О богах и семье

      — Убили? — переспросил Локи. Моргнув, он уставился в пустоту, не видя ничего перед собой.       — Локи?       Перед его глазами предстали образы, видения, воспоминания и эмоции, привязанные к ним — но ничто из этого не принадлежало ему. Он почувствовал, как кто-то обнял его, прижимая к себе и успокаивая, слышал беспокойное ржание одного из своих детей — Слейпнира. Он старался отгородиться от всех них — от Слейпнира, от Фенрира и от Ёрмунганда, потому что боялся, что не выдержит, если увидит их. И он слышал, как Гарри беспокойно зовет его.       — Локи? Ты в порядке?       Он видел вспышки света, а, может, и заклинаний — зеленую, синие и белые. В каких-то воспоминаниях он видел волшебного полупрозрачного оленя, а в других — летающую машину. Образ большой черной собаки всегда шел с чувством доброты и глубокой привязанности; гигантский золотой кубок сопровождался страхом, гневом и печалью. Он чувствовал горе и видел, как Сириус Блэк пропал за загадочным занавесом. Видел вершину башни, в которой сражались Дамблдор, Северус Снейп и Драко Малфой. Видел, как Рон и Гермиона бежали от Пожирателей Смерти. Видел последнюю битву с Волдемортом, в которой погибли Римус Люпин и другие, желавшие защитить то, что им дорого… Видел путешествие в Штаты и первую встречу с самим собой, когда их магии коснулись друг друга…       — Локи, ответь! Что такое?       Локи моргнул и уставился на Гарри, крепко прижимающего его к себе. Поблизости стояли конюхи, но, стоило богу прищуриться, все они разбежались, словно за ними гнались гончие Хельхейма.       — Ты посинел…       Локи вздрогнул и отпрянул, только сейчас понимая, что последние пару минут совсем не контролировал себя.       — Локи, это же я. Ты меня знаешь. Я тебя не боюсь, — сказал Гарри, приближаясь к Локи. — Я видел вещи и похуже.       — Что… О чем ты? — спросил Локи, осторожно касаясь головы. Он знал, что его глаза должны были покраснеть, а кожа — до отвратительного замерзнуть.       — Я… — Гарри вздохнул и покраснел. — Я думаю, что ты… Весьма симпатичен в таком виде.       Локи уставился на него во все глаза.       — Ты считаешь, что это, — он указал на себя. — Привлекательно?       — Не заставляй меня повторять, — сказал Гарри, опуская взгляд и еще сильнее краснея.       Локи наконец-то улыбнулся, принял обычный вид и пылко поцеловал Гарри. Парень простонал, отвечая на поцелуй и сильнее прижимаясь к богу. Вдруг рядом раздалось громкое ржание, и Локи посмотрел на свою лошадь.       — Нас прервала лошадь, — пробормотал Гарри. — Не знал, что такое возможно.       Локи закатил глаза и встал, протягивая парню руку.       — Так что с тобой случилось? — спросил Гарри, пока Локи седлал лошадь — они решили поехать на одной, поскольку Гарри ездить на них не умел.       — Я… Ты очень сильный волшебник, — сказал Локи.       Гарри облокотился о стену и посмотрел на него.       — Полагаю, что да. А что такое? — спросил парень и протянул Лили ладонь, чтобы она привыкла к его запаху. Локи закончил осматривать подковы и посмотрел на него.       — Я видел, как ты призвал патронуса на третьем году обучения. Это мощное заклинание.       Гарри глянул через голову Лили на Локи.       — В смысле — «видел»?       — Я вспомнил, как мы встретились, — Локи взял уздечку и надел ее на голову лошади. — Подозреваю, Танос как-то воздействовал на мой разум и заблокировал все, что я увидел в твоих воспоминаниях. Упоминание об убийстве твоих родителей как-то сняло чары.       Гарри отвел взгляд, покачиваясь с пяток на носки.       — То есть, теперь ты знаешь все обо мне.       — Да. Скажи, твои дядя и тетя все еще живы? — как бы между делом спросил Локи, помогая волшебнику забраться в седло. Когда он сам сел на лошадь, то почувствовал, как к его шее прижались горячие губы. Обняв Гарри, он пристально посмотрел на него.       — Если я скажу «да», что ты сделаешь? — спросил Гарри, изгибая бровь.       — Если я скажу, что собираюсь их медленно убить, что ты сделаешь? — с ухмылкой спросил Локи.       Гарри покачал головой.       — Не нужно, — Локи прищурился. Гарри вздохнул и уткнулся носом ему в грудь. — Это все-таки моя родня. И они заботились обо мне, как могли.       Локи ничего не сказал.       Как оказалось, ехать на лошади было совершенно иначе, чем на гиппогрифе, — во многом из-за отсутствия крыльев. Гарри спросил Локи, не стоит ли им трансгрессировать к Радужному мосту, но бог сказал, что это слишком опасно и неизвестно, куда подобное может их привести. Ехать до моста было не то чтобы особо долго, так что Гарри не успел заскучать, рассматривая по пути Асгард. Город был прекрасен; над ним простирались голубые небеса, а солнечные лучи заставляли мост играть всеми цветами радуги. Когда Лили перешла с галопа на рысь, Гарри заметил, что они подъезжают к разрушенной части Радужного моста. На самом ее краю стоял некто очень высокий в золотом доспехе и с огромными рогами, как на шлеме Локи.       — Кто это? — спросил Гарри, слезая следом за Локи с лошади.       — Хеймдалль, страж Асгарда, — ответил бог. Мужчина повернулся к ним и громко сказал:       — Гарри Поттер, Повелитель Смерти, Мальчик-Который-Выжил.       — Ух, это жутко, — заметил Гарри. — Ну, зато мне не нужно представляться.       Хеймдалль медленно кивнул.       — Тебе здесь рады, мидгардец.       — Приятно знать, — неуверенно улыбнулся Гарри, но, заметив взгляд Хеймдалля, поежился и отпрянул. — О, нет. Я помню, что случается, когда на меня так смотрят.       — Гарри? — удивленно спросил Локи.       — Он собирается сказать, что знает какое-то пророчество насчет меня, да? — спросил Гарри, не сводя взгляда со стража. Хеймдалль вздохнул.       — Да, это так.       — Видишь? Всегда так, — проворчал Гарри.       — Что за пророчество, Хеймдалль? — прищурившись, спросил Локи. — И почему о нем не знает Один?       — Он не знает, что в пророчестве говорится именно о Гарри, — ответил Хеймдалль.       — Оно грозит ему опасностью? — спросил Локи, притягивая к себе Гарри.       — Не совсем. Но оно уже в пути, — ответил страж, смотря на бога и волшебника.       Гарри вздохнул.       — Отлично, просто отлично. Еще одно пророчество! Когда это закончится?       Локи посмотрел на него, а потом на Хеймдалля.       — Ты расскажешь нам о нем?       Хеймдалль медленно покачал головой. Гарри застонал и уткнулся головой Локи в плечо. Бог улыбнулся, глядя на парня, ворчащего что-то очень недовольное про чертовы пророчества и чертовых людей, к которым они приходят. Но вскоре его улыбка померкла, когда он перестал понимать слова и слышал нечто, похожее на хриплое шипение.       — Гарри? Это ты говоришь?       — Черт… Может быть, — Гарри смущенно посмотрел на Локи. — Скажи, ты видел в воспоминаниях мою первую дуэль?       Локи изогнул бровь.       — Да, припоминаю такое. А, так это…       — Ага, парселтанг, змеиный язык, — покраснев, ответил Гарри. — Окружающим обычно слышится лишь шипение.       Локи крепко обнял Гарри.       — Это так прекрасно.       Гарри замер в его руках, а потом растерянно хмыкнул.       — Мы друг друга стоим, — с улыбкой пробормотал он. — Мне нравится, как ты синеешь, а тебе нравится слушать змеиный язык.