Безумные фикрайтеры в Подземелье, или как монстров мучают спойлерами 2: Темная сторона горы

      — Почему вы не хотите с нами? — первый логичный вопрос на повестке дня, заданный мной непосредственно двум хорошим монстрам, Пернатке и Ocean!Сансу. Завтра должен был открыться портал, и именно сегодня мы собрались отправится в логово врага. Мы готовились к возвращению в Подземелье, и силы Морского Санса и Пернатки оказались бы очень кстати.       Наркоша молчал недолго. Он отложил свою похлебку, облизнулся и, пошарив по карманам, явно в поисках чего-то пахучего, сказал:       — Блудник.       — Этим все сказано, бро, — подмигнул ему скелет. — Бросать его не хочешь?       — Если он проснется, я хочу быть рядом, — признался Пернатка. — Он не перенесет… — монстр попытался подобрать слова. — Всего этого. Если с ним не будет кого-то знакомого.       Я переглянулась со Святославом, и оба мы сошлись во мнении, что Пернатка прав. Конечно, не произнося ни слова, и возможность одновременного хода мыслей у нас была равна пятидесяти процентам. Но я надеялась, что Рожнов не подведет и уловит мой ход мышления. Так правильней. Блудник не должен оставаться один.       — Ну, а ты, Санс? — все же допытался мальчик.       — Я просто знаю, что нужен Альянсу, — кивнул скелет. — Нет, ребят, вы не подумайте. Я помог бы, но, знаете… последняя моя помощь вам обернулась, скажем так, кошмаром.       — Прости нас за это, — улыбнулась я. — Переправа через реку затянулась.       Санс грустно сверкнул глазами и, немного отстранившись, снял шляпу.       — Мы не будем вас заставлять, — пообещала я. — Удачи, ребята.       — Удачи, — повторил Святослав и протянул руку сперва скелету, потом Пернатке. Оба с охотой пожали, и после каждого рукопожатия наш справедливый придурок болезненно потирал руку. Да, у одного когти, у другого — кости вместо нормальных ладоней.       Лохматик и Яростная ждали у выхода. На место сбора нам нескоро, и потому друзья не торопили нас. Я думала, что те хотя бы попрощаются с Пернаткой, спросят, передать ли кому-то привет, но они только бросили на него грустно-веселые взгляды и вместе с нами отправились прочь. Яростная нервно махала длинным серо-полосатым хвостом, который то хлестал меня по щекам, то сталкивался с животом Лохматика, и тот, улыбаясь, шутливо пытался цапнуть её.       Но потом они остановились. Алые кошачьи глаза сузились и вспыхнули медовым огнем. Она обернулась к другу. Я ошибочно решила, что Яростная собирается выговорить ему по поводу хвоста, но уж больно вид был у неё напряженный. Монстриха смотрела на Лохматика, как на единственный лучик надежды, на жилет, способный вобрать в себя её переживания.       — Можно тебя на минутку? — спросила Яростная и при этом посмотрела на нас. В этом взгляде так и читалось: «Пойдете следом — убью!».       Лохматик прищурился.       — Все в порядке? — осведомился он.       — Нет, — взяла она его за рукав, едва не касаясь вытянутыми когтями его пушистой лапы. — Свят и Даша подождут. Правда же, дети?       — Не называй нас детьми, — оскорбился Рожнов. — Мы…       — Дети подождут, — и потащила удивленного Лохматика за собой. Перед тем, как исчезнуть за поворотом, монстр пожал плечами, говоря, что сам ничего не понял. Как только те ушли, я с ухмылкой посмотрела на друга, а он на меня — с ужасом.       — Она назвала нас… — хотела запротестовать я.       — Ты-то иди! — нашелся Святослав. — А я человек приличный, не подслушиваю чужие разговоры…       — А еще убивал, матерился как не в себя, купался в канализации, метнул молнией в бога ошибок...       — Ой, да че ты придираешься… — веко мальчика дрогнуло, и довольно улыбающаяся я взяла друга за руку, заставив пойти следом.       