Часть 20
28 июля 2018 г., 14:24
— С кем ты тут по ночам базаришь, ебанутый? Совсем крыша, бля, поехала? Ну я её те быром вправлю, хули.
Я нервно оглянулся, проверяя, лежит ли возле стены всё ещё Славик, а затем снова перевёл глаза на источающий опасность силуэт, который всё приближался и приближался, заставляя меня мысленно прощаться со всем, с чем только можно.
…особенно с целостностью костей.
— Бля, я с кем разговариваю? — парень приблизился, наклоняясь к Владу и злобно улыбаясь. — Хотя не, другой вопрос. С кем тут постоянно пиздишь ты? — Со… — в горле предательски пересыхает. — …Славиком? На полминуты между нами повисает напряжённое молчание. Сердце слишком быстро гоняет кровь по организму, перед глазами всё плывёт… а Славик спит. Лежит и спит. Будто мне не угрожает опасность, будто рядом со мной сейчас не находится пьяный гопник, который не раз отправлял меня на больничную койку……— Тут никого нет, бля.
Сердце пропускает удар. Как он может не видеть? Как он может не видеть того, кто лежит едва ли в двух метрах от него? Как он может этого не замечать? — Ты совсем вусмерть пьян? — закашливаюсь, а потому слишком сильно хриплю.…«нельзя грубить опасным людям»
— А ты, бля, в бубен давно не получал, ваще с катушек съехал. Гопарь сплёвывает прямо на пол, а затем смотрит на меня, будто охуевая с моих слов. — Посмотри повнимательнее, к комоду прикован Славик, — говорю, будто с маленьким ребёнком. Так ведь и нужно общаться с пьяными, да? Или это опасно для жизни? — Там нихуя нет, — начинает закипать парень.…«Славик, встань же, докажи, что ты есть!»
— Ебанутый… бля, весь настрой сбил, говна кусок, — гопник морщится, а потом разворачивается и уходит. Едва замечаю торчащую из его кармана блестящую облатку.…что за лекарства он нёс?
— Славик! — стоило шагам визитёра затихнуть, как я заговорил в голос. — Славик, проснись! — Чё тебе? — сонно отозвался парень. — Он тебя не видит, — говорю слишком тихо, слишком по-детски… но иначе просто не могу. Меня начинает трясти. — Он не видит тебя, Славик! — Да бля, просто перепил, хули ты тут… — он поворачивается на другой бок, смотря на меня. — Ты меня видишь? — Вижу. — Ощущаешь? — он приподнялся и подполз ко мне, насколько это было возможно, а затем положил свою руку на мою. — Ощущаю. — Слышишь? — он зевнул, а затем приблизился к моему уху и шепнул в него. — А? Слышишь же, да? Я покраснел, но слабо кивнул. — Ну, вот видишь, я настоящий, — отдалился и усмехнулся парень. — А теперь не еби мне мозг и попытайся поспать.…только вот уснуть я уже не мог.
Слава, который гопник, не мог не заметить парня, лежащего около стены. Не такой уж Славик маленький, да и одет в выделяющийся на фоне общей серости голубой спортивный костюм… а если подумать, то он всегда был в одном и том же костюме… ну, почти в одном и том же. Размеры менялись. Но костюм был всё время таким. Фасон, цвет……голова взрывалась болью от мыслей.
Нет, не может быть, чтобы Славика не существовало. Он есть. Я его слышу, чувствую, а не просто вижу. Он есть. Он заботился обо мне, когда мне было плохо… не Слава же это делал? Зачем бы ему лечить меня, если я его пленник, если я валяюсь на полу его подвала?***
Я провалялся так ещё некоторое время… но страх и не думал отступать. Казалось, что сердце сейчас из груди выпрыгнет. Осматривая подвал в уже тысячный раз, я начал заострять внимание на всём, на чём только можно. То на сложенных друг в друга вёдрах, то на стоящих на столе кастрюле и мисках… из них нас кормили? Не могу разглядеть, что там… Инструменты по подвалу разбросаны, к сожалению, не были — они стояли прямо возле двери, куда не мог дотянуться Славик……а ведь они бы могли помочь.
