С чистого холста

Стив бесцельно колесил по городу, а добравшись до озера, оставил машину, купил в вагончике с выцветшей надписью «Закуски у Боба» хот-дог, обильно политый кетчупом и горчицей, щедрую порцию картошки фри и запотевшую банку колы и устроился на скамейке, устремив взгляд на спокойную водную гладь. Мысли его метались в хаосе и смятении, но с каждым куском острого бутерброда будто бы приходили к какому-то условному порядку. В первую очередь надо вернуться в кафе и поговорить с Джеймсом. В конце концов все прошло так давно, что не стоит и вспоминать об этом. Потом они спокойно поедут и выкопают чертов кубок и вернут его в музей. Придётся подкинуть его в каком-нибудь пакете к входной двери или что-то в этом роде. И на следующий день Стив и Паркер сядут в самолёт и покинут это проклятое место, оставив все позади. Да, так он и сделает. От озера повеяло неприятной сыростью, и Роджерс словно очнулся. Опускались сумерки. Ему пора было ехать, если он хотел застать Баки в кафе. Джеймс как обычно в одиночестве мыл пол. Это был своего рода его ритуал прощания с уходящим днём. Когда последние посетители уходили, разморенные почти домашним теплом, уютом и вкусной пищей, и в кафе устанавливалась спокойная тишина, Барнс поднимал стулья на столы, надраивал до блеска стойку, ее хромированный поручень, опустошал поддон кофемашины и брался за швабру. Ему доставляло удовольствие наблюдать, как на полу остаются влажные полосы, сантиметр за сантиметром. Это была своего рода медитация. Но сейчас обычные действия не приносили удовлетворения и покоя. Он был весь словно до предела натянутая струна в ожидании прикосновения пальцев музыканта. Когда в дверь постучали, Джеймс даже не вздрогнул. Медленно обернувшись, он встретился взглядом со Стивом и махнул ему рукой, мол, проходи, не заперто. Роджерс закрыл глаза, глубоко вдохнул и перешагнул порог. Тонко звякнул колокольчик, разливая стеклянный звон по пустому залу. Барнс ощутил, как все его существо потянулось к этому светловолосому мужчине, но тут же одернул себя. - Я уже заканчиваю, посиди где-нибудь, если не очень торопишься, - проговорил он и тут же отвернулся, возвращаясь к прерванному занятию. Стив отошёл и замер, прислонившись к стене. Неосознанно он скрестил руки на груди, словно закрываясь от непрошенных эмоций, но все же продолжал наблюдать за Джеймсом, широкими движениями моющим пол. Напряжение мышц под простой чёрной футболкой, движение бёдер, смешно подпрыгивающие волосы, туго стянутые в хвост - все это гипнотизировало, Стив буквально выпал из реальности. - Эй! - Барнс щелкнул пальцами перед его глазами, отчего мужчина инстинктивно дёрнул головой и приложился затылком об стену. - Вот черт! - прошипел Роджерс, и Джеймс вдруг расхохотался. Напряжение, витавшее в воздухе, мгновенно рассеялось. - Больно! - Стив потёр ушибленное место. - До свадьбы заживет! Или ты уже женат? - утирая слезы проговорил Барнс. - Я? Нет, что ты?! - Удивлён до глубины души. Думал, ты найдёшь себе кого-то из творческих кругов! - Я приехал по делу, - резко сменив тон беседы проговорил Стив. - О, вот даже как? А что насчёт «Я рад тебя видеть! Столько лет прошло!» - улыбка Барнса исчезла, и Стив вдруг ощутил неприятный холодок, пробежавший по спине. - Ладно, если ты так хочешь: я рад тебя видеть. Столько лет прошло! - Роджерс ощетинился, словно защищаясь. - Брейк! - Джеймс примирительно поднял руки. - Так по какому делу ты здесь? - Помнишь кубок? - даже сейчас Стив понизил голос почти до шепота. - Господи, Стиви, конечно помню! Такое забыть невозможно! - Мы должны вернуть его! Откопать и сдать обратно в музей! - И ты заявился сюда только за этим? - Джеймс был...несколько шокирован. В его мечтах Стив обычно появлялся на его пороге по несколько иным причинам. - Хм-м, да! А что? - Роджерс откровенно тупил, и это жутко бесило. - Да ничего. Так каков твой план? Ехать в лес на ночь глядя? Прямо сейчас? - Барнс скептически приподнял бровь. - Вообще я подумал сгонять завтра с утра. Часа в 4, пока весь город будет спать. Джеймс тяжело вздохнул. - А я-то тебе зачем? Сам, небось, дорогу помнишь! - Мы должны сделать это вместе, понимаешь? Барнс ни хрена не понимал, но, кажется, готов был последовать за Стивом и без всяких уговоров. Боже, да кого он обманывает? Если бы Роджерс решил прыгнуть со скалы, он, не задумываясь, сиганул бы следом. - Ладно, если ты этого хочешь. Где встречаемся? - Давай на старой дороге на повороте у съезда в лес? - на лице у Стива было написано несказанное облегчение. - Хорошо. В 3-30 буду тебя ждать. А теперь извини, мне надо закончить с уборкой. - Барнс отвернулся, давая понять, что разговор окончен. Стив бросил «Пока» и, не дождавшись ответа, вышел из кафе. Паркера в номере не оказалось, зато на тумбочке у телевизора белела записка: «Сэр, не смог до вас дозвониться. Ушёл за едой. Если что-то нужно, напишите, я куплю». Голода Стив не ощущал совершенно. Все внутри него было в смятении и странном волнении, словно перед экзаменом. Стив помнил это состояние со времён колледжа, когда перед комиссией ему предстояло демонстрировать свои картины. Пять пар внимательных глаз критически разглядывали выставленные на мольбертах полотна, в тот момент казавшиеся самому Стиву полной бездарностью. А сам он нервно утирал испарину с ледяного лба, ожидая вердикта. Вот и сейчас Роджерс считал, что вся эта затея с откапывание кубка - полная чушь. Вдруг это не поможет избавиться от его внутренних демонов? Вдруг сделает только хуже? На всякий случай выставив будильник, Стив прилёг. Он не слышал, как вернулся Питер и проснулся от слабого сигнала, доносившегося из-под подушки. За окном ещё было темно. Ополоснув лицо и накинув толстовку поверх футболки, Роджерс вышел из номера, осторожно прикрыв за собой дверь, чтобы не разбудить спящего пацана.