Лохматика и Яростную мы застали в том же месте, где я и Свят недавно спорили. Плиту они не прикрыли, видимо, не надеясь, что кто-то пройдет мимо и заинтересуется темой их разговора. Мы же с другом присели на корточки и стали ждать, иногда выглядывая. Увидела только самое основное — взгляд глубоких и блестящих глаз кошки смягчился.       Мохнатый монстр также непонятливо смотрел на подругу, даже когда та как бы невзначай пробурчала что-то на понятном только им языке. Такой же бред я слышала от Лохматика, когда Альянс двинулся в путь после ледового побоища в Сноудине.       Яростная прикрыла глаза и вздохнула. Лохматик однозначно вел себя, как болван.       — Я не хочу возвращаться, — призналась та неожиданно писклявым и тихим голоском. Как испуганный котенок. — Даже если шанс такой мизерный… я боюсь Чертовой Дыры, но почему-то именно мы решили туда отправиться.       Лохматик отошел от оцепенения вместе с нами. Яростная не хочет домой?       — Ты… передумала? — со страхом в интонации спросил её лучший друг. — То есть…       — Нет! — сказала кошка и обвила его руку своим хвостом, будто боялась сделать то же самое, только своей лапкой. — Я не отступлю. Я не боюсь самого факта возвращения или этого глупого путешествия, пойми. Мне не хочется уходить и понимать, что вернуться сюда мы, быть может, и не сможем. Портал отсюда будет открыт всего пару секунд. А другой его проход неведомо где… а единственное, что нам известно — что это Чертова Дыра, и там чертовски опасно!       Лохматик растопырил пальцы на протянутой лапе и, поняв наконец, о чем говорит подруга, понимающе произнес:       — Ааа, так вот, что ты хочешь сказать! Ты не хочешь возвращаться в Чертову Дыру из-за риска, ведь…       — Ведь мы идем не одни, — подтвердила его слова Яростная. — Кто знает, кого из старых знакомых мы встретим. А ты прекрасно помнишь, какие эти знакомые.       Бурый здоровяк поник. Я видела, как поблекла его шерсть, а глаза потухли. Он нахмурился. Ему было неловко, страшно, и он прекрасно осознавал смысл слов подруги. Будто эти знакомые — самая страшная опасность в Чертовой Дыре. Или только Яростная и Лохматик боятся их? Но почему?       — Послушай, Яр, — коротко назвал её мохнатый. — Прошлое не воротишь. Мы стали такими и получили имена, которые, к сожалению, нам отлично соответствуют. И насчет прошлого я тоже хочу ск…       — Замолчи! — глаза кошки вспыхнули кровавым огнем, и каждая шерстинка на её худом теле вздыбилась. Плита сама собой дрогнула, пол завибрировал Видимо, Яростная хотела повторить прием с катапультами, только теперь её целью являлся Лохматик. — Ты думаешь, что все — конец? Нет, дорогой мой. Красный просто так не отстанет от нас!       — Ну, если мы ему все объясним… — невинно улыбнулся монстр. — Возможно, он оставит нас в покое.       — Пытались, не фортануло. Крыша у него в свободном полете со временем падения в Чертову Дыру.       — Ладно, ты права, — вынужденный согласиться Лохматик отпрыгнул от разгневанной кошки. — Но давай согласимся в другом… к примеру, что за время нашего отсутствия его откровенное помешательство могло, скажем так, привести к несчастному случаю, и…       — Не надейся. Слишком живучая тварина.       Святослав наклонился к моему уху, не отрывая глаз от монстров.       — О чем они?       — Не знаю, — призналась я, сдерживая чих. Нос наполнился пылью, и глаза налились слезами. Мне сдавило легкие. Ненавижу пыль! Чертова пыль! Аррр…       — Уверен в другом, — продолжил Лохматик и, осмелев, сделал шаг навстречу Яростной. Он протянул ей свою размашистую ладонь, скорее всего, желая положить её на плечо распушившейся подруги. — Она погибла не напрасно.       — Ты серьезно? — крепко стиснула зубы подруга Лохматика. Ушки встали топориком.       — Её смерть доказала, что жертвоприношениями дело не решить.       