Расслабься

Вид электронных часов с голубой подсветкой на прикроватной тумбочке ничуть не успокаивал Люси. Хоть в комнате и было достаточно тепло, и даже душно, девушка до самого подбородка натянула объемное одеяло. Нужно открыть форточку, иначе она просто задохнётся. Ее сон нарушили приглушённые споры за дверью, где-то там, в районе кухни. Нацу горячо о чем-то спорил со своим братом, и только спустя пару минут Люси поняла, что сама являлась предметом их разъяснений обстоятельств. Волна тревоги и стыдливого волнения накатывала каждый раз, когда ее тихий, скромный Драгнил повышал голос так, что звенело в ушах. Эти братья стоили друг друга. Однако факт остаётся фактом — спорят они из-за неё. Вчера Люси на радостях примчалась к Нацу домой. Зачетная книжка прожигала дно небольшой чёрной сумочки, а все потому, что вчера, в понедельник, она наконец-таки сдала свою презентацию, успешно защитив ее. Драгнил принял ее с распростертыми объятиями и искренними словами поздравления. Ещё бы! Вчера она сама лично получала наставления от него после окончания всех пар и перед тем, как войти в аудиторию. Парень был взвинчен до предела, и Люси, видя все это настояла на том, чтобы он отправился домой, а не ждал ее в коридоре. Хотя сама в это время была вся на нервах. Последние дни оказались самыми сложными. Она перечитывала каждое предложение в своей презентации по несколько раз, пытаясь не забыть никакой мелочи. И эти дни прошли без Нацу. Просто-напросто не было времени, кроме как на короткие разговоры. Она отнеслась к работе серьезно и получила за это награду, которой была довольна. И на почве всего этого вчера они снова не дали уставшему после работы Зерефу нормально поспать, за что Люси винила только себя. После того разговора, который заметно потрепал ей нервы, все изменилось самым кардинальным образом. Да, пусть прошло всего две недели их отношений, но Хартфилия уже знала, что как прежде уже не будет. Никогда. Нацу оказался нежным и в какой-то степени даже властным. Во время их несерьезных споров ему было достаточно лишь взглянуть на Люси, и она тут же понимала, что ей пора прикусить свой язык и замолкнуть, пока все не обернулось более серьезным образом. Драгнил никогда (за исключением того дня) не повышал на неё голос, всегда был сдержанным, однако в отношении брата он даже не пытался скрывать своего негодования. И все же во время таких его наплывов Люси никогда не слышала, чтобы он кидал Зерефу в лицо грубые и жестокие оскорбления. Нацу бесконечно любил и уважал своего брата. И девушке не хотелось бы разрушать такую прочную связь. Люси вздрогнула и поджала губы, когда громкий хлопок входной двери достиг ее слуха. Перепалка закончилась, и Зереф ушёл на работу, оставив Нацу в дрянном настроении. Хартфилия отчётливо слышала шаги босых ног, через минуты три после окончания споров остановившихся напротив двери в комнату Нацу. Парень помедлил, но неторопливо и тихо открыл дверь, после чего оставил ее немного приоткрытой. Драгнил прошёл к окну, которое под натиском его смуглых рук открылось, впуская в комнату порыв свежего воздуха, тут же перешедшего в приятный сквозняк. Несмотря на недавние крики, Нацу старался быть тихим. Аккуратно поставил чашку с крепким кофе на стол, подальше от чёрной клавиатуры, и прошёл к кровати с противоположной стороны от Люси. Она же пыталась быть неподвижной. Ей не хотелось показывать, что она слышала весь их разговор. Ее вообще не должно было быть здесь сегодня! Матрас легко прогнулся под весом тела парня, налёгшим на его сильные руки и правое колено; Нацу осторожно приблизился к девушке сзади, носом практически утыкаясь в ее светлый затылок. Волосы девушки всегда удивительным образом выделялись на тёмной наволочке его подушки, создавая неповторимый вид мягких солнечных волн. — Ты не умеешь притворяться, — шепнул он, лёгким поцелуем касаясь чувствительного места за ухом, — Доброе утро. Закусив нижнюю губу, Люси распахнула карие глаза, вновь натыкаясь взглядом на электронные часы. Прошло две минуты, а он уже понял, что она не спит. Слишком внимательный, слишком честный, слишком правильный, этот парень не переставал удивлять Хартфилию. Пружины матраса выпрямились, и послышался тихий шелест одежды. Люси перевернулась на спину с лёгким вздохом досады, прижимая тёплое одеяло к груди и ключицам. Нацу снял серую футболку, в которой встретил ее вчера, и кинул в угол между стеной и столом, очевидно, на стирку, а затем полез в шифоньер за чистой, идеально севшей на его широкую грудную клетку. — Пора прекращать все это, — Люси села, чувствуя живительную прохладу на оголенной спине, и покачала головой, — Зереф терпеть меня не может. — Не правда, — тут же отозвался парень, взял прозрачную чашку с кофе и сделал глоток, — Он уже привыкает к тебе. Многозначительный взгляд девушки поубавил