Любовь зла - полюбишь и к... канадского лося!

Проснувшись на рассвете, Отабек обращает внимание, что Джей-Джея уже нет в его постели. И как понимать этого парня? Лерой – король – хозяин своей жизни, который забывает о правилах; спит, пропуская тренировки, и не зависит от чужого мнения… Его темперамент и натура привлекали Алтына; заставляли думать о нём. Было сразу понятно, что Жан живёт в своё удовольствие. А Отабек же всегда старался следовать правилам. Он был полностью погружен в мир фигурного катания, невзирая на иные увлечения. Он мыслил не так, как Джей: если для канадца музыка была ещё одним любимым хобби, ради которого можно пропустить тренировку, то для Отабека это в первую очередь способ заработка, байк – средство передвижения, а фигурное катание… это фигурное катание – то, чем он жил с самого детства и живёт до сих пор. Но иногда Жан-Жак удивлял казаха. Когда нужно, Джей-Джей словно по щелчку вмиг становился серьёзным и ответственным парнем. Помогал своему отцу в пансионе, нагонял все пропущенные тренировки в свободное время… Будучи одним из лучших фигуристов, Лерой определённо умел поражать своим образом жизни. Одевшись в тренировочную футболку и спортивные леггинсы, Алтын застёгивает на себе спортивку и покидает общежитие для пробежки. Но стоило только перейти на бег, как он слышит за спиной своё имя. - Доброе утро, - зевнув, произносит Лерой, подходя ближе к соседу, отчего тот, посмотрев через плечо, останавливается у ворот. - Доброе, - обернувшись, мягко отвечает казах, - Ты вновь занят делами с самого утра? - Скорее доделывал то, что не успел сделать вчера, - пожимает он плечами и указывает в сторону катка, - Я встал пораньше, чтобы перезалить лёд для тренировок. Ты всегда бегаешь по утрам? - Да, практически всегда, - кивает Отабек, - Это помогает отойти ото сна, да и для здоровья полезно. - Не против, если я составлю тебе компанию? – задаёт Джей вопрос, и Алтын удивляется, - Я всё равно собирался выгуливать Баки. А для пса, который вечно сидит за калиткой, будет полезно пробежаться. Дважды спрашивать казаха не пришлось – тот и сам был не против компании. А компания в лице Джей-Джея была лучшим и в данный момент единственным вариантом. На середине пути, Лерой и Отабек переходят на шаг, давая лабрадору передышку, и решают неспешно прогуляться вокруг пансиона. - Так значит, ты вчера встречал друга? – интересуется Лерой, поправляя поводок на запястье, а после прячет руки в карманы. - Да, как оказалось, он тоже теперь будет тренироваться здесь. Мы были знакомы ещё в Америке. Дыша свежим воздухом, Джей поднимает глаза к небу. - У тебя много друзей? – задаёт он вопрос, наблюдая за пролетающей вдалеке стаей птиц. - Много ли? – Отабек удивляется неожиданному вопросу канадца, а после даёт себе секунду на размышление, - Не то, чтобы много… - Но ты без труда можешь поладить с кем-либо, верно? - Почему спрашиваешь? – Алтын переводит свои тёмные глаза на Джей-Джея и обращает внимание на его улыбку. - Ты мог бы стать душой компании, если б захотел. - А что насчёт тебя? – Отабек наблюдает, как в серо-голубых глазах проснулся интерес, - Ты наверняка умеешь располагать к себе людей. - Располагать к себе и быть душой компании – это разные вещи. Будучи юниором, я уже смог стать одним из лучших фигуристов страны и обзавестись поклонниками. Не буду лукавить – я пользуюсь этим, и это действительно помогает проявить к себе интерес. Но, как правило, стоит узнать меня поближе, как тот же самый интерес быстро гаснет. Виновато улыбнувшись, Лерой потирает кончик носа, а затем тянет поводок на себя, чтобы Баки шёл рядом, и добавляет: - Я думаю, к таким, как ты, люди должны тянуться сами по себе. - На самом деле мне трудно сходиться с людьми, - серьёзно заявляет Алтын, - Особенно с такими, как ты. На удивление казаха, его последняя фраза не на шутку смешит канадского спортсмена. Его смех звонко разносится по округе, уносясь куда-то вдаль подхватившим ветром. Отабеку нравилось то, как смеётся Джей. Нравилась его заразительная улыбка. И он искренне не понимал, почему это раздражает других. - Ты прав, мы с тобой не похожи, - сквозь смех, выдавливает Лерой, а затем делает глубокий вдох, чтобы успокоиться, - Если я как открытая книга, то ты для меня настоящая загадка. - Что? – поражаясь услышанному, парень переводит изумлённый взгляд на короля. - Я