У меня почему-то спина покрылась роем мурашек. Чихать расхотелось, только сжаться от пронзившего холода. Что такого произошло в их Подземелье, о каком жертвоприношении и мести говорят друзья? Раньше я ничего подобного от них не слышала. Это было настолько важно, сокровенно и опасно, и монстры предпочли утаивать от нас подробности трагедии? А какая была трагедия — личная какая-то, раз некий Красный прям очень хочет убить Лохматика и Яростную?       Какие такие тайны еще скрывает эта странная парочка?       Святослав удивленно и отчасти довольно приподнял брови, и тогда я обратила внимание на их руки: переплетенные пальцы, дрожащие от холода глубоких туннелей костяшки. Яростная больше не боялась брать друга за руку, и никто из них не смущался самого факта, что их лица сейчас находятся на расстоянии ладони. Уверена, я бы разглядела и не только это, помимо вышеперечисленного я уловила и странную искру, проскользнувшую между ними, и влюбленные, но болезненные взгляды.       А потом я чихнула. Так громко, как никогда не чихала. Не удивлюсь, если Эррор из своей разрушенной башни услышал мой отборный чих и подпрыгнул на троне.       Монстры повернули в нашу сторону, и мы поняли, что смысла скрываться уже нет. Все равно умрем.       — Дашенька, ты чихнула? — с притворством спросила Яростная, когда вышла из укрытия и наклонилась ко мне. Лохматик стоял за молодой монстрихой и неловко отводил взгляд от подруги. — Много пыли?       Святослав переглянулся со здоровяком, и они, судя по одинаковому выражению лиц, подумали об одном и том же. Наверное, ох уж эти женщины, которые чуть что — из крайности в крайности, от нежности к ненависти. Возможно, теперь Яростная возжелает мне мучительной смерти, ведь я увидела миг её слабости. Мы, я, Саша, Свят и Аня, давно убедились, что подобного кошка не жалует.       Но, признаться, поразила меня не хрупкость Яростной и дрожь в каждом движении, когда они с Лохматиком лишь смотрели друг на друга. Именно то, что под маской холодной и расчетливой воительницы я увидела заботливую подругу и защитницу, с которой мы преодолели немало трудностей. И… страх. Страх перед неким Красным, от воспоминаний о котором у обоих монстров зашевелилась шерсть на затылках.       — О, да! — схватилась я за единственную возможность выжить. — Мне кажется, Инку стоит провести уборку…       — Это точно, — отозвался Лохматик. — Аж нос чешется!       — Соглашусь, — нервно улыбнулся Рожнов и посмотрел на несуществующие часы на худом запястье. — А нам не пора?       — Рановато, — кажется, и сама Яростная, если подозревала в нас шпионов, то озвучивать мысль свою не собиралась. — Но можем прийти чуть раньше остальных. Если хотите простоять на морозе около часа.       — На Поверхности холодно? — удивилась я.       — Нет, но у Замка влажно — дождь шел и залил им весь первый этаж, а заодно и двор.       — Шикарно.       И я, вновь схватившись за Святослава, потащила за собой парнишку. Нужно скорее убраться отсюда, а то вдруг, Яростная или Лохматик все-таки решатся поговорить о личном пространстве. Нет, все же друг прав. Подслушивать — плохо. В нашем случае, даже опасно, потому что такая парочка… если прямо — психически неустойчива. Смесь несовместимого и потому взрывоопасного…       Когда мы добежали до туалетов, а оттуда по крутым каменным ступеням поднялись до Замка Советов, я смогла отдышаться.       — Я надеюсь, они нас не убьют, — фыркнул Рожнов. — Но если попытаются… я без сомнений отдам им тебя на растерзание.       — И с этим человеком я отправляюсь в другой неизведанный мир? — отшутилась я. — Да ты ж меня за гроши продашь!       — Ну, если эти гроши будут стоить мороженого — то, конечно.       Яростная и Лохматик все остальное время стояли тихо, спокойно, не сговариваясь и даже не глядя друг на друга. Будто к ним наконец пришло осознание, что между ними проскочила искра, и вот теперь наступило время неловкости. Я бы рассмеялась, не будь мне страшно. Но потом мысли обратились к другим вещам: представилась длинная дорога, которую мы преодолеем за несколько минут, скоп глюков-воинов, защищающих границы крепости своего господина, и то, как нам предстоит пройти через охрану к порталу.       