватив Сашу, я оттолкнулась от дна и всех пятерых нас подняло на поверхность. Там-то и подоспели Ториэль и Крыло Ворона, тут же затащившие всех на берег. Яростная, видимо, сообразив мой замысел, тоже показалась из воды на несколько секунд, и этого хватило, чтобы я схватила ее за лапу. Мышцы жалобно взвыли, когда я вложила все свои силы в одно движение. Вытащить Яростную и врагов, конечно, не удалось, но глючная Андайн сильно ударилась головой о промерзшую землю, и этой секунды хватило, чтобы вместе со мной за Яростную уцепилась Ториэль, которая быстро затащила всех на сушу. На Яростную в маске с промокшей до нитки шерстью смотреть было жалко.
О холоде, вернувшемся в мою жизнь вместе с выходом из воды, думать было некогда. Одна из тварей вцепилась мне в волосы, выдрав заметный клок. Но на этот раз наша схватка проходила на суше, в моей стихии, и я чувствовала себя куда лучше. Мой клинок легко рассекал воздух и так же легко пронзал плоть отродий Эррора. Голова кружилась и гудела, сердце вновь забилось со страшным темпом, но я была рада выходу из воды. А еще больше обрадовалась, когда вокруг нас заплясали языки пламени, хитрые и щекотливые струи пламени окутали нашу группу, словно кокон. От контраста температур коже было не лучше, но вот наши враги явно запаниковали.
Ториэль действовала решительно и твердо, и одна из нитей пламени резко ударила по глюку неизвестного монстра, отчего тот взвыл и отшатнулся, напоровшись прямо на Сашу, которая тут же отсекла ему руку.
Как мы расправились с остальными, я уже и не помню. Азарт, посетивший меня в тот час, когда опьяненные победой воины Альянса валили статую Вариэль, вернулся в полной силе. И как только последний глюк с шипением исчез, разлетаясь на обрывки сломанного кода, я еще долго не могла отдышаться.
Когда кровь перестала стучать в моих ушах, заглушая все звуки вокруг, я осмотрела друзей. Сашу и Яростную успели немного покусать, а у Ториэль была незначительная царапинка на руке, но в целом никто не пострадал. Было даже удивительно, что мы так легко отделались.
Но при этом гул бойни не утих. Он доносился со всего леса, а со стороны города уже валил дым, возвещая о начале сражения. Не успели мы перевести дыхание после смены атмосферы и первой драки, как нам пришлось снять изжившие себя маски и полусухими кинуться на помощь кричавшим. Вскоре я услышала и треск льда, и шум взрыва — видимо, от него и был этот дым в воздухе.
— Яростная! — в сердцах крикнула Ториэль, обернувшись. Маффет, слепленная из жидких теней, выпрыгнула из-за сугробов, растопырив пальцы на шести руках. Яростная, ставшая целью паучихи, отреагировала мгновенно. Не став медлить, она повернулась лицом к летевшей противнице и полоснула острыми когтями по глотке, снеся голову. Превратившись лишь в черный дождь, Маффет была повержена. Мы побежали дальше, и за спиной раздалось шипение. Я через плечо оглянулась на лужу, оставшуюся после Маффет, и с ужасом увидела, как из неё материализуется две одинаковые черные паучихи.
— Класс, — выкрикнула Яростная сквозь вопль ветра. — За нами сколько уже гонится? Трое, четверо?
Саша с усмешкой бросила кинжал в голову шестого Санса.
— Скоро семеро, а еще я потеряла кинжал, — пропыхтела она.
Наконец, мы оказались в Сноудине, приведя за собой семь вопящих на своем бинарном языке монстров. Увиденное заставило меня застыть на месте, пока на меня не напали с битой. Альянс потерпел страшные потери, но чудом оставшиеся стояли на ногах, отбиваясь от превосходящих их числом ошибочных. Я не увидела ни Даши, ни Жрицы, ни единого из знакомых лиц. А, нет, между врагами бегал Туманник, неловко размахивая мечом, будто знал, как это делать, но не мог в силу слабых рук и страха.
