Часть VI. Глава 16. Обрати время. Свят - Аня
21 октября 2022 г., 14:00
Гул и свист ветра из портала утих. Настала воистину мертвая тишина. Лишь вода в Черном озере немного всколыхнулась и быстро утихла, такая же тяжелая, как и всегда. Я медленно выдохнул. Колени дрожали, как у ребенка, учащегося ходить. В победу просто не верилось. Столько месяцев почти бесплодной борьбы, столько жертв, столько усилий — и все ради того, чтобы все закончилось вот так быстро. В одной битве. Конечно, предстояло еще отбить у остатков войск Эррора Новый Дом и Поверхность, но без глюков, призываемых Эррором, Империя знатно поредеет…
«Так, попридержи коней», — сказал я себе. Рановато думать о будущем. Но черт возьми… мы победили. Победили.
На подламывающихся от усталости и прилива эмоций ногах я побежал к тому месту, где, как я помнил, стояла Саша. Аня уже приземлилась рядом с ней — мне показалось, что она скорее падала, чем парила. Найдем Дашу и все будет в…
Порядке.
Я остановился. Саша выглядела ужасно растрепанной, копна рыжих волос была в полном хаосе. Аня стояла рядом и смотрела в одну точку. Я проследил за ее взглядом и почувствовал, как все внутри меня треснуло.
Яростная лежала на земле, безвольно опустив явно сломанную руку. На земле была едва заметная полоса — видимо, кошка отползла в сторону. Рядом сидел на коленях, выронив оружие, Лохматик. А перед ним лежала крохотная фигурка в луже собственной крови.
У фигурки были темные волосы.
«Что произошло?» — хотел спросить я, но когда открыл рот, то почувствовал, что не могу вымолвить ни слова. Горло не пересохло, язык шевелился, но с губ не слетело ровным счетом ничего.
Нет, быть не может, просто не может. Мы ведь… мы ведь победили Эррора. Как она может быть мертва? Она не может, нет. Это ведь не смертельная рана, она просто потеряла сознание, верно? И вся эта кровь вокруг — не ее. Яростной. Не может быть ее.
— Я… я не… — донеслось до меня тихое бормотание. — Это не я. Не мог быть я. Даша… Даша, чтоб тебя…
Лохматик дрожащей лапой потянулся к телу, к глубокой ране на спине. Но я видел его лапы. Видел его топор. И мое тело двигалось будто бы само по себе, когда я метнулся вперед и резко, сильно отбросил лапу Лохматика в сторону.
— НЕ СМЕЙ! — взвыл я, не ведая, что несу. Я смотрел на того, кого столько раз называл своим другом. В его глазах стремительно сменялись страх, боль, паника, вина, обида…
— Свят, я был под контролем, я не знаю… Пожалуйста, не смотри на меня так, — лепетал Лохматик, но я видел, что он и сам не верит собственным словам. — Прошу…
Я не дал ему договорить. Сжал кулак до белизны в разбитых костяшках и ударил.
А затем еще раз.
Лохматик не сопротивлялся. Мои мышцы были закалены сотнями тренировок и испытаний, мне не составило труда опрокинуть его и прижать к земле.
Я бил.
И бил.
И бил.
Не кричал и не обвинял, просто наносил удары, настолько сильные, что мои кости едва не выбивались из суставов. Не остановился даже когда из пасти и кривого носа чудовища полилась густая темная кровь. Не остановился когда Яростная заорала на меня.
Он убил ее. Он. Ее. Убил. Лезвие его топора, которым он перебил ей позвоночник, было в крови. Его лапы, которыми он вяло пытался оттолкнуть меня, были в крови. Он коснулся меня, и теперь кровь покрывала мою куртку, быстро пропитывала ее, обжигала кожу.
— СТОП!
Я не переставал. То ли дышал, то ли хрипло рычал, и на каждом выдохе наносил новый удар. Хотелось выбить из его тела жизнь и отдать ее в обмен на жизнь Даши.
— ПРЕКРАТИ!
Хруст где-то в черепе Лохматика.
