Тепло души во льду

      Прошло дней пять после того, как короли, королевы и Эйден отправились к северным границам наводить там порядок. Эст за это время не получила ни одной весточки, хотя все ей обещали, что обязательно напишут. Она уже было начала волноваться. Разные дурные мысли лезли в голову и не хотели оттуда выселяться.       Благо девушка могла отвлечься, приходя к лекарю и подолгу с ним засиживаясь. За такой довольно-таки короткий срок кронпринцесса научилась более-менее контролировать свои силы и подучилась новым заклинаниям.       Эстель сидела в тронном зале на троне Питера. Светловолосая решила, раз ее оставили в качестве временного правителя страны, то и трон тоже у нее должен быть. Но зачем строить новый, когда есть трон Верховного короля? Принцесса смотрела в окно и гладила одной рукой морду Хайди, которая положила голову ей на колени, как в зал стремительным шагом зашел Лейн. Ллойд резко встал, преграждая тому путь к кронпринцессе. — Ваше Высочество, — парень поклонился кронпринцессе и продолжил, — грифон принес письма от королей и королев для Вас. — Письма? — удивилась девушка, быстро преодолевая расстояния между ней и стражником. — Да, — Лейн отдал несколько конвертиков, перевязанных ниткой, Эст и, поклонившись, удалился.       Светловолосая осталась одна. Она вернулась к трону и присела на краешек, развязывая нитку. Эст взяла верхнее письмо и развернула его.       «Дорогая сестричка, надеюсь, ты там без нас не скучаешь. Лучше отдохни, пока мы тут, а то после нашего возвращения ты от нас всех не отвертишься. А еще я очень надеюсь увидеть Кэр-Параваль целым, а не развалины, когда мы приедем.»       Эстель невольно улыбнулась словам брата и опустила глаза ниже.       «Эйден прав. Мы все хотим увидеть замок таким же, каким мы его оставили. А вообще хорошо, что ты с нами не поехала, здесь скука смертная. Питер уже второй день ведет мирные переговоры с великанами. Я и Эйден тоже там присутствуем, но почти ничего не делаем. В общем, не скучай там без нас.

Эдмунд и Эйден»

      Светловолосая продолжала улыбаться и разворачивала второе письмо.       «Эстель, мы очень по тебе скучаем. Мы уже как почти три дня приехали к границе Нарнии. Нас здесь хорошо приняли местные нарнийцы. Мы со Сью целыми днями проводим на свежем воздухе, разговаривая с фавнами или дриадами, которые здесь обитают. Парни постоянно заняты переговорами или составлением планов. Надеемся, что скоро поедем домой. Мне не очень приятна здешняя атмосфера, она слишком напряженная. Я уверена, что Пит подпишет с великанами мирный договор и нам не придется проливать кровь.

Люси»

      Эст только сейчас поняла, как скучает по Лу. Маленькая королева всегда умела поднять настроение и рассказывала какие-нибудь истории, связанные с их миром. Девушка взяла следующее письмо. На нем было красивым витиеватым почерком написано ее имя.       «Эстель, у нас все хорошо. По крайней мере, у Люси, Эдмунда и Эйдена. Питер уже, какой день ходит угрюмый и злой. Может это связано с тем, что пока ничего не получается с мирным договором, а может из-за того, что вы поссорились. Каждый раз, когда упоминалось твое имя в ком-нибудь разговоре, он невольно вздрагивал и становился темнее тучи. Я надеюсь, ты его уже простила, а если нет, то прости его. Он тебя любит и это видно.       А что касается меня и Эйдена, то ничего хорошего сказать не могу. Наше общение потихоньку сходит на нет. Он все свое свободное время проводит с Эдом, а на меня просто иногда бросает взгляд и сразу же отводит, видя, что я тоже на него смотрю. Мне становится не по себе. Я все же решусь тебя попросить узнать у него, что случилось.

