Безумные фикрайтеры в Подземелье, или как монстров мучают спойлерами 2: Темная сторона горы

      Я заметила подругу еще раньше. Долго и выжидающе наблюдая за её действиями, как она бесцельно идет вдоль длинных теней, напрасно веря, что подозрений её странный вид точно не вызовет, я старалась сдержать грустный смех. Живехонькая. Саша каким-то совершенно неведомым образом шла по земле, будто не было никакого ранения в спину. С другой стороны, я тоже отличилась. Шок от самого факта пребывания не в Антипустоте прошел, но на смену ему пришло кое-что иное. Теперь, найдя подругу, я не могла составить план действий на будущее. И вместо радости я почувствовала только страх.       Потом она остановилась, а я продолжала идти — только обернулась, а Саша смотрела на меня. Наверняка, призраком считала — в черной маске и жуткой шляпе. Я замерла на месте, про себя считая, сколько секунд осталось до дикого крика. Вот Горлач протянула руку, указала на меня пальцем, раскрыла рот. Именно так и бывало, когда Саша совершенно не понимала, что происходит.       Не хватало только обратить на себя внимание прохожих! Я подбежала шокированной подруге, схватила за волосы и быстрым шагом пошла прочь, волоча за собой безвольное тело. В любой другой момент я бы рассмеялась. Ситуация, если побывать в роли простого наблюдателя, выглядела крайне забавно — два прифигевших человека пытаются скрыться. Вернее, я, голодное и уставшее соломенное чучело, тащу тяжелый мешок с мандаринами, замаскированный под человека. Лица у нас тоже были, как в комедийных ужастиках…       Завернув в никому ненужный серый туннель меж домиками, доверху заваленный баками с мусором, картонными коробками и гниющей едой, я прикрылась в густой темноте. Пригнувшись, я заставила Сашу сесть. Мимо переулочка проехала полицейская машина с лицом Андайн в окне. Потом, когда звук мигалок удалился, я заставила себя вздохнуть спокойно. У меня дергался глаз, живот сворачивало от страха. Этот мир по своей структуре до ужаса напоминал наш — машины, обыкновенная уличная одежда, заборы, знаки дорожного движения… но другой. Я по примеру Ториэль убедилась, что монстры остались такими же, как в Оригинальной Вселенной.       А значит, Андайн нас не пощадит, если увидит.       Я повернулась к Саше. Она смотрела вверх, на голубое светлое небо. Я же, потряся головой, приведя мысли в порядок и сосредоточившись на текущем моменте, сказала простое:       — Привет.       Саша посмотрела на меня. Больше не было удивления, уже хорошо. Она, кажется, приняла и это — вот, и она, и я живые, и мы где-то в заднице мультивселенной носимся от полицейской Андайн. Как в старые-добрые времена. В самый первый наш таймлайн.       Тогда у нас обеих снесло крышу. Ранее сдерживаемая лавина эмоций, которые я оградила непрочной стеной, наконец отразилась на моем лице, и мы крепко обнялись. Так крепко, как давно не было, и так искренне, словно впервые.       — Только не подумай, что мне язык отрезали, — наконец заговорила рыжая. — Ну, я типа… увидела мертвеца.       — Я тоже, — хмыкнула я, вдохнув полной грудью, захихикала. — Но теплые, как живые…       — Мы свободныыы! — рассмеялась Саша, и её глаза заблестели от слез. — Дааа!       — Я свободееен… — голова закружилась, в горле сухость жуткая, но я почему-то запела. — Словно птица в небесааах…       — Я свободен — я забыл, что значит страх! — подтвердила Горлач и, на секунду вздрогнув, издала странный звук. Не то кряканье, не то кошачья зевота. — Господи, блять… обещай, что мы ни в какие порталы больше не прыгнем.       — Обещаю, — кивнула я и снова прижалась к подруге. На самом деле, я лгала. Если мы хотим вернуться в «Undertale», то без прыжков в пространственные воронки нам не обойтись. — Кстати, я скучала.       — О, мадмуазель, вы меня смущаете, хотя могли бы сказать, где тут блинчики продают…       — Да я тоже голодная.       Какое-то время мы молчали. Я медленно обрабатывала информацию о себе и подруге. Потом пришла к логичному выводу — никого добрее в этой вселенной, как и оригинальной, нет, кроме Ториэль. Она и накормит, и одолжит Саше нормальную одежду. И мы сможем на время укрыться.       