Ты ничего не знаешь, Поттер

— Вы же сказали, что никаких Даров тут нет! — обиженно крикнул Гарри. — Для начала постарайся не кричать, Гарри, — спокойно попросил Дамблдор. — Иначе нам придется перенести этот разговор на другое время, а мне бы этого не хотелось. Со временем у меня не так хорошо, как кажется студентам, — он усмехнулся. — Но и посвящать в наши тайны мадам Помфри не стоит. Если только нам потребуется ее консультация. Будешь держать себя в руках? Гарри кивнул. — Я постараюсь, директор. — Вот и хорошо. Для начала — ничего подобного я не говорил, если ты помнишь, мы тогда разговаривали совсем о другом. И эти Дары упоминаются в «Сказках барда Бидля»… в твоем видении была такая книга? — Да. — Вот. Но это детская сказка… даже не знаю, чему она учит, хотя когда-то читал ее своей сестре… но это совсем другая история. — Простите, сэр, — перебил его Гарри. — Ваша сестра умерла? Простите, что спрашиваю, но в книгах об этом написано. — Ничего, Гарри. Я понимаю твой интерес. Да, она умерла, но это было давно. Боль уже притихла, я с трудом вспоминаю ее лицо, но с этим мне помогает один артефакт, когда-нибудь я покажу его тебе. Ее смерть была и неожиданной, и ожидаемой. Плохое здоровье, сильный магический выброс в детстве, превративший ее почти в сквиба… и во время одной ссоры, свидетелем которой она стала, ее сердце просто не выдержало. Она была чуть постарше тебя. [1] — Сожалею, сэр. — Как я уже сказал, боль уже утихла. Прошло слишком много лет, чтобы я по-прежнему печалился о ней так, словно это случилось только что. Кроме того, мне пришлось хоронить многих друзей и просто хороших знакомых, это тоже накладывает свой отпечаток. Надеюсь, тебе не придется испытать все это. Так вот, в сказках Дары есть, но есть и волшебники, которые верят в их существование. Например, издатель журнала «Придира» Ксенофилиус Лавгуд. Он, конечно, немного эксцентричен, но подходит к поискам со всем тщанием и собрал неплохой архив, в котором есть как настоящие документы, так и различные догадки — его и других энтузиастов. Насколько я помню, это особая палочка, плащ-невидимка и воскрешающий камень. Так? — Да, директор. В книгах одним из Даров была ваша волшебная палочка, директор. Вы ее выиграли в поединке с Грин-де-Вальдом, — сказал Гарри. Дамблдор запустил руку в карман и достал обычную волшебную палочку, похожую на множество других палочек. Они с Гарри внимательно ее осмотрели. — Вообще-то я приобрел ее у Джербольда Олливандера, деда Гаррика, [2] когда мне пришло письмо из Хогвартса. Палочку Грин-де-Вальда я помню, ее, кажется, изготовил кто-то из Грегоровичей, но голову на отсечение не дам. Я его палочку сдал в Министерство, когда вернулся с войны, а там ее либо положили в архив, к другим трофеям, либо сразу сломали. Попрошу Аластора проверить, но вряд ли это был Дар Смерти. А что с остальными Дарами? — Камень был в кольце Гонтов, из которого Волдеморт сделал крестраж. Он спрятал кольцо в том доме, где жили Гонты. Ну, там лачуга какая-то, рядом с поместьем Реддлов. Только на кольце была сильная защита. — Насколько сильная? — спросил Дамблдор. — Какие-то чары, — пожал плечами Гарри. — В книгах подробностей нет, но у вас… то есть у директора Дамблдора из книг… начала чернеть рука, когда он надел это кольцо. — Наверняка что-то темное и смертельно опасное, — согласился Дамблдор. — Я помню семейство Гонтов, но о них давно ничего не было слышно. И почему Волдеморт решил использовать для крестража их кольцо? — Так он их потомок, — объяснил Гарри. — Это их семейное кольцо, Волдеморт отнял его у своего дяди Морфина Гонта. — Да? Как любопытно. А ведь все считали его просто безродным сиротой. Хотя те Гонты, которых я помню, выделялись