Сьюзен»

      Дочитав письмо от старшей Певенси, Эстель пересмотрела еще раз все листы бумаги, вдруг еще одно затерялось между ними, но так ничего и не нашла. Не было письма от Питера. В душе закралась некая обида и тревога, разрывающая изнутри. Но в голове девушка все равно понимала, почему так произошло. Мало того, что они поссорились накануне его отъезда, так еще и военное напряжение на границе Нарнии. Но все же она хотела, чтобы от него было хоть пару слов о том, что все хорошо.       Успокоившись и уняв дрожь в руках, светловолосая взяла стопку писем и направилась в свои покои. По пути она приказала одной из служанок принести в ее комнату чистые листы бумаги и чернила. Эст села за письменный стол, освещаемый лучами солнца, и принялась ждать. Через пару минут в комнату постучали. — Ваше Высочество, я принесла Вам то, что Вы просили, — в комнате появилась девушка.       Она поднесла бумаги и чернильницу принцессе. — Спасибо, — сказала Эстель, забирая принесенные вещи.       Светловолосая окунула перо в чернила и принялась писать первое письмо.       «Дорогой братец, я не собираюсь разрушать Кэр-Параваль. Нам всем здесь еще жить. Без вас в замке тоскливо и одиноко, но я пока нашла себя занятие. Приедешь — узнаешь.       Эдмунд, надеюсь, что вы скоро приедете, и тогда весь замок будет стоять на ушах и не будет так скучно.

Эстель»

      Взяв следующий чистый листик, кронпринцесса аккуратным почерком начала выводить слова.       «Лу, я тоже по вам очень скучаю, хотя тут меня почти никогда не оставляют одну. Лейн — стражник, которого Питер приставил ко мне (я ему это еще припомню) — почти все время ходит за мной по пятам. Впрочем, с ним приятно и интересно общаться, он даже веселит меня. Лейн может поддержать любую тему разговора, даже если он в ней ничего не смыслит. Но все равно, я надеюсь на ваше скорое возвращение.

Эстель»

      Отложив исписанную бумагу, кронпринцесса приступила дальше.       «Сьюзен, я вроде как простила его, но все равно внутри таиться еще некая злость. Он мне даже ничего не написал, ни одного слова. Посмотрим, что будет, когда вы вернетесь. А со своим братом я обязательно поговорю, не расстраивайся, все будет хорошо.

Эстель»

      Девушка витиеватым почерком вывела «Питер» на другом листе и начала писать. Написав одно предложение, Эст задумалась, а нужно ли? Да, она вспылила, хоть и понимала, что он о ней заботиться и переживает за нее. Но другая часть принцессы готова была утопить где-то в глубине души раскаяние и сожаление, выставляя на первый план то, что король поступил несправедливо. Спустя несколько минут размышлений, Эстель все же скомкала лист бумаги и бросила на стол.       Спустившись вниз со стопкой перевязанных писем, принцесса попыталась найти Лейна, но тот словно сквозь землю провалился. Оставив эту затею, Эст вышла во двор замка и наткнулась на грифона, который мирно лежал на зеленой траве. — Ваше Высочество, — грифон поднялся и склонил голову перед девушкой. — Это ты принес послания от королей и королев? — не церемонясь, задала вопрос Эстель. — Да, миледи. — Я бы попросила тебя доставить им от меня письма, — светловолосая протянула руку со сложенными листами. — Конечно, Ваше Высочество. — И, если это возможно, доставь как можно быстрее.       Грифон забрал письма и взмыл в воздух, поднимая едва ощутимый слой пыли. Кронпринцесса простояла на улице еще несколько минут, смотря в небо, а потом все же вернулась в замок. Остаток дня девушка провела в библиотеке, читая старые сказки Нарнии. Ближе к полуночи Эст появилась в своих покоях. Постель была расправлена, а на столе стоял поднос с едой, видимо Ивори как всегда постаралась.       Выпив бокал сока и съев пару долек яблока, Эстель быстро переоделась в ночную рубашку и легла в постель. Сон мигом одолел девушку и через несколько секунд она уже спала.