Я быстро пересказала подруге о своих приключениях, сказав между строк, что неплохо бы было наведаться нам к маме-козе. Она же в свою очередь, улыбнувшись, рассказала о побеге от медсестер и полицейских. Андайн за ней и охотилась. Я словила себя на мысли, что ничуть не удивлена.       — Так, значит, летим к Ториэль? — спросила Саша. — Это она тебе одежду дала?       — Ага. А еще у неё в доме вкусно пахло… до того, как я притащила за собой запах крови.       — Я согласна, — схватившись за живот, сказала она. — Все отдам ради еды! Ебать, я и забыла, что испытывать голод — нормально!       — Тогда… — я оглядела подругу. — Сперва найдем тебе нормальную одежду.       Лучше бы я этого не говорила. На лице Саши сразу появилось та самая пошлая гримаса, от которой любой бы убежал от страха быть изнасилованным рыжим существом. Кроме меня, конечно, ведь я по-настоящему знала, на что она способна, а на что нет. Если вдруг — использую пощечину.       — Даже не думай, — закатила я глаза. — Хоть раз обойдись без своих фантазий!       — Ничего не могу с собой поделать, — пожала плечами Саша, продолжая улыбаться. — Ты просто это так сказала… ну, воз…       Я замахнулась.       — Мы только встретились! — защитилась руками девушка. — Я могла умереть! Неужели тебе не жалко меня?!       — Пока ты не переходишь черту, — я встала с земли и отряхнула штаны от грязи и жука, который пристал к коленке. — А теперь попрошу прекратить шутить и помочь мне с поиском одежды!       — Ох, ну ты и зануда… — Саша показалась даже немного обиженной. Она также встала и, поняв, что потеряла ботинок по дороге, вздохнула. — Ок, мне нужны тапочки.       Поэтому мы какое-то время копались в мусорке, где Саша все-таки пошутила про койота, пока из окна первого этажа не выглянул бородатый рогатый монстр (нет, не Асгор) и прогнал «бомжей и попрошаек». На Сашу я напялила какое-то тряпье, и мы отправились дальше. Следующая цель — альтернативная Тори.       Но как только мы прошли к дому Ториэль, Саша зажала мне рот и быстро спряталась в сочно-оранжевых кустах. Еще бы пару мгновений, и бы грохнулась в обморок от нехватки воздуха. Я зло покосилась на подругу, а потом — на руки, которые быстро мне жестикулировали что-то на непонятном даже немым языке. И мы услышали, что Ториэль разговаривает по телефону с полицией. В окне дома я видела её силуэт, который обеспокоено ходил взад-вперед, и её громкий голос ветерком доносился до нас из приоткрытой форточки. В том числе упоминали и меня…       — Как не нашли? Почему? Где эти дети?! — красные глаза Ториэль сверкали. Она чесала державшую телефон руку, кусала губы. — Господи, Андайн? Неужели так сложно найти двух странных девочек в нашем маленьком городке? Да у нас всегда был только один человек!       — Какая-то она злая, — заметила Саша. — Ты уверена, что…       Я разочарованно опустила голову и зажмурилась. Я же просила… всего одно поручение…       — Она беспокоится, — сказала я. — Как настоящая Ториэль. Но возвращаться слишком опасно.       Я вышла из двора дома, идея по бордюру. Мое радостное настроение стремительно улетучилось. Теперь я была не одна, ведь Саша, так и не поев, чувствовала себя точно так же. И мы раздосадовано повернули назад. Путь к Ториэль закрыт. Доверять ей не стоит.       Несмотря на стоявший полдень, спать хотелось, как в очень долгую и трудную ночь. Антипустота высосала из нас все силы, теперь и голод сбивал с ног, а сонливость, с которой мы начали справляться за время заточения, стала совсем иной. Настоящей и непобедимой. Ведь теперь это организм требовал поспать, а не чуждый мир жаждал нас убить.       В итоге, остановившись возле чьего-то пустующего дома, мы сели.       Пока мы сидели и думали, что делать дальше, я пыталась хоть как-то привести мысли в порядок и вспомнить подробности того, как мы оказались здесь. Белая вспышка, шум… и мы уже здесь, в разных концах маленького городка монстров.       — Есть идеи? — тихо прозвучали слова. Я говорила шепотом, потому что сил оставалось мало. Я снова почувствовала себя пленницей мглы беззвездного космоса, в котором не существовало понятия пространства, времени и единения с реальностью. Даже хуже — теперь все было при мне, и потребности живого человека дали о себе знать.       — Ты что-то говорила? — Горлач, увлеченная собственными мыслями, не услышала мой вопрос. — Я просто… не услышала. Извини.       — Пофиг, — буркнула я, потерев глаза. Главное, не уснуть прямо здесь, у всех на виду. — У меня всего лишь странное предчувствие. Будто кто-то хотел, чтобы мы попали сюда. И кто-то привел нас в этот мир для… чего-то.       Мои размышления зашли слишком далеко. Мы понадобились очередному богу, и это вряд ли Тоби Фокс. Создатель этой АУ… если творцы такого типа вообще имеют власть над своими мирами. Паразитируя на славном «Undertale», подобные ему измерения с теми же персонажами и концепциями бывали либо хорошими, либо не очень. Об этой нам мало известно. Я вообще впервые бывала в АУ, Антипустоту не берём в счёт — её и вселенной назвать сложно.       Саша ответила уклончиво, говоря:       — Кому мы можем быть нужны?       — Вот именно…       Нам нужно отдохнуть, выспаться, принять душ, а Саше желательно еще поесть. Я-то продержусь, а качающийся кусок мяса, который разговаривает с пустым желудком, был не лучше пистолета без пуль. Вроде и есть, но совершенно бесполезный. И, увы, тяжелый. Грубая формулировка, не спорю. Но я сама чувствовала себя резиновым молоточком. На вид обычный, да сделать с ним ничего нельзя.       Поэтому мы нашли укромный уголок в чьей-то зеленой изгороди и, не волнуясь о том, что нас найдут, уснули.

***

      Мы проснулись затемно. Когда, найдя в себе силы, я открыла глаза, солнца не было. Ночь спустилась на город, и монстры попрятались в свои дома. Я посмотрела на спящую подругу — у неё с губы текла слюна, комар сидел на брови. Вот и подумала, прогнать кровососа или нет. Благо, не пришлось, сам улетел. Но Аню пришлось все равно будить.       — Доброй ночи, Книжная Звезда, — улыбнулась я, пару раз щелкнув пальцами перед закрытыми глазами, а потом просто крикнула в ухо. — Ау!       Аня распахнула глаза и достаточно бодро встала с земли. Рукой она мне залетела прямо в нос, и я сразу решила, что она это нарочно сделала. Встревоженно озираясь по сторонам, Юдина пыталась сообразить, где находится. А потом, когда память вернулась, она пошатнулась.       — Доброго ут… доброй ночи, — почесав укушенную бровь, сказала она.       Темное время суток оказалось идеальным для нашего передвижения. Ночь скрывала нас от чужих глаз, которых оставалось слишком мало на улице. Большинство монстров запрятались в свои дома, кто-то, судя по выключенному свету в окнах, уже спал. Мы шли быстро, все еще неуверенно, но я знала, что нас никто не тронет. Андайн точно устала от преследования двух людей, замаскированных под бомжей, и наравне со всеми отдыхает перед новым днем. Единственной нашей бедой оставались пьяницы. Их в городе почти не было, кроме одной вопящей парочки.       Различив их фигуры в ночи, я, подавив удивленный вдох, схватила Аню за рукав и потащила в укрытие. Мы спрятались за серой машиной, которую припарковали возле двухэтажного коричневого дома. Смех двух монстрих разносился по улице глухим эхо. Силуэты толстенькой кошки и её подружки, похожей на гавиала с анорексией, становились все отчетливей. Вот и Аня выглянула из-за машины и криво улыбнулась.       Кэтти и Брэтти, с которыми мы особо не взаимодействовали в игре, прошли возле нас. Полупустые зеленые бутылки в их руках бились друг о друга. Сами монстрихи круто качались из стороны в сторону, вопросом времени оставалось, когда они вырубятся. За их спинами виднелись городские часы       — Забавная встреча, — сказала я, когда те отошли. — Ну, вперед!       Мы побежали. Когда я обернулась на дом, возле которого пришлось прятаться, странное дежавю посетило меня. Сходства, как один в один. Двухэтажное коричневое здание с балконом и парой окон. Если бы сейчас праздновали Рождество, я уверена, без труда узнала бы этот дом. Жилище Папируса и Санса.       