совершенно не представляю, что творится у тебя в голове. Хоть взглядом сверли – трудно понять, о чём ты думаешь. Наверное, поэтому ты мне и нравишься. Отабек не знал, что и думать на этот счёт. Он всегда считал себя простым, ничем непримечательным парнем. Хоть Жан-Жак и упомянул о своей открытости, но для Алтына он оставался всё таким же недосягаемым. Казах не мог для себя понять – по какой именно причине этот спортсмен его так завораживает? Звук глухого сердцебиения захватывает дух, и Алтын замирает на месте. Джей-Джей что-то говорит ему, но парень, будто не слышит, смотря на него в упор, а после, тихо сглатывая, старается собраться с мыслями – сердце отбивает удары слишком яро. Лай пса, заставляет казахского фигуриста вернуться в реальность, пару раз поморгать, отвести взгляд и снова его поднять. На этот раз, Жан-Жак пристально вглядываясь в юношу, пытается разобрать его переменчивость. - Что-то не так? – стоя напротив, задаёт он вопрос. - Нет, - слабо улыбнувшись, Отабек качает головой, - Не думал, что кому-то будет интересно копаться у меня в голове. Джей-Джей улыбается в ответ, и Алтын, сделав вздох, подходит ближе. - Это был твой последний юниорский год? – спрашивает он в надежде отвлечься от странного чувства. - Да… - кривит улыбку Лерой, отводя взгляд, - Я никогда не горел желанием как можно скорее попасть во взрослую лигу. Там совсем иной уровень. Если среди юниоров мне нет равных, то в новом сезоне всё может кардинально измениться. Джей вовсе не дурак – он прекрасно понимает, какая это ответственность. Отабек тоже это понимает, но в отличие от Джей-Джея он не испытывает столь явного давления, поскольку не является титулованным спортсменом. Алтын силён на своей родине, но как юниору ему не доводилось стоять на пьедестале чемпионата мира или четырёх континентов. - Это так же важно для твоего отца, верно? - Он гоняет меня, но мне грех жаловаться. В конечном итоге он делает это для моего же блага. Потрепав Баки за уши, Лерой делает шаг, заставляя Алтына последовать за ним. Думая об ответственности, Жан-Жак невольно вспоминает откат своего друга. На первый взгляд Алтын ничем не выделялся, но зато на катке тот раскрывался и показывал себя таким, каким его не увидишь за пределами льда. - Отабек, скажи, о чём ты думаешь, когда катаешь свои программы? - О чём я думаю? - вопрос для казаха казался неожиданным, но он же и заставляет глубоко задуматься над ответом, - В какой-то мере, для меня лёд – это поле битвы. Выжить на нём могут лишь сильнейшие. Мне хочется доказать, что моя страна ничуть не хуже других. Но… в то же время, я хочу верить и в то, что и сам на что-то способен. Может когда-нибудь и мне выпадет шанс завоевать золото, но пока что в это слабо верится. Всю ли правду он сказал канадцу? Нет. Не всю. Ещё он думает о маленькой зеленоглазой фее, которая вдохновила его продолжать эту борьбу… И сейчас немного о самом Лерое. Этот парень так же вдохновлял казаха и маячил на горизонте маяком. И глядя на него сейчас; прогуливаясь вот так рядом с ним, Отабеку кажется, что он способен на многое – готов пообещать себе, что достигнет его света. Вряд ли подобные мысли помогут канадцу обрести то умиротворение, которое ему так необходимо для идеального отката. Он не собирается никому ничего доказывать. Он знает, что во многом превосходит других учеников своего отца, а катается в первую очередь потому, что это доставляет ему удовольствие. Потому, что ему нравится быть лучшим… - У каждого своя цель, - Отабек пожимает плечами, - Тренера мне всегда говорили – первым делом ты должен понимать вот здесь, - показав большим пальцем место на груди, где бьётся сердце, Алтын продолжает свою речь, - Что для тебя фигурное катание. И для чего или кого ты катаешься… Мне хотелось сдаться. Но один человек показал мне, что не только талант всё решает. Если я буду бороться, совершенствоваться, я смогу достичь небывалых высот. И... когда-нибудь, я догоню и тебя, Жан… Поражённый доводами Алтына, Джей удивлённо смотрит на него. - Ты ровняешься… на меня? Лерой всегда знал, что его талант признают, но никто не хотел быть на него похожим. Никто не видел в нём фигуриста – в первую очередь на него смотрели как на самоуверенного и самовлюблённого выскочку, который только и может, что хвастаться. Но Отабек не такой, и это приводит короля в замешательство. Как он может