***

— Ваше Высочество, Вам письмо.       Эст сидела в кабинете Питера и занималась какими-то бумагами по границам, когда ее отвлек Лейн. Парень подошел к девушке и положил на стол письмо в белом конверте с красной восковой печатью. Кронпринцесса оторвала голову от бумаг и, вскинув брови, уставилась на стражника. — Мне? — скептически произнесла она. — Ну, вообще-то Его Величеству Верховному королю Питеру, — начал, было, юноша, но его нагло прервали. — Я тогда здесь причем, если это письмо ему. Подожди пока Его Величество вернется и вручи. — Я бы с радостью, но вряд ли оно так долго будет ждать. Если Вы не заметили, то на письме королевская печать Орландии, значит дело срочное и важное, раз сам король Лун отправляет письмо.       Девушка еще раз кинула взгляд на конверт с печатью и поняла, что Лейн прав. Король Орландии почти никогда не отправляет писем сам. В основном с другими странами связываются его советники от имени Его Величество. Светловолосая неуверенно взяла конверт в руки и распечатала его. Вытащив лист бумаги, Эст пробежалась глазами по строчкам и тихо застонала, утыкаясь лбом в стол. — За что мне это наказание? — почти прохныкала принцесса. — Что-то случилось? — поинтересовался Лейн, который все еще находился в кабинете.       Эстель не отрываясь от стола, протянула руку с письмом стражнику. Парень взял лист и тоже быстро прочитал написанное. — Это же замечательно, что король Лун хочет наладить торговые отношения между Орландией и Нарнией. — Замечательно, то замечательно, — произнесла Эст, отрывая голову от стола. — Только вот прочитай, кто приедет. — На подписание договора к вам приедет лорд Гран со своей женой, — прочитал парень. — И что это значит? — Что? — непонимающе посмотрел стражник на кронпринцессу.  — А это значит то, что вместе с ними приедут и их дети, — девушка встала из-за стола и, подойдя к юноше, забрала письмо. — Если Кристэль и Лемюэль просто чудесные, то этого я не могу сказать об Астре. Она слишком напыщенная, самовлюбленная девушка, которой нужно только внимание. — Возможно, — отозвался юноша.       Эстель с раздражением посмотрела на Лейна, отчего тот невольно сделал шаг назад. — Они прибывают завтра ближе к вечеру, — стала объяснять светловолосая. — Распорядись, чтобы для них подготовили комнаты, и чтобы завтра вечером подали ужин на шесть персон. — Слушаюсь, Ваше Высочество, — Лейн поклонился и скрылся за дверью.       Эстель вернулась за стол и, нервно бросив раскрытое письмо в стопку других бумаг, откинулась на спинку кресла. Переведя взгляд на стол, девушка поняла, что интерес и желание что-то делать пропали. Ей сейчас нужно было лишь одно — развеяться. Поэтому быстро покинув кабинет Верховного короля, принцесса направилась на конюшню.

***

— Питер! — воскликнула Люси, подбегая к старшему брату, который только что вернулся в лагерь.       Король прижал сестру к себе одной рукой, а во второй держал скрученную бумагу. Он потрепал Лу по голове и перевел взгляд на Сьюзен, которая только что подошла к ним двоим. — Как все прошло? — поинтересовалась королева Великодушная.       Питер потряс рукой со свитком в воздухе и слабо улыбнулся. — Что это? — Сью подошла к брату и, выхватив листок, начала разворачивать его. — Вы подписали?!       В голосе девушки послышалось облегчение и радость. Наконец-то они смогут вернуться домой и перестать переживать на счет того, будет война или нет.       За Верховным королем показались Эдмунд и Эйден. Они были уставшие, измотанные, но счастливые. Люси так же обняла их по очереди. Молодые люди вошли в один из больших шатров. Сьюзен положила подписанный мирный договор на стол, который стоял посередине, и встала рядом с Эйденом. — Мы можем возвращаться в Кэр-Параваль? — задала вопрос маленькая королева, смотря на старшего Певенси. — Думаю, что да, — он кивнул на ее слова. — Хорошо, что мы скоро вернемся, а то Эстель, наверное, там скучает без нас, — произнес Эдмунд, подмечая, как его брат нахмурился, услышав имя девушки. — А вот и нет, почти, — подала голос Лу. — Она писала, что ей постоянно составляет компанию Лейн — один из воинов из королевской армии Питера. Эст говорила, что с ним интересно.       Все удивленно уставились на Люси, пораженные услышанным. Питер же сжал кулаки и попытался сохранять спокойствие, но поняв, что это вряд ли получится он произнес: — Девочки, идите собираться. Эд, можешь оповестить воинов, что завтра с утра мы возвращаемся домой? — Эдмунд кивнул и молча вышел из шатра, а за ним и королевы.       Питер и Эйден остались в шатре одни. Верховный король шумно выдохнул и, опустившись в кресло, устало прикрыл глаза. — Ты злишься на нее? — прервал тишину Эйден.       Король открыл глаза и непонимающе уставился на своего собеседника. — Я про свою сестру, — пояснил кронпринц.       Питер слабо покачал головой. — Нет, я не злюсь на нее, но и не понимаю. — Просто ты должен знать, что Эстель не может сидеть на месте, и она думает, что обязана быть в гуще событий. То, что ты оставил ее в Кэр-Паравале одну, для нее было как… — Она считает, что может мной манипулировать и то, что я ей все разрешу за красивые глазки. Но это не так. Я оставил ее в замке для ее же безопасности, это было ей сказано накануне нашего отъезда. Да, я ее люблю, но не позволю лезть на рожон, — перебил Эйдена Певенси. — А как же тогда твои сестры? Ты же их взял с собой. — Сьюзен и Люси… Я их старший брат, поэтому они меня слушают, не всегда конечно, но слушают. И я уверен, что они бы не рванули на врага в открытую при первой же возможности, если бы нам пришлось сражаться. Мне кажется даже ты бы не смог повлиять на свою сестру. — В этом я с тобой согласен, — Эйден слегка улыбнулся, вспоминая, как Эст всегда все делала наперекор ему. — Что же, я, пожалуй, тебя оставлю. Все мы устали и нам не повредит хороший сон.       Принц кивнул Питеру и удалился из шатра. Верховный король так и остался сидеть в кресле, запрокинув голову назад и прикрыв глаза. Все его мысли были заняты лишь Эстель.

