ИСТЕРИЧНАЯ ГЕРМИОНА
29 июня 2023 г., 06:00
Сколько бы я не пытался найти Грейнджер, у меня это никак не получалось. Ну и девчонка — возбудила и не дала. А ведь сама была не против. Уверен, она сейчас где-то представляет нашу с ней жаркую ночь, как и я. Мне пришлось вернуться в комнату.
— Блин, и что теперь делать с этим стояком? Я сама впервые с этим сталкиваюсь. – В штанах был возбуждëнный орган, а тело жгло от напряжения. Образ Гермионы не выходил головы Тома Реддла. И я совсем не представляю, что делать в моём положении. Прикоснуться к члену, подрочить в первый раз, как восьмиклассник. Мне это точно поможет?
— Что, так и не удалось увидеться с Грейнджер? – Смерть, как всегда, вовремя. Хорошо, что её не было в кабинете Слизнорта.
— Ты так уверенна? Тогда мне стоит расстроить себя. Я там, конечно же, была. Не могла же я пропустить такое событие. – Реддл лежал на кровати. Даже после появление Смерть в голове по-прежнему была каша. Раз за разом вспоминая поцелуи в коморке, думая о Гермионе, стало очевидно, что Зелье до сих пор во мне.
— Ну как тебе месть? Удалась? – Смерть явно насмехалась над моим состоянием. Что-то мне подсказывает, что тот переполох с зельем подстроила она. Специально дала мне это задание, чтобы пролить на меня Зелье. Появление Гермионы и преподавателей вряд ли входили в её планы. Какая же коварная женщина оказывается эта Смерть. Хотя можно было догадаться ещё с самого начала, когда она засунула меня в тело Тома Реддла.
— Это ты пролила на нас с Гермионой зелье. Зачем заставила уничтожить зелье, если могла сама это сделать? – Но больше всего меня мучает вопрос по поводу нашего соглашения. Я когда-нибудь узнаю всё правду про Реддла? Или меня нагло обдурили?
— Хотела узнать, как же всё-таки действует то зелье из книги. Договор всё ещё в силе, завтра расскажу то, что ты хочешь знать. – После этих слов Смерть, как и след простыл. Я попыталась уснуть, но глаза всё никак не смыкались.
Реддл решил сходить в туалет Плаксы Миртл, подходящего времени не найти, чтобы открыть тайную комнату.
***
Прогуливаясь по ночному Хогвартсу, Том Реддл, конечно же, решил испытать судьбу, решив сходить в тайную комнату. Подойдя к туалету, я услышал слегка уловимый плач. Явно не Плаксы Миртл, так как зачем этому призраку сдерживать себя. В туалете возле раковин плакала никто иная, как Гермиона Грейнджер. Может уйти? Еë иихие всхлипы меня остановили. Я подсел к Гермионе возле раковины. Она плакала, уткнувшись носом в колени, даже не заметив, как зашёл Реддл. — Эй, может тебе упоительное зелье принять? – Не зная что сказать, предложил Реддл. А что,валерьянка точно всегда помогает. Не предложу же я отличнице сигареты (хотя они бы точно помогли) Гермиона была разбита после нашей страсти в коморке. Она никак не могла принять тот факт, что целовалась с будущим Тёмным лордом, который уже успел убить свою семью. На руке Реддла было фамильное кольцо, доставшееся его семье от самого Салазара Слизарина. Даже факт того, что это было просто влияние зелья, который сварил Реддл, не успокаивал её. Ведь в той тесной комнатке Гермиона желала Тома, она хотела ему отдаться полностью. Заняться сексом с Воландемортом. Эти мысли приводили её в ужас. Грейнджер несколько часов сидела в туалете Плаксы Миртл, не в силах остановить свои слёзы, и унять горечь от случившегося. — Хватить с меня зелий, Реддл. – плач Гермионы резко сменился на гневный взгляд. Только не Реддл. Мысли девушки несколько часов были только об этом парне. И она пришла к выводу, что это он во всё виноват. Реддл сварил то проклятое зелье. Он затащил её в ту кладовую, позволил целовать себя, обнимать и надеяться на что-то большее. Только Том виноват в том, что произошло. — А зря, тебе только одна мысль о зелье помогла. Теперь не ноешь тут. – Ухмылка на лице Реддла бесила Гермиону. Как он может улыбаться, когда ей так плохо? Вот бы