говорить, что он ему не ровня, если сам Джей считает по-другому и видит в нём те качества, которыми сам бы хотел обладать? Отведя взгляд, Лерой задумывается – у него нет определённой цели. Он катает лишь потому, что ему это нравится. Может в этом всё дело? - У тебя есть талант и артистизм. Твоя техника на высоком уровне, - подмечает Алтын, глядя на канадского спортсмена, - Найдя то, для чего ты катаешься, ты станешь недосягаем. Я же способен достичь чего-либо, только благодаря своему упорству и трудолюбию, но я не намерен от этого сдаваться. - Артистизм и технику можно натренировать, но от них не будет толка, если я не сумею совладать с собой, - улыбнувшись, Жан кратко глядит на парня, - Натура человека – это врождённая черта. Но возможно, если бы я понаблюдал за тобой, я бы смог понять, чего мне действительно не хватает. Чёрный пёс вновь дёрнул поводок, и Жан переводит на него взгляд. Баки путался под ногами, помахивая хвостом и призывая парней ускорить шаг. - Думаю, нам стоит поторопиться, - поднимает голову Лерой, и Алтын не может не согласиться. Последующий путь они наслаждались тишиной природы, что их окружала, и лишь время от времени перекидывались короткими фразами. Но как только фигуристы переступили порог пансиона, Джей-Джей попадает под прицел своего отца. - Джей… - Доброе утро, пап, - наклонившись к ошейнику, парень отпускает собаку с поводка. Получив свободу, Баки тут же понёсся через весь двор, радостно встретил главу спортивного комплекса, а после, забежав за угол ближайшего здания, скрылся из виду. - Доброе утро, мистер Алан. - Доброе, Отабек, - кивает мужчина, остановившись напротив, - Джей, разбуди близнецов к завтраку. Уверен, ты с утра ещё ничего не ел, так что тебя я тоже жду в столовой. На такое замечание младший Лерой виновато пожимает плечами, а после Алан глядит на своего второго ученика. - Отабек, ты тоже присоединяйся. До тренировки ещё есть время. - Спасибо за предложение, но я не думаю, что мне стоит мешать вашей семейной трапезе, - скромно улыбнувшись, высказывает своё мнение казах. - Брось, Отабек, - фыркает Жан-Жак, скрестив руки на груди, - Трудно назвать семейной трапезой завтрак в столовой, когда близнецы кидаются едой. С ними только мама и справляется. Алан улыбается, собирая мелкие морщинки вокруг глаз. - Это точно, - соглашается с ним мужчина, - Во время завтрака постепенно подтягиваются и другие ученики, так что мы будем вовсе не против, если ты позавтракаешь с нами. - Раз вы настаиваете, - Отабек не может не ответить доброй улыбкой своему тренеру, и тот, кивает казаху; одобрительно хлопает своего сына по плечу и уходит.

***

Поначалу Отабек чувствовал себя не в своей тарелке в кругу Лероев, но глядя на восьмилетних детей, которых звали Джули и Марк, он невольно вспоминал свою семью. У него тоже есть братья и сёстры и сейчас он понимал, как сильно по ним соскучился за те годы, которые он прожил вдали от дома. Близнецы не были похожи на своего старшего брата – вероятно, пошли в мать. А вот сходство тренера и его первенца сейчас Алтыну было видно невооружённым глазом. Когда казах доедал рисовую кашу, в столовой начали появляться сонные юниоры, а после к их с Джеем столику подошёл Дидрих, чтобы забрать близнецов для предстоящей тренировки. - Спасибо за компанию, мальчики, - поднимаясь с места и убирая свой поднос с грязной посудой, благодарит старший Лерой, - Жду вас обоих на катке через пару часов. Только тренер собирается отойти от стола, как чей-то голос привлекает его внимание, а подняв голову, смотрит, что к их столику направляется парень, которого он раньше не примечал в стенах спортивного комплекса. - Доброе утро, Отабек, - радостно улыбаясь, приветствует Иглесиа, держа перед собой поднос с едой. - Привет, Лео, - тихо и кратко здороваясь в ответ, Алтын отправляет в рот последнюю ложку риса. - А вы должно быть мистер Алан, - переведя взгляд на мужчину, догадывается новичок, - Я Лео де ла Иглесиа. - Да, мне сказали, что ты приехал вчера. Алан Лерой, - так же кивает тренер, - А это Джей-Джей, - указывая на своего сына, представляет он и его заодно. - Рад знакомству, - присаживаясь рядом с казахом, американец ставит поднос на стол и протягивает руку парню. Жан-Жак внимательно смотрит на друга своего соседа. С виду вполне нормальный парень, который не очень походил на американца: тёмные волосы убраны назад