Безумные фикрайтеры в Подземелье, или как монстров мучают спойлерами 2: Темная сторона горы

      Когда не осталось надежды на спасение, резкая вспышка озарила темное помещение, и Чара исчезла. Потом — только безумие без гравитации, прыжок на пол и бесплодные попытки разума воспринимать реальность такой, какая она есть. Я все еще была на волосок от смерти, скованная темнотой Реальной Лаборатории, и только слабая надежда заставляла меня тащить эту чертову машину.       — Детки мои… — я тупо поморгала, глядя на Ториэль отсутствующим взглядом. Святослав позвал её, держа дрожащую Дашу на ногах. А я не могла вспомнить, когда в последний раз так боялась: это был привычный страх или нечто большее? Неужели моя смерть была так близко?       — Мне не нужна помощь, спасибо, — вспомнила, как говорить, и оттолкнула от себя Асгора. Ну, как оттолкнула — сама оттолкнулась и едва не рухнула без сознания. Правильным решением тогда казалось только уйти. Мои друзья, видимо, держались того же, и никто ничего не сказал. А может, я просто не услышала оклика, так как была оглушена пугающей тишиной. Чара периодически мелькала передо мной, отвратительно знакомая, но пустая и жестокая лишь потому что так задумано изначально. Она была не жива и не мертва. Это была программа, образ, видение.       Комната поняла меня, и я с радостью рухнула в объятия несвежих одеял. Теперь я увидела неидеальность даже такой святыни, как кровать — много крошек, мои выпавшие волосы, одна дохлая муха и пятна, которые сделали одеяло грубее, а подушку жестче. Я без радости упала, приняла сидячее положение и задумчиво уставилась на свои руки. Уже через секунду я зажала между пальцами ватки, пластыри и пузырьки с дезинфицирующими средствами.       На коже остались синяки и ссадины от холодных углов, серая грязь покрыла остывшие ранки, а на пальцах я видела синие вздутые пятна, напоминающие отеки. А так как я немного знала о медицине, в первую очередь решила все это дело промыть и избавиться от возможного заражения. Правда, израненные пальцы дрожали и немели, и мокрые ватные диски падали на пол, а пластыри свертывались. Я чувствовала Чару у себя за спиной и будто затылком видела, как она проходит через Дашину защиту — ей нипочем любые препятствия, и когда она доберется до нас — это лишь вопрос времени.       — Привет, — Саша села на мою кровать. Дверь в комнату была закрыта, и я почему-то подумала, что она умерла, прошла сквозь стену и теперь хочет предложить уже упокоиться. — Помочь?       — Нет, — сказала я, туго обтягивая мизинец пластырем. — Ты сама себе помочь не можешь, так что…       Саша с каменным лицом взяла пластырь, громко оторвала от бумажки и приклеила к царапине на лбу, которую я получила, встретившись с рогами машины по выкачиванию Решимости. Я подпрыгнула и схватилась за голову.       — Ты не могла предупредить?!       — Прости, — она также спокойно взяла синюю бутылочку с йодом и с отвращением принюхалась. — Ох… тебе однозначно поможет прийти в себя, понюхай!       — Я не намерена выслушивать твои шуточки… — я не злилась, просто очень устала. Самым последним я позвала бы Сашу, чтобы она вытрясла из меня последние крохи здравомыслия выкуриванием йода. — Оставь…       — Милая, — приторным голосом прошептала девушка. — У меня, если ты не заметила, два пальца перебинтовано, — с этими словами она показала мне завернутую в белые бинты чистую руку — первый и третий пальцы были крепко обтянуты тканью и мощно пахли всякими препаратами. — И я — нихера себе! — не пренебрегла помощью. А теперь руки на колени, я буду тебя лечить.       Пришлось смириться и сделать, как сказала подруга. Она ловко забинтовала большой палец, чтобы опухоль быстрее прошла, и зачем-то вставила вату мне в нос. Судя по выражению лица, с которым она это сделала, ей показалось это смешным. Саша сразу взялась за спирт, потрясла его, оторвала еще кусок бинтового рулона и взглянула на мой порванный рукав, под которым уже скопилась кровь. Мне пришлось выпрямить руку, чтобы она смогла сорвать лоскуты и нормально осмотреть повреждение.       — Ну? — спросила я.       Она потыкала пальцем по здоровой плоти, но даже это причинило колющую боль. В меня словно вонзились змеиные клыки.       — Я могла бы позвать Ториэль и Яростную. Они стали бы спорить, что стоит сделать — потратить часы на то, чтобы зашить, или просто прижечь, заставив тебя потерять сознание от боли, — прокомментировала Саша. — А я могу потратить всю ночь на то, чтобы выудить оставшиеся нитки из твоей раны, железные осколки, потом все это…       Я напряглась, и кровь потекла еще сильнее. Со страхом я взглянула на Сашу, которая улыбнулась собственной шутке. Поняла я, что она шутит, слишком поздно. Она уже облила все это дело обильным потоком спирта и другой жижи — не разбираясь в медицине, она решила залить все и сразу, чтоб наверняка. У меня проступили слезы и пот на лбу, но я выдержала испытание.       — Ничего серьезного, — призналась Горлач. — Ну, я так думаю. А я, вообще-то, не твой врач…       Она сделала три быстрых оборота вокруг моего плеча и замотала концы в очень крепкий бантик.       — Вот и все, — я подвигала рукой, радуясь, что все кончилось. — Спасибо.       — Потом загляни к врачу, — попросила Саша. — Я не уверена, что сделала все правильно, но это «все» — единственные мои знания в области медицины.       Я позволила себе ухмыльнуться. Жжение из-за спирта было невыносимым, и мокрые бинты вонзались в рану, словно кошачьи когти. Кровать теперь была похожа на место преступления: кровь, порванная ткань, перочинный ножик — если бы меня не было в комнате, а дверь была бы открыта, кто-то поднял тревогу.       — Ты такая молчаливая, когда ранена. Словно труп лечила.       — А ты такая разговорчивая, будто близкая — смерть, лучшее, что с тобой случалось.       Мы помолчали. В попытках не думать о сказанном, я решила погадать, что же находится в Реальной Лаборатории. Что мы нашли? Неужели и вправду Код? Это объяснило бы еще более яростные атаки Чары, но не понятно, почему именно под машиной по выкачиванию Решимости. По записям в книге Тоби Фокса можно понять, что он хотел очень хорошо спрятать Код. Зачем прятать его в месте, которое точно известно игрокам?       И если Тоби хотел спрятать вход в это место, то, что там находится? Как выглядет информация о Мультивселенной во плоти?       Храп стоял громкий. Потом слышу — толчок. Открываю глаза.       Саша прижималась ко мне, борясь с могущественными чарами сна.       — Я обещаю, что буду заходить на Обратную Сторону до тех пор, пока не найду этот чертов Код, — сказала она, но я слышала в пол-уха. Тогда в голове крутился лишь один вопрос: ей так важна эта клятва, раз она решила разбудить меня, или Саша на сонную голову просто захотела сказать какую-то бессвязную речь?       — Я тебе верю, — сказала я и, больше не чувствуя боли, снова уснула. Теперь меня точно никто не разбудит…       Вы слышали о феномене, когда после страшного сна ты просыпаешься, но ужас от увиденного так плотно прилип к тебе, что, кажется, всосался в кожу?       Я ощутила целый спектр страха, открыв глаза в темном, просторном месте. Мои ноги увязали в песке единственного островка света посреди океана мглы, тяжелые тени тянулись к лицу, стремясь отобрать единственное, что я взяла в этот сон — способность соображать, отличать вымысел от реальности. Я вздохнула и удивленно поняла: «Эти Руины такие настоящие, что даже пыль забивается в ноздри». Да, это были Руины — то было видно, когда тени рассасывались, обнажая фиолетовые облупившиеся кирпичи, зеленый плющ, обвивший столбы, и знакомый проход к тарелке с конфетами. А еще… здесь были призраки, сверкавшие разноцветными огнями, будто северное сияние.       Мика вступила в сону яркого белого света, и теперь наши лица едва не соприкоснулись — мертвый, но до сих пор живой блеск её глаз ледяным когтем царапнул сердце, и я почувствовала злость. Вот они: Мика, Джейсон, Лиззи, Майкл… все шестеро. Когда я осознала, что стою в окружении молчаливых призраков, помимо гнева меня охватил и страх. На кожу веяли слабые потоки ледяного ветра, после чего на руках и затылке проступали легионы мурашек, запах неживого и призрачного стискивал горло.       — Привет, Ань, — серьезный взгляд Мики потеплел, и она дружески положила руку на мое плечо. Я была так удивлена, что не смогла смахнуть её холодную ладонь. — Прежде чем ты придешь в себя, я должна извиниться за долгое молчание. Прости…       Я отошла, стряхивая оцепенение и холод, сковывавший мышцы ног.       — Прости, — повторила Мика. — Когда вы вернулись в Подземелье, я сразу узнала, о чем ты думаешь, и побоялась приходить. Я знаю, что ты ненавидишь нас — а особенно меня, — считая, что мы вас слышали в Антипустоте и просто не пришли. Но это не так…       — Я тебе не верю, — сорвалось с моего языка. — Я никому больше из вас не верю.       