сейчас уткнуться я в плечо Рона и плакать всю ночь. Но Гермиона не могла себе этого позволить. Никто не должен об этом знать. Но преподаватели уже знаю. Скоро узнают и все остальные. Ей не избежать стыда. — Это ты во всём виноват, ты затащил меня ту коморку! — Вообще то это ты на меня набросилась. Не смогла совладать со своими эмоциями. – Реддл был ошарашен такой новостью. В том, что на Гермиону пролилось зелье, не было моей вины. Это была чистая случайность. Мы оба поддались влиянию чар и не могли себя контролировать. Но это не значит, что Реддл в чём-то виновен. Уж точно не в желание обоих. В тот момент Том был очарован Гермионой. Ему искренне нравилось всё, что происходило между ними. Наши поцелуи были лучшее, что когда-либо случалось со мной. Но Грейнджер явно была по другую сторону. Она по-прежнему считала его своим врагом. — Ты меня первый поцеловал. — Гермиона знала, что где-то там, в глубине своей души, что ей понравилось. Его мягкие губы, целующие её в дёсны, опускающиеся всё ниже и ниже. Приятная дрожь, пробегающая по телу от каждого его прикосновения. Она желала большего. Это были самые прекрасные минуты в её жизни. Но Грейнджер знала, что для Реддла, она была лишь очередной марионеткой. Гермиона была не готова потерять всё, что имеет на мимолётную надежду на то, что Том её когда-нибудь полюбит. Реддл не Рон, он не умеет любить. — И как только по смел, ты же мисс Неприкосновенность. – Конечно, как он осмелился, даже под чарами зелья поцеловать своего врага. Девушку, которая влюблена в Рона Уизли. В парня, которому было сварено зелье. Он не должен был прикасаться к запретному плоду. Но тогда всё казалось иначе. Мы были оба не против этого влечения. Хоть Гермиона и не признаёт это. — Почему ты злишься на меня? Я тебя настолько сильно раздражаю? – Даже сейчас он ведёт себя как лицемерный придурок, думая только о своих желаниях. Считая, что все люди вокруг его собственности. Он даже не смотрит на неё, опустив голову вниз, чтобы не показывать своё отвращение к ней. Наверное, для него было забавой целоваться со своим врагом. Но для Гермионы это были настоящие чувства, которые она никогда раньше не испытывала. — Да. — Бедного маленького мальчика не любили в детстве. Вот он на всех и отыгрывается. – Гермиона уже была на пределе, каждая её мысль сводила её с ума, не давая покоя, и возможности успокоиться. Гнев на Реддла был так силён, что она без страха в глазах выплюнула эту фразу, лишь бы задеть посильнее. — Заткнись. — Ты сама проявляла инициативу. Хочешь ты признавать или нет, но тебе это нравилось. – Бездумные обвинения Гермионы, так сильно раздражали, что я просто не мог с этим смириться. Смириться с тем, что гриффиндорка не хочет признавать нашу близость. Какая разница, что подумают другие, если нам вместе было так хорошо. Хоть это длилось и недолго. Грейнджер эгоистка, которая думает только о своей шкуре, как Снегг и Слизнорт в том разговоре. Не смотря в глаза правде. Не желая увидеть действительность. — Нет, ты всё врёшь. Ты мне противен, Реддл. – Зачем он это говорит, почему не может просто обнять и успокоить её? Гермиона терялась в догадках о том, какие мысли прокручивает в своей голове Реддл. На его холодном, бездушном лице отражался лишь гнев и раздражение к ней. «Успокойся, Гермиона, это было всего лишь зелье» — повторяла она себе — «Это ничего не значит, вы по-прежнему враги» Но как теперь ей жить после этого?,Как смотреть другу в глаза? Как всё забыть? Лишь колкие фразы в сторону Реддла, выплеснутые в гневе, давали надежды на то, что однажды всё наладиться. — Хочешь сказать, что тебе было противно целовать меня, снимать с меня одежду, трогать мой член? – Определённо она всё этого хотела, и я сомневаюсь, что только из-за зелья. Реддл был красивым парнем, несмотря на мои шутки с Уизли. Но как она только может говорить, что ей было противно? Между нами