Но раз инструменты тут, то Слава мог с их помощью меня высвободить, почему он этого не сделал? Он же сильный, я точно помню… Интересно, как долго я здесь? И главное — зачем я здесь? За что? — Доброе… — тихий голос, будто у парня очень болела голова, врывается в моё задремавшее сознание. За этими мыслями я не заметил, как прикрыл глаза и начал не видеть, а представлять по памяти картинку перед глазами. — …утро. Открыв глаза, я встретился взглядом со Славой. Да, это был Слава, а не тот гопник, что приходил некоторое время назад……отсутствие часов сводило с ума.
— Я нашёл ключи от наручников… — парень опускает взгляд, будто чувствуя передо мной свою вину. — Давай, развяжу… Сердце снова заходится в бешеном ритме. Нет, это никуда не годится. Я его боюсь. Действительно боюсь! Но он моё спасение! Грёбаное тело, не отшатывайся, не отшатывайся, не зли его!..…но тело мне уже не повинуется.
Я отпрянул от протянутой в мою сторону руки, но… но это никого не остановило. Я весь сжался и, наверное, будь у меня возможность, свернулся бы в комочек, но когда ты прикован по рукам и ногам к стене — это сделать сложновато. Щёлкнул замок, и мои руки безвольно упали на пол. Кисти побагровели… сколько я здесь был? Приток крови в кисти чувствовался пульсирующей болью. Хорошо, конечности не отмирают… значит ли это, что мои руки были недостаточно сдавлены? Не мог же я тут пролежать менее двух часов? — Сколько мы здесь? — нервно смотрю прямо в глаза Славе, который просто сидит рядом со мной в странной прострации. — Около двух дней, вроде, — он отводит глаза. — Мне так жаль… Меня будто током пробивает. Почему ему жаль? Что с ним? Мои подозрения, что тут что-то малость нечисто, подтвердились? — Я действительно не знаю, где остальные ключи, — парень вздыхает. — Я тут тоже заперт, как и ты. Все входы… ну… типа закрыты на ключ. А ключей нет. И я хз, что делать. Не знаю, кого он пытается успокоить, говоря таким тоном, но, думаю, скорее себя, чем меня. Я-то мертвецки спокоен……вру даже себе в мыслях, какая ирония.
Мой взгляд падает за спину Славы, над которым стоит Славик, занося над его головой одну из стоящих на тумбе мисок. — Нет! — непонятный крик вырывается из меня, а я пытаюсь податься вперёд, отталкивая Славу. Этот хороший. Этот — точно хороший! — Владос, ты чё? У него, бля, ключи, мы сбежать можем! — грубо бросает Славик, делая шаг в сторону Славы, который от неожиданности просто сел на пол. — Нет, он — хороший, он мне руки освободил, видишь? — предъявляю ему свободные, но ужасно ноющие от любого движения конечности. — То есть то, что он пиздил меня ночью, пока ты дрых без задних ног — тоже хорошо, да?! — в Славике уже играет его личная гордость, личная заинтересованность в том, чтобы выбраться.…я уже не знаю, что делать.
— Просто… не надо… — выдыхаю, опуская глаза и подползая так, чтобы быть на линии огня, чтобы Славик не мог ударить Славу. «Беги же, придурок, он зол, как непонятно кто!» — мысленно кричу парню, который сидит за моей спиной, кого я ею практически ощущаю, но не двигается. — Влад… Слишком тихий, слишком ошеломлённый голос Славы едва доносится до меня. Будто я не сижу меньше, чем в метре от него, а нахожусь на другом конце улицы. — Влад, с кем ты разговариваешь? Он кладёт руки мне на плечи, проводя руками вверх-вниз, будто пытаясь этим меня успокоить. Я чувствую, как его трясёт, слышу, как дрожит его голос, но ничего… совсем ничего не могу поделать с тем, что начинаю бояться……Славика, который всё ещё стоит передо мной.