Вскоре явились и все остальные. Альфис на ходу полировала серебристую секиру с испещренной белыми царапинами плоской стороной. Санс разминал шею и вел за собой еще пару скелетов, которые отличались от него одеждой и даже цветом огней в глазницах. Шествие замыкали Жрица и Туманник. Первая заставила колени подогнуться — новая, будто только выкованная и сшитая, броня сверкала на ней, легкая, больше похожая на походную одежду. Багровый плащ, привязанный к маленьким наплечникам, хвостом шествовал за ней. На голове у королевы красовался металлический шлем. А к поясу привязаны ножны со скрытым в них мечом. В отличии от Жрицы, Туманник выглядел просто смешно — кольчуга, обтягивающие штаны и неудобная обувь, вот и все, что на нем было. Возможно, странная палка за спиной являлась орудием массового поражения.       — Ну что, все готовы? — спросил Санс и посмотрел на Серафима, который смотрел на все это с крыльца. Он спрятал под своими крыльями своих подопечных, чтобы те не толпились у площадки для старта путешествия. Жрица посмотрела на меня с немым вопросом: «Что ответишь?».       Я думала, что готова.       — Да, — кивнула Альфис и крепко вцепилась в руку скелета. Туманник сжал её ладонь, свою свободную руку передал мне. Так мы образовали кольцо с вписанным в нем треугольником из Сансов. Эх, такое зрелище не каждый день увидишь… и я это не про следующую сцену.       — Тогда — погнали!       Вы бывали на Американских Горках? Не тех детских аттракционах, которые несутся по кругу в надежде напугать малышню резкими поворотами. А на настоящих — с мертвыми петлями, по-настоящему внезапными поворотами, взлетами и падениями, от которых захватывало дух и желудок. Если да, то вы примерно можете представить себе телепортацию. Просто мы за считанные секунды оказались из Замка Советов посреди леса Сноудина, и холодная влага после дождя сменилась морозом.       Я упала на спину, хватаясь за живот. Как же больно, как мерзко, будто меня полотенцем вывернули, высушивая до нитки, а потом обмотали голову… и тотчас начался снегопад. Кстати, снег и вправду шел. Я это заметила, когда в глазах просветлело, и слепота отступила. Лохматик помог мне подняться, дернув за шкирку. Голова снова закружилась, и я опять упала бы, но монстр толкнул меня пальцами. Вот прям еле спины касаясь.       Я уже и забыла, как выглядит Сноудин. В предыдущий раз у меня не было времени насладиться его зимней красотой, ибо пришлось спасать Горлач из воды и искать укромное место для уединения со своими мыслями. Мы сильно торопились, и поэтому в тот же день покинули Сноудин. Теперь я могла нормально осмотреть лес и глупенько улыбнуться, как всегда делала на Новый Год. Всегда брала волнительная дрожь от боя курантов!       Собратья Санса, кроме него самого, исчезли. Скелет стоял под еловой лапой, присыпанной снегом, и ждал, когда все придут в себя. Синие точечки в пустоте глазных проемов иногда мигали, что свидетельствовало о его усталости. Оригинальный поднял голову и обратился к Жрице:       — Теперь что?       — А теперь, — королева Чертовой Дыры осмотрелась в поисках угрозы и со звоном достала из чехла длинную спату. — В путь.       Я достала из сумки теплый плед, которым собиралась укрываться, когда будем пробираться через Сноудин к Водопаду. Я не замечала холода, потому что шли мы быстро, и нервы у каждого были на пределе, спасибо перемещению с Поверхности в Подземелье. В штанины забился снег, голову укрыла белая пыльца. Но я не обращала на неудобства внимание, потому что после битвы наверху почти все царство опустело. Я уже не боялась, что на нас выпрыгнут стражи Сноудина или голодающие людоеды. Я радовалась возможности просто разглядывать красивый снежный лес.       