In awe of

      Дорога до поместья заняла пару часов размеренной езды, не предоставив одинокой белокурой всаднице ничего, кроме тишины и покоя. Пару раз она разминалась с собственноручно выставленными патрулями стражи, но и те пропали, стоило ей лишь сойти с главной дороги и выйти на узкую лесную тропу, которая, извиваясь, вела её через густую рощу, выводя прямиком к главным вратам, чуть со стороны, дабы не попадаться никому на глаза.       Уже внутри замка Ева поспешила в свою комнату, где, как и было приказано ранее, её ожидала тщательно выглаженная белая форма, приведённая в порядок после многочисленных странствий. Переодевшись в неё, Ева ощутила себя несколько странно, словно вкусила какое-то давно забытое чувство. Голова вновь наполнилась мыслями о собственной академии. Теперь, ввиду своей занятости с новыми разработками, графине пришлось покинуть пост ректора, усадив во главе АБМ одну из некогда перспективнейших учениц — Марианну, что была примерно на пару-тройку лет младше Евы, но, несомненно, обладала связкой из непоколебимой ответственности и преданности своему делу. Ранее Марианна возглавляла одну из боевых ячеек, теперь же ей пришлось самолично обучать новые составы, но, учитывая то, что пост этот наделял её не только завидным положением в обществе, но и определённой финансовой независимостью, Мари отказываться не стала, пусть материалисткой и не была.       Взглянув на себя сквозь отражение огромного зеркала, которое висело в углу кабинета, Ева грустно улыбнулась, как будто маленькая частичка её души заскучала по долгим часам в застенках её же собственного детища, после чего поспешила удалиться. В коридоре она случайно наткнулась на Жанну.       — Передай Агудару, что Лилит будет ожидать его в своём новом доме на окраине Фаи, — деловито произнесла Ева, опустив все прелюдии. — Если дорогу не знает, то пусть спросит Штирна — тот в курсе. Ах и ещё… Так уж вышло, что навыками йоса заинтересовался один из местных баронов, так что передай, чтобы был готов к новой работе, в случае чего.       — Передам, — кивнула Жанна. — Что-нибудь ещё?       — Я направляюсь в зал совещаний. Будь так добра, если кто спросит — скажи, что до позднего вечера искать меня нет смысла, я буду крайне занята.        Солнце уже давно скрылось за линией горизонта, отчего укрытые полумраком коридоры дворца приобрели нотки таинственности и загадочности, что очень нравилось Еве. Зал, в который она направлялась, и вовсе освещался одними лишь только свечами и мирно потрескивающим в камине костром.       Первые посетители уже ожидали графиню внутри — мужчина средних лет с гладко выбритой головой и аккуратными бакенбардами в компании женщины постарше. Одни из ведущих артефактологов, которым было поручено контролировать процесс создания магических элементов будущего корабля. Суть небольшого собрания заключалась в очередном обсуждении нехватки финансов, так что Еве пришлось со скучающим лицом выслушивать тонны оправданий и обещаний о том, что дело обязательно пойдёт в гору, если деятельность культа будет профинансирована ещё несколькими тысячами золота.       — Наши предварительные расчёты не предполагали ещё одного столь крупного вложения, — несколько раздражённо сетовала Ева. — Что изменилось теперь? Очередной разрушенный прототип?       — Вовсе нет, — покачал головой мужчина. — Небольшие изменения в конструкции. Количество артефактов надлежит увеличить, поскольку нынешнего их числа, очевидно, не хватает для того, чтобы судно сумело развить требуемую от него скорость. Вдобавок, это могло бы помочь нам увеличить максимальную высоту полёта и грузоподъёмность. Нам нужны эти деньги, госпожа Дэдай, если вы хотите того, чтобы главный прототип полностью соответствовал всем вашим ожиданиям. А ещё мы планировали некоторым образом изменить аэродинамику и переделать часть корпуса…       — Что Люцифер думает по этому поводу?       — Именно в связи с распоряжением господина Люцифера мы сейчас здесь и находимся, — приятным низким голосом ответила ей женщина. — Он также признал необходимость увеличения финансирования, но заявил, что этот вопрос следует решать лично с вами.       — А вы озвучивали ему сумму? — пыталась подловить их Ева. — Точную сумму, я имею ввиду.       — Разумеется. Три тысячи и триста сорок золотых. Будьте уверены, каждый из них пойдёт в дело. Если нужно, мы готовы предоставить отчётный лист…       — А вот это уже интереснее, — перебила их графиня. — Позвольте-ка взглянуть.       Выражение её лица плавно изменилось с раздражённого на задумчивое. Траты были вполне обоснованными, хотя некоторые материалы определённо и закупались впрок, выше планки необходимого минимума. Большинство ценников соответствовали средней рыночной норме, где-то товар закупался даже дешевле из-за оптовых поставок, но некоторые позиции ощутимо кусались, пусть на это и можно было махнуть рукой ввиду экономии на остальных. В глаза внезапно бросилась одна неприметная цифра, заставившая графиню сначала нахмуриться, а потом с удивлённым и недовольным видом произнести:       — Мы закупаем древесину по цене мрамора, — словно осуждая присутствующих, цокнула языком она. — Эта стоимость намного выше той, по которой мы закупали её изначально. В связи с чем, позвольте спросить?       — В связи с тем, что мы закупили уже очень много кубов, и поставщики начали задирать ценники, — попытался объяснить мужчина.       — Что они о себе возомнили?! Они хоть знают, кто покупает их товар?       — Разумеется. Только не знают, с какими целями. Это обычные законы рынка. С древесиной в Фае нынче дефицитно, пусть она и производится тут в завидных объёмах, а ближайшие продавцы быстро смекнули, что к чему… Поэтому, боюсь, придётся несколько переплатить и…       — Не придётся, — властно оборвала Ева. — Я сама найду нового поставщика. В ближайшие дни. Дело терпит хотя бы неделю времени?       — Терпит, госпожа. А что насчёт остальной части суммы, не считая древесину?       — Всё будет выплачено сегодня же, до последнего медяка.       Час спустя представители культа покинули резиденцию, но им на смену заявился сам Люц, подловив сестру, которая уже было готовилась хотя бы ненадолго позабыть обо всех делах и окунуться в жар купален. Впрочем, его появлению Ева только обрадовалась, потому что хотела обсудить недавний разговор с артефактологами. Это заняло едва ли десять минут, и складывалось ощущение, что явился сюда Люцифер вовсе по другой причине. Так и оказалось.       — Сестричка, — начал он издали, когда все остальные вопросы были уже решены. — У меня для тебя весьма любопытные новости. Невероятно любопытные, я бы сказал…       — Ты не называл меня так с тех самых пор, как мы расстались в Анкатэле, — Ева легко рассмеялась, — Что стряслось?       — Отец объявил наследника.       — И?       — И им станешь ты.       — Проклятье… — она приложила руку ко лбу, схватившись пальцами за переносицу и зажмурив глаза. Ещё одна новость, которая в корне меняет грядущие дела и планы. И так некстати, когда на неё совсем нет времени…       — Ты не рада?       — Ты ведь и сам знаешь. Мне никогда не нравилась эта идея.       — Посмотри на это с другой стороны, Ева. Его решение имеет под собой весьма прочную основу. Он тебе доверяет. И мне кажется, что он доверяет тебе больше, чем кому бы то ни было другому.       — Понимаю, — тяжело вздохнула она, словно не желая смириться с уже неизменным фактом. Да, пожалуй, все решения отца, равно как и это, были неизменными.       — Это серьёзно сыграет тебе на руку. У тебя, Ева, резко возросли шансы воплотить свою самую дерзкую идею в жизнь. Ту самую, от которой ты хотела отказаться, — хмыкнул Люцифер.       — Хотела, — не стала спорить графиня. — Но время идёт, а я всё сильнее убеждаюсь в том, что иного выхода попросту не существует. Чего сказать — времена меняются.       — Меняются. Я начну укреплять союзников и избавляться от противников. Позаботься о схожих вещах. Мы должны быть готовы.       После вечерней встречи, Ева ещё долгое время лежала в своей кровати, пытаясь погрузиться в сон, но разбушевавшееся сознание не давало ей такой возможности. Мучительные размышления длились почти до самого утра, а когда, наконец, отступили, светлая смогла заснуть, проснувшись, к своему глубокому удивлению, только поздним обедом.       На следующие несколько дней Ева вновь погрузилась в раздумья о прототипе судна, а параллельно вынуждена была также выслушивать отчёты Люцифера о работе и о первых успехах. Доклады, которые регулярно присылались доверенными людьми, говорили о том, что первая опытная модель парящего корабля была успешно поднята в воздух и, судя по словам наблюдателей, имела неплохие лётные качества.       — Отлично! — практически воскликнула Ева, когда прочитала последнюю строчку очередного письма под торжествующую улыбку Люца, — Теперь пусть позаботятся о должной защите и об автономии. Я не хочу, чтобы моё детище рухнуло на землю, как только получит по хрупкой обшивке стальным ядром. Вполне возможно, что «сердце» придётся дублировать, а для надёжности ввести несколько обязательных артефактов-накопителей.       — Резонно, — заявил Люцифер, — Я заставлю ребят последовать твоим советам. Кстати, что по орудиям? Ты говорила, что у тебя есть какие-то идеи, но тебе нужно их обдумать…       — Да, идеи у меня есть, и я их уже обдумала. Если совсем коротко, это будет симбиозом двух мощных артефактов. Один будет полностью завязан на атакующих рунах. Я назвала его концентратором. Второй же будет завязан на вспомогательных рунах и будет являться усилителем. Его задачей, как понятно из названия, будет усиление точности и мощности залпов. В идеале стрелковый расчёт будет состоять из шести или семи чародеев, где двое будут перезаряжать артефакты, а остальные изменять положение орудия и стрелять, периодически меняясь ролями… — поймав озадаченный взгляд Люцифера, Ева добавила: — Не волнуйся, я всё это подробным образом распишу на бумаге, не запутаешься.       — Уж постарайся, потому как я не всегда поспеваю за гением твоей мысли, — ответил тот. — И не забывай о том, что подобные орудия будут весьма недешёвы в изготовлении. Можно ожидать нового списка расходов. Впрочем, нам пока есть, чем платить.       — Вот и славно. Постараюсь решить вопрос с поставками сырья в ближайшее время. Буду держать в курсе.       — А мы постараемся ничего не спалить и не взорвать на завтрашних тестах. Шутка, — Люц расхохотался, заметив возросшее напряжение графини.