Джейсон беспокойно переглянулся с Тиной, хотел было выступить вперед, но Майкл и Молли стиснули его руки с обоих сторон. На долю мгновения жалость к призракам охватила меня. Было желание извиниться за сказанные только что слова, ведь они столько раз спасали нас. Я никогда не забуду, как Джейсон вытащил меня из воды и отдал последнии частички силы, как часто Мика являлась ко мне и помогала добрым словом. А еще духи были жутко мстительны и требовательны — иногда создавалось впечатление, что они требуют от нас, простых смертных, невозможного.       — Даша рассказала, что Лиззи навещала её в Чертовой Дыре, так что мешало, если не в Антипустоте, то в Темном мире явиться нам? — меня было уже не остановить, и мой голос становился все громче. — Неужели так трудно хоть на мгновение появиться и навести на правильный путь? Мика? — не сдерживая слез, я взглянула на девочку, предавшую меня. — Я говорила с тобой. Я нуждалась в тебе, потому что в Антипустоте невозможно не сойти с ума, будучи живым, а в Темном мире было все так незнакомо и странно…       — Я не слышала тебя, — тихим голосом сказала Мика. — Антипустота и Темный мир находятся слишком далеко от этой вселенной, и путь туда нам закрыт.       — А после?! — визгливо спрашивала я. — После этого, почему не пришла? Мы сражались с Эррором — опять! Мы потеряли друзей — опять! Но тебя не было, никого из вас!       — Мы не были вам нужны, — призрачная девочка не выглядела сильно расстроенной, обескураженной и виноватой. Голос у неё дрожал, а глаза блестели чем-то похожим на раскаяние, но только это и выдавало настроение Мики. — Это был ваш путь, и он должен был закончиться без вас. Теперь настало новое приключение, но не бойся, — она снова положила руки мне на плечи, переползла на щеки, словно нащупывая под покрытой мурашками кожей осязаемый страх. — Теперь мы снова вместе: Свят и Майкл, Даша и Лиззи, Саша и Джейсон, ты и я.       Майкл подошел к Мике с серьезным, непроницаемым желтым лицом и сверкающими как два солнца глазами.       — С открытием Обратной стороны появился реальный шанс закончить войну, — объявил он. — Ваш задача только не профукать шанс, а мы последуем за вами, даже если после этого развоплотимся.       Я недоуменно уставилась на него.       — Майкл хочет сказать, — начала Мика. — Что нам очень больно от того, что ты чувствуешь себя брошенной. Это, видимо, ощущают и твои друзья — вернувшись, и они подавали знаки тревоги, и пытались к нам обратиться.       — Как мы можем закончить войну, если даже не знаем, что от нас требуется? — спросила я. Злость и обида утихли, оставив меня одну против всего страха, накопившегося за эти месяцы. Страха не вернуться домой, страха еще сильнее накосячить и потерять новых друзей. По воле судьбы Блудник вернулся к нам, но надолго ли? И сколько, с учетом того, что Эррор до сих пор существует, проживут Крис, Сьюзи и Лансер?       — Для этого нужно закрыть три печати, которые вы сломали, — заговорил Джейсон из-за спины Мики. — Чтобы никакая погань вроде Эррора не проникла в центр Мультивселенной. Ты понимаешь, о чем я?       Тоби… Чара… Фриск…       Три печати: протагонист, антагонист и Создатель. Тот, что все сделал, и две противоположенные, но главные роли в придуманном Создателем произведении. Каждый был зависим друг от друга, и со смертью одного, слабели остальные. Живот скрутило от страха, и мне даже захотелось стошнить на пол, когда я вспомнила, что же мы натворили. Чему я дала случиться…       Значит ли это, что надо вернуть их? Наверное, барьер между мирами вновь окрепнет, и порталы закроются. Они не будут наслаиваться друг на друга, удивительным образом искажая собственное пространство в виде «кротовых нор». Это понятно, но как…       — Как это связанно с Кодом? — мой вопрос прозвучал в темноту, потому больше никого рядом не стояло. Потом я поняла, что снова лежу в кровати, открыла глаза и крупно вздрогнула — даже теплая пижама не спасала меня от сверхъестественного холода, оставленного прикосновением Мики и воображаемыми Руинами. Серые лучи сонно и неохотно пролезали в окно, самыми первыми в очереди настающего рассвета. Саша калачиком свернулась на полу, и её силуэт выдавала только рыжина. Но её присутствие не спасло меня от гнетущего чувства одиночества.