и завязаны в тугой полухвост, открывая массивный лоб; кожа была на тон темнее собственной, отчего Отабек рядом с ним казался ещё бледнее, а сам одет он был в простую спортивную одежду. Кратко взглянув на отца, Джей-Джей тут же всё понимает по его взгляду, который означал только одно – «Ещё один друг-фигурист тебе не помешает. Давай же, пожми ему руку» и в конечном итоге, канадец выполняет немую просьбу своего старика. - И я тоже рад, - произносит он, глядя на то, как Лео улыбается. - Что ж, я надеюсь, ты сможешь с ним поладить так же, как и с Отабеком. Джей давно научился читать между строк, но явное желание Алана, чтобы его сын умел находить общий язык с новичками с первых же секунд, немного давило на самого фигуриста. - Да… Если, конечно, ты не завалишь меня работой и я не буду пропадать в тренерской как отшельник. - Джей… Парень тут же поднимает руки вверх в знак поражения. Бросив многозначительный взгляд на сына, Алан прощается с ребятами и покидает столовую. - Зря ты так с ним, - тихо высказывает своё мнение Алтын, отпивая компот, - Он же тебе добра желает. - И я это прекрасно знаю, - вздохнув, Лерой проводит рукой по волосам, - Просто я не умею держать язык за зубами тогда, когда это нужно. Наверно, это грубо прозвучало, да? - Немного, - соглашается сосед, а затем поднимает на канадца карие глаза, - Ты действительно считаешь, что он слишком погружен в свою работу? - Нет, конечно же, - хмурится Жан, - Я вовсе не считаю его затворником… Но иногда мне кажется, что он грузит меня своими делами только для того, чтобы я не ляпнул кому-нибудь что-нибудь лишнего. - Не стоит беспокоиться, - решает приободрить нового знакомого американец, - Если захотеть – можно подружиться с кем-либо даже против его воли. - Ты сейчас говоришь о себе? Риторический вопрос казахского фигуриста заставляет Иглесиа пожать плечами и Отабек, с улыбкой на лице, переводит взгляд на полупустой стакан. На счёт последнего высказывания Алтын понимал, что Джей говорит не всерьёз, но не мог не отметить логику сказанного, что так же его забавляла. Разминая затёкшие мышцы, Джей-Джей старается взбодрить себя, а спустя секунду поднимается со стула, когда Лео приступает к своему завтраку. - Тебе уже показывали пансион? – спрашивает канадец у новичка. - Лишь его часть, - всё так же по-доброму кивает Иглесиа. - Я, пожалуй, составлю компанию Лео и покажу ему, что и где находится. Всё-таки он здесь первый день… - сообщает о своём решении Алтын, - А ты иди, не стоит из-за меня задерживаться. В глазах местного короля можно заметить лёгкую досаду от сказанных слов, но по привычке, натянув улыбку, Джей поддерживает идею своего друга. - В таком случае рассчитываю на тебя, - берёт он поднос в руки, - Увидимся на тренировке. Только когда канадец скрывается из виду, Иглесиа поворачивается к старому знакомому. - Трудно назвать его отношения с тренером профессиональными. - Это потому, что мистер Алан – его отец. Заметив изумление в глазах американца, Алтын ставит локоть на стол, подпирая голову рукой. - На самом деле Джей-Джей удивительный парень. Да, бывает, что он не ладит с некоторыми ребятами, но в целом он хороший человек. И очень талантлив… Даже помогая здесь своему отцу – это не мешает ему быть лучшим среди фигуристов. - Надо же, - Лео не без восхищения подначивает парня, - У тебя так глаза горят, когда ты говоришь о нём… Он действительно настолько хорош? Такое замечание заставляет казаха опомниться и вновь придать себе невозмутимый вид. Отведя взгляд, он поднимается на ноги, и не глядя на паренька, отвечает: - Сам увидишь. И тогда поймёшь.

***

С самого утра день выдаётся нелёгким – как и многие другие. Неделя летела стрелой, а изматывающие тренировки выбивали канадца из сил. Несмотря на то, что он с Отабеком живёт в одной комнате и тренируется в одно и то же время, Лерой практически с ним не общается. Кропотливая работа на льду не даёт отвлечься, чтобы поговорить, а вечером от усталости хочется лишь одного – поскорее оказаться в постели. Днём после тренировок Джей-Джей несколько раз предлагал Алтыну развеяться, съездить в город и на время забыть о тренировках, но положительного ответа король так и не добился. Казах с пониманием относился к Жану, ловя себя на мысли, что так же думал о том, чтобы сбежать с пансиона на пару часов и расслабиться, но постоянная компания в лице Лео