только своей бедностью. Они даже не посылали своих детей в Хогвартс, это для них были непосильные расходы. И вдруг такое кольцо. [3] — Там еще был медальон Салазара Слизерина, Волдеморт и его превратил в крестраж, — вспомнил Гарри. — Этот медальон его мать продала, когда голодала. — Придется, видимо, наведаться в этот дом Гонтов, посмотреть, что там да как. Только прежде придется сходить в министерство, узнать, где они жили. — Деревня Литтл-Хэнглтон, — подсказал Гарри. Дамблдор задумался ненадолго, потом покачал головой. — Нет, не знаю. Но, думаю, там и адрес есть точный, и судьба этих Гонтов прояснится. — Морфин вроде должен в Азкабане сейчас сидеть, — Дамблдор удивленно уставился на Гарри. — Ну, если верить книгам. Его Волдеморт подставил, он убил тех магглов, Реддлов — своего отца и бабушку с дедушкой, а свалил все на дядю. [4] — Весьма любопытно, — тихо сказал Дамблдор. — Даже через столько лет стоит восстановить справедливость, если, конечно, этот Морфин ни в чем не виноват. А третий Дар? Плащ-невидимка? Гарри совсем по-детски шмыгнул носом. Его почему-то начало клонить в сон. Он потер глаза кулаком. — Плащ-невидимка принадлежал Поттерам, мой отец отдал его вам незадолго до смерти. Дамблдор покачал головой. — Не припомню ничего подобного, — сказал он. — Да и слишком глупо расставаться с таким артефактом в тех условиях. Ведь фактически шла война. Я не принял бы этот плащ, даже если бы Джеймс умолял меня на коленях. Так что нет, плаща у меня нет, и я о нем никогда не слышал. Хорошо, Гарри, спасибо, что рассказал все это. Мне теперь нужно многое проверить, да и Аластору работенки подвалило. А ведь ему еще учебные планы изучать. Гарри собрался с духом. — Директор, я вот что подумал. Если никакого пророчества не существовало, почему Волдеморт пошел убивать мою семью? Маму, папу, меня? Дамблдор пожевал губами. — Понимаешь, Гарри. Это одновременно и сложно, и просто. Войны волшебников отличаются от войн обычных людей. Здесь нет фронтов, в случае опасности большинство магических семей сразу прячутся под специальными чарами и выходят по делам только в безопасные места. Достать их невозможно, если только случайно. Фактически в какой-то момент Волдеморт мог бы напасть только на Косую аллею, на Министерство, на Хогсмид и на Хогвартс — эти места никакими чарами не закроешь. Но Хогвартс защищен хорошо, как и Хогсмид, на Косой аллее к тому времени уже нападать было не на кого, все попрятались, а пустое Министерство без сотрудников ему было не нужно. Так что это была война шпионов… или разведчиков, называй как хочешь. Тебе и твоим родителям не повезло — вас предал хранитель тайны. Почему Питер так поступил, я не знаю. Допросить его, сам понимаешь, не смогли. Ну, а Волдеморт не мог не воспользоваться такой возможностью и отправился к Поттерам сам. Что там произошло — я тоже не знаю. Никто не знает. Существует теория про кровную защиту твоей матери, которая помогла отразить непростительное заклятие, но это именно что теория. Подтверждений нет. А теперь прости меня, но мне нужно идти. Отдыхай, Гарри. И попробуй найти драже с хорошим вкусом. Они там точно есть, мне рассказывали. Дамблдор встал и быстро покинул палату. Гарри собрался лечь и действительно отдохнуть — есть драже он все же не рискнул, да и голода не чувствовал. Но вдруг он услышал какое-то шипение из того угла, где стояла кровать Гермионы. Он посмотрел туда и с облегчением заметил лохматую голову, которая выглядывала из-за ширмы. — Гарри! Ты можешь подойти ко мне? — громко прошептала Гермиона. Отказать Гарри, конечно, не мог. Он вскочил, почти побежал, потом остановился, вернулся и подхватил с тумбочки пакет. Интересно, какое драже попадется Гермионе?