— СВЯТ!
Меня резко отдернули от него. Я вцепился в шерсть, но даже в своей ярости я уступал силам души Саши. Она буквально отодрала меня от Лохматика одной рукой. Я перевел взгляд на нее, смутно осознавая, насколько безумным я сейчас выгляжу. И этого взгляда хватило.
Саша держала меня лишь одной рукой, потому что другой крепко держала повисшую в ее хватке Аню. На нее было даже смотреть больно. Она то ли рыдала, то ли уже давно провалилась в обморок и почему-то забыла закрыть глаза.
И лишь Саша была в своем уме. Ее взгляд был тверд, словно льды в самых глубинах Арктики. И держала она нас обоих крепко.
Держала она. А должен был я. Я должен был быть опорой для девочек, если что-то случится, но сейчас именно Саша держит нас на краю пропасти. Что же я творю?
Поняв, что я перестал сопротивляться, Саша медленно отпустила меня. Так же медленно и осторожно, но твердо она обняла Аню и прижала к себе.
Я не знаю, сколько времени прошло. Я стоял и смотрел на черную воду озера, которое еще так недавно вздымалось и бурлило под властью Ани и Саши. Теперь в это с трудом верилось.
— Соболезную вашей утрате, — раздался совсем рядом голос Инка. Я вздрогнул. Он стоял всего в паре метров от меня — как всегда, возник неслышно. — Я знаю, что она много значила для вас.
Сам Инк выглядел потрепанным — кисть топорщилась, на виске была небольшая трещинка. Но глаза… глаза горели лазурью и золотом. Он был в полном восторге. Он победил — и это главное.
Хотелось заорать на него, хотелось обвинить во лжи. Сказать, что ему на самом деле плевать на жертву Даши. На нашу общую жертву ради этой идиотской победы. Подлый лицемер, которому нет дела до своих пешек. Хотелось сказать так много. Но я не сказал ничего. Лишь молча отвернулся и хотел уйти в сторону, но пошатнулся и осел на землю. Ноги больше не держали.
— Может, она еще с нами? — пробормотал я, прекрасно понимая, насколько жалко выгляжу. — Сань, ты ведь рассказывала, как вы были призраками после того, как вас убила Фриск. Может, на этот раз все то же? Мы просто не видим ее, а если перезапустим… Девочки, не молчите.
Но обе молчали. Аня перестала висеть на Сашиных руках и теперь стояла, пусть и покосившись, а Саша смотрела на меня так, будто я совсем безумен. Но ведь я говорил то, что думал. Даша в самом деле может быть призраком, может быть где-то рядом. А может, она в Коде, в той жуткой туманной его части. Играет в «города» со Жрицей и остальными. Нужно лишь сделать откат и…
— Свят, — тихо сказал Инк. — Ты ведь помнишь условия договора. Перезапуска не будет. Мы победили Эррора — и не можем потерять эту победу.
— Но…
— Никаких «но», — голос Инка прозвучал резко, но потом он смягчился и сказал уже спокойнее: — Поверь, чем быстрее ты примешь это, тем лучше будет.
Я ничего не ответил, да от меня и не требовали ответа. Я понимал, что сейчас начнется моя нелюбимая часть любого сражения. Та, в которой все уже закончено, и победителям остается собирать с поля боя трупы, возвращаться домой, смывать кровь и бинтовать раны.
В любом случае, моё вмешательство здесь больше не требовалось. Я молча наблюдал за тем, как Инк открывает портал в Оригинальную Вселенную — прямо на базу Альянса. Оттуда, уже наготове, выбежала группа поддержки — несколько медиков и двое громил, готовых в случае чего отнести кого-нибудь на место. Один из них поспешил к телу Даши, но я встал и жестом приказал ему отойти.
— Ты не сможешь её нести, — сказала Яростная. — Ты и на ногах не держишься.
Я молча встал и упрямо зашагал к телу. Покачнулся и замер — перед глазами расплывались круги, словно в луже бензина, а в ушах звенело.