Иглесиа не оставляла его ни на минуту. Закончив с тренировкой немного позже остальных, Джей-Джей возвращается обратно в общежитие. Понимая, что его сосед, вероятно, проводит время со своим старым другом, он решает воспользоваться моментом и отдохнуть наедине с собой, а после отправиться в душевую кабину. Однако стоит ему приоткрыть дверь, как голос американца заставляет его застыть на пороге. Лео сидел на кровати канадца напротив Отабека, который держал в руке гитару, и с улыбкой беседовал, как успел предположить Джей, о музыкальном таланте казаха. А заметив, что дверь в комнату открылась, он переводит взгляд на вошедшего парня. - Привет, Джей-Джей, - выпрямившись, здоровается американский спортсмен, - А мы как раз о тебе говорили. Отабек сказал, что тебе тоже интересна музыка. Король одаривает гостя многозначительным взглядом, а после переводит его на друга. - Удивительно, что вы говорите обо мне, - пройдя к своему шкафу, без радости в голосе произносит Джей. Отвернувшись и открыв дверцу, он достаёт полотенце и сменную одежду – раз его собственная кровать занята, лучше принять душ прямо сейчас. - Не то, что бы… - пожимает плечами Алтын, сам не понимая своего оправдания, - Просто к слову пришлось. Понимая, что ответа не последует, казах внимательно смотрит в спину канадца, а затем переводит взгляд на полотенце в его руке. - Лео, я думаю, что нам лучше поговорить о музыке в другом месте. Уверен, Джей хотел бы отдохнуть после душа. - Точно, я даже не подумал об этом… - вскакивая с чужой кровати, Иглесиа виновато глядит на фигуриста, - Извини. - Не стоит, - закрыв дверцу шкафа, оборачивается Жан, - У меня есть ещё пару дел, которые стоит закончить. Если вы не забыли, сегодня у нас субботник. Не дожидаясь ничего в ответ, фигурист покидает пределы комнаты, оставляя парней наедине. Отабек устремляет взгляд в пол – это напряжение он чувствует уже несколько дней. Не нужно быть гением, чтобы понять Джей-Джея. Хоть казах и проводил время с Иглесиа, но мысленно он постоянно был где-то с канадцем. А после того, как Лео отметил особенность Алтына переводить все темы на местного короля, он стал держать язык за зубами и перестал игнорировать тот факт, что к Жану он испытывает определённого рода чувства. - Кажется, я не очень-то нравлюсь Джей-Джею, - пожимая плечами, делает выводы Лео, - Раз он избегает моего общества. - Ты ошибаешься, - вздохнув, отрицает юноша, - Джей открытый парень. Видимо он просто переутомился. - Думаешь? – Лео одаривает казаха кратким взглядом, после чего даёт себе секунду на размышление, - Ну, может ты прав и ему, в самом деле, нужен отдых… Я, пожалуй, пойду. Хочу сделать кое-что перед субботником. - Тебе не обязательно выдумывать причину, чтобы покинуть комнату. - Это вовсе не повод. У меня и в самом деле есть дело, - улыбнувшись, произносит Лео, а затем глядит в телефон, - Кажется, я потерял счёт времени, нужно ещё добраться до города… Поговорим о музыке в следующий раз. Махнув на прощание, парень выходит в коридор и закрывает за собой дверь. Только сейчас Отабек позволяет себе расслабиться, отставляя гитару. Кажется, это впервые за неделю, когда он слышит одну только тишину. А раз Лео не будет несколько часов, то не стоит упускать возможность, чтобы провести немного свободного времени в компании соседа. Решив дождаться возвращения Жан-Жака, казах опускается на кровать и закрывает глаза, но спустя сорок минут, после лёгкой дремоты, поднимается на ноги и выходит из комнаты. Джея нет слишком долго, поэтому Алтын сначала направляется к душевым. В помещении было пусто за исключением оставленных канадцем вещей в шкафчике. Возможно, он сейчас действительно занят, но Отабеку, как он посчитал сам, было необходимо перекинуться с Лероем хотя бы парой фраз, а потому, встретив в коридоре Алана, решает поинтересоваться, где именно можно найти сейчас его сына. - Дела? – переспрашивает тренер, искренне удивляясь, - Я не поручал ему на сегодня никаких дел. У него сейчас такое же свободное время, как и у всех. - Он сказал, что будет занят чем-то… - хмурит брови казах. - Посмотри в балетной студии. Возможно, что он сейчас именно там. Поблагодарив старшего Лероя за подсказку, Алтын направляется прямиком ко второму корпусу. Звуки приятной музыки он услышал ещё в коридоре, а приоткрыв тяжёлую дверь и переступив порог зала, застаёт Джей-Джея за