А потом мне на голову обрушилась дубинка. Удар с размаху выдернул меня из реального мира, пронеся на сотню миль по фантазиям: зазвенела «Рыжий лис», по полю боя забегали воплощенные в материю мысли, а вперемешку с текстом песни и слова, когда-то произнесенные, казалось, так давно: «Вы не умрете. Не оставите меня одну…».
Я рывком поднялась со снега, фактически отпрыгнув от земли. Меня притянуло обратно осознание, что мои друзья проигрывают битву, и боль в голове, кровь, слепящая глаза — не помеха.
Я с трудом разглядела размытый силуэт скелета. Раз в нашей команде не было скелетов, можно атаковать. Я размахнулась и со сдавленным криком прошлась лезвием по тонкой шее Санса. Приглушенный серый свет пронзил тело глюка, а потом он просто расплавился. Передо мной стояла Саша с одним камнем в руке.
— О, ты живая, — не сдержала улыбки девушка. — Извини, что не схватила, когда…
— Проехали.
Не теряя ни секунды, я вонзила в поднявшийся столб черной жидкости кинжал, и тот снова распался, теперь навсегда. Ториэль была ближе всех к месту битвы и теперь помогла Альянсу сформированными из огня сферами, прижигая остатки глюков к снегу.
— Даша! Даша в воде! — услышала я голос Туманника, бежавшего к нам. А за ним, приготовившись убить, гналась ошибочная Андайн с поднятым копьем. Только когда я смогла поразить её метким попаданием в грудь, до меня дошел смысл слов монстра. И сердце мое упало. Я увидела усеянный толстой сетью трещин лед, проталины и беззвучно кричавших утопленников. Где-то среди извивающихся теней была Даша…
Разбитая голова заболела сильнее прежнего, и я едва не рухнула на Сашу.
— Дашка…
— Без паники! — горячо зашептала подруга. — Мы все сделаем, только…
— Мое дитя в опасности! — услышав нас, Ториэль кинулась к реке, но путь ей все время преграждали дети Эррора. Правда, для огненной козо-мамы мамы они оказались не помехой.
— Вот видишь!
Я лишь устало заморгала. Саша помогла мне встать, будто не замечая, что только что достала мой кинжал и пронзила чей-то вражеский глаз и разрубила голову пополам.
— Только не спать! — придерживая меня на уровне глаз, твердо сказала она. — Сейчас я присоединюсь к Тори, и мы…
— Нет, Сань… вместе.
Я вернула себе равновесие, твердо стоя на ногах. Унимая боль и дрожь, я думала только о сестре. Не опоздали ли мы? А если вовремя, то смогу ли я вытащить Дашу из воды?
Мы кинулись к канаве, ледяному полу, усеянному легким снегом, сражавшимися и трещинами, угрожающе дымящихся при каждом шаге. И тут я увидела Блудника: монстр размахивал кинжалом, заваливая очередного глюка, и совсем не замечал крови, струящейся с разбитого виска. Устремив на нас зеленые глаза, Блудник кивнул. И в тот момент он, перепрыгнув противника, вмазал ему по лицу лапой, после чего кинул Саше его копье.
Вскоре к брату присоединился Крыло Ворона, и монстры оказались окружены, но вовсе не беспомощны. Я завороженного наблюдала, как они разрубают сужающееся кольцо, не давая врагам ранить товарища. Будто Блудник и Крыло Ворона проходили это не один и не два раза — сотню, может, того больше. И друзья помогали нам добраться до плавающих в ледяной воде белых осколков.
Ториэль уже прыгнула, будто не замечая холода. А я, ослепленная ужасом, нырнула за ней. Только Саша секунду медлила, после чего швырнула копье точно в грудь вражеского Асгора и прыгнула за нами. Меня охватил холод, сковывающий и болезненный. Лед проник в вены, вскипятив кровь и прокалывая иглами холода суставы. Одного взгляда на подводное войско теней, запросто убивающих наших друзей, хватило для того, чтобы я захотела всплыть на поверхность. Но было поздно. Среди размазанных и медленных воительниц Андайн я увидела разодранную одежду и посиневшую, покрывшуюся черными и белыми отметинами кожу на теле неподвижной сестры. Где-то неподалеку, роняя один доспех за другим, плавала Жрица, а вокруг неё сгущалось облако крови. Повсюду среди глючных теней я видела посыпающиеся тела, оружие и алые ручьи.