***

      Моменты, проведённые наедине с Евой, ещё долго витали у Лилит в голове, заставляя то внезапно для самой себя краснеть, то отрываться от реальности, представляя эту сладостную картину блаженного единства их душ. И без объяснений было понятно, что за чувство охватило её, начав всё сильнее укрепляться на задворках сознания в свободные минуты. А свободных минут у неё теперь было ещё больше. И если Дэдай ещё что-то могло отвлечь от этого бурного романа, то Лилит было отвлечься гораздо труднее. Но и она нашла способ.       Агудару их новый с Лилит дом пришёлся очень по душе. Йос оценил даже ванную с вечно горячей благодаря артефакту водой. Правда потом девушка пояснила ему, что вода не вечно горячая, а только если использовать рунический круг, который предварительно нужно зарядить.       — Один хрен, — отмахнулся тот. — Круто придумано.       Они перенесли сюда все вещи из поместья Дэдай. Лилит было даже несколько тоскливо покидать дворец, осознавая, что жить там она больше не будет, и графиню будет видеть реже обычного. Хотя тоска развеялась, когда она вспомнила о том, что новые уроки никто не отменял, да и она в любом случае всегда желанный гость в этих стенах, так что может появляться там так часто, как пожелает.       Её способ отвлечься и развеяться был довольно прост и незатейлив. Дабы время, потраченное на тренировки и обучение новым рунам, не прошло даром, уроки нужно было закреплять, а с этим девушка вполне могла бы справиться и без помощи Евы — самостоятельной практикой.       Суть этих практик заключалась в том, что регулярно Лилит из своих покоев пропадала, отправляясь в вольное плавание по всей Фае и её окрестностям, дабы найти местечко потише и поспокойнее, чтобы никто не отвлекал. Одним из таких мест стала небольшая долина в двух часах конного пути от города, где тёмная, отмечая неумолимое приближение весны, под аккомпанемент журчащей речки и поющих птиц предавалась медитациям для успокоения тела и души. Для того чтобы сконцентрироваться, ибо без концентрации практика с нужной ей руной представлялась гиблым делом.       Девушка подолгу крутилась рядом с каким-нибудь небольшим участком земли, старательно запоминая в деталях открывавшийся с него вид, а после уходила от него на неопределённое расстояние и пыталась перенестись туда при помощи созданного портала. Поначалу расстояния были небольшими — десять метров, двадцать, пятьдесят, сто. Необходимо было понять саму суть, выяснить, как это работает, пусть какое-никакое представление благодаря своей наставнице она уже и так имела. Регулярно освещалась местность зеленоватой вспышкой очередного портала, который выбрасывал из своих недр девицу, а та, немедля, вновь отдалялась и повторяла действие, пока оно не довелось до автоматизма.       После примерно двадцати раз, каждый из которых отмечался успешным переносом, она начала увеличивать расстояние. Километра удалось добиться уже на третий день. На четвёртый расстояние увеличилось до двух километров. Спустя неделю — полноценные десять. Вставала другая проблема — для того, чтобы открывать новые точки перемещения, приходилось много, очень много ходить. В прямом смысле, половину дня можно было убить на одни лишь только пешие прогулки, которые сильно выматывали, поэтому-то девушка собирала в дорогу какой-никакой скарб с едой, чтобы подкрепиться в процессе.       Руна пути была единственной, что требовала подобных изысканий. Для практики остальных совсем не нужно было отправляться и ехать чёрт знает куда. Руна исцеления, например, требовала одной лишь только маленькой комнатки, в которой девушку никто не потревожит. А ещё требовала кого-то живого, чтобы травмировать его, а после пытаться залечить. На роль кандидата выдвинулся Агудар, заявивший, что потерпеть пару царапин ему будет несложно, тем более, если они впоследствии бесследно исчезнут, а Лилит приняла его помощь, пусть и с неохотой. Не хотелось ей вредить своему защитнику, хотя тот и утверждал, разрезая свою ладонь уверенным и резким движением, что это совсем не так больно, как может показаться.       — Еле пережил стычку с виверной, а уже вновь рвётся себя калечить, — неодобрительно покачала головой дезертирша.       Агудар возражал.       — Не еле пережил. А вполне себе хорошо пережил. Ничего страшного-то и не случилось. Просто перелом нескольких рёбер. Больше за нагрудник обидно было, но кузнец согласился выправить его всего за несколько серебряных. А то пришлось бы покупать новый, а это было бы дороже. Хм… — он наморщил лоб, вновь полоснув лезвием по своей ладони и подставив руку под небольшой таз, чтобы ничего не испачкать.       