клавишами пианино. Лёгкая, звенящая мелодия эхом разливалась по огромному помещению, но когда канадец замечает в отражении зеркал силуэт казахского парня, его пальцы невольно замирают, обрывая непрерывную игру. - Значит, - неспешно направляясь к парню, начинает Отабек, чуть заметно улыбнувшись, - Это и есть твои дела? - Одно из них, - опуская взгляд на свои руки, пожимает плечами Лерой. - И зачем же ты солгал? – хоть ответ и был очевиден, но Алтын не мог не задать этот вопрос. Остановившись рядом с пианино, он выжидающе смотрит в тёмную макушку фигуриста. - Вероятно… потому, что не хотел мешать тебе и твоему другу проводить время? – подняв голову и заглянув в тёмные глаза напротив, отвечает Жан вопросом на вопрос, - Странно, что ты сейчас не с ним. Я уже начал привыкать видеть вас вместе. - Он уехал из пансиона на какое-то время. Лео предполагает, что ты… - договорить Алтыну не даёт вновь заполнившую зал лирическая мелодия. Сейчас ему было трудно понять, толи Жан действительно устал, толи ему просто не хочется говорить о Лео. - Я ничего не имею против Лео, - не прекращая играть, сообщает канадец, - Просто его слишком… - Много? – заканчивает чужую мысль Отабек и тот, вздохнув, прикрывает глаза и опускает руки на колени, - Я согласен. - И поэтому ты решил воспользоваться моментом, чтобы от него отдохнуть? – улыбнувшись, Джей сдвигается на дальний край банкетки и тем самым приглашает Отабека сесть рядом. - Не знал, что ты ещё играешь на пианино, - присев, скромно восхищается Алтын. - Это, конечно, не фортепиано, что стоит дома в гостиной, но для сочинения композиций для собственной программы сойдёт, - поглаживая крышку инструмента, решает пояснить король. Подбирая ноты, Джей иногда напевал слова, что попутно приходили к нему в голову. Но понимая, что рифма не складывается, канадец лишь раз за разом проигрывал короткий кусочек будущей композиции. Вот и сейчас он занимался тем же, до прихода казахского спортсмена. - Ты удивляешь меня всё сильнее, Джей… Я и не думал, что ты сам создаёшь музыку. - Наверное, это один из способов самовыражения. Во всём, что касается фигурного катания, я хочу показать свой максимум – будь то артистизм или простая подборка композиций. Музыка вновь эхом отскочила от стен, стоило только смуглым пальцам коснуться белых клавиш, и Алтын, поддаваясь этому гипнозу, глубоко ушёл в своё подсознание. С момента первой встречи и первого взгляда Отабека и Жан-Жака, времени прошло всего ничего, но казах не мог не поражаться тому, как быстро и легко он изменил о нём первое сложившееся впечатление. С виду Джей казался слишком самоуверенным – настоящий павлин; показушник. Но, за ту неделю, что Алтын пробыл с парнем в одной комнате, он неоспоримо подметил, что Жан тот ещё трудоголик. Он загоняет себя на тренировках, посвящает себя музыке, и не даёт своему отцу гробить своё здоровье, взваливая на себя весомую часть его работы. Слишком много нестыковок было в младшем Лерое. Слишком много противоречивых качеств. Его хотелось разгадать… И даже асоциальный Алтын признал, что общество этого шумного фигуриста ему вовсе не в тягость. С Джеем хотелось общаться. Хотелось тянуться за ним. И к нему… Последняя мысль пугает его. Он точно знал, что те чувства, которые он испытывает, отнюдь не дружественного характера. И это заставляло одуматься. Вернувшись в реальность, парень поднимается с места и отходит к окну, даже не понимая, что музыка перестала играть за секунду до его действий. - Что-то не так? – проследив за казахом внимательным взглядом, задаёт вопрос Лерой. - Нет, всё нормально, - качает Алтын головой, продолжая стоять спиной к другу, - На секунду дурно стало. Я сегодня не завтракал… Отабек ожидал услышать что-то в ответ, но лишь уловил звук закрывающейся крышки старого пианино. - В таком случае лучше пойти и поесть, - разумно рассуждает Джей, поднимаясь с места, - В столовой сегодня невероятно вкусный запечённый минтай… Хоть Лерой и не видит, но Отабек не может сдержать улыбки на его замечание. Уговаривать было бы излишне. - Ну, разве что невероятно вкусный, - повернувшись лицом к соседу, кивает Алтын, - Составишь мне компанию? - Только после душа. Я его так и не принял… - виновато улыбнувшись, пожимает плечами король в ответ, - Десять минут. Отабеку этого вполне достаточно, чтобы усмирить ту бурю эмоций, что разыгралась в его душе.