***

      Вся королевская процессия въехала из леса, оказавшись у подножья поселения. Странно, но не было никого слышно. Птицы не пели, деревья не шептались между собой. Не было слышно ржание лошадей, звука наковальни, смеха детей, строгих женских голосов, отчитывающих мужиков. Из леса не появилась ни одна дриада, чтобы встретить правителей, прибывших с северных земель. По близости не было ни одного нарнийца, кроме тех, кто был в страже венценосных особ.       Питер, ехавший впереди, приостановил Алмаза, вглядываясь вглубь города. Сзади он услышал, как начали переговариваться Сьюзен и Люси. С ним поравнялись с обеих сторон Эдмунд и Эйден. Парни непонимающе переглянулись и двинулись вперед. Проезжая по улицам, молодые люди вглядывались в дома, в сараи и разного рода заведения, но ничего не видели.       В воздухе стоял запах гари. Над некоторыми из домов поднимался темный столб дыма, который быстро распространялся над городом благодаря ветру. С каждым пройденным метром в сторону замка становилось труднее дышать.       Подъезжая к Кэр-Паравалю, короли заметили, что что-то не так. Их не покидало чувство тревоги еще с того момента, как они въехали в город, а сейчас оно только усилилось. У арки, ведущей к замку, на вымощенной дорожке лежало два тела фавнов. Подойдя ближе, вся процессия ужаснулась. Это были стражники, охранявшие ворота. У одно из фавнов было перерезано горло, а у другого — из груди торчал кинжал. Оба были измазаны в крови, а на лицах у них застыла гримаса ужаса.       Питер приказал своим сестрам оставаться здесь, а паре кентаврам охранять королев. Верховный король вместе с Эдмундом и Эйденом спешились с коней и направились во двор Кэр-Параваля. За ними пошла оставшаяся часть воинов. Перед взором молодых людей предстала ужасная картина. Во дворе, прям перед входом в замок, возвышались многочисленные ледяные скульптуры нарнийцев и людей. — Не может быть, — ошарашено прошептал Эйден.       Питер и Эдмунд переглянулись между собой. У каждого читался страх и непонимание в глазах. — Эстель! — выкрикнули они вместе и рванули с места в замок.       За ними побежал кронпринц, стараясь не отставать. Молодые люди ворвались в замок и застыли у порога. Внутри, чуть ли не подряд, тоже стояли ледяные статуи. У всех застыла на лице гримаса ужаса и отчаяния. — Я обыщу первый этаж и тронный зал, а вы идите наверх, — взволнованно произнес Пит.       Эд и Эйден, не сказав и слова, отправились на второй этаж замка. Питер вытащил меч из ножен, посильнее сжал рукоять и направился сначала в тронный зал. Ему было не по себе проходя мимо статуй. Все это были живые люди и нарнийцы, которые по неволе случая попали под страшное заклинание. Верховный король в тишине дошел до тронного зала. Холод исходивший оттуда пробирался до костей. Медленными шагами парень зашел в зал и начал осматриваться вокруг. Он заметил, как по потолку и стенам тянутся ледяные узоры и нити. Они все спускались на пол и устремлялись в центр тронного зала. Питер проследил за одной ледяной полосой и взглядом наткнулся на тело, лежащее на полу.       Вокруг этого тела выстроился купол из снега… Снег крутился, словно водоворот и из-за него было трудно понять, кто был внутри. Юноша сделал несколько шагов вперед, и паника накрыла его с головой. Он смог увидеть платиновые волосы, которые распластались по полу в разные стороны. Кровь мгновенно застыла в жилах, а сердце пропустило удар или даже несколько. Меч с громким звоном упал на пол, а Питер бросился к лежащей фигуре. Король без труда смог пробраться сквозь купол снега, падая на колени пред девушкой. — Эстель! — выкрикнул Питер, беря за плечи принцессу.       