Лилит поспешила начертить заклинание, которое окутало йос-виа светлой аурой, а его ранение начало быстро затягиваться, спустя десяток секунд исчезнув вовсе. Оставалось лишь кровь смыть.       — Как ты вообще её победил?       — Ну, как… — Агудар задумался, вновь прокручивая в памяти моменты поединка. — Я же тогда сразу мужикам сказал, что у нас на родине был воин, который победил её в одиночку. И он ведь даже без оружия против неё вышел, да и брони не имел. Просто знал технику. Виверна — не самый проворный зверь. Рассчитывает на свои размеры и силу. Забывает о слабых местах, когда сражается с тем, кто намного меньше. Считает недостаточно опасным…       — Теперь-то уж тебя все виверны Фаи будут считать опасным, — засмеялась девушка. — Не вздумай снова рваться на такую тварь. Я знаю, что ты у меня самый сильный и большой. Мне это доказывать не нужно.       — А Оксану так и не настигли, — с неким расстройством в голосе отметил Агудар.       — И хорошо! Я уже поняла, что ничего про неё не врут. Она действительно огромная.       — Вот бы такую заколоть, — мечтательно протянул дикарь.       — Ты мне это брось. Жизнь длинная, большая и интересная. Ни к чему геройствовать. А то оставишь Лилит одну. И будет ей очень-очень грустно…       Девушка решила коварно давить на жалость. И, судя по всему, у неё это удалось. Йос помолчал с минуту и ответил:       — Хорошо. Мне бы тоже было грустно, если бы не было Лилит.       Бывали и такие дни, когда отвлекать могучего Агудара от его любимого дела показалось бы невежливым, а практиковаться нужно было всё равно. Лилит раздобыла зайца, собираясь резать и лечить его, но после первого раза ей внезапно стало так жаль несчастное животное, что она разревелась и отпустила его на волю, предварительно покормив и проследив, чтобы от небольшого пореза на тушке не осталось и следа. Когда слёзы ушли, то Лилит поняла, что она круглая дура, и что таким образом ничему научиться не выйдет. Почему вообще так вышло, что прежде она не чуралась людей десятками убивать, а теперь ей стало жаль обычного зайца? Слишком сентиментальной её сделали эти чувства к графине. Но как же приятно было вновь вспоминать о ней, рисуя прекрасный образ Дэдай в голове. Иногда даже обнажённый, и иногда даже дорисовывая рядом и себя саму.       Лилит прошлась по городу в поисках возможных «клиентов», которые бы согласились немного потерпеть в обмен на деньги. Одним из таких клиентов оказался отставной капитан Трой, крепкий мужчина за сорок, к которому Ли обратилась чисто наугад, не шибко рассчитывая на согласие, встретив его мирно распивающим эль в одной из таверн. За пару серебряных он дал добро на то, чтобы девушка делала с ним всё в рамках разумного, а сам отплатил тем, что травил нескончаемое количество интересных историй про военное прошлое, пока терпел очередные увечья.       — Режь сильнее, Лилит. Знаешь, как-то раз попал наш отряд в разбойничью засаду где-то близ Гариана. Дак там мне клинок загнали в грудь сантиметров на пятнадцать. Не вру! После того раза мне все эти ранки не страшнее заусенцев. Давай, смелее, не кончусь я от такой ерунды…       Трой помог ей и с освоением магического щита. Терпеливо ждал, пока она создаст барьер, а потом пытался разбить его ударами своего старого клинка или же проще — кулаками. Поначалу барьер этот казался вещью не особо полезной — создавался дольше, чем существовал, но со временем Лилит смогла увеличить как размер, так и прочность. Разумеется, довести руну до совершенства ей не удалось, девушка была далека от идеала, но существенно продвинулась вперёд, уже предвкушая то, как похвалится наставнице тем, что у неё получилось.       Сложнее всего было с руной жизни. Понятно, почему. Даже Ева говорила, что обучение этой руне — не самое приятное времяпрепровождение. Хорошо, что практиковаться можно было хоть даже и на жуках, потому что убивать себя никто из местных бы согласия не дал ни за какие деньги, да и Лилит бы не стала убивать невиновных. А ещё жуков не было жалко.       