***

- Ты же из Казахстана. Почему решил тренироваться у моего отца? Джей-Джей присел на спортивный мат и отложил метлу в сторону, пока его сосед стоял напротив и собирал в коробку ненужный инвентарь. Субботник близился к концу, а с ним заканчивался и день – и теперь, после проделанной работы в складском помещении, которое располагалось в здании тренерской за углом, ребята позволили себе немного отдохнуть. - Я жил и тренировался в США последние несколько лет. За это время я не добился особых результатов, поэтому мой тренер посчитал, что мне стоит немного поучиться здесь; познать другую методику, возможно, открыть для себя что-то новое, - закрыв коробку, Алтын отворачивается от стола и, облокотившись на него, скрещивает руки на груди. - И как? Открыл что-нибудь? – поднимая взгляд к потолку, Джей опускается на мат и закидывает ногу на ногу. От этого вопроса казах с замиранием чувствует, как по коже пробегают мурашки – мысли вовсе не о новых методах тренировок, которые он успел разучить. - Начинаю открывать… - на секунду отведя взгляд карих глаз, тихо произносит Алтын, говоря о своих неожиданно возникших чувствах к канадцу, - Почему ты спрашиваешь? - Потому что приехать сюда заманчивой перспективой я не считаю, - заведя руки за голову и уставившись в тёмный потолок, высказывает своё мнение король, - Я имею в виду, что наши методы не сильно отличаются от других школ. Тут скорее всё зависит от людей. Единственное – здесь ты более сосредоточен, поскольку почти всё своё время приходится проводить в изоляции от города, но не всем это по душе. - Быть может именно это и помогает добиваться результата? – Отабек смотрит на Лероя, но тот так и продолжает лежать, лишь пожимая плечами. Короткая тишина сменяется глухими неспешными шагами, а после Жан-Жак чувствует, как край мата прогибается под весом темноволосого казаха. - Я всё чаще думаю о том, чтобы сменить тренера и перебраться сюда, в Канаду… - Сюда? – оторвав взгляд от мигающей лампочки, Лерой, приподнимается на локтях и переводит серо-голубые глаза на друга, - То есть тренироваться именно здесь? У моего отца? - Я ещё не решил точно, - смотрит через плечо Алтын, - Посмотрим к концу межсезонья. - Что ж, это очень серьёзный шаг, - опускается обратно спортсмен, - Но я буду рад тренироваться с тобой в одной группе и после межсезонья. Одних этих слов Отабеку было достаточно, чтобы улыбнуться. Может, эта идея вовсе не так дурна, как ему казалось на первый взгляд? - Я чуть ли не с рождения тренируюсь здесь, - подпирая голову рукой, Джей поворачивается на бок, - Своё каждое лето я провожу в этом спортивном комплексе и не представляю для себя иного. Но думаю, если бы я тренировался у какого-нибудь другого тренера, мои перспективы, взгляды и цели кардинально отличались бы от нынешних. - Ты не можешь знать, как было бы наверняка. Так же, как и я не знаю, что будет, если я всё же сменю тренера. - Ты говорил о своих мыслях кому-либо ещё? Казах кратко качает головой в знак отрицания, и Джей решает уточнить: - Даже Лео? Отабек вздыхает на поставленный вопрос, прикрыв на секунду глаза, а после поднимается на ноги. - И не собирался ему говорить, - отвечает спортсмен королю, - Считай, что я просто рассуждал об этом вслух. На такое замечание Джей не может усмехнуться, но в то же время он понимает, что Отабек вовсе не из тех людей, которые любят потрепать языком или сообщить о своих возможных планах на ближайшее будущее. Стоит ли расценивать это как знак доверия к его отнюдь нескромной персоне? Наверное, стоит. - Ладно, - хлопнув по коленям, Лерой поднимается с места, - Что там дальше по списку?

***

Воскресное утро выдалось таким же, как и в первый день приезда казаха в пансион. Разве что погода в этот раз не подвела – солнце ярко светило в голубом и безоблачном небе, а тишину лишь изредка прерывал тихий шелест канадских листьев. Позавтракав, Отабек убирает посуду обратно в кухонный шкаф и покидает общежитие. Сегодня он точно решил провести этот день в компании своего соседа – всё же неудобно было каждый раз отказывать королю в его просьбе совместно отдохнуть, поэтому Алтын считает, что было бы неплохо исправить эту ситуацию. Но поскольку Лероя он не видел с самого утра, Алтын направляется к залу хореографии, надеясь застать его за игрой на пианино. А, не обнаружив там Жан-Жака, спускается в тренерскую. Мистер Норман сидел за своим рабочим столом и проверял электронную почту, попутно делая пару глотков только что сваренного кофе, когда в поле зрения попал ученик Алана. Оглядев сначала чистый стол канадского тренера, на котором постоянно лежали стопки различных бумаг, а затем, переведя взгляд на альбиноса, Отабек подходит ближе. - Доброе утро, - вежливо здоровается он, и белокурый тренер поднимает голову. - Доброе утро, Отабек. Сняв очки для чтения, в чёрной оправе, Норман откладывает их в сторону и облокачивается на спинку офисного стула. - Вы не видели сегодня Джея? - Джей-Джей уехал домой на выходные, вместе со своим отцом. Его не будет до понедельника. - Уехал? – чуть нахмурившись, тихо произносит