— Ты… ты разве его не видишь? — мой голос даёт петуха, а в животе сворачивается ледяная змея холода. — Влад… — Слава сдавленно набирает побольше воздуха в грудь. — Здесь никого нет, Влад. Здесь только ты и я… — Да как ты можешь его не видеть?! Ни ты, ни тот ублюдок, что притащил меня сюда?! Как вы можете его не видеть?! Он стоит прямо перед тобой! — оборачиваюсь к Славе и истерика накатывает с новыми силами. Нет. Этого не может быть. Не смотри на меня как на ненормального. Не смотри на меня так! Нет, не смей, Слава, закрой глаза, не надо буравить меня ими, не думай, я не сошёл с ума, нет! — Влад… здесь действительно никого нет… — Славу трясёт от непонимания происходящего. Он прикусывает губу, но никого не видит в упор. — Тебя нет? — оборачиваюсь к Славику, заглядывая в его слишком родные голубые глаза, которые смотрят на меня с опаской. — Скажи мне, тебя нет?! Или ты есть?! Я ничего… ничего не понимаю! Славик садится рядом со мной на корточки, заставляет развернуться к себе окончательно, заглядывает в мои глаза, приближается своим лицом к моему настолько, что я чувствую его дыхание на своих губах. — Кому ты веришь больше… мне или тому, кто не раз тебя избивал? Кто чуть тебя не изнасиловал? — вкрадчивый тихий шёпот. Я верю тебе. Я верю ему.…не верю я только себе.
— Я… не знаю… — сердце пропускает удар. — Вспомни всё, что было… детство, поцелуи, та ночь, когда мы встречали рассвет? — он обвивает моё тело руками, а я в них обмякаю, будто пластилин, забытый на батарее. — Я помню… — из глаз бегут предательские слёзы отчаянья. Это всё было. Всё было! Вся моя жизнь завязана на этом человеке, вся моя жизнь без него потеряет всякий смысл. Я жил от встречи до встречи, от поцелуя до поцелуя, от объятий до объятий… я чувствую это сейчас. Как это может быть выдумкой?…галлюцинацией?
— Влад, тебе нужно поспать. Слава встаёт, обходя меня и опускаясь на корточки. — Владос, ты серьёзно будешь слушать его бредни?! — вторит ему Славик более грубым тоном прямо мне в ухо. — Говорите по очереди, пожалуйста! — всхлипываю, отлипая от Славика и отшатываясь к стене. — Я ничего не понимаю. Уйдите от меня! — Влад, давай я дам тебе то, что собьёт температуру… — Слава не был уверен, что у Влада подобные видения из-за простуды, но хоть что-то сделать хотел. Не имел права не сделать. — Он отравит тебя, не слушай его! — кричит Славик, перебивая свою практически точную копию. — Уйдите… прошу… уйдите… — дыхание сбивается, слёзы жгут глаза, но попытка вытереть их ещё не пришедшими в себя кистями успехом не завершается. — Влад, убей его. Убей его, Влад. Ты теперь можешь взять молоток, вон, смотри — он торчит из коробки возле двери. Убей его, Влад. Возьми и уеби ему в висок! — Славик приближается, а я только и могу вжиматься в стену, но и это не спасает от надвигающегося на меня парня. — Нет. Нет… нет… — бормочу, едва осознавая это. Истерика комом застревает в горле. Сердце стучит галопом. Славик что-то продолжает кричать мне в лицо…… а я постепенно погружаюсь в пустоту.
***
— Доброе утро, солнышко, — Ариша улыбается, прищуриваясь и прикусывая губу в предвкушении. Ресницы Эрики дрогнули, а это означает, что девушка пришла в сознание хотя бы частично.Flashback
Шатенка, если честно, устала ждать, пока её подруга изволит открыть глазки, но, к сожалению, ускорить этого не могла. Она успела ещё раз перечитать всю занятную тетрадку с подробными конспектами жизни Эрики, с детальным фиксированием всех странностей и попытками их подогнать под известные психологические заболевания.…правда с Аришей Эрика ни разу не угадала.