Раз за разом убивая какую-нибудь мелкую тварь, тёмная осторожно вычерчивала руну и наблюдала за тем, как насекомое возвращалось к жизни. Это было так… Странно… Заставляло задуматься о том, что чувствует погибший человек в те минуты между смертью и возрождением. И что такой человек мог бы рассказать? А что, если процедуру повторять много-много раз, выбрав наиболее гуманный и безболезненный способ убийства? Быть может, человечество получило бы больше ответов на вечно интересующий его вопрос — жизни после смерти. «Нужно определённо поговорить об этом с Евой…» — сделала условную засечку в своей памяти Лилит. «С её любовью к философским рассуждениям на тему магии она, наверняка, уже и сама думала о подобном».       Вскоре, одним ранним утром, к дому Лилит заявился посыльный. Представившись, он вручил небольшое письмо с красивой печатью подтверждающей его официальность. Тёмная окинула печать подозрительным взглядом, после чего надломила её и вытащила наружу аккуратно сложенный кусок пергамента.       — Это письмо… — замялся гонец, — Оно не для вас. Оно для…       — Если оно для Агудара, то он в любом случае не умеет читать, — отмахнулась девушка, расплатившись с пареньком парой монет и отослав его восвояси.       Письмо было отправлено тем самым бароном, которого не так давно упоминала Ева, правда вот только Лилит о новой работе для Агудара была ни слухом, ни духом. Барон хотел, чтобы кто-то позаботился о бандитах, что уже долгое время пытаются саботировать главный торговый тракт, ведущий в его земли из Фаи. Для этого ему нужны были смелые и опытные люди, достойно проявившие себя в военном ремесле. Агудар, благодаря полученной славе, получил приглашение в стан подобных ветеранов. Оплату обещали весьма щедрую, пятнадцать золотых на каждого из десяти участников всей этой компании.       — Ну, хоть не Оксана, — пожала плечами Лилит, смирившись, после чего зачитала послание Агудару, дабы тот сам принял решение. Конечно, его реакцию предугадать было несложно.       — Отправляюсь бить бандитов, — довольно кряхтел тот, вновь облачаясь в свои тяжёлые доспехи и пристраивая на поясе меч. Он выглядел уже полностью здоровым и полным сил, будто ничего и не случилось ещё совсем недавно, поэтому, скрепя сердце, Лилит «благословила» его на дело.       — Ты и сам бывший бандит, — подметила она, не в силах скрыть ухмылку на лице.       — Это Лилит — бывший бандит. А Агудар — охранник Лилит. Не он выбирал, кого бить, а кого пощадить, — возразил рыцарь.       С этим пришлось согласиться. И одновременно удивиться тому, насколько хорошо у йос-виа варила голова, несмотря на напускную тупость.       — Что-то многовато платят за этих твоих бандитов, — меж делом молвила она, перечитывая письмо. — Даже учитывая то, что среди них есть маг. Ну или адрамэ, по-вашему.       — Много денег — это хорошо. А адрамэ — не всегда страшно. Страшно только если адрамэ сильный, как ты. Или как Ева.       Упоминание Евы вновь заставило Лилит глупо улыбнуться, так что парочку следующих фраз йос-виа она пропустила мимо ушей.       Агудар оседлал скакуна и двинулся в сторону города, намереваясь побыстрее встретиться со своими соратниками, а заодно и узнать побольше о деталях дела. Лилит же покинула дом вскоре после его ухода, вновь отправившись на природу практиковаться в магии. Уже позже, вечером, она вернулась сразу во дворец, не заезжая домой, чтобы не опоздать на их с Евой встречу, которая была назначена заранее, с самого утра.       Так уж вышло, что в тренировочной комнате в оговорённый час помимо них никого больше не было. Это означало то, что их встреча станет более горячей и волнующей, подарив обеим девушкам лёгкий румянец в результате затяжного поцелуя, спровоцированного Лилит.       Перед тренировкой она хотела обсудить с Евой недавно возникший в её голове вопрос.       — Трудно сказать. Понимаешь, — начала Дэдай, — Эксперименты с намеренным умерщвлением и воскрешением не снискали бы одобрения в стане магической общественности. Более того, вопрос остро упирается в религию, а тему религии и магии совмещать любят далеко не все. Поэтому точного ответа тут наверняка и не дашь — вполне возможно, что нечто подобное могли провернуть даже безумцы из культа, только вот под совершенно секретными грифами, настолько секретными, что даже я о них не в курсах. Сама я, бывало, думала об этом, но ты же знаешь, — она улыбнулась, — Травмировать кого-то это в принципе не моё. И да, тебе это говорит та самая дамочка, которая свободно практикует чёрную магию и руну смерти в частности. Но это так, ошибки молодости…       — А как по мне — всем эта магия хороша, кроме побочек… — Лилит придирчиво осмотрела собственный маникюр.       — Так ведь и я с рождения не блистала исключительной сединой, — подметила графиня. — Меня вполне устраивал и мой естественный цвет волос. Был почти как у тебя.       — Ну, тебе хотя бы идёт. А у меня пожизненный имидж наполовину девушки наполовину упырицы…       — Меня твой имидж ничуть не смущает, — заливисто расхохоталась её госпожа.       Настало время тренировки. Обучение прошло в уже привычном ключе, и по завершению пары часов Лилит, как и всегда, знала основы, а остальное уже было на её совести.       В качестве награды за свои труды Ева вновь вырвала у неё страстный поцелуй, после которого влюблённым голосом заговорила, словно назначая первое в её жизни свидание.       — Кстати, Лили, чуть не забыла. Один из графов, проживающий от нас в довольно близком соседстве, решил устроить на своих территориях масштабное празднество, куда пригласил в том числе и меня. Празднество официально посвящается недавней победе Альдорской империи, пусть с той поры уже и прилично воды утекло… — Ева нахмурилась, вновь вспомнив церемонию награждения. Это не ускользнуло от Лилит.       — И ты не горишь желанием ехать?       — Меня привлекает не столько сам факт праздника, сколько возможность пообщаться с графом с глазу на глаз. Если таковая возможность представится, конечно же. Мне кое-что нужно от Лиагиля Иральского. Это его имя, если что.       — И что же тебе нужно? — насела на неё Ли.       — Сухая и готовая к использованию древесина, — хмыкнула Ева. — Не больше и не меньше. Нашей собственной стало катастрофически не хватать, а закупать втридорога у заправил рынка я не имею ровным счётом никакого желания. Конечно, у Лиагиля я её брать буду не задаром, но попрошу адекватной цены. Празднество, если опустить раздражающие подробности, представляет собою бал-маскарад… — осознав, что Лилит весьма поверхностно посвящена в быт «сливок» общества, Ева нежно обняла её за талию и продолжила, — Целая куча дворян всех мастей и расцветок, сокрытых масками и костюмами. В этой анонимности лежит корень всех зол. Под видом гостей на подобное мероприятие можно без проблем подослать парочку наёмных головорезов, а если учитывать количество недавно нажитых мною врагов… Улавливаешь, что мне понадобится охрана?       — Улавливаю, — кивнула Лилит.       — Разумеется, стражи на празднике будет хоть отбавляй, но никаких гарантий безопасности мне это не даст. А вот присутствие тебя и Штирна — вполне себе.       — Разорву любого, кто посмеет посягнуть на моё сокровище, — Ли прижалась ближе к своей пассии и крепко сжала её ягодицы обеими ладонями, заставив Еву смущённо хихикнуть. — А ещё мне действительно было бы интересно посетить этот бал. Но… — она задумчиво остановилась, подбирая слова. — Некоторые проблемы со свободным выездом в окрестные земли у меня имеются. Ты, вероятно, помнишь, что…       — Что за тебя назначена награда. Помню. Это не страшно. Не забывай о том, что бал-маскарад подразумевает как раз таки маскарад, а значит и полную неизвестность ровно до той поры, пока ты сама не пожелаешь эту самую маску снять. Вряд ли мы вообще будем сильно выделяться из толпы остальных гостей… — Ева накрыла своими собственными ладонями ладони Лилит.       — Может, ты ещё и маски присмотрела?       — Присмотрела одну для тебя. Это будет… — графиня замешкалась, — Такая чёрная безликая маска на всё лицо. Под такой тебя точно никто не узнает. И она должна тебе подойти.       Выпорхнув из надёжного хвата Лилит, Ева внимательно заглянула ей в глаза.       — И кстати… Я не смогу сегодня отпустить тебя домой одну на ночь глядя. А чтобы ты случайно не решила устроить побег, то я придумала связывающее предложение… — на короткий миг Лилит показалось, что щёки Евы налились румянцем. — У меня тут запланированы вечерние купания. Более того, в гостевых комнатах после столь буйного наплыва гостей ещё не успели как следует прибраться, так что ночевать придётся либо в бардаке, либо… — она запнулась, не сумев совладать с собой. — Либо в моей комнате.       — Продолжай, и скоро ты с ума меня сведёшь подобными предложениями.       — А разве уже не свела? — удивлённо и насмешливо поползли вверх белые брови Евы.       — Ещё есть, куда стремиться.       Вечерние развлечения у девушек, вопреки их ожиданиям, не задались. Просто потому, что закончили тренировку они уже слишком поздно и довольно сильно устали. Ещё и в купальнях разморило от горячей воды, поэтому сил у Лилит было лишь на то, чтобы стянуть вещи и заснуть в объятьях своей наставницы, чувствуя себя так хорошо и так защищённо, как никогда прежде.