задор в чистых зелёных глазах парня, заставляя серьезнее отнестись к ее словам. Она не простит себе, если братья так и продолжат каждое утро ссориться, тревожа не только ее нервы, но и нервы соседей. Однако, единственной нахлебницей здесь является она. Ещё ни разу она не чувствовала себя бездомной, навязывающейся людям. Нужно заканчивать с этими похождениями, пока Зереф не придушил ее во сне. — Он скоро переезжает, — негромко начал Нацу, вырывая Люси из сильного потока мыслей. — Что? — Эта квартира принадлежит родителям, и Зереф жил здесь все это время, пока строился дом в соседнем районе. Мама категорически запретила ему снимать жильё, практически заставила жить здесь, — парень передернул плечами, останавливая взгляд на сосредоточенном лице Хартфилии, — Три дня назад он получил ключи. Дело осталось за малым: закупить материалы и сделать ремонт. Уйдёт недели две, не больше. Так что не волнуйся, скоро ты не услышишь недовольного бурчания за стенкой. Люси поджала губы и подтянула ноги, прижимая колени к груди. Все, конечно, прекрасно, но кое-что не давало ей покоя. — Это выглядит так, будто я выжила его из квартиры. Тихий смех Нацу отозвался приятной волной дрожи в пояснице девушки. Она теснее прижала к себе колени, упираясь на них подбородком. Чувство некой незащищенности беспокоило ее, когда она вот так находилась в его постели абсолютно нагая, а он полностью одетый, с чашкой кофе в руках, да ещё с беззлобной насмешкой в глазах возвышался над ней. Почему на нем вообще была одежда? — Зереф целых полтора года ждал, когда дом достроят, так что ты здесь не при чем. А раздражительный он из-за того, что в последнее время мама капает ему на мозги с этим переездом. Вот он и цепляется за всех. Ты просто попала под горячую руку. Недоверие во взгляде лучше всего показало, что Люси сомневается в его словах, хотя Нацу был достаточно убедителен. Однако она была рада, что скоро сможет смело ходить в этой квартире, а не украдкой пробираться в ванную комнату и туалет, чтобы не потревожить Зерефа, хотя ей было стыдно это признавать. Да она вообще здесь чужая! Отвернувшись к окну, девушка прищурилась. Весна сменилась летом, и до конца учебы осталась какая-то жалкая неделя. В голову Люси тут же ударило воспоминание о хорошей отметке в ее зачетной книжке, вызвавшее слабую улыбку на розовых губах. Конечно, остаются экзамены, которые нужно сдать, но теперь-то ей мало что страшно. А все благодаря Нацу. Девушка столько раз благодарила Бога и историка за то, что ей посчастливилось сойтись именно с Драгнилом, что давным давно сбилась со счета. Теперь те недоброжелательность и неприязнь к парню исчезли, не оставив и следа. Господи, да она уже полностью осознавала, что ее «возможно люблю» на следующий же день переросло в «люблю больше жизни»! Теперь для неё все кончено, она ещё ни разу не была так сильно привязана к парню. И это очень и очень пугало, порой даже заставляя содрогнуться. Люси ясно осознавала, что если Нацу пойдёт на попятную, то этим нанесёт ей смертельную рану. Однако сомневаться в парне она не могла. Не могла делать этого из-за его порой по-мальчишески наивного взгляда; из-за скромной улыбки и красных щек и ушей; не могла сомневаться из-за его рук, обнимающих так крепко, что кажется, будто трещат кости. Люси со смешком подумала, что Драгнил так и не научился контролировать свою силу, продолжая оставлять слабые синяки на ее бёдрах, талии и плечах. — Мне нужно в душ, — негромко оповестила парня Хартфилия, понимая, что если не смоет с себя ночной пот, то целый день пойдёт у неё под откос. Она аккуратно встала, захватывая с собой тонкий плед и оставляя громадное одеяло на кровати. Приятная коричневая ткань мягко легла на грудь и спину, тут же падая к щиколоткам и прикрывая бёдра и ноги девушки. Она медленно прошла к двери под пристальным взглядом парня, чувствуя, как низ живота приятно потянуло. Люси могла поклясться: ни одна девушка не устояла бы под таким взглядом. — Я могу приготовить завтрак, — Нацу задержал глаза на обнаженных ключицах и только после заставил себя заглянуть в немного заспанное лицо девушки, — Хочешь? Люси знала, что Драгнил понял о ее зверском аппетите по утрам. Она могла обойтись без ужина и даже полдника, но завтрак должен был быть всегда. И даже если она его пропускала по уважительным причинам, то чашка кофе всегда будет выпита. — Позже, — она взяла кружку из рук Нацу, сделала глоток остывшего кофе без молока и тут же поморщилась — слишком терпкий, — Ты идёшь со мной. Девушка улыбнулась, убирая стакан все с тем же двойным дном и тут же хватая Драгнила за руку. Плед скользнул вниз по стройной фигуре девушки, обнажая бледную кожу, в некоторых местах пестрившую совсем слабыми синячками и заманивающую внимание Нацу. Зерефа нет, а в университет только через чуть больше часа, так что у