Каким-то образом Саша настигла Дашу раньше меня и, схватив за подмышки, попыталась всплыть. Стоило ей это нападения трех монстров, которых потоком кипящей воды сбила Ториэль. Вокруг неё был своеобразный купол из тепла, не позволяющий ей замерзнуть. А вот я постепенно умирала от холода. Саша, борясь с усталостью, продолжала всплывать, а Ториэль, размывая Андайн одну за другой, подхватила еще двоих полуживых монстров. Наконец и я отошла от оцепенения и схватила первого попавшегося — без понятия, из какой он вселенной, мне просто хотелось спасти как можно больше. Но Андайн следовали за мной, шипя и выставляя копья. Только Ториэль оберегала нас от проблем…
Первая партия вытащена на берег и все, кто мог, пытались их разбудить и очистить легкие от воды. Я смотрела на бледную Дашу, холодную, лежавшую на снегу, и так похожую на труп… нет! Она не мертва! Она скоро проснется!
— Где Жрица?! — Туманник, отбившись от глючного Гриллби, бежал к кучке выживших. — Где?!
«На дне. Я видела её, но…».
Даже додумать я не смогла. Жрица была неподалеку, и я могла вытащить и её… если бы захотела.
Восьмирук схватил Туманника и с силой втряхнул, как тряпичную куклу.
— Давай без паники! Туманник, ты меня слышишь?..
Саша без предупреждения нырнула. Совсем одна. Против целого полчища голодных чудовищ. Оставив после себя только волну брызг, она скрылась в ледяной воде, непонятно, как двигаясь от холода.
Какой-то монстр пнул Ториэль.
— Иди, мы их отогреем. А вы спасите остальных!
Слова сработали не хуже умоляющего взгляда Туманника. Он смотрел на меня своими маленькими глазками, морща уродливый нос, и молил: «Помоги ей». Мне хотелось спросить, почему тогда он сам не прыгнет, но ответ был бы слишком очевиден. Нельзя так рисковать. Только трое максимум могут прыгнуть в ледяное пекло, чтобы спасти тех, кого можно. А остальные нужны в Сноудине, постепенно приближаясь к стенам города.
Я вновь оказалась в пучине мороза и тьмы. Андайн снова шевелились, скалились и кололи меня наконечниками пик. Я старалась уворачиваться, при этом выглядывая Жрицу. Увидела Сашу: за её спину хватался одними ногами Монстренок, вместе с ней всплывала другая Андайн — наш тренер, при этом подбирая пыль, оставшуюся от кисти. Кровь, красной змейкой отделявшейся от глубокой царапины вдоль руки, приманивала все больше монстров.
Я взялась за копье, оставленное от одной Андайн после гибели, и поплыла на блеск, увиденный в массе темных красок. Я точно была уверена, что так сверкала корона королевы…
Воздуха было слишком мало, и тьма сгущалась вокруг меня, но я все время напоминала себе, что от того, сколько мы спасем, зависит исход битвы, Каждый был на счету, нельзя было отказываться от монстров, казалось, обреченных погибнуть. А когда я увидела развивающую в воде копну русых волос и покрытые инеем пластинки доспех на запястьях, я поняла, что это Жрица. Утеряв свою корону, шлем, порвав плащ, воительница казалась жалкой, испуганной, если уснувшее на пороге смерти существо может бояться. Из её рта иногда вылетали пузыри, а полузакрытые глаза остекленели. Многочисленные раны, укрывшие живот, шею, лицо и спину женщины будто кричали: «Оставь, ты все равно ей не поможешь!».
Я сняла с неё еще немного брони, сорвала плащ и откинула смотревший мне наконечниками в лицо трезубец, после чего схватила женщину за ребра и ногами стала отталкиваться от воды, постепенно подплывая к источнику света. Вокруг меня плавали еще монстры, с каждой секундой рассыпавшихся в пепел, но занятые Ториэль и Саша не могли их взять, как и я, таща за собой Жрицу.