***

      Утро выдалось замечательным, лишь вновь вернувшиеся ночные кошмары немного омрачили пробуждение. Распахнув глаза, Ева увидела перед собой умиротворённое лицо спящей Лилит, отчего её губы сами по себе невольно потянулись ко лбу тёмной. Поняв, что времени у них пока что хватает, Дэдай обвилась вокруг тела своей партнёрши руками и ногами. Прислонившись головой к её груди, Ева замерла в ожидании, стараясь извлечь максимум удовольствия из момента.       Раньше она и подумать не могла, что просыпаться в одной постели с любимым человеком настолько приятно. Более того, она никогда раньше не думала о том, что сама, по своей собственной воле, ляжет с кем-то в одну постель. Как же она ошибалась.       Первая половина дня обещалась пройти довольно обыденно, никаких крупных дел не намечалось, если, конечно, не считать приезд портного и подготовку к отъезду. Как-никак, после заявления отца придётся соблюдать куда больше формальностей, чем ранее. Придётся взять с собой целый кортеж разношёрстной охраны, пусть и добираться в нужное место она планировала посредством знакомого мага-навигатора.       От подобных мыслей по коже графини пробежала нервная дрожь. Откинув всё лишнее и раздражающее, она сосредоточилась на теле любовницы, заворожённо разглядывая каждую его линию.       Пока Еве снились дурные сны, Лилит снились сны исключительно хорошие. Счастливые. Они были о беззаботном детстве. О том его периоде, когда пора обучения в магической академии, а позже в АБМ ещё не наступила. Ей было почти пятнадцать лет. Первые лёгкие увлечения, ни во что не переросшие в дальнейшем. Первые попытки узнать все тайны своего собственного тела. Всё так же, как и у остальных подростков. Всё было в порядке.       Пора пробуждения настала внезапно, оборвав какой-то крайне занимательный диалог в её голове, который на поверку оказался полной бессмыслицей. Первые несколько секунд она пыталась понять, где находится. А потом поняла, почувствовав тепло Дэдай, что обвила её подобно тому, как змея обвивает свою добычу. Только это не сулило погибели, а сулило лишь приятный досуг.       — Ммм… — сладострастно улыбнулась она, изучающе заскользив ладонями по телу своей пассии. — Впервые я просыпаюсь настолько счастливой… — прошептала тёмная, прильнув губами к губам Евы.       — И ты в своих словах не одинока… — ответила та чуть погодя.       Это не могло пройти просто так. Шанс не остался бы неиспользованным. Утро без спешки, они в одной постели, а животная страсть, что охватывает поутру, требует выброса и трансформации хоть во что-нибудь. И ей было во что трансформироваться.       Уверенно заняв позицию сверху, Лилит прижалась своим сокровенным местом к бедру графини, затем нагнулась к ней всем телом и начала осторожно ласкать её языком и кончиками пальцев, вызывающе царапая её плечи и игриво покусывая соски. Затем, успев уже достаточно распалить девушку, плавно переместилась ещё ниже, переключившись на место, которое жаждало внимания больше всего. И Лилит дала ему столько внимания, сколько было необходимо. До тех самых пор, пока Ева не забилась в сладких конвульсиях, крепко обхватив её голову руками и сильнее прижимая к себе.       Подобной прыти от Лилит Ева вовсе не ожидала. Сперва она изнемогала от прикосновений и ласк любовницы, стараясь совладать с разгорающемся внутри пламенем, а затем, когда та перешла к выполнению своего коварного плана, Ева не смогла уже больше сдерживать своих восторженных вздохов, слетавших с её влажных уст, раз за разом становясь все громче и горячее. Секс с Лилит казался ей наркотиком. Им невозможно было пресытиться окончательно. Чем больше получала — тем больше хотелось.       — Хорошо, что мы есть друг у друга, — томно прошептала разбойница.       — Ох, — простонала Ева, когда все было кончено, — И впрямь хорошо.       В доказательство своих слов она крепко прижалась к Лилит, ощущая тепло её тела своей кожей, чувствуя каждый удар её сердца и осторожно прислушиваясь к отяжелевшему дыханию.       Взяв небольшую передышку, Ева хищно оскалилась и произнесла:       — Полагаю, что теперь пришла моя очередь перейти в наступление и…       Раздался назойливый, но оттого не менее уверенный стук в дверь. В аккурат в тот момент, когда настала очередь Лилит урвать свой маленький кусочек удовольствия. Она издала тихий разочарованный вздох. Не дожидаясь какого-либо ответа, стучавший заговорил голосом, принадлежавшим Люциферу:       — Уважаемые дамы, — начал она слегка насмешливо, — Прошу простить, что отвлекаю не в самый подходящий момент, но время уходит! Портной скоро прибудет, а тебе, сестрица, ещё предстоит пройти через множество занимательных процедур. Так что заканчивай и приступай к подготовке. Или ты забыла, что у нас в планах на сегодня?       