***

      Дефибриллятор показывал удивительные результаты: сердцебиение было похоже на высокие пики гор, что, как я думал, значило: «Даша пиздец как напугана». Прошло много времени, пока горы не рухнули, и остались спокойные, медленные холмики, острые, как ежовые иглы. Дыхание выровнялось, а грудь прекратила раздуваться, как воздушный шар. Страх ожидания я пережил не один — за спиной у меня сидели верные друзья. Концом когтя Яростная подцепила прилипшие ко лбу полоски волос и убрала за ухо Даши, Блудник пододвинулся к ней и вздохнул.       — Что это вообще было? — спросил он тогда.       Но никто, кроме самой Кравцовой, не смог бы ответить.       Так мы собирались несколько раз, и в какой-то момент к нам присоединялись разные монстры. Сегодня, к примеру, Страж — не приятной наружности, зато добрый внутри монстр. А еще он чокнутый. В данный момент он играл с Дашей в шахматы, и та явно поддавалась, настолько неумело играл лидер Клана джет. Игра приносила обоим удовольствие, и я, и Блудник с Яростной могли просто любоваться, как друзья весело пожирают фигурки друг друга. Темми дрыхла на четвертом стуле.       — Ты такой напряженный, — шепнул на ухо Блудник. — Старина, что случилось?       Я позволил себе гордо улыбнуться.       — В следующий раз отправляют меня. Думаю, как сказать об этом Даше… сам не знаю, почему не могу сразу. Наверное, ей бы не хотелось снова услышать про Обратную сторону.       — Скажи, идешь, чтобы навалять этой суке из компьютера, — подсказала Яростная.       — Она обрадуется?       — Нет, но испытает облегчение.       В это время Страж неудачно установил ферзя, и его запросто могла сломать какая-то черная пешка, но Даша сделала вид, будто не увидела этого, и сделала другой ход. Страж рассказывал ей разные истории из жизни Чертовой Дыры, то и дело засовывая руку в тень капюшона. Он рассказывал, как попаданцы выращивали свою первую пшеницу, как боролись за территорию и обнаружили источник жизни — вся пещера кишела странными созданиями, которых мутировавшие люди принимали в пищу.       — Однажды, — полушепотом говорил монстр. — Тринадцать лет назад, когда оба клана были одним целым, мы с Малиной… кстати, помнишь Малину? Да, того здорового медвежонка с кристаллами прямо из тела! Кхм, в общем, отправились мы с ним, как я помню, в лес. Известные нам растения росли странно, еще страннее реагировала магия некоторых наших друзей. Это была моя первая экспедиция так далеко от границ первого города новой цивилизации. Мы хотели найти Хэртстоуна, земля ему пухом, когда тот вдруг взял и решил снова стать лесным эльфом. Я ему сто раз объяснял, а Жрица и того больше — братец, ну какой ты теперь эльф?..       — А можешь побольше рассказать про монстров из своего клана? — попросила Даша, вгоняя Стража в ступор своими щенячьими глазками. — Про Меткую например. Почему она пьет? И кто этот Бесконечный, который терпит её часте визиты в свое заведение?       — О, Меткую я знаю также давно, как Малину и Чернику. Имя у неё, кстати, подобрано правильно, — даже под капюшоном виднелась улыбка Стража. — Она одна из самых лучших лучниц во всей Чертовой Дыре! Надеюсь, Хэртстоун, земля ему опять пухом, не обиделся.       Они говорили и говорили, и я, полностью отключив сознание, встал со стула и вышел. Потом расскажу Даше. Сейчас пусть отдыхает вместе с болтливым безумцем и дремавшими друг на друга Блудником и Яростной, ведь они очень быстро уснули под интересные истории Стража.