Пригнуться пришлось, стоило появиться зелено-коричневой библиотеке с элементарной ошибкой в названии. Присев на землю, я и Аня поползли, чтобы не попадаться на горящий свет из оранжевых окон. Теплом веяло оттуда, и единственным источником воздуха было одно открытое окно. Слабый осенний ветер, застудивший мне горло, проникал в библиотеку. Юдина привстала и посмотрела туда. Так, глазком.       Насторожил меня сначала стук клавиатуры. Кто-то, как я иногда, работал ночью. Не щадя ни глаза, ни нервы. Глядя на монстра, который сидел за столом и наверняка заряжался седьмой кружкой крепкого кофе, Аня перестала дышать. Лицо у неё побледнело, а когда она присела ко мне, я увидела в серо-зеленых глазах удивление. Любопытство подтолкнуло меня к тому, чтобы тоже встать, но Аня меня остановила.       — Только не кричи, ладно? — попросила она. Что же она увидела такого страшного? — Это… неожиданно. А нам лучше не шуметь.       Я кивнула, и мы вместе приподнялись. Теплый запах кофе защекотал ноздри, воздух, пропитанный и ароматом книг, приятно щипнул холодные щеки. Но блаженство было недолгим. Я увидела наконец того, кто сидел за письменным столом и что-то быстро печатал на стареньком компьютере. Из его пасти вытекали коричневые ручейки кофе, будто он и не пытался глотать. Скорее, грыз сами кружки и печенье в маленькой миске.       У меня перехватило дыхание. Я сразу узнала этот белый мех, этот азарт в маленьких черных глазках. Увлеченность историей, страсть к своему делу — это и делало собачку, которая была перед нами, материальной в мире игры. И в этом тоже. Я чувствовала, как скоро голова сдетонирует и разнесет этот город. Может… может, это не он? То есть, другой пес. Не бог.       Не Тоби Фокс.       — Срань господня… — мои глаза наверняка расширились до лунных размеров, и я, вцепившись в волосы, задрала голову. — Моя голова…       Пес повернул свою голову и приветственно тявкнул. Я даже и не знала, как реагировать. Как это так — мы в АУ, но перед ними сейчас Тоби Фокс? Или все же не он? Так почему я чувствовала от него ту необычно могущественную ауру, как в день нашего знакомства?       Это не какой-нибудь фальшивый аналог, нет — я уже знала, что он настоящий. Я снова смотрела на мертвеца, ведь, несмотря на жизнь в нашем мире, Тоби Фокс в моей памяти остался, как умерший. И его кровь была на наших руках.       Он снова тявкнул, но мы не осмелились пролезть через окно. Пес в один прыжок спустился со стула, замахал ухоженным хвостиком.       — Вы оглохли? — по-человечески прозвучал его голос. — А ну живо сюда!       «И тебе привет… маленькая пафосная хрень».       В результате мы прямо через окно ввалились в кабинет Тоби, совершенно не похожий на тот, что был в Водопаде — этот был чистый и аккуратный, со множеством вещей, а из другого окна я даже заметила припаркованную миниатюрную машинку, как из детских тележек в гипермаркетах.       Повисла тишина. Очень-очень напряженная, прям до мурашек. А потом собака подошла к нам, подпрыгнула и сделала самое безобидное, что может сделать с маленькими, беспомощными и несчастными детьми божественное животное — вцепилось в нос сперва мне, потом Ане, и вторая от боли собиралась даже отпихнуть от себя наглеца. Но Тоби впился клыками крепко. Его тело содрогалось в приступе истерического смеха.       Кажется, это он назовет местью.       Собакен налил нам чаю (и не спрашивайте, как). Я налетела на печеньки и попыталась усесться на маленький игрушечный стульчик, вежливо (или из мести) предложенный хозяином. Тоби молчал. Он строго смотрел на нас и на то, как мы с опаской тянемся к его печенью.       — Ты что-нибудь скажешь? — спросила Аня.       — Тяф, — фыркнул пес, ровненько сев на столе. — К несчастью, привет.       — Да поверь, мы радости тоже не испытываем, — буркнула я и зло отломила кусочек розового печенья. Какой у него странный вкус… — Но как ты тут оказался?       — А разве непонятно? — Тоби Фокс слизнул с одной из кружек капельку кофе, а потом зевнул, потянувшись. — Создал игру, наподобие прошлого мира. Ну и вот — я снова бог.       — Охрененный план, мужик. Так ты любишь АУ?       — Только свои. Остальные — дерьмо редкостное.       Я бы с ним согласилась. Большинство Альтернативных Вселенных были безыдейными или полностью переворачивающими замысел оригинального «Undertale». Только красивые, ламповые и действительно интересные измерения меня интересовали, и я защитила бы их в споре с создателем исходника.       — Тогда тебе не понравится то, что происходит в Подземелье, — заметила Юдина, попивая горький чай, от которого она, не сдерживаясь, морщилась.       — Я знаю, что этот очередной Сансовыродок устроил, — пес стиснул зубы. — Но я не буду указывать пальцем на виновников торжества! А сейчас, — он задрал голову и потянулся. — Прекратите задавать тупые вопросы и выслушайте мой рассказ!       — Мы все во внимании…       «Я уже хочу отсюда свалить».       — Именно я призвал вас, — начал Надоедливый пес свое историю, и с первых же слов я резко подняла на него упавшую от лени голову. — Но давайте по порядку. «Deltarune» — игра, которая вот-вот должна выйти в свет в реальном мире. Мы сейчас в ней.       — Ну, а как мы оказались здесь? — моя подруга нетерпеливо поерзала на месте.       Тоби грозно затявкал, его милые глазки налились радужной кровью.       — Заткнись и дай договорить! — прокричал он.       «Убить что ль его?.. Истеричка такая, так еще на нас орет…».       Пес выдохнул и продолжил.       — Дельтарун — мир-АУ, так что он совмещает в себе две черты: защищен от вторжения извне и при этом имеет связь с «Undertale» и, следственно, Антипустотой. Это и помогло мне выловить из Антипустоты двух людишек на грани гибели, то есть, вас.       — Ты это рассказываешь, будто уже придумал нам самоубийственную миссию, — заметила я. — Не поделишься?       Тоби фыркнул.       — Ваш ход рассказывать свою историю. А я посижу и послушаю.       Взамен мы рассказали об обстоятельствах в Оригинальном Мире Тоби. Говорили мы недолго, иногда приуменьшая значимость событий, иногда и вовсе выводя их из повествования. Даже упоминание Эррора и подобных ему «подделок» выводили пса из себя. Он часто дергался, высовывал язык, скалился, нарочно уронил миску с печеньем, когда узнал о судьбах Лодочника, Андайн и прочих.       После того, как ситуация разъяснилась, Тоби пояснил тему зацикленности мира. Что это? А вот это интересная тема.       — Поскольку я решил поделить историю на несколько частей, — говорил Тоби. — Игра ещё будем много раз дополняться новыми кусками истории. А значит, я сам буду перезапускать мир, чтобы проверять его целостность. Поэтому история с оригинальной игрой больше не повторится — сколько бы вы ни ломали историю, сколько бы ни нарушали закон вещей, даже если вы убьете всех главных героев — я смогу вернуть все вспять. Так что не волнуйтесь о том, что наломаете и здесь дров, а потом начнётся гражданская война.       К концу диалога у нас кипела голова, и Тоби решает: до начала сюжета игры три дня, и он может отправить нас к Гастеру этого мира. Зачем? Все же мы были неучами, каких поискать. Уставшими и ранеными неучами, которым бы по идее сейчас в школу ходить и всякие графики функций чертить, а не прыгать по другим вселенным и чаи гонять с их Создателем. Тоби с усмешкой заметил, что немного теории, чтобы не попасть в ещё одну такую историю об Антипустоте, нам обеим не помешало бы. А затем что? А затем — в Темный Мир. Да, нам пересказали в двух словах концепцию этого мира, хотя представить все это вот так, с ходу, было очень трудно. Суть вот в чем — население этого мира, народец темных, не являлся ни людьми, ни монстрами. Совершенно новый народ с уникальной магией, объединяющей в себе силы двух племен. Получился невероятный кластер с совершенно новыми свойствами. И если этот народ согласится помочь в войне за Подземелье… Это будет практически стопроцентная победа.       Как я относилась к этой затее? Конечно, понимала, что авантюра невозможная. Склонить целый народ к помощи? Каким образом? И как много у нас времени? Но… Выбора у нас особо и не было.       С инструкцией по нахождению ученого Тоби Фокс выгнал нас уже на рассвете.