И тут Лилит впервые поняла, что обо всём происходящем этот патлатый пройдоха уже был в курсе. Не сказать, что это её расстроило, обрадовало или разозлило, скорее заставило понять, что даже к не самым обыденным эксцессам внутри своей семьи Дэдаи относятся достаточно адекватно и снисходительно…       Обменявшись с Лилит понимающими взглядами, Ева вылезла из её объятий и направилась к шкафу с чистыми вещами.       — Ага, — выдавила она из себя. — Забудешь тут. Позволь спросить — чем я обязана твоему визиту? Я думала, что с утра ты будешь занят.       — Я и был, только утро уже закончилось. Вам бы отучаться так подолгу спать.       Раздались гулкие шаги, свидетельствующие о том, что Люциферу вся эта беседа наскучила и он решил удалиться, оставив девушек наедине. Ева же успела за столь короткий миг привести в порядок причёску и облачится в кружевное нижнее белье под распаляющий взгляд Лилит.       — Ну, — Ева бессильно пожала плечами, — В чём-то он прав. Нам действительно нужно собираться. Нам ещё в Фаю ехать, в конце концов, а оттуда порталом в Ираль. От одних мыслей о предстоящем празднике у меня, признаться, голова идёт кругом, хотя я и понимаю, что целью нашей служат вовсе не развлечения.       — Нужно значит нужно, — согласилась Лилит, собрав волю в кулак и одним резким воображаемым движением расчистив рассудок от всего излишнего. Ей нравилось наблюдать за тем, как одевается Ева. Как будто графиня подпустила её к кусочку чего-то крайне личного и сокровенного, беспрекословно доверяя той в самой высшей степени.       Облачившись в просторный халат, Ева направилась к двери, но остановилась, так и не достигнув своей цели.       — Встретимся перед отбытием, Лили. Где-то ближе к четырём часам я буду ждать тебя возле ворот замка. Можешь не слишком сильно спешить, раньше этого срока я там вряд ли появлюсь, но приведи в порядок своё платье, чтобы к тому времени ты уже была во всеоружии. Я бы составила тебе компанию, если бы не этот визит к портному… — словно оправдавшись, Ева наградила свою ученицу виноватой улыбкой и покинула их общие покои.

***

      Спустя полтора часа, пройдя через целый набор омывательных процедур, с неохотой сбив с себя мягкий запах духов графини и на славу после этого наевшись, Лилит направилась к себе домой. Агудара она не застала — тот как уехал вчера, так и не вернулся, заставляя лишь встревоженно гадать о том, где он сейчас может находиться и чем может быть занят. Хотя тут всё было относительно очевидно — наверняка носится где-то по полям и лесам в компании таких же прожжённых карателей, выслеживая свою добычу.       Решив сосредоточиться на деле, Лилит провела у зеркала примерно пару часов, топча босыми ногами мягкие ковры, расчёсывая ниспадающие до ключиц чёрные волосы и придирчиво осматривая свою обнажённую фигуру, после чего приступила и к облачению в платье, отчаянно пытаясь в столь краткий срок научиться стойко держаться на пусть даже и невысоких, но каблуках, дабы выглядеть лучше и увереннее всех. Впрочем, в вечеринках знати она не разбиралась, оттого надеяться на подобное было глупо — наверняка её кто-нибудь обставит. Разумеется, свою тонкую шею она украсила ярким и блестящим колье, в очередной раз припомнив добрым словом своего мрачного рыцаря.       Вернувшись в замок посредством руны пути, Лилит повстречалась с Евой, которая к тому моменту тоже почти закончила свои приготовления. Портной не соврал, и наряд, являвший собой аллюзию на образ черноплечего дымчатого коршуна, идеально сел на фигуру графини.       — Вот как-то так я и буду выглядеть целый вечер, — бросила та, словно жалуясь. — Вульгарно и открыто. А ещё эти каблуки меня… Угнетают.       Наряд Евы Лилит напротив понравился. Для влюблённой девушки только в радость было видеть свою пассию в столь экстравагантном одеянии.       — Я определённо померкну на твоём фоне, — хмыкнула она. — Впрочем, в этом и заключается роль телохранителей. Меркнуть на фоне своих хозяев, притупляя бдительность врага.       Улыбнувшись друг дружке, девушки покинули резиденцию и расположились в просторной, запряжённой парой гнедых кобылок карете, в которой можно было без проблем расположиться даже стоя. Кортеж состоял из четырёх таких карет, и Ева со своей личной телохранительницей расположились во второй с конца.       Брюнетка ожидала этого момента с неким упоением в душе. Никогда прежде она не была на таких торжествах. Всё когда-то бывает впервые. И она определённо не посрамит как свою честь, так и честь графини, присутствовать рядом с которой ей придётся практически всё свободное время.       Вновь раздался цокот копыт, а вместе с тем они и отправились в дорогу. На бал.