было всё что угодно, кроме этого слова. Гермиона могла кричать, говорить, что ненавидит меня. Обвинять меня в том, что я украл её первый поцелуй. Но только не то, что делает она сейчас, поливая грязью то необычное, что было между нами. — Хватит!!! — Нет, мы не закончили. Я тебе ещё не всё сказал. – Реддл видел, как Гермионе было плохо от его слов. Девушка тряслась после каждой, сказанной им фразы. Он был безжалостен к ней. И не собирался прекращать говорить, доставляя ей только боль. Ту боль, которую трудно пережить, зная, что ты совершила ошибку. — Я больше не хочу ничего слушать. — Тоесть тебе было противно, когда это делал я. Целовал тебя, снимал твою блузку, оставлял засосы. Тебе это было противно. – Когда мы целовались, я был готов на всё, чтобы эта девушка никогда не чувствовала боли за свой выбор, потому что мне нравилась она. Нравилось обнимать еë, держать крепче к своему телу, знать, что ей тоже это всё нравится, смотреть в её полные желания глаза, трогать каждый миллиметр её нагретой кожи, ощущать страсть между нами. Видеть, как мы такие разные, так сильно подходим друг другу. Но это всё было иллюзией, которую мы создали под влиянием зелья. — Лучше бы я с Малфоем поцеловалась!!! Куда приятней было. — Каждая сказанная Реддлом фраза, отдавалась дрожью в теле Гермионы. Она не знала куда себя деть. Ненависть к Реддлу только возрастала. С каждым притоком новой боли, приходила мысль: «Как же мне хочется, чтобы ты страдал сейчас, так же как и я». Чтобы ощутил, что Гермиона чувствует, когда сама понимает, что предала друзей и любимого человека. Рон обязательно узнает и никогда её не простит. Гарри отвернётся от неё, ведь она связалась с врагом. Каждый в этой школе будет презирать её. В том месте, которое она считала своим домом. Что о ней подумает Дамблдор, когда узнает? — Ну, и иди тогда вперёд к Малфою. – Прекрасно, теперь Драко Малфой, оказывается, лучше Тома Реддла. Может в какой-то мере Гермиона была права. — Если хочешь знать, то бы тоже предпочёл с ним целоваться. Он хотя бы расчёсывается. И вряд ли бы стал ныть после поцелуя. – Реддл направился к выходу из туалета. Грейнджер просто вывела меня из себя. Что за кипишь? Это же было просто зелье. Не стоило так париться об этом. — Круцио. – Гермиона гневно запустила в меня непростительное. Я резко увернулся от атаки гриффиндорки. Ох, вот, это новость века. Том Реддл чуть не был проклят недовольной девушкой, самой Гермионой Грейнджер. Никогда бы не мог подумать, что Гермиона способна на такое злодеяние как «швыряться непростительными». — А ты умеешь удивлять. — Я не хотела... — Гермиона снова заплакала. Она тоже была удивлена не меньше, чем я. Руки девушки вздрагивали от волнения. Она не знала, как так вышло. Как Гермиона Грейнджер смогла произнести такое заклинание. Гриффиндорка уже не первый раз за вечер жалела, что связалась с Реддлом. – Это само получилось... Это ты во всём виноват! – выкрикнув, девушка замкнулась в истерике, бросив палочку на пол. Мысли путались в голове, и она не могла успокоиться. Гермиона совсем не понимала, что произошло сейчас. Ей лишь стало только хуже от собственных действий. — Тише. Ты прав, это я во всём виноват. Мне не следовало тащить меня за собой, — Реддл медленно подошёл к девушке, желая успокоить её. У Гермионы была истерика, и Том совсем не знал, как её остановить. — Проваливай, — единственное, что смогла выкрикнуть Гермиона, но так и не отошла от Реддла. Том прижал её к себе, так сильно, как только мог. Он поглаживал её по спине, волосам. Они ещё долго стояли в тишине. Гермиона больше не плакала, она прижималась к Реддлу, обнимая его в ответ. Том был прав: между ними действительно что-то было не связанное с зельем. — Гермиона, я должен сказать тебе одну вещь. – Том смотрел на Гермиону встревоженными глазами. Девушка по-прежнему молчала. Они сидели возле раковин, не решаясь