«Арина. Подростковая запутанность. Эмоциональная неустойчивость. На почве слишком частого одиночества». Ариша рассмеялась в голос, увидев эту надпись в первый раз. И сейчас тоже начинала хихикать. «Нет, серьёзно, разве можно так банально всё описывать? Эмоциональная неустойчивость? Х-ха… вот как она видит мои попытки скрыть реальные чувства. Надо же, не думала, что моя игра прокатит!» — девушка снова зарылась в записи. «Одиночество? Частое одиночество? При условии, что одна я остаюсь очень редко и постоянно либо со Славосом, либо с ней же, либо со Славой ругаюсь… какое может быть частое одиночество? Оно редкое. Как глупо… глупо!» Девушка листала тетрадь снова, изредка поглядывая в сторону спящей подруги. «Она считает, что у Славы диссоциалка? Раздвоение? Надо же…» — мысленно удивилась девушка, но позже повернула мысли в иное русло: «Она только догадывалась, в то время как я уже и безо всяких выписок из книжек знала… какая же она у меня глупенькая.…маленькая и глупенькая»
Только теперь Ариша считала Эрику опасной. После того, как шатенка нашла те записи, когда Эрика собирала их компанию на свой день рождения, стало ясно, что в случае чего Славос окажется в гостях у папаши кошатницы.…этого Ариша допустить не могла.
Лучшим выходом оказалось то, что у Влада в замкнутом помещении проявится предполагаемая Эрикой шизофрения. Тогда эта недопсихиатр отвлечётся от Славы, да и, возможно, скажет спасибо Арише… за помощь в «расследовании». Всё должно идти как по маслу. Ариша надеялась, что после их разговора Эрика осознает все свои ошибки, поймёт, что выбрала не того……Ариша впервые попыталась её понять. …попытка оказалась неудачной.
End Flashback
— Ариша? — хрипло интересуется Эрика, открывая глаза и находя себя привязанной к собственной кровати. Первым, что она видит, оказывает родная синяя тетрадка с записями, находящаяся в руках подруги. Девушку пробирает дрожь. — Эрика? — передразнивает ту шатенка, звонко захлопывая тетрадь и откладывая её на тумбочку. — Скажи, ты любишь меня? — широкая улыбка озаряет её миловидное лицо.…широкая и опасная улыбка.
Эрика молчит. Она даже не начинала понимать, что происходит с ней, вокруг неё. Страх охватывает с новой силой. — К-конечно? — робкий голос вырывается будто бы против воли. — Очень л-люблю? — Врёшь. Аришу будто бы током бьёт. Эрика посмела сомневаться. Вопросительный тон — что за бредни? Когда человек не лжёт, он говорит уверенно!…и девушку не беспокоило, что её подруга просто боится.
— Арь, отпусти меня, — розововолосая пытается поглубже вдохнуть, но стоит ей успеть это сделать, как над ней нависает Ариша, глядя прямо в глаза. — Не-а, — девушка подцепляет верёвку, что привязывает руки кошатницы к кровати, будто играя на ней, как на струне ненастроенной гитары. — Скажи, ты любишь меня?…хоть вполовину так, как своих ненормальных?
— Я люблю тебя, Арь, отпусти, — Эрика дрожит всем телом. Её пульс участился, давление повысилось… а она к этому слишком чувствительна и может запросто упасть в обморок. — Нет, ты любишь Славу! — Ариша садится ей на ноги, заставляя поморщиться от слишком большого давления на хрупкие кости — всё же ноги у Эрики были похожими на спички, а Ариша была не то чтобы пухлой, но вполне себе тяжёлой, по крайней мере для слабых ног подруги.… — Или его расстройство?
Кошатница цепенеет. Она понимает, что подруга прочла все записи до единой, что заглянула во все наблюдения и даже в то, что Славу как психа она растила самостоятельно, давая самые ненормальные советы, о чём не жалела, надеясь, что в итоге отец её похвалит за то, что она смогла «выявить» самостоятельно заболевание у «пациента». Девушку так бесило, что её не воспринимают всерьёз, что над ней насмехаются, пусть и по-доброму.…эта тетрадь должна была стать доказательством. …доказательством того, что она тоже чего-то стоит.