— Я смогу, — тихо сказал Туманник, касаясь моего плеча. Я почти не почувствовал его прикосновения. — Не волнуйся. Я буду осторожен, правда.
Его взгляд был таким понимающим, таким спокойным и сопереживающим, что я невольно содрогнулся. И сделал шаг назад, уступая ему место. Туманник знал, каково это — терять ту, о ком заботился больше, чем мог осознать. Ту, кто был тебе и надёжным другом, и боевым товарищем, и любовью.
«Ты так и не успел понять этого, — бормотал внутренний голос. — Сказать этого»
Словно мои слова могли что-то изменить. Словно это вообще имело значение.
Туманник бережно поднял тело. Его куртка быстро пропиталась кровью. Я подошёл и всмотрелся в лицо Даши. Оно не было расслабленным или безмятежным, как описывают лица умерших в книгах. Брови были чуть сведены, губы замерли в нерешительном подобии улыбки. Глаза были открыты. Туманник, коротко взглянув на меня, провел рукой по её лицу и закрыл их.
Саша подошла ко мне и взяла меня за руку. За другую руку она держала Аню, уже пришедшую в себя и смотревшую на меня более осмысленно. Туманник кивнул всем нам. Я видел, что Яростная и неуверенно переминающийся с ноги на ногу Лохматик тоже были неподалёку. И мы вместе покинули Чёртову Дыру, унося вместе с собой скорбь и память о битве, что здесь произошла.
***
Медленный глубокий вдох. Пауза. Выдох. Нечто внутри меня яростно билось об стенки черепа, истерично вопило, словно обезумевшая банши. Вот только обычно банши предвещали смерть, а не реагировали на нее. Я хихикнула. Пальцы болели — я мяла их и хрустела всем, что может хрустеть. Вокруг пахло солью, электричеством и чем-то подозрительно похожим на подгоревшее мясо. Я продолжала глубоко дышать, пытаясь подавить этот отвратный визгливый голос в голове. Все будет нормально. НЕ БУДЕТ. ОНА МЕРТВА. МЕРТВА. МЕРТВА, ТЫ СЛЫШИШЬ? Мы разберемся со всем, когда вернемся на базу. ПОТОМУ ЧТО ТЫ ХУЕВАЯ СЕСТРА. ТЫ НЕ УБЕРЕГЛА ЕЕ. Яростной нужно побыстрее наложить шину. ЕСЛИ БЫ НЕ ТЫ, ВСЕГО ЭТОГО ВООБЩЕ БЫ НЕ БЫЛО. НИКТО БЫ НЕ УМЕР. ТЫ НАЧАЛА ЭТО. Саша держит меня за руку. Как-то неловко, я чувствую, что она мокрая от пота вперемешку с кровью. ЭТО. ВСЕ. ТВОЯ. ВИНА. В груди слишком мало места. Все болит. Может, ребро сломано? Нет, все цело. С каждым новым воплем в голове я чувствовала, как делать глубокий вдох становится все труднее. Словно все эти дыхательные техники — какая-то идиотская и несмешная шутка, издевка, которая толкает меня все ближе к краю. Почему все говорят, что это помогает? Перед глазами все плывет. Я широко распахнула глаза, надеясь, что слезы высохнут прямо в глазах, но предательская капля все равно сорвалась вниз. А за ней вторая. Третья. Они текли по грязному лицу, смывая песок и кровь. От них мелкие царапинки начинало противно щипать. Мы прошли через портал. Перехода я почти не почувствовала. Я старалась держаться за ощущение Сашиной руки, сжимающей мою ладонь, но собственная кожа казалось такой грубой, а пальцы непослушными, что все ощущения будто бы стирались. На базе все взрывалось от громогласных «Ура!» и топота. Нам аплодировали и свистели. Те, у кого были шапки, подбрасывали их вверх, у кого не было — те подбрасывали друг друга. Лишь часть монстров как-то неуверенно умолкла, увидев тело на руках Туманника, но радость толпы было невозможно остановить. За визгами толпы едва слышны были крики обезумевших тварей Эррора — я подняла голову и увидела, что они мечутся под сводами пещеры, словно петухи, которым отрубили