Стоило произвести один вздох и затащить тяжелое тело на берег, как острые когти вонзились в ноги, а зубы впились в плечи. Разинув рот от боли, я была утянула под воду. Снова. Все монстрихи, что находились в воде, стали подплывать ко мне из самой бездны: они казались лишь одной большой тьмой, готовой меня проглотить, не жуя. Ко мне прилипли пятеро, и Андайн безжалостно рвали мою кожу. Я потеряла копье, которым пыталась обороняться. Забыла, что дышать в воде не могу, и стала захлебываться.
А потом тяжесть исчезла. Все разом превратились в облака черной массы, стоило их коже соприкоснуться с пулями. Не знаю как, но Белый Волк, прыгнувший мне на помочь, расстрелял их и помог мне вынырнуть. Еще секунду он бело-серым пятном пробыл в воде, убивая Андайн одну за другой, а потом стрелой вынырнул, вывалившись на берег.
Я сама не поняла, как оказалась на берегу, вцепившись в Жрицу, как в спасательный круг. Одежда быстро задубела на холоде. Я жадно хватала воздух, стоило воде вылиться из моих легких, но жрица не шевелилась. Она была холоднее камня.
Так, нет, нет, только не это. Какая-то польза от уроков ОБЖ, видимо, была. Массируя грудную клетку, я изо всех сил надавила. Струя воды вырвалась из приоткрытого рта женщины. Еще раз — чуть меньше. Резкий булькающий хрип наконец возвестил о том, что умирать царица пока не собирается. Рывком перевернувшись на живот, она выплюнула остатки речной воды и отерла губы от ила.
Короткий взгляд помутневших зеленых глаз был красноречивее речей римских прокураторов — за спасение она была благодарна. Но, как всегда, непонятные мне нотки примешивались к ее взгляду. Что-то вроде «Спасибо, что спасла, но почему именно ты?».
Вдали раздался крик, ставший нам обеим сигналом. Я инстинктивно прикоснулась к поясу. Моего меча не было. Он лежал в нескольких метрах от меня вместе с мечом Жрицы, который, видимо, достал кто-то из нырявших. Одновременно мы схватились за мечи и кинулись в сторону шума. Побоище продолжалось. Под моими ногами скрипел снег и ослепительно сверкающие осколки стекла. Мир вокруг расплывался. Мы остановились у библиотеки. Узнать ее я бы не смогла, если бы не обломки вывески вокруг.
— Сноудрейк-старший, Альфис, уводите отсюда всех тяжело раненых! — скомандовала Жрица, и голос ее был таким громким, что было почти невозможно заметить судорожную дрожь. — Ведите на запад, сектор пять и шесть! Мы остаемся сражаться.
Названные монстры из какой-то неизвестной вселенной кивнули и тут же побежали на поиски тех, кому уже было бесполезно сражаться.
— Все, кто может держать в руках мечи — в атаку, монстры и люди! Во славу Оригинальной Вселенной! — взвыла Жрица. Я содрогнулась от ее уверенного, пусть и хриплого голоса. Последние ее слова утонули в воплях врагов.
Рядом я увидела Дашу и Сашу. Мы с сестрой обменялись короткими взглядами. И опять бой. И опять на нас рванули беспорядочные толпы монстров и глюков, шипящих, визжащих и хрипящих.
И тут я заметила то, что поразило меня больше всего за последние сутки. Нас было больше. Почти все глюки без следа исчезли, развалившись под клинками героев, остались лишь единицы, жмущиеся к монстрам из гвардии Рапируса. Сам скелет стоял на передовой, со всем своим боевым раскрасом. Новенький плащ блестел и, признаюсь честно, отвратительно сочетался с грязным снегом.
Я сцепилась с явно агрессивно настроенным ящером. Мощный хвост болезненно ударил меня в бедро, заставив покачнуться, но я устояла. Тело повторяло отточенные приемы даже после ледяного купания, такова уж была природа тренировок. Каждую технику вдолбили не в мою голову, а в мои мышцы.