Кронпринцесса лежала на полу, не подавая никаких признаков жизни. Открытые стеклянно голубые глаза смотрели куда-то прямо. Кожа девушки была бледнее, чем обычно, на руках просвечивались вены. Сама Эст была ледышкой, от тела не исходило тепло. Тоненькая полоска крови струилась из слегка приоткрытого рта, попадая на белоснежный пол. — Эстель, очнись, прошу! — в сердцах кричал Питер, прижимая к себе тело девушки. — Пожалуйста, не умирай, я не смогу без тебя! Я люблю тебя…       Последние слова парень произнес почти беззвучно. Слезы из его глаз потекли сами по себе, он не мог контролировать свое состояние. Ужас, отчаяние, растерянность охватили его полностью. Юноша все также что-то нашептывал в надежде, что Эст сделает вдох и обнимет его так нежно, как только она и умеет. Сквозь пелену собственных слов и мыслей Питер смог различить чьи-то шаги. Они становились все более отчетливыми, и он распознал стук каблуков. — Юный король потерял свою принцессу, как это трагично, — послышался надменный, холодный голос. — Не получилось убить мою ненаглядную дочурку в тот раз, так убила в этот! Ты можешь винить себя в ее смерти и только себя! Это же ты оставил ее здесь в Кэр-Паравале вместо того, чтобы взять с собой. Ты боялся, что ее убьют там на твоих глазах, но, увы, ее убили здесь и ты не смог лицезреть столь прекрасной картины.       Колдунья сделала паузу, обходя молодых людей под пристальным взглядом Питера. — Как она кричала, — продолжила Джадис, — как она мучилась, просила ее убить быстро и безболезненно. Она была готова рвать на себе волосы, лишь бы ее мучения прекратились. Знаешь, что самое интересное? Она звала тебя, умоляла, чтобы ты пришел и забрал ее, но, к сожалению, ее забрала смерть. Последними ее словами, перед тем, как навсегда погрузиться во тьму, были: «Я люблю тебя, Питер». Как это мерзко и жалко!       Колдунья рассмеялась и ее смех разнесся по всему тронному залу. От него Питеру захотелось закрыть уши, но он лишь сильнее прижал к себе Эстель. — Заткнись! — закричал король. — Питер, она мертва!       Верховный король не успел ничего ответить. В коридоре послышались голоса и через пару секунд на пороге тронного зала появились Эдмунд и Эйден. — Питер, там никого нет, только лишь… — Эд не договорил, увидев брата, сидящего на полу и прижимающего к себе тело девушки. — Эст! — выкрикнул неожиданно Эйден и бросился к молодым людям, но был остановлен собственной матерью. — Еще один трофей сам пришел в мои руки! — обнажила зубы Джадис. — Твоя милая сестра мертва, теперь твоя очередь.       Колдунья была прервана. В зал забежала Сьюзен, лицо ее было полно ужаса, а в глазах застыли слезы. Она подбежала к Питеру и начала тормошить того за плечи. Король выпустил из своих объятий тело Эстель, и оно упало на холодный пол. — Питер! Питер! — звала Сью, но парень не откликался.       Все начало плыть перед глазами старшего Певенси, и он ощутил, как начинает падать. Голос Сьюзен не доходил до него. Питер слышал лишь отдельные звуки, никак не связывающиеся в слова. Его голова коснулась пола, и перед собой он увидел безжизненные стеклянные глаза, смотрящие прямо в душу. Это было последнее, что видел Питер перед тем, как погрузиться во тьму.