головы. Но всем было плевать, все были счастливы. Слишком громко. Слишком ярко. Саша отмахнулась от врачей и потащила меня за руку к углу двора. К тому месту, где еще недавно сидели мы вчетвером. На старом столе лежал Надоедливый Пес. — Я знаю, что вы хотите спросить, — тяфкнул он ещё до того, как Саша открыла рот. — Она… — Я не знаю. — Ты ведь бог, как ты можешь этого не знать? — Саша криво улыбнулась. — Ты ведь должен это почувствовать или вроде того… — Этот мир все ещё сломан, — сказал Тоби. — Я не могу знать в нем всего. Раньше я точно знал, что случается с вашими душами после смерти, но теперь… Единственное, что я знаю — это то, что её нет среди призраков. Я бы увидел её. — А в нашем мире? Когда мы вернёмся домой, она ведь будет порядке? — со слабой надеждой спросила она. Тоби покачал головой. — Не знаю. Не знает. Никто не знает. Наше первое путешествие в Подземелье было игрой, проделкой всемогущего бога. В играх никто никогда не умирает по-настоящему. Но в этот раз никто не мог сказать, какими мы вернёмся домой. Сохраним ли на своих телах шрамы, которые получили в боях. Вернётся ли Даша к жизни и будет ли она вообще собой после этого. Если мы вернемся, а Даша не воскреснет… что я скажу ее родителям? Что я скажу ее младшему брату? Как объясню бабушке, почему ее любимая внучка отправилась ко мне в гости на День Рождения, а домой так и не приехала? Заботливая рука пухленькой крольчихи, бывшей когда-то торговщицей в Сноудине, убрала волосы с моего лица. — Пойдём, малышка, — мягко сказала женщина. — Тебе нужно поесть и отдохнуть. А потом ко мне подошла Фриск. Оригинальная Фриск. Она выглядела уставшей, Чара стояла рядом, будто была готова в случае чего подхватить ее. Девочка положила мне руку на плечо и что-то произнесла, но я не услышала ни единого слова. Фриск обеспокоенно посмотрела на меня и отвела чуть в сторону, словно ей показалось, что меня контузило. В полуразрушенном здании рядом радостные вопли были не так слышны. — Ань, ты как? Ответь, пожалуйста, — Фриск обеспокоенно смотрела на меня. — Кукуха как, на месте? — добавила Чара. А я… не могла дышать. В голове всплывали слова Свята о том, что Дашу можно спасти. О том, что мы могли бы перезапустить. Переиграть все. Вернуть ее. — Ань, что ты… — забормотала Фриск. Я поняла, что крепко сжимаю ее плечи. Дыхание сбилось. — Ты ведь… — я едва не испугалась своего собственного хриплого голоса. — Ты ведь теперь можешь сделать перезапуск, верно? Фриск замерла и побледнела. Я почувствовала, как ее мышцы под моими ладонями все сжались и напряглись, словно она готова была вот-вот рвануть бежать. — Можешь ведь? — просипела я. Меня начинала бить крупная дрожь. — Я не сделаю этого, — девочка замотала головой. — У нас ведь уговор. Никаких перезапусков. — Ты не понимаешь, — я дерганно замотала головой. — Ситуация вышла из-под контроля. Мы не знаем, сможет ли Даша вернуться с нами в реальный мир. Она может умереть здесь навсегда. — Ей нужно было быть осторожнее в битве, раз уж она позволила себя убить, — резко сказала Чара, хватая меня за запястье и оттягивая руку. Я отпустила Фриск и посмотрела на нее. Слова душили, застревали в горле. — Как ты… смеешь вообще такое говорить? — просипела я. — Тебе хорошо, вы просидели всю битву в безопасности. А мы все едва не погибли. Она погибла. Этого не должно было случиться. — Ань? Ты чего тут… — за моей спиной раздался голос Саши. Я обернулась — рядом с ней стоял похожий на призрака Свят. Я на