них есть время позавтракать, во всех смыслах этого слова. * * * Все было слишком идеальным, настолько, что это даже настораживало. Но Люси должна была принять реальность такой, какой она есть: началась белая полоса в ее жизни. Утренняя ссора братьев Драгнил вылетела из головы практически сразу после того, как девушка оказалась в горячих объятиях Нацу и одновременно под холодным душем. Этот контраст до сих пор ощущался на коже, снова и снова пуская приятный трепет по всему телу. Все наладилось: отношения с Нацу, вся эта нервотрёпка с историей, в общежитии ее пропажи на ночь не были поняты так превратно, как ожидала сама Люси. Да, все ещё оставались натянутые отношения с Зерефом, но и он скоро съедет и, как пообещал Нацу, подобреет. И все же она была счастлива и наконец спокойна. Даже сейчас, когда перед ней сидела Джувия, отношения с которой последние две недели были так себе. Девушка потягивала содовую из алюминиевой баночки, искоса поглядывая на Нацу, что сидел по другую сторону университетской столовой. Люси рассказала ему о ссоре лишь в общих чертах, не вдаваясь в подробности, — не смогла утаить, когда Драгнил практически пригвоздил ее к постели своим весом на следующее утро после их разговора и отказался вставать, угрожая, что может пролежать так долго. Люси не были страшны его угрозы, напротив, она бы рада была пролежать под ним сутки, а то и больше. Его забота развязала ей язык. Она ценила поддержку Нацу так же, как и его легкую агрессию в сторону Джувии после рассказа. А сейчас и он тоже сидел и хмурился, выжидая момента, когда Люси поговорит с подругой и вернётся к нему, чтобы разъяснить обстановку. Однако как бы сурово не выглядел этот парень, в его взгляде Хартфилия отчётливо видела смущение от такого пристального надзора Локсар. Да, ему долго придётся привыкать к этой задиристой девушке. — Не понимаю, что ты в нем нашла, — покачав головой, заключила Джувия после десятиминутного и обобщающего рассказа Люси. Девушка рассказала абсолютно все: из-за чего все началось, на чем держалось их общение и как все неясное закончилось. Чего только стоили выражения лиц Локсар и МакГарден, когда Люси рассказала что к чему. Конечно, она не открывала того, что должно быть только между ней и Нацу, но знала о хорошей фантазии подруг. Они вполне могли додумать упущенные моменты. «Да ты его изнасиловала!» — шёпотом возмутилась Леви, а Хартфилия и не отнекивалась, лишь со смешком поджала губы. — Да, соглашусь, он красавчик, — продолжала Джувия, — И учится довольно неплохо… Но Люси, никогда бы не подумала, что тебя потянет на таких! — Он хороший… — Именно! — воскликнула Локсар, перебивая подругу, — Насколько я помню, тебе всегда нравились плохие парни. Леви негромко рассмеялась, разламывая горячий вишневый пирожок пополам, выпуская клуб пара. — Люди меняются, — сказала она и оставила половинку в картонной коробочке, — Он действительно выглядит скромным, хотя парни вроде него частенько оказываются с завышенной самооценкой. Улыбка коснулась губ Люси. Безусловно ей льстило одобрение подруг, хоть Джувия и скрывала свой положительный настрой. В Нацу несложно разглядеть огромное сердце и детское смущение, он сам по себе является удивительным человеком. — Он ходит в тренажёрный зал? — спохватилась Джувия, продолжая рассматривать парня, высокие скулы которого уже начинали покрываться лёгким румянцем. — Не знаю, — передернула плечами Люси и провела рукой по распущенным волосам. Ей только сейчас пришло в голову, что Драгнил может посещать подобные заведения. Вспоминая моменты, когда парень был без одежды, и когда она трогала его, ощущая под ладонями перекатывающиеся мышцы, можно было допустить возможность, что он все-таки занимается своим телом. В низу живота что-то вспыхнуло, и Люси пришлось прижать колени друг к другу. — Как это не знаешь? — Локсар отодвинула от себя баночку с напитком и непонимающе уставилась на подругу. — Джу, я встречаюсь с ним всего лишь две недели… — Ты спишь с ним больше месяца, — небрежно бросила она и уставилась на Люси немигающим взглядом, — Но он действительно выглядит порядочным… Надеюсь в этот раз у тебя все серьезно, — добавила она. Закусив губу, Хартфилия промолчала. Она тоже на это надеялась. Никогда ещё она не испытывала подобного рядом с парнем и вряд ли когда-нибудь испытает. Вся эта химия между ними — нечто неповторимое. — Нужно будет познакомить его с Греем, — услышала она голос Локсар, обращающейся к Леви, — И с Гажилом тоже. Мне кажется они найдут общий язык. Все куда более серьезно, — мелькнула мысль в голове Люси. Она обернулась, встречаясь с испытующим взглядом Нацу, ободряюще улыбнулась ему и подмигнула. Какое же облегчение пронеслось в выражении его лица, явно повеселившее обоих. Все меняется к лучшему. И все это началось лишь благодаря ее портрету в его скетчбуке.