Только вот реальных «доказательств» у девушки было маловато. Догадки, слухи, мысли, размышления… то пьяное приставание было на одном из первых мест по важности… только вот стоит ли оно того, что отец отругает за подобные опыты? Он не любил пьющих людей, сам в жизни в рот не брал спиртного, а потому мог спокойно забраковать наблюдения только из-за среды их проведения. Провалы в памяти тоже играли немаловажную роль, но и как к ним подступиться, девушка не знала. Вроде бы у неё и было много фактов и деталей, а вроде бы и стоящими девушка их не считала……сомневаясь в себе.
Да, Эрика любила Славу за его расстройство… только за расстройство. — Или, может, Влад?! — Ариша тяжело дышала, кусая губу и предельно злясь. Эрика, казалось, ушла в свои мысли, подтверждая предыдущую теорию девушки. «Да как ты смеешь его любить?! Да и за что — за расстройство?!» — хотелось ей закричать, но она сумела сдержаться. — Влада, о влюблённости в которого ты пела дифирамбы на каждом, мать твою, углу! — Ариша совершила ошибку, сказав «мать твою», ведь с матерью у Эрики связано слишком много болезненных воспоминаний.…которые, конечно же, всплыли.
— И что? — ровно и апатично отвечает недопсихиатр. — Что тебе-то с того? — Ты… ты впутывала в это меня! Пыталась заставить изучать этих двоих! — на глаза шатенки набежали жгучие слёзы. Ей было до жути обидно……обидно, что парням Эрика приплела расстройства, а ей нет.
— Ты однажды сказала, что будешь помогать мне несмотря ни на что, — девушка повела плечами, будто пожимая ими, но из-за позы вышло смазано и вяло. — Я… я разве не помогала? Ариша начинает постепенно осознавать, что злость и ярость сменяются действительно болезненной обидой. Обидой, от которой хочется плакать… — Ты сейчас серьёзно, да? — прострация Эрики режет сердце Ариши тупым ножом. — Хочешь, я докажу, что у Влада шизофрения? Я всё узнала, я всё поняла… ты только не убегай, не надо… — девушка кладёт курчавую голову на грудь подруги, слушая размеренное биение её сердца.…и начинает рыдать.
— Как я тебе убегу, если ты меня связала? — Эрика криво усмехается. — Почему ты меня не любишь? — А почему ты думаешь, что я тебя не люблю? Эрика вздыхает, понимая, что здесь она бессильна. И если со Славой получилось подобным отношением выявить что-то действительно стоящее, то Ариша оказалась непрошибаема.…она сама пробила Эрику.
Точнее, её сознание. И сердце. И всё. Эрика не хотела любить подругу только за её сумасшествие, а потому и старалась его не искать. Старалась, но всё же дала слабину, когда решила сбежать «к Владу», когда решила «признаться в любви к нему».…она даже его шизофрению не любила настолько.
Она не имела ни доказательств, ни поводов ему не верить… почти не имела. За исключением фактов, что у отца был похожий пациент. А Аришу пыталась привязать не к нему, когда просила разузнать о его прошлом, а к себе.…потому что слишком часто видела ту в компании некого гопника.
— Эрь… — Ариша привстала, опираясь на руки и заглядывая девушке в глаза. Во влажные, розовые из-за линз, глаза. — Я люблю тебя… — она мягко опустилась, целуя девушку. Снова целуя, будто в первый раз. И Эрика не смогла её оттолкнуть, а даже ответила. Всё так же робко, всё так же нежно, всё так же бережно……стараясь доказать что-то хотя бы самой себе.
Они никогда не пытались понять друг друга……потому что не могли понять даже самих себя
. — Эрь, у меня для тебя… подарок? Да. Поехали. Я покажу тебе кое-что интересное! Ариша снова села на ноги подруги, но потом решила, что ночь — не лучшее время шляться по улицам. Затем её взгляд упал на то, как сильно вздымается грудь Эрики.…и её это завело.
— Тогда развяжешь, может? — Может, и развяжу.…но позже.
Ариша снова привстала и припала губами к шее девушки.…неподвижность играла ей на руки.