секунду осознала, насколько безумной и загнанной сейчас выгляжу, насколько сильно меня трясет. Сжатые в кулаки руки, тяжелое дыхание, растрепанные падающие на лицо волосы. Но контроль было уже не вернуть. Этот ком в горле нужно было либо проглотить, либо выплюнуть. По лицу текли слезы. Дышать было нечем. Я забормотала что-то невнятное, и Саша подошла ближе. — Ань… — Что «Аня»?! — взвизгнула я. — Чего «Аня»? Я предлагаю нормальный вариант. Мы перезапустим и начнем все с нуля. Да, Эррор вернется из Антипустоты… — Но… — …но воскреснут и другие! ВОСКРЕСНУТ ВСЕ! Ториэль, Асгор, Охотник, Крыло Ворона, все остальные… Они все вернутся! Мы переиграем все с нуля и опять победим! Да и Тоби нам поможет, ему перезапуск точно пойдет на пользу. Только представьте — все с самого-самого нуля. Без всех этих идиотских операций, шрамов и тактик. Заново. Все заново. И Даша тоже будет жива. Я с мольбой посмотрела на Свята. — Неужели вы этого не хотите? Он посмотрел на меня. Взгляд был потухший, кажется, вот-вот появится эта жуткая белая пелена, как на глазах мертвецов. То, как он посмотрел на меня, было трудно хоть как-то описать. Он открыл рот, но ничего не сказал — лишь слабо-слабо кивнул, отведя взгляд. Но Саша колебалась. Она смотрела то на меня, то на Фриск. Удивительно, что в этот момент она казалась самой рассудительной из нас. Обычно эту роль брали на себя мы со Святом. Я не выдержала и булькающе рассмеялась, водя обгрызенными ногтями вдоль предплечий, словно пыталась поцарапать себя. — ДА ЛАДНО, ХВАТИТ ТЕБЕ! Ты ведь тоже хочешь этого! — я резко развернулась и встряхнула Фриск. Она не сопротивлялась. — Давай, перезапусти. Найди свой самый старый файл сохранения. Найди его. Верни нас назад. Всех… — Я… — Или тебе опять насрать? Опять тебе лишь бы разрушить эту идиотскую петлю, опять тебе лишь бы не перезапускать заново? Опять делаешь вид, что сочувствуешь, а потом что? Устроишь второй Геноцид? Тогда тебе точно никто не будет мешать. Никто не будем бесить своими просьбами. Да?.. Я трясла ее, чувствуя, как мышцы сводит судорогой от перенапряжения. Но остановиться не могла. Не чувствовала рук Саши и Чары, вцепившихся в мои плечи в попытках оторвать от девочки. А Фриск… Я не видела Фриск такой ни разу за все наши путешествия. Она была бледной и худенькой, совсем маленькой по сравнению со всеми нами. Будто загнанный в угол зверек. То, что произошло дальше, я до сих пор с трудом могу вспомнить. Все произошло слишком быстро, в одно движение. Фриск выхватила кинжал, висевший у меня возле бедра и разрезала плоть. Нет, не мою. Свою. Воспользовалась моим замешательством и сделала все быстро, словно давно уже решилась. Ярко-алая артериальная кровь полилась по грязному свитеру, хлеща из рассеченного горла. Послышался мерзкий, тошнотворный «глл-бульк», с которым воздух покидал тело через новое отверстие. Девочка упала на каменный пол и, сделав еще несколько коротких вдохов, замерла. Перезапуска не последовало. Да я и знала, что Фриск не обязательно умирать, чтобы найти свой файл сохранения. Нет. Это была самая обычная смерть. Мы все молчали, боясь даже пошевелиться, не имея ни малейшего понятия, что делать. Я чувствовала слабость. Ноги подкосились, и я упала, прислонившись плечом к стене. Свят закашлялся, словно подавляя рвотный рефлекс. И лишь Чара стояла прямо и смотрела с какой-то странной грустью, словно знала о таком исходе. — Вы так и не усвоили урок, верно? — тихо сказала она. И никто ей не ответил.