себе под нос фигурист, а затем поднимает глаза на мистера Ридда, - Что ж, ясно. - Тебе бы тоже не помешало отдохнуть. Съезди в город, прогуляйся. Сегодня прекрасная погода. - Как-нибудь в другой раз, - с улыбкой говорит брюнет, - Ещё раз извините за беспокойство. Махнув на пустяк рукой, Норман возвращается к работе, а Алтын покидает пределы тренерского кабинета. Лероя нет – и от этого Отабек чувствует, что сегодняшний день будет тянуться как тягучая карамель. Может, стоит потренироваться, чтобы отвлечь себя хотя бы на время? Но с другой стороны, было бы неплохо денёк всё-таки отдохнуть… Размышляя над этим, фигурист вдруг улавливает невнятные детские речи с катка. Насколько он помнит, дети не могут посещать каток без тренера и оттого решает посмотреть, что происходит в холле огромного здания. - Нет, ты это видел?! Да как вообще можно с таким графиком отдыхать?! – заходя в холодное помещение, вдруг слышит чей-то голос казах. - А чему ты удивляешься? – слышится второй, - Этот график Его Высочество составлял. Как будто можно было другого ожидать… Подойдя к длинной стойке, фигурист наблюдает за тем, как два юниора, на вид лет десяти, раскладывали по ящикам заточенные коньки и ставили их на полки. Мальчишки яро о чём-то беседовали, но Отабеку достаточно было и нескольких фраз, чтобы понять, что речь идёт о его соседе. - Но это всё равно не честно! Самому плевать на правила, но зато к нашему графику тренировок подходит с такой ответственностью, что мышцы до сих пор от боли орут! - Да к чёрту график! Ты посмотри, чем он заставил нас заниматься?! Почему эти коньки не может рассортировать кто-то другой?! Будто специально мстит за тот кофе, который мы у него умыкнули… - Вот значит, чьих это рук дело, - рассматривая ребят, со слабой улыбкой констатирует факт казахский фигурист, - В таком случае, вам бы следовало извиниться перед ним. Так и замерев с коньками в руках, оба мальчика с лёгким испугом подняли глаза на Отабека, что дало возможность хорошенько разглядеть их юные лица. Оба худощавые, со светло карими глазами и вздёрнутыми носами. Тот, что пониже, кратко переглянулся со своим другом, взмахнув каштановую прядь со лба, и нервно сглотнул при виде казахского фигуриста. - Извиниться? Перед ним?! – начал возмущённо протестовать второй парнишка, громко поставив ящик с коньками обратно на стойку, - Да я лучше ведро гвоздей съем, чем стану перед ним извиняться! - Ты же не расскажешь ему, что это мы взяли его кофе? – заметно убавив тон, тихо и взволнованно просит кудрявый мальчик. Отабек переводит взгляд с одного на другого, держит паузу, размышляя, после чего спрашивает: - За что вы его так не любите? - А за что его любить?! – разводит руками тот, что повыше, - Думает, раз он сын главного тренера, то может плевать на правила, да зазнаваться?! Хрен там! У меня от его графика скоро ноги откажут! В доказательства своим словам русоволосый мальчик бросает на стол свёрнутый листок. - Ещё и с коньками возиться заставил лишь потому, что нас вчера не было на субботнике! - Думаю, это вполне справедливо, - решает поспорить Алтын, а после берёт в руки листок. Просмотрев его внимательно, казах отмечает, что график действительно не из лёгких, но учитывая нагрузку старших, он был, не так плох и что самое важное – эффективен. - Он вас грузит не потому, что вы ему досаждаете, - возвращая листок обратно, поясняет Отабек, - Без усердного труда и кропотливой работы вам не стать титулованными фигуристами. Он лишь делает так, как будет лучше для вас. - Чушь! Сам-то он пренебрегает правилами и частенько пропускает тренировки! И всё равно он лучший из лучших! Это же несправедливо! Ходит поэтому такой довольный, всем улыбается в свои тридцать два… так бы и врезал… На такие замечания Алтын лишь улыбается – мальчишки просто-напросто завидуют таланту младшего Лероя. Он понимает, что Жан никогда бы не стал сулить в ответ ребячествам юниоров – он всегда приветлив и общителен, даже если те испытывают к нему открытую неприязнь. - Вы действительно считаете, что ему всё даётся так легко? Попробуйте понаблюдать за ним и поставить себя на его место. Он изнуряет себя тренировками тогда, когда этого никто не видит, а ваш график по сравнению с его вовсе не кажется таким сложным. На самом же деле у вас нет причин ненавидеть его, ведь так? Мальчик с русыми волосами хотел было возразить, открыв рот, но понимая, что Отабек на самом деле прав, не смог подобрать нужные слова. Заметив в глазах ребят долю зародившегося сомнения, Алтын разворачивается чтобы уйти – всё-таки стоит воспользоваться советом мистера Ридда: поехать в город, взять в аренду байк и немного отдохнуть, рассекая воздух по трассе. - Вместо того чтобы осуждать его, лучше попробуйте подойти к нему и попросить потренировать вас, - даёт совет казахский фигурист, бросая фразу на ходу. - Как будто он согласится! – скрещивая руки на груди и надувая губы, не верит в это мальчишка. Отабек замирает не в силах сдержать улыбку на детское ребячество, а затем, обернувшись через плечо, говорит лишь одно: - Не попробуешь – не узнаешь.