завести диалог. Казалось, им обсуждать больше нечего. — Давай только не сейчас. – Гермиона не хотела разговаривать, она ещё не отошла от их прошлой перепалки. У неё не было сил на новые разговоры. Всё её тело горело, покрылось красными пятнами. В голове была пустота. Ей было настолько плохо, что казалось её сейчас вырвет. Не в таком состоянии Гермиона хотела разговаривать с Реддлом. — Гермиона, я девушка. – Том говорил как никогда серьёзно. Раньше я думала, что никогда и никому об этом не расскажу. Но видя страдание Гермионы решила сказать правду. Я была готова сделать всё что угодно, только бы ей полегчало, даже если это было опасно для меня. — Реддл, а ты умеешь ставить людей в тупик. Что значит ты девушка? – Гермиона не понимала, о чём говорит Том. Сейчас ей трудно поверить в его слова, после всего, что он наговорил ей. Но если это правда, разве она заслужила узнать это вот так, в заброшенном туалете, дрожа от каждого шораха снаружи, лишь бы никто не узнал, что на здесь. Она надеялась на то, что никто не будет её искать. Однако в глубине уши Гермиона знала, что скоро друзья пойдут на неё поиски, когда проснуться рано утром и не застанут её в кровати. Гриффиндорка сказала Гарри и Рону, что хочет позаниматься перед сном. А сама пошла узнать, что за зелье было выпито Роном. — Меня зовут Алёна. Я попала в тело Тома Реддла, после смерти. Тогда в больничном крыле... — я сказала роковые слова моей жизни. Хранить тайны – это так тяжело. Сейчас Алёна осознала это. Мне было неизвестно, как отреагирует Гермиона на такую новость. — Это какое-то безумие. Я ничего не понимаю. Почему ты рассказываешь мне это? – Девушка не могла поверить в то, что говорил ей Реддл. Том – это девушка, которая умерла, и теперь в его теле. Голова Гермионы просто раскалывалась от миллиона разных мыслей. Она буквально готова была сказать, что это магия. Так не бывает на самом деле. Всё, что слышит Гермиона, просто дурной сон, и он скоро закончится. — Я не хочу, чтобы ты страдала из-за Реддла. – Алёна была настроена решительно, только бы Гермиона не чувствовала свою вину за поцелуй с Томом. Мне не хотелось причинять боль этому хрупкому созданию. Да, Грейнджер, не похожа на слабачку, но её сердце до жути ранимое. Каждая брошенная мной фраза при ссоре отдавалась в ней дрожью, и постепенно перерастала в истерику. Я не хотела доводить до этого, мне просто было нужно, чтобы меня тоже поняли. И, вот, теперь один из моих врагов знает мой секрет. — А совсем недавно мне казалось, что ты другого мнения. – Реддл действительно относился к Гермионе с пренебрежением. Он совсем не проявлял чувств сострадания к ней, только глумился над её состоянием. Как теперь поверить в то, что он говорит искренне, ничего не скрывая? Как вообще поверить в то, что Реддл не издевается над её состоянием? — Я просто была зла на тебя. – Том был хладнокровным человеком, практически не выражающим своих чувств, но я не такая. Я достаточно импульсивна, могу сболтнуть лишнего, сделать неправильные вещи, не подумав о последствиях. Это нас и отличало друг от друга. Гермиона была нежным цветком. Она бы никогда не причинила никому боль, не смогла бы придать друзей. — Как ты умерла? – Придя в норму, нарушила тишину Гермиона. Они вместе сидели около часа в полной тишине, лишь капли воды, лившиеся из сломанного крана, нарушали напряжённое молчание. Грейнджер обдумывала то, что рассказ ей Реддл. Девушка решила поверить Тому. Хоть правда и была безумной даже для мира волшебства. Возрождение Волан-де-Морта и грядущая война. Это не сравнить с тем, что она узнала о будущем Тёмном лорде. — Разбилась на машине вместе с моим парнем. - Алёне трудно вспоминать тот день. Кажется, в одно мгновенье она лишилась всего, чем дорожила. Мои планы и мечты разрушены, а я заброшена в мир книг, где мне действительно придётся выживать. Раньше мне считала это просто забавой. Но