В Водопаде нас ждали. Именно по этой причине Яростная и Лохматик, долго проживающие на окраинах леса, показывали отлично знакомую дорогу. Реку переплывать было не нужно, мы нашли путь покороче. В темноте лес Сноудина, помимо завораживающей красоты, приобретал и жутковатые сумеречные отблески, которые отбрасывал лед на деревьях и сугробах. Казалось, что сейчас из мглы выпрыгнет ранее неведомое существо. Или личный кошмар, придуманный еще в детстве.       — А почему порталы здесь всегда находятся на месте, а в других мирах — по-разному? — спрашивала Яростная, озираясь по сторонам. Воительница крепко вжалась пальцами в самодельный посох. Жрица, которая до этого рассказывала всю имеющуюся информацию о дверях в другие вселенные, поправила плащ и обернулась к ней.       — Я не знаю, — призналась королева. — И вряд ли узнаю. Мое дело воевать, других — изучать.       — Отличное оправдание не идти в школу. Просто я воин, а не ученый, — сказал Святослав.       Жрица не отреагировала на его выпад.       — Однажды, — продолжила она. — Один из разведчиков в Horrortale не нашел своего портала, а ведь тот точно был открыт. Выбрался только на следующий раз…       — О, это я была! — подняла руку Swap!Альфис. — Круто было.       — И как там? — поинтересовался Санс. — И как ты там оказалась?       — Темно. А еще меня хотели привести во дворец к их чокнутой королеве в качестве обеда… Че? А. Ну… в начале войны меня шпионом подослали. Как проникла на площадку — ваще хз, везение.       — Сменим тему? — предложил Туманник. — Не люблю говорить о таком. Вообще, поедание разумных существ для меня… пугающая мысль.       Мы быстро миновали Сноудин, когда на дворе была та же глубокая ночь. Вышли в городе и, быстро перебежав по восстановленному ледяному мосту (воспоминания едва не сбили меня с ног), оказались в слабоосвещенной области Подземелья, где преобладали черные и синие цвета. Единственное, стало чуть теплее, ведь теперь над нами была каменная высокая крыша.       Мы прошли по берегу реки, возможно, километра три, пока Жрица не объявила о привале. Тогда я синхронно со Святом упала на влажный холодный пол и прикрыла глаза, подстелив грязный плед под голову. Друзья-путешественники обложили нас кольцом: Альфис отложила тяжелый боевой топор, Яростная, отсиживаясь от Лохматика как можно дальше, поставила свой посох у стены. Санс, зевая, сел на эхо-цветок, и последний попавшийся на данный момент источник света погас.       Я открыла глаза спустя час приятной полудремы. Покрывшаяся сетью трещин металлическая оболочка моего амулета сверкала в зеленом свете. Раньше я не замечала, как камень Доброты светится, но стоило войти в темноту, как жилки изумрудного пламени расползлись по треснувшему сплаву. Завораживающее зрелище принесло страх, ведь металлическое покрытие Гастер сделал для защиты наших амулетов. Я убрала пальцы от своей души, испугавшись что-то повредить, и перевернулась на правый бок.       Святослав смотрел в потолок и считал пролетавшие стаи светлячков. Под песню капели его нога дрожала, отбивая неритмичную музыку. Падающие со сталактитов капли воды падали нам на лица.       — Туманник, — окликнула я серого с белыми полосками монстра, который сгорбился у края ленивой реки. Он навострил уши. На качающихся ногах я встала и поплелась к нему. Туманник заинтересованно приподнял бровь. — Я могу тебя о кое-чем спросить?       — Конечно, — кивнул он. Туманник сейчас выглядел уже не таким загнанным и уставшим грызуном. Свободное обмундирование свисало с его костлявого тела мешками, но он, все-таки, выглядел чуть мужественнее — как оказалось, копье за спиной держал крепко и ровно, готовый в любой момент дать отпор врагам.       — В общем. Насколько опасно с Чертовой Дыре? — без предисловий задала интересовавший меня этой ночью вопрос. — Типа, серьезно, Жрица рассказывала, что там два клана друг друга не особо жалуют, еды немного, в отличие от голодных ртов…       Туманник замер и прекратил дрожать от холода. Он всмотрелся в мои глаза, и я от неловкости покраснела. Я задела его? Заставила что-то вспомнить?       — Да, — ответил наконец монстр. — Там обитают два клана монстров. Когда-то мы были свободны… но потом все изменилось. Как и мы сами. Стали жестче, беспощадней, — серо-белый уставился на скопление синих сталактитов, будто искал на потолке пещеры звезды. — Даже самые добрые монстры в итоге поменяли свои взгляды на жизнь. Но мы все единогласно уважаем Жрицу, пускай некоторые не приняли её знамёна.       Недолго переваривая информацию, я поблагодарила Туманника и погладила его по острому плечу. Взгляд Жрицы, притаившейся в тени, меня не обрадовал. В серо-зеленых глазах я читала злость — неужели она услышала, о чем рассказал мне её соплеменник? И чему же она не рада?       — Врет он все, — прозвучал над ухом голос Лохматика. — Терпеть мы друг друга не можем… а наши враги готовы Жрицу на куски разорвать.

***

      В Водопаде мы встретили двух АУ!Сансов. Одного я даже не узнал — это была Чара в зеленой ветровке и жутким ножиком из чьей-то кости. Под капюшоном девочка скрывала копну кудрявых волос. Вторым был Outer!Санс, одетый в синюю куртку с оранжевыми рукавами. Его я знал, как и некоторых соотечественников скелета.       — Первый скачок выдержали? — спросила Чара, ухмыляясь.       — Да, — с гордостью заявил Оригинальный Санс. — Моя заслуга.       — На второй раз вестибулярный аппарат вряд ли спасется, поэтому предлагаю вам это, — Чара достала из рюкзака стопку смятых пакетиков. — Никого от волнения не тошнит?       — Дай сюда! — схватила первый пакет Даша и прижала к груди. Яростная, Туманник и Лохматик неуверенно взяли себе по такому же. Я надеялся, что мне не пригодится, как и Жрице, которая в любом случае нормально перенесла телепортацию.       — Тогда беритесь за ручки и погнали!       — Наконец, — схватился за меня и Дашу Санс. — Я уж думал, что продрогну до ко…       Шутка не удалась. Меня распотрошило, собрало снова, по дороге забылась печень, но, благо, она вернулась своими силами. И вот я ухнулся в воду. Вонючую, плесневелую, со страшно знакомым ароматом дерьма и химии. Мы в один прыжок перескочили через весь Водопад и Хотленд и оказались во владениях Нового Дома. Пускай и самой мерзкой его части — системе канализаций.       Альфис вынырнула из горы мокрого мусора, отплевываясь от кусочков банановой кожуры. Туманник блевал грязной водой неподалеку, а в стороне от него пакетик резко подхватила какая-то жуткая пиявка и сиганула в проем между прутьями. Жрица сняла шлем с грязной головы, её серовато-зеленое лицо приобрело цвет огурца. Даша поднялась и выплеснула свой маленький завтрак.       — Бля… пизд…       — Рады стараться! — Чара встала рядом с Outer!Сансом, который молча наблюдал за нами. — Чао, ребята!       — Спасибо! — крикнул наш Санс до того, как они исчезли. Потом — столб искр, и две фигуры пропали, оставив нас одних в грязи. Скелет повернулся к нам. — Обожаю этих ребят!       — Ненавижу… — прошептала Swap!Альфис, оттирая губы от плесени. — Я убью их!       Яростная, отряхивая серенькую шубку, выдернула из-под когтя семечко абрикоса.       — Солидарна.       Постепенно каждый из нас пришел в себя и встал на ноги. Я всматривался в сумрак подземелий и щурился от слепоты. Но так и не нашел источника света, кроме двух амулетов. Я бы содрал металлическую корочку со своей души, но невесть откуда взявшееся шестое чувство подсказывало — это очень плохая идея.       