Мы теснили врагов к главной площади, надеясь, что там наше положение будет более выигрышным. Мы привыкли к бою на открытой территории, в то время как отряд наших врагов наверняка занимался в основном устранением драк в подворотнях. Ну, или завязыванием этих самых драк.
С оглушительным грохотом, на секунду заглушившим вопли врагов, последнее целое окно библиотеки разлетелось вдребезги. Осколки посыпались во все стороны дождем, и я едва успел отскочить в сторону. Массивный книжный шкаф вылетел прямо на улицу, придавив разом трех монстров.
— Знания — сила! — хохотнул Белый Волк, быстрым движением перепрыгивая через старую раму. Его горе-протез был, конечно, ни к черту, но вторая рука двигалась с пугающей скоростью. Как бы противники ни пытались подобраться слева, Белый тут же пресекал это. Я помню, как он наотрез отказался возвращаться к Альянсу, но такова была его природа- он был воином, и раз нашелся повод набить кому-нибудь морду…
Наконец мы оказались в самом центре площади. Статуя Найтмера возвышалась над дерущимися, черный камень мрачно блестел, словно поглощая каждый крик и каждый хрип, копя их в себе.
Тут же я увидела Дашу. Маленькая группа повстанцев во главе с девушкой отбивалась от четырех глючных скелетов. Не менее глючные черные Гастер-Бластеры кружили вокруг. Несколько широких шагов — и я вонзила кинжал в одного из Сансов. И тут же с другой стороны его ударила крольчиха, владелица гостиницы. В руках ее было зажато что-то похожее на кочергу. По черепу скелета прошлась трещина, и он тут же обратился в глючные обрывки кода, да и они уже исчезали.
— Я так рада, что вы пришли! — улыбнулась женщина. Ее глаза опухли, а под ними темнели круги, но спина была пряма, а плечи уверенно расправлены.
— Всегда рады зайти на чай, — хмыкнула Даша, утирая кровь с щеки.
На другой стороне улицы я увидела монстров из безымянной вселенной. Наконец все эти ребята собрались вместе перед дверями бара, теперь принадлежащего двум лосихам. Яростная, Саша и Крыло Ворона бились бок о бок с Маской и Эхо. Последняя сжимала в руке кухонный нож, а в другой у нее оказался кофейник. Стоило Fell!Вошуа приблизиться к ней, как содержимое кофейника оказалось на нем. С визгом монстр отшатнулся, а Крыло Ворона заржал.
— Я всегда верил, что твой кофе можно использовать как биологическое оружие!
В ответ лосиха отбросила с глаз синюю челку и показала недвусмысленный жест, отправляющий шутника в пешее дальнее эротическое. Все же работали ребята неплохо, несмотря на то, что были раскиданы по разным частям Подземелья.
Видя, что у Даши все постепенно идет на улучшение, я пробежала к монстрам.
— Ребят, я думаю, нам пора отступать, — заметила я. — Лучше к центру площади!
— Нет! — хором ответили хозяйки заведения. Я заметила сильное кровотечение на спине Маски, но та явно не собиралась уходить вместе с остальными ранеными в укрытие лесов. Еще одна тварь подскочила к двери бара — и тут же с размаха получила от Маски.
— Давайте быстрее! Нам нужно одолеть их! — раздался визгливый крик Рапируса.
И тут я увидела воистину прекрасную картину. Даша с ухмылкой подошла ко мне, опершись на мое плечо одной рукой. А другой она провела в воздухе — и вокруг скелета появилась слабая, почти прозрачная зеленоватая сфера. Резкое движение вверх — и с приглушенным воплем командир гвардии Сноудина взлетел в воздух.
Саша присвистнула, глядя, как над крышами проносится воющий монстр.
— Пролетел, как фанера над Парижем, — ехидно заметила Маска. — Ладно, ребят, вы лучше отступайте, а мы уж как-нибудь с баром разберемся! Я не дам этим сволочам испортить мою коллекцию пивных банок!
— Это место слишком важно для нас! — кивнула Эхо. — Бегите!
Альянс постепенно отступал, добивая тех, кто осмелился бежать в погоню. И пусть я уже чувствовала, как легкие пылают от боли и кашля, я знала, что в этой битве мы не вышли проигравшими.