сейчас понимаю, что больше никогда не смогу вернуться назад в свою жизнь, где всё стояло на своих местах. И для неё там было самое место. — Ты просто проснулась в теле Реддла, или есть что-то ещё о чём я должна знать? – Гермиона сменила гнев на милость, но всё ещё не доверяла парню. Что-то твердило ей: «Ему нельзя доверять.» Дрожь уже практически прошла, но голова по-прежнему раскалывалась на две части. Мысли одна за одной мелькали то о ссоре, то о поцелуях в коморке, то об этом разговоре. И всë же где-то в глубине души она верила Реддлу. — Мне тяжело это говорить. После своей смерти я встретилась с девушкой-жнецом. Это она переместила меня в тело Реддла. Смерть — заносчивая девчонка, которая играет с чужими душами. Это для неё было сварено зелье. – Рассказывая правду, я вспоминала нашу первую встречу со Смертью. Если подумать, про Смерть ничего неизвестно. Она часто появляется в моей жизни. Мне нужно побольше узнать об этой персоне. — Но ты не знаешь, как Реддл попал в будущее? – Гермиона была права. Я не знаю, что Реддл забыл в будущем, и уж тем более недоумеваю, как он сюда попал. Но дело точно не обошлось без Смерти. Тайные прогулки Тома тоже пугают меня. И эти воспоминания.. Почему они появляются? Я живу в этом теле, но совершенно не могу контролировать его. — Иногда я вижу воспоминания из его жизни в Хогвартсе. Совсем незначительные. Например ты знала, что дедушка Драко был мисс Хогвартс? А именно об этом фестивале, говорил Дамблдор. – Гермиона заинтересовано смотрела на Реддла. Общение с ним вдруг стало лëгким и ненапряжённым. — Что, дедушка Малфоя? Конечно я о таком не знала. – Спустя целую вечность, Гермиона наконец-то улыбалась. Забавные истории Малфоев были ей по душе. — Я видел фотографию, где он был в женском платье. Он был очень красив. – Да кто бы мог подумать, что предок благородного, чистокровного рода Малфоев имеет статус мисс Хогвартс. Люциус был бы горд за отца. Было бы прекрасно увидеть ту фотографию в нашем времени. — Это ещё не всё. Том Реддл тоже в Хогвартсе. Он иногда берёт контроль над моим телом. – Это пока только мои личные догадки, скоро Смерть мне всё расскажет. Надеюсь она сдержит обещание. Ведь я немало пострадала от её задания. Сейчас даже забавно, как всё в итоге вышло. Запомню, что вор из меня никудышный. — Так и знала, что тут что-то не так. – Гермиона сразу заметила странное поведение Реддла в больничном крыле. Она пыталась рассказать это друзьям, но Рон и Гарри были слишком шокированы появлением Тома в будущем. Реддла нашёл профессор Снегг в классе Тёмных искусств. Он лежал без сознания. Его перенесли в больничное крыло. Гермиона не стала рассказывать про это Тому. — Я думаю нам обеим стоит отдохнуть. Я пойду в свою комнату. – Том поднялся, решая оставить Гермиону наедине с со своими чувствами. Ей сейчас нужен отдых, а не присуствие Реддла. Нужно обдумать всё то, что он ей рассказал. Мы слишком долго были вместе с ней, чтобы понять, что пора уходить. — Не уходи. Если ты не Реддл, тогда останься со мной сейчас здесь. — Грейнджер не хотела сейчас возвращаться в комнату. Она не могла представить, что будет говорить своим друзьям. В туалете ей было спокойно, это было её тайное место. Было пока не пришёл Реддл. Здесь она чувствовала себя в безопасности. Здесь Гермиона могла проявлять свои настоящие эмоции. И компания Тома была ей приятна. Между ними сложные отношения. Но сейчас девушка хочет, чтобы он был рядом. Мы ещё несколько часов болтали о разном, Гермиона расспрашивала про мою прошлую жизнь. А я в ответ задавала ей вопросы про жизнь вне Хогвартса. Мы обе не касались запретных тем, просто общались, не думая о Хогвартсе, Реддле, и его появлении в этом времени, не вспоминали о поцелуях в коморке и нашей ссоре. На утро всё в том же туалете Гермионы уже не было. Она свалила, пока я спал. Во всей этой болтовне вчера я задремала.