И мы вереницей из уставших тел поплелись вперед. Наугад. Не зная, как выйдем наружу. По плану нам требовалось оказаться в канализации, что и произошло. Новый Дом оцеплен разновидными монстрами и порождениями Эррора, которых я ни за что не осмелюсь повстречать вновь. Гончие, Летающие Глаза, глючные версии обитателей Подземелья… У Эррора была обширная фантазия.       — По моим расчетам, — сказал Санс в какой-то момент. — У нас в запасе еще несколько часов до рассвета. Как только на Поверхности взойдет солнце, портал откроется… но ненадолго.       — Значит, нужно скорее вылезти отсюда! — выкрикнула Яростная. — Уже живот от запаха сводит!       — И после этого, хочу заметить, нам нужно оказаться вблизи порталов, — уточнил Туманник. — В замке мы точно не вылезем, а значит Сансу придется потратиться на телепортацию.       — Я бы предпочел обойти этот пунктик стороной, — все же сказал я. — Ты только посмотри на Лохматика, будто всю пищеварительную систему распотрошил и собрал заново!       — Спасибо, мне теперь еще хуже, — за моей спиной свирепо сверкнули синие глаза друга. — Отныне и впредь я от тебя такой мерзости не услышал, понял?       — А ты не представляй.       Мы выбрались через высокий клетчатый люк. Сперва пришлось взбираться повыше по заросшим мхом стальным лестницам, ползти у берега очередной мусорной реки, и только тогда мы увидели над своими головами свет от фонарей. Я пригляделся, надеясь увидеть что-то сквозь сетку прутьев. Сперва увидел четыре здоровенные лапы и нижнюю челюсть оскалившегося чудовища, и Даша едва не взвизгнула — эти твари нам обоим были знакомы.       Но потом демопса отогнал монстр. Жутко было видеть еще одну Альфис, облаченную в тяжелую броню, и с мечом на поясе. Она свистнула, светя фонариком в яростные красные глаза, и собака побежала за ней.       — Окей, выбираемся по одному, — нарушила тишину Жрица. — Санс, ты первый.       — Почему я? — нервозно спросил скелет, сложив руки на груди. — Почему, к примеру, не моховой мешок?       Возмущенное фырканье оповестило меня о том, что Лохматик еще здесь.       — Лохматик будет поднимать нас и, тем самым, вылезет последним. К тому же, ты лучше него можешь себя защитить, — спокойно ответила ему женщина.       Санс поник головой, но возражать не стал. Он полез на спину бурому монстру, который встал под люком, уперся ногами тому в затылок и вцепился пальцами в малюсенькие отверстия. Санс берег магию, и потому, не используя силу, самостоятельно отодвинул люк. Его череп выбрался наружу, и только плечи были видны. Потом слышу:       — Чисто.       И Санс полез дальше. На Лохматика тотчас вскарабкалась Даша, её амулет засветился, как и полупрозрачные изумрудные щиты на локтях. Бедному Лохматику наступили прямо между ушей, что тот заскулил от боли. Но Яростной, кажется, это понравилось.       Когда все выбрались, Жрица указала пальцем на замок. Острые, как когти, вышки башен расплывались во мгле. По факту, совсем недалеко — пара кварталов, если не напоремся на охрану. Уж не знаю, зачем Эррор некоторых монстров себе на защиту взял. То ли думает, раз Поверхность захватил, всех домой возвращать можно, то ли понял, что его творения — как пушечное мясо, на иное не годятся.       По очереди мы перелезли через железный забор красивой резьбы и спрятались в тени тупикового переулка между безжизненными домами. Завела нас туда уже желтая ящерка, и на мой протестующий «Какого…» приложила палец к своим губам. Потом я и понял, что случилось. Туманнику пришлось прижаться к стене возле забора и сильно втянуть живот. Свет от фонаря озарил сумрак.       — Никого? — спросил кто-то басом.       — Никого, — я узнал голос Рапируса. — Показалось, значит…       Отдаляющийся стук ног еще долго не давал нам покоя. Мы вжимались в стены, сливаясь с тенью, до тех пор, пока звуки шагов и вовсе не исчезли. Только тогда мы выбрались и тщательно убедились, что новых встреч не предвидится. Холод пролез под кожу и уколол мышцы, отчего каждое мое движение было скованным и тяжелым. Даше было еще хуже. Потеряв плед, той оставалось только массировать плечи, в надежде согреться. Санс и Жрица что-то быстро обговорили и повели нас извилистыми путями.       Все ближе мы оказывались к дворцу, в котором некогда правил Асгор. Уже несколько раз я бывал в Новом Доме и не переставал бояться этого места. Этот город был проклят. Он полнится бандитов, становится крепостью для тысячной армии перед походом на Поверхность, превращается в безжизненный кусок на карте, а теперь, почти нелюдимый — защитными стенами нового короля.       Взобравшись на самый высокий дом, оказавшийся близко к стенам замка, мы прижались к его черепице. И не спрашивайте, как мы туда взобрались. Я слишком устал, чтобы описывать этот трудоемкий процесс. Темные зрачки Яростной превратились в две щелочки, когда она остановила свой взор на одной из башен.       — Я едва ли что-то вижу, — сказала она.       Порталы были высоко-высоко. Три кротовые норы, которые приведут тебя в любой из миров, висели у меня над головой, а я этому даже не удивлялся. Боялся, что скоро откроется нужная нам дверь — и мы успешно все просрем.       — Даже платформы никакой нет или типа того? — удивилась Даша. — Ну, супер.       — Да лан, не отчаивайтесь! — оскалив клыки в довольной улыбке, огласила Swap!Альфис. — Найдем!       — Скорее бы, — шепнул я. И тогда созрела мысль, которая, прокатившейся дрожью по телу, помогла шестеренкам моего мозга расшевелиться. — А как нужный нам портал будет выглядеть?       — В отличии от разноцветных «дверей», коими обозначена каждая АУ, — сказала Жрица, указав на мигающие диски в небе. — Этот постоянно его меняет, а также появляются частицы в виде различных символов.       Объяснила, как полному кретину. Ну, я им и являлся изначально.       — Оп-оп-оп! — Альфис взобралась на Лохматика, как на удобную лежанку, легла тому на спину и вытянула шею. Глаза её возбужденно сияли. — Кажется, нашла пункт назначения!       — Нам бы бинокль… — вздохнул Туманник. — Ладно, показывай.       Я тоже присмотрелся и через пелену темноты увидел маленькую точечку. Башни, мосты и жуткие наросты перегораживали мне кругозор. Но я все-таки определил, где находится площадка. Круглая платформа с раздвигающимися ступенями, на которой стояло не менее двух десятков монстров с гончими, и три Летающих Глаза над ними. Само укрепление висело в центре самых высоких башен, связанное тросами и скрытое облаками.       — И как нам подняться на эту махину?       — Магия, — сказал Санс. — Но это единственное, что я знаю. Давайте думать над планом.       — Можно отвлечь их, — предложила Яростная. — Только не знаю, как…       — Не, — покачала головой Альфис. — Не прокатит. Нельзя, чтобы Эррор заметил нас, значит, отвлекающий маневр не сработает — раскусит же, кто за чем стоит. Лучше уж как-нибудь стать невидимыми…       В сумке на моей спине будто разожгли костер. Или все зелья, которые я прихватил из запасов Охотника, вылились из бутылочек и окислителем прожарили себе путь к моей спине. Я чувствовал жар от головной боли. И надеялся я, что взял нужное зелье. Невидимость… невидимость и вправду не помешает.       И я поднял первым руку. Ох, не нравилось мне же свое рвение похвастаться умом. Казалось, что в итоге весь план скатится в буффонаду, и нас раскроют. И Даша будет смотреть на меня, как на еще больше идиота, и искренне не понимать, почему я все еще жив, почему мы все еще целы…       Оказавшись на пороге Ада, я вдруг почувствовал себя ответственным за исход нашей экспедиции. И поэтому не мог не поделиться своей идеей.       — Санс должен телепортировать максимальное количество участников к порталу, — озвучил я свой замысел. — В тот момент, невидимые я, Туманник